Как старая фотография может помочь в поиске

.ПОТОМКИ РОБИНЗОНА КРУЗО В РОССИИ
Ю. БЕЛОВ .....

В очерке ("Наука и жизнь" № 7, 2002 г.), посвященном журналисту Соломону Ефимовичу Кипнису, приведены отрывки из его книги "Записки некрополиста. Прогулки по Новодевичьему". Один из них, озаглавленный "Свой Робинзон Крузо", привлек мое внимание. Так получилось, что историю рода Робинзона Крузо несколько лет тому назад я впервые услышал от Зинаиды Александровны Робинзон Крузо - вдовы одного из последних представителей этой русской семьи - Олега Александровича.

История эта предельно точно изложена в книге Соломона Ефимовича, но я могу дополнить ее некоторыми деталями.

Напомню вкратце, о чем идет речь. Крепостной крестьянский парнишка, церковный служка при монастыре бежит из родного села на Соловки, оказывается в Архангельске и поступает на торговое судно сначала юнгой, а затем матросом. Во время одного дальнего плавания, посланный вместе с небольшой командой на шлюпке на разведку необитаемого острова и застигнутый штормом, проводит на нем со своим товарищем по несчастью трое суток. После того как у него окончился срок службы на судне, капитан, видимо, не лишенный чувства юмора, выдал молодому моряку Николаю Федорову Фокину документ на новую фамилию - Робинзон Крузо. Так в России не по своей воле появился еще один человек с английской фамилией. Первым, как известно, был Александр Селькирк, "крестным отцом" которого стал Даниель Дефо. На старинной фотографии, на ее оборотной стороне рукой отставного матроса Робинзона Крузо, а может быть его сына, сделана надпись: "Первые Робинзоны Крузо - отец Николай Федорович, мать - Аполлинария Ивановна, сыновья: Николай, Виктор, Александр и Иван, дочери Анна и Татьяна. Снимались 20 апреля 1910 года".

Ниже приписка: "По желанию отца - одеты по специальности".

Семейная фотография, выполненная фотографом-профессионалом в студии на фоне декорации - задника с пальмами и экзотической растительностью, к великому сожалению, даже на оригинале они едва просматриваются - необычна прежде всего по своей композиции.

В ту пору уже сложился вполне определенный вид семейных фотографий. Их с полным правом можно назвать "иерархическими". По ним легко определить, кто есть кто.

В центре снимка фотограф обычно рассаживал "главных действующих лиц": муж, жена, родители в окружении чад и домочадцев, разместившихся по обеим сторонам, позади и в ногах старших. Если же снимались супруги, то один из них обязательно сидел на стуле или в кресле, другой стоял рядом. Сидящему отдавалось предпочтение - он главный на снимке, наиболее уважаемый. Поэтому на фотографиях интеллигентных семей сидит женщина, а на снимках мещан, ремесленников, рабочих, крестьян, купцов на стуле вальяжно восседает мужчина.

Эта фотография нарушает установленные каноны, хотя на ней тоже почти по центру снимка сидит прародительница рода Робинзонов Крузо Аполлинария Ивановна, а ее муж и дети развернутой шеренгой стоят.

В левом углу в парадной солдатской форме, в начищенных до блеска хромовых сапогах, с согнутой в локте правой рукой, как будто держащей ремень винтовки, стоит старший сын Николай Николаевич - будущий оперный артист, солист Большого театра. Им он станет в середине 20-х годов, а тогда он еще хормейстер военного оркестра Главного штаба и гвардейских частей в Санкт-Петербурге.

Подробно останавливаться на биографии Николая Николаевича не буду - это отдельная и большая тема. Скажу лишь, что его дочь Екатерина Николаевна тоже пошла по стопам отца и служила актрисой.

Второй по возрасту сын, Виктор Николаевич, - в форме студента. На его мундире ромбик Санкт-Петербургского университета. Значит, университет уже окончен.

В годы Гражданской войны бывший студент и бывший коллежский регистратор Виктор Николаевич Робинзон Крузо носит уже другую форму. Он военный комендант одного из городов далекой Сибири и даже на некоторое время меняет длинную и не очень понятную для местного населения фамилию. Он становится Сибиряковым.

Между старшими братьями - мальчик в довольно странной одежде. Это Ваня, младший сын, а на нем - одеяние церковного служки. Священником он, однако, не стал - революция разрушила планы его родителей.

