РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

>> Ответ на сообщение пользователя Gul от 16 сентября 2021 18:30

Обычно я не комментирую статьи в харбинских газетах, за публикацию которых огромное Вам, Гюльнара, спасибо, но в данном случае не могу удержаться от замечания. Конечно, это, с одной стороны, просто забавно – подобные дискуссии о японских («ниппонских») нравах в русской прессе, с другой – это штрих, как мне кажется, к общей картине положения русских (и вообще выходцев из Российской империи) в Маньчжоу-го. У меня складывается впечатление, что режим, который Япония установила, был каким угодно, но явно не «оккупационным» в расхожем смысле слова. Во всяком случае, для русских он таковым точно не был. Можно сопоставить содержание и сам тон статей, подобных этой заметке, с тем, что в 1937 году позволено было писать или говорить в СССР. Опять же, я не идеализирую режим Маньчжоу-го, присутствовали и ограничения, случались отдельные эксцессы, но всё-таки, мне кажется, японцы и подконтрольная им власть вели себя по отношению к русским в целом очень корректно – особенно, если учитывать общий характер той эпохи. Читал на днях воспоминания харбинца Всеволода Васильевича Чеусова (1920-2007), https://hro.org/node/213 он много любопытного рассказывает о своей жизни в Маньчжурии. В частности, о том, как он получал образование. Его рассказ перекликается с тем, о чем я написал выше, о достойном отношении власти к русским подданным (орфография авторская):

«Заканчивая в 1937 году гимназию, я хотел учиться дальше, естественно. И вот, где-то в ноябре (тогда по реформе, учебный год кончался в декабре), появилось предложение учиться в создаваемом Государственном Университете «Кэнкоку» в столице страны Синзине (ныне Чанчунь), на полном государственном обеспечении, на японском языке. Отец, пробавлялся случайными концертами и церковным хором, и я решил держать экзамены на поступление. Желающих была уйма, но я легко прошел первый круг. Отобрали 12 человек на второй тур уже в столице, там был медосмотр и потом простое собеседование со знающим русский язык преподавателем…

Отобрали нас пять человек и с марта месяца 1938 года началась учёба в Университете. (…) В основу политики нового государства Маньчжу-Ди-Го, был заложен принцип равноправия, содружества и гармоничного развития всех народностей, населявших страну и потому в главный Университет страны, в котором почётным ректором был премьер-министр, а на торжественном открытии присутствовал сам Его Величество Император, принимались представители всех народов – китайцы, японцы, монголы, корейцы и мы русские.

Мы были на всём готовом: учёба и всё для неё, питание, одежда, занятия спортом, разными видами физического и духовного совершенствования, чтобы стать в будущем руководителями молодого государства, чтобы дружбу, возникшую в стенах университета, развивать среди народов страны».

Фотография Шаляпина из коллекции Музея музыки

[q]

Эта фотография была сделана во время гастролей Фёдора Шаляпина в Китае.
Место и дата съемки точно известны: Шанхай, Французский клуб, 26 февраля 1936 года.
Шаляпин сидит в центре, слева от него — мэр Шанхая генерал У Течен, во втором ряду — знаменитый китайский актер Мэй Ланьфан.

Шаляпин не планировал гастролей в Китае — он направлялся в Японию.
Но по пути заехал в Шанхай, где русские эмигранты устроили певцу восторженную встречу.
Шаляпин согласился после Японии выступить и в Китае. В феврале 1936 года он с женой и младшей дочерью приехал в Шанхай.
Шаляпин дал несколько концертов, затем отправился в Харбин, где его ждала еще более многочисленная русская диаспора.
Пение Шаляпина возвращало эмигрантам память о прежней России, навсегда покинутой родине. Люди в зале плакали.

Шаляпина как мировую знаменитость чествовали в Китае государственные и общественные деятели, представители бизнеса,
люди искусства. Мэй Ланьфан, непревзойденный исполнитель женских ролей в китайском традиционном театре,
всего за год до того посетил Советский Союз, где встречался со Станиславским и Мейерхольдом.
Он предлагал Шаляпину провести мастер-класс с китайскими студентами.
Однако певец был вынужден прервать гастроли. Причиной тому были деньги.
Шаляпин был оскорблен бесцеремонным предложением дать благотворительный концерт в пользу эмигрантов.
В ответ на категорический отказ на него посыпались упреки в баснословной дороговизне билетов.
Поговаривали, что именно в Шанхае родилась знаменитая реплика Шаляпина: «Бесплатно только птички поют».

Певца можно было понять — за свою жизнь он трижды терял накопленные средства, а надо было содержать большую семью,
материально помогать первой жене Иоле Игнатьевне и ее детям (Шаляпин это делал до последних дней).
Гастроли в Японии и Китае сулили неплохой заработок.

Просьбу эмигрантов о бесплатном концерте Шаляпин назвал «рекордом попрошайничества».
Разгневанный артист уехал прямо в день концерта.
Парадная фотография Шаляпина с официальными лицами Шанхая не только раскрывает малоизвестные страницы биографии певца,
но и напоминает о сложном, противоречивом характере гениального артиста.