В 30-е годы Иван Николаевич жил в Ленинграде, в квартире старшего брата, уехавшего в Москву, и работал в "КООПМЕДПРИБОРе".

Первая девочка слева - Аня, а малышка рядом - ее сестра Таня. Они держат в руках атрибуты своих будущих профессий, но что это - рассмотреть на снимке невозможно, как и спросить тех, кто знал это.

О самом Николае Федоровиче, увы, сейчас уже невозможно что-либо рассказать, кроме того, что было сказано ранее. Некому!

На снимке мы видим крепкого, сильного мужчину, без единого седого волоска на голове, а ему уже давно за шестьдесят! Он верен своей профессии моряка, и на нем хорошо сидит морская форма, надетая по столь важному и ответственному поводу, как фотографирование в кругу семьи. Расстегнутый сюртук открывает глазу зрителя цепочку от часов - признак материального благополучия. У него приятное, умное лицо человека, уверенного в себе, в своих силах. Он честно прожил достаточно долгую и трудную жизнь, вырастил детей и сумел дать им образование и профессию. Это незаурядная личность, как необычны и незаурядны его фамилия и судьба.

Замыкает снимок справа стройный молодой человек в белоснежном халате и таком же белоснежном колпаке на голове, с огромным ножом на поясе - Александр.

Он не расстался со своим поварским колпаком почти до конца жизни, работал шеф-поваром в одном из крупных ресторанов города, хотя особого благополучия эта, казалось бы, доходная профессия в стране, где долгое время существовала карточная система на продукты питания, ему не принесла.

Он ютился с семьей в сырой полуподвальной квартире. Жена его служила вахтером в хорошо известном ленинградцам Дворце труда на бульваре Профсоюзов.

Александр Николаевич пережил Финскую, Великую Отечественную войну, блокаду... В начале 50-х годов он умер в дороге на станции Бологое, возвращаясь домой после поездки на родину отца.

С его сыном - Олегом Робинзоном Крузо судьба свела меня еще в школьные годы - мы оба учились до войны в 241-й средней школе Октябрьского района в Ленинграде.

Его знала вся школа, и не только из-за необычной фамилии, которую многие из нас принимали за школьное прозвище, а прежде всего потому, что у него был открытый, веселый и добрый нрав.

В 1938 году, успешно окончив десятилетку, он поступил в Кораблестроительный институт. Олег учился уже на третьем курсе и заканчивал экзаменационную сессию, когда началась Великая Отечественная война.

Для преподавателей и студентов Ленинградского кораблестроительного института день 22 июня 1941 года стал началом почти всеобщего добровольного вступления в армию.

Одним из первых ушел на фронт директор института Иван Ионович Яковлев. После митинга, состоявшегося в актовом зале на второй день войны, поступило 1200 заявлений от студентов (из общего числа - 1880) с просьбой зачислить их в Красную армию. Среди этих заявлений было и заявление Олега Робинзона Крузо, студента третьего курса "мехфака".

Вскоре из студентов, преподавателей, сотрудников ЛКИ, добровольцев Адмиралтейского судостроительного завода и ряда других предприятий района сформировали отдельный пулеметно-артиллерийский батальон - 264-й ОПАБ, который уже 17 июля 1941 года вышел на рубеж в районе Петергофа и начал строительство укреплений.

Батальон насчитывал 1100 бойцов, имел на вооружении 500 винтовок и пять ручных пулеметов, а также несколько полковых пушек.

20 сентября 1941 года его атаковала 291-я пехотная дивизия вермахта, имевшая десятикратное численное превосходство, более двухсот орудий и минометов, семь танков, свыше пятисот пулеметов. А кроме того, немецкие солдаты, в отличие от наших, были вооружены пистолетами-автоматами.

Почти пять дней шло ожесточенное сражение, память о котором ныне хранят обелиск в деревне Назино на Бабилонских высотах и мемориальная доска, установленная в вестибюле главного здания института.

После ранения и госпиталя Олега Александровича направили в Казань, в танковое техническое училище. Окончив его, старший лейтенант Робинзон Крузо О. А. получил направление в действующую армию в должности командира взвода разведки.

Три тяжелых танка под его командой уничтожали вражеские укрепления и огневые точки. Трижды был ранен молодой командир взвода. В последний раз его, контуженного и полуобгоревшего, вытащили товарищи из подбитого танка. Но Олег выжил и встретил День Победы в родном городе, вместе со своей будущей женой, опираясь на ее плечо.

После войны - опять Корабельный институт. Экономический факультет. Потом - аспирантура, защита диссертации и долгие годы преподавательской работы. Умер Олег Александрович в ночь под новый, 1988 год.

Сейчас в Санкт-Петербурге живут две пожилые женщины, которые носят фамилию Робинзон Крузо, но не являются прямыми потомками Николая Федоровича.

Смотрите фотографию семьи по ссылке

МЕТОДИКА ИСТОРИЧЕСКОГО АНАЛИЗА
ЕВРОПЕЙСКОГО КОСТЮМА КОНЦА XIX – НАЧАЛА XX ВВ. ПО ФОТОМАТЕРИАЛАМ УРАЛА И СИБИРИ Фефелова. Автореферат......

.МЕТОДИКА ИСТОРИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЕВРОПЕЙСКОГО КОСТЮМА КОНЦА XIX –НАЧАЛА XXВВ.ПО ФОТОМАТЕРИАЛАМ УРАЛА И СИБИРИ. И. Фефелова. Диссертация. читать. на правах рукописи Екатеринбург 2007.

Анализ модного костюма строился путем составления списка признаков с отдельными списками их вариантов. Вариантом признака является его вид (фасон), зависящий от изменений моды. К примеру, при выделении признака «юбка» ее вариантами будет все возможное многообразие ширины, длины, кроя, отделки во
всех предписанных модой сочетаниях. Как правило, признаком модного костюма выступает не само наличие того или иного элемента, а именно его вид, представленный в разных вариантах. Именно возможность модной вариативности делает элемент костюма «признаком».

Для мужского костюма были выделены одиннадцать подверженных модным изменениям элементов: вид платья (под которым понимается вся верхняя плечевая одежда), крой платья, его ткань, оформление выреза, оформление лацканов, наличие лацканов нижнего платья (жилета), брюки, воротник, галстук, обувь, аксессуары.
Каждый из элементов имеет от трех до девяти вариантов.
В частности, для признака «аксессуары» был составлен следующий список вариантов: 1) запонка; 2) булавка
для галстука; 3) кольцо; 4) цепочка для часов, 5) платок, 6) бутоньерка.
При описании сложных элементов списки вариантов делились на подгруппы, сформированные по принципу схожести. К примеру, варианты элемента «галстук» делятся на две подгруппы: цвет (черный, белый, цветной) и форма (бабочка, узел, платок и т.д.). Всего для мужского костюма было выделено 55 вариантов элементов.

Для женского костюма были выделены девять элементов: вид платья, воротник, лиф, рукав, юбка, пояс, манжеты, аксессуары, декор и симметричность/асимметричность наряда.
Виды практически всех элементов женского костюма разделены на подгруппы – от двух до четырех. Так, элемент
«рукав» имеет 39 вариантов, разделенных на три подгруппы: прямой, буф и «кимоно».
Кроме того, в некоторых случаях список вариантов расширен вариантом-уточнением. Для того же признака «рукав» выделено два варианта-уточнения – длинный и короткий (к последнему отнесен и рукав ¾

, которые могут относиться к вариантам из любой подгруппы.
Вариант «часы», входящий в список элемента «украшения», имеет три варианта-уточнения, позволяющие зафиксировать, что конкретно изображено на фотографии: сами часы, шнурок для них или часовая
цепочка.
Всего для женского костюма выделено 127 вариантов элементов и 35 вариантов-уточнений.

Предложенная в работе методика позволила детально рассмотреть мужской костюм 1890 – 1917 гг.