[/q]

https://music-museum.ru/collec...kitae.html

[q]

МЭЙ ЛАНЬФАН (22.10.1894, Тай­чжоу, Цзян­су – 8.8.1961, Пе­кин), кит. ак­тёр.
Ис­пол­ни­тель ро­лей жен­ско­го ам­п­луа (дань) в пред­став­ле­ни­ях тра­диц. кит. те­ат­ра цзинц­зюй (т. н. пе­кин­ская опе­ра).
По­томств. ак­тёр, де­бю­ти­ро­вал в воз­рас­те 12 лет, в 14 лет по­сту­пил в те­ат­раль­ную труп­пу «Фу­лянь­чэн».
Ещё в мо­ло­до­сти при­об­рёл ши­ро­кую из­вест­ность в Ки­тае и за его пре­де­ла­ми, га­ст­ро­ли­ро­вал в Япо­нии, США, СССР в 1932, 1935 и 1952.
Соз­дал свой ис­пол­ни­тель­ский стиль, со­че­таю­щий пла­сти­ку дви­же­ния, вы­со­кое во­каль­ное мас­тер­ст­во, бле­стя­щее
вла­де­ние тра­диц. ак­тёр­ской тех­ни­кой и глу­би­ну эмо­цио­наль­но­го про­никнове­ния в сце­нич. об­раз.
Пер­вый ди­рек­тор ос­но­ван­но­го в 1955 Кит. те­ат­ра пе­кин­ской опе­ры (с 2007 Кит. гос. те­атр пе­кин­ской опе­ры, в его со­ста­ве с 2004 – Боль­шой те­атр пе­кин­ской опе­ры им. Мэй Лань­фа­на).


В 1986 в Пе­ки­не от­крыт Дом-му­зей Мэй Лань­фа­на. О его жиз­ни и твор­че­ст­ве снят ф. «Мэй Лань­фан» (2008)

[/q]

Вот что означают надписи на японском языке на этих известных нам открытках
(комп. перевод...
многословно и смешно, но лирично... )

Поезд в конце концов остановится на огромной станции из-за нашего любопытства и беспокойства. Харбин! ...
Невероятное волнение!» Я встречу вас плотно .........
Вывеска в центре платформы гласит:« Харбин Гочо ».





«Две очень добрые и красивые дочери Россия взяли меня за руку ......... Я приехал в Харбин.
Звук ботинок, спускающихся по ступенькам, тоже задел мое сердце»



«Небо голубое, а земля широкая. Перейдя мост, вы найдете магазин, все украшения и экзотическую атмосферу ..........
Красиво одетая дочь России, жена, джентльмен. .. Я иду весело и весело. +++ «
Понятно, это как Россия».
« На эстакаде Сайкоубаши видны рельсы и надземные линии трамвая. Тот факт, что эстакада направляется в сторону Даоли,
означает, что эти три человека идут на северо-запад, а тени этих трех человек простираются вправо, так что это фото,
сделанное утром




Эй, это река? Это как море. Вода неаккуратно на всю жизнь! Речные волны развеваются!
Ее глаза светлые. Мечта? Phantom?
Он лежит на небесах , как долго радуги



Я гость удачи. Я гость экзотики. Я впечатлен и оглядываюсь вокруг… Разные стили и разные образы
Красивые женщины проходят мимо, а уродливые женщины проходят мимо.
Место, где не проходят японцы. довольно экзотично "


«Центральный храм, прислушивающийся к звуку! Шпиль, поднимающийся в небо!» Колокол звенит в воздухе ...
«На краю континента, который задерживается ...»



«Это восточный филиал клуба, и я с энтузиазмом отношусь к огромным удобствам.
Когда я выхожу в сад, большой концертный зал передо мной думает о чудесной экономии в ночное время
Сначала я держу ее руку за красивая клумба. Цветы прекрасны, но и женщина прекрасна ………… »

Это Желсоб

---

Коробочка Граммофонные иглы




Плакаты
Первая годовщина Маньчжоу-Го



Рекламный плакат ЮМЖД

[q]

Центральное изображение женщины, одетой в длинную синюю одежду с отверстием спереди по центру.
Одежда оторочена желтой тесьмой и имеет разноцветные рукава, известные как «Цзяньдаофу»
(костюм среднего острова, средний остров - это примерно сегодняшний город Яньбянь, провинция Цзилинь, Китай).
Волосы стилизованы и представлены в виде железнодорожных рельсов с отходящими от них декоративными подвесками и шляпы, отороченной мехом.
Она держит на руках белого ягненка - символа производства шерсти в Маньчжурии.
Желтая площадка украшена повторяющимся растительным орнаментом, вероятно, цветком женьшеня, гербом Маньчжурии.

[/q]

Возрождение

Сообщения из Харбина и о Харбине

Памяти Хорвата

---

Здание (офис) Харбинского особого управления (Маньчжоу-Го)


Бывший особняк семьи Скидельских был построен на улице Больничной в 1914 .
Архитектор - Михаил Абрамович Трояновский.




По случаю освобождения Харбина от японцев (1945 год), глава советской военной администрации назначил торжественный прием.
В числе видных деятелей русской харбинской диаспоры на него приглашены братья Скидельские - Соломон и Симон.
Никто из них после приёма домой больше не вернулся.

Возрождение
Сообщения из Харбина и о Харбине

---

Харбин. Торговая школа