Рассмотрение костюма по отдельным его элементам позволило выявить некоторую вариативность модного платья (выражающуюся, прежде всего, в разнообразии сочетаний отдельных элементов), определить рамки
возможного проявления индивидуальности мужчины, следовавшего европейским модам. Свобода выбора, дающая мужчине возможность проявить личный вкус и пристрастия существовала, прежде всего, в двух элементах его костюма – фасоне воротничка и галстука. Большой выбор воротничков сорочки (восемь видов в
исследуемый период и до шести одновременно существующих вариантов), каждый из которых был более или менее моден, возможность смены фасона и цветовой гаммы галстука (пять видов) придавали мужскому костюму необходимое разнообразие, «расцвечивали» его, позволяли мужчине отойти от общей усредненности, прописной стабильности «цивильного» платья.
Модный костюм второй половины XIX в. отличается стремлением к постепенному смягчению правил приличия, с одной стороны, и упрощению основных форм и фасонов одежды, с другой. В связи с этим развитие мужского
костюма можно разделать на два условных этапа: конец XIX и начало XX века.
Мужчины 1890-х гг. носили подчеркнуто элегантные наряды, основной которых была строгая закрытость тела. Наглухо застегнутый темный сюртук, жесткий воротник, объемный шейный платок были внешним выражением викторианской сдержанности и неприступности. Идея буржуазной деловитости, развиваемая на
всем протяжении XIX в., оказалась наиболее ярко реализована в костюме этого периода. Строгий по силуэту, монохромный официальный костюм создавал образ уверенного в себе делового человека. Элегантной простотой своего наряда мужчина конца XIX века дистанцировался от быстротечного изменения мира, подчеркивал
стабильность и солидность своих жизненных установок.
В начале XX в. образ модного мужчины претерпевает заметные изменения. Идея близости к природе, стремления к простой, естественной жизни, пропагандируемая с помощью стилистики Модерна способствовала формированию нового представления о том, как должен выглядеть современный человек. Стремление к
раскрепощенности, постепенный перенос в официальный костюм элементов костюма спортивного и повседневного – это то, что отличает мужчин первого десятилетия XX в. Строгая элегантность официального костюма постепенно смягчается. Использование в качестве официального платья пиджака, который
благодаря прямому силуэту не так плотно прилегал к телу, как сюртук, манера носить его расстегнутым, позволяя видеть жилет, – все это придавало внешнему виду мужчины долю непринужденности. Стремительно меняющийся мир требовал от мужчины быстроты реакции, умения принять моментальное решение. Мягкие
отложные воротнички, позволяющие легко поворачивать шею, узкие галстуки, не требующие благодаря жесткости узла особого внимания при ношении, свободные, не стесняющие движения, пиджаки, создавали принципиально новый образ мужчины – современного и открытого всему новому.

Женский костюм 1890-х гг. Моды Эклектики.

Костюм этого времени был подвержен влиянию стиля, предшествующего модерну, – «эклектики». Как и архитектуре Эклектики, костюму 1890-х гг. было свойственно смешение в одном туалете стилей разных эпох, заимствование деталей и элементов исторического костюма, а также чрезмерно сложная декоративность,
словно бы намеренное нагромождение всевозможных отделок.
Фигура женщины 1890-х гг. напоминала песочные часы – сильно расширенная в плечах и подоле, она была максимально сужена в талии. Силуэт, заимствованный из 1830-х гг., отличался от прототипа четкой геометричностью.
В эпоху Романтизма воздушная легкость ткани платья, тоненькая талия, покатая линия плеч, подчеркнутая заниженной проймой, создавали образ эфемерного, нежного создания.

В конце века этот силуэт лишается мягкости, линии его становятся четкими и лаконичными. Натянутый на корсет лиф, сильно расширяющаяся к подолу юбка гладко лежащая на тяжелых нижних юбках, большой буф, пришитый у основания плеча, воротник-стойка – все это способствовало созданию впечатления жесткости, которое скрадывалось лишь многочисленной объемной отделкой.......При этом наиболее подверженным модному влиянию элементом костюма стал лиф платья. Устаревшие длинные лифы встречаются на фотографиях крайне редко – подчеркивание линии талии, ставшее основой формирования нового силуэта, требовало короткого,
заправленного в юбку или посаженного на пояс, лифа. Старый фасон не мог, как это часто бывает, быть завуалирован добавлением новых элементов. Даже «обновленный», он однозначно выдавал «не модность» платья. Еще в большей мере, чем крой лифа, были приняты его декоративные, как подкройные, так и нашивные,
элементы. Пластроны, кокетки и другие достаточно несложные в исполнении детали, делали самый простой лиф модным, стилистически приближая его к Эклектике. Необходимо однако отметить, что сложные лифы, требующие мастерства опытного закройщика, встречаются в реальном костюме крайне редко.
......... Тесьма и кружево, оборки из богатых, сложных по фактуре, тканей, банты, бульоне с успехом замещали
сложные в исполнении подкройные элементы и драпировки.
Отличительным элементом модного костюма 1890-х гг. является широкий буфированный рукав. Он, как и новый лиф платья, практически сразу был принят горожанками. Однако и здесь, в отличие от модных журналов, наибольшее распространение получили самые простые по крою рукава с умеренно широким
буфом, поддержка которого не требовала дополнительных конструкций. Отличается и внешний вид украшающих рукав накладок, которые призваны, по мнению журналов, еще больше расширить плечи дамы.
Полотняные и кружевные оборки возвышаются над буфом, увеличивая его объем на «модной картинке». Мягкие,
лишенные крахмальной жесткости, оборки и пелерины реального платья лишь обрисовывают форму рукава, но не способны ее изменить. Наиболее далеким от модных новшеств элементом костюма оказалась юбка.
Представленные модными журналами юбки плотно облегают живот и бедра, и лишь потом начинают расширяться – фасон, который мог быть достигнут только с помощью тщательной подгонки выкройки по фигуре заказчицы. На изученных фотографиях юбки более простые по крою, они не прилегают к телу женщины так
плотно, как предписано модой. Можно говорить о том, что, почти сразу приняв такие черты нового кроя юбки как отсутствие сборок по переду и равномерное расширение к подолу, наиболее важную его черту – «облегание» фигуры, дамы проигнорировали.
По-видимому, не пользовалось популярностью и дополнительное расширение юбки за счет декорирования подола. Возможно, это было связанно с резким удорожанием наряда при украшении юбки: количество декора, необходимого для отделки лифа, несравнимо с тем, что требовалось для украшения трех и более метров подола.
Однако на исследуемых фотографиях простая юбка, не всегда сочетается со скромным лифом, что позволяет говорить о вполне сознательном отказе от отделки подола, когда тщательно расставленные зрительные акценты, противореча моде, смещаются с талии на грудь, подчеркивая не кукольную хрупкость, но зрелую
женственность реальной женщины.
....
Умеренно широкий, по сравнению с модным, подол юбки, более полная талия, более узкий рукав, расположение основного декора в области декольте – все это способствовало акцентуации внимания, прежде всего, на груди женщины.

Женский костюм 1900 – 1917 гг. Стиль Модерн.

Женские моды эпохи Модерна можно разделить на три этапа: 1900 – 1907 гг. – «Ранний модерн», 1908 – 1914 гг. – расцвет мод Модерна и 1915 – сер. 1920-х гг. – постепенный отход от его стилистики.

Наметившаяся еще в конце 1890-х гг. трансформация женского костюма, уже в 1900 г. вылилась в коренное изменение модных форм. Геометрически четкий костюм Эклектики, не меняясь в своей основе, приобретает в этот период мягкие, «естественные» модерновские линии.
Основная задача дамского платья сводится теперь к подчеркиванию «природных форм». Узкий по окату, плавно
расширяющийся к запястью, рукав, лиф с напуском, когда ткань ниспадает с пышной груди, прямая, сильно расширенная от колена, юбка создавали впечатление, будто бы одежда «стекает» с плеч женщины. Несмотря на большую сложность кроя, необходимую при четкой посадке по фигуре одних частей костюма и свободном
движении других, внешний вид платья создавал иллюзию того, что оно лишь «накинуто» на плечи женщины, как некая естественная защита тела.

Анализ фотографий, сделанных на территории Урала и Сибири в 1900 – 1907 гг., позволяет констатировать, что предлагаемая модой стилистика модерна нашла свое воплощение в реальном костюме. Не до конца приняв в 1890-х гг. предписанную модой геометрическую четкость линий, часто заменяя ее более простыми, близкими
к естественным, формами, дамы легко признали новую идею костюма. Мягкие ткани, плавные линии, нежная цветовая гамма, создающие подчеркнуто женственный образ, быстро завоевали себе повсеместную популярность. При этом, так же как в период Эклектики, для достижения модного вида женщины выбирали
такие туалеты, которые не требовали сложного кроя. Вместо прилегающего лифа с напуском лишь по центру переда, предпочтение отдавалось лифу с широкой, мягко заправленной в юбку полочкой; юбку расклешенную лишь от уровня колена с успехом заменяла юбка, равномерно расширяющаяся по всей длине; сложному по
крою, расширенному у запястья рукаву, предпочитали более простой, умеренно широкий рукав, собранный на манжету. Сохранение большого количества явно устаревших элементов, таких как гладкие «натяжные» лифы или расширяющие плечи рукава, которые сочетаются с современным декором и составляют туалеты, стилистически соответствующие моде, свидетельствует об особом понимании женщиной начала XX в. мод Модерна.
Не спеша полностью копировать предлагаемый журналами костюм, принимая одни его детали и оставляя без
внимания другие, она следовала стилистике Модерна, принимая провозглашаемую им идею женственности. Подчеркнуто пышный бюст, покатая линия полных плеч, гибкая талия и округлые бедра – этот новый идеал был настолько близок к естественным пропорциям женской фигуры, что создание его не требовало особых,
сложных мер.
Предлагаемый журналами крой способствовал, конечно, созданию идеальной фигуры, однако достигнуть модных пропорций можно было и более простыми средствами – свободными лифами, мягкими рукавами, воздушной
отделкой. Стилистическая верность моде создавалась в это время не столько за счет кроя различных элементов костюма, сколько путем отказа от жесткости, признания единственно прекрасным пластичности линий и тканей. Платья дам из исследуемой нами подборки могут значительно отставать от моды в деталях, но, как правило,
соответствуют ей в основной идее, представляя пышный в отделке, графически сложный, но мягкий и близкий к естественности Модерн.
Идея близости к природе, реализованная в начале 1900-х гг. лишь во внешних декоративных формах, в 1908 – 1909 гг. наполняется внутренним содержанием, понимается как приближение к естественности. «Новая» женщина активно занимается спортом, следит за своим лицом и телом, носит удобные по-настоящему
пластичные, хоть и не лишенные сложной декоративности, наряды.
На смену зрелой женственности Раннего Модерна приходит цветущая юность. Идеальная женская фигура приближается по пропорциям к девической – с тоненькой талией и выраженной грудью, но без намеренной пышности в бедрах. Основным стилеобразующим элементом нового силуэта стала юбка с завышенной линией
талии. Узкая и гладкая, очерчивающая плоский живот, она должна была создавать впечатление прямой и высокой фигуры.
Основная идея Модерна – идея естественности и близости к природе – реализовалась в пропаганде телесной открытости, которая, наряду со стремлением как можно больше отойти от викторианской чопорности, способствовала постепенному обнажению.
Конец 1900-х – начало 1910-х гг. стал уникальным в истории костюма периодом, когда впервые за сто лет в дневных платьях появляется короткий, длиной до локтя, рукав. Происходит постепенный отказ от глухих
воротников-стоек, появляется маленькое открывающее шею декольте. Новая форма мягкого лифа, который мог носиться без корсета, значительное уменьшение количества нижних юбок, более простые, лишенные тяжелой многослойности платья значительно облегчили наряд. Новая женщина – подвижная и независимая –
постепенно отказывается от викторианской замкнутости.
Анализ фотографий 1908 – 1917 гг. позволяет сделать вывод о весьма широком принятии модного силуэта уже в 1908 г. Вместе с тем, говорить о его повсеместном распространении нельзя – естественная линия талии фиксируется по фотографиям ежегодно на протяжении всего исследуемого периода. Наличие большого количества лифов с закрывающим шею стояче-отложным или стоячим воротником, так же как и широкое распространение длинного рукава, позволяет констатировать тот факт, что принятие новой, более свободной и раскрепощенной моды, не было всеобщим.
........ Этот образ оказался столь живуч, что новый идеал изнеженной и рафинированной дамы, предложенный журналами в 1913 – 1915 гг., как и реализующая его стилистика Востока, оказались чужды значительной части женщин – в конце 1910-х гг. они все еще предпочитали простые и удобные туалеты, не принимая сложного кроя новых мод.
...........

Как старая фотография может помочь в поиске

Истории о том, что интересного с ее помощью Вы узнали о жизни своей семьи.ВОПРОСЫ по фото здесь НЕ ОСТАВЛЯТЬ!!!

Истории о том, что интересного с ее помощью Вы узнали о жизни своей семьи.
ВОПРОСЫ по фото здесь НЕ ОСТАВЛЯТЬ!!!