Красноярский край (Российская Федерация)

А вдруг здесь ваша фамилия!!!!
1917:Первая революционная власть в Минусинске
Порожденная военно-политическим и финансово-экономическим кризисом монархии и начавшаяся в феврале 1917 года революция всколыхнула сибирскую общественность. Создание, деятельность и судьба первых революционных органов в Минусинске и уезде уже освещались как очевидцами, так и историками. Однако в силу идеологических пристрастий авторов, незначительности их исследовательских экскурсов эта тема так и не стала объектом широкого и основательного, а где-то и объективного изучения. Необходимое с этой целью освещение личностей революционной власти осталось незавершенным. Советская власть не была заинтересована в предоставлении биографических сведений о загубленных ею деятелях революции — представителях политических сил, с которыми большевики вели ожесточенную борьбу.
Между тем происходивший здесь общий для Сибири революционный процесс был полон драматизма и сложностей, познание которых углубляет историю, делая ее поучительной для современного и последующих поколений российской демократии.
Организация революционной власти
Оформление новой власти в Минусинске произошло по инициативе политических ссыльных. Ее лидеры меньшевик
В.К. Иков, эсер Н.Я. Быховский и большевик А.П. Голубков, получив известие о революционном перевороте в столице, переговорили с местными общественными деятелями и 3 марта 1917 года созвали совещание. Оно стало первым заседанием Минусинского комитета по охране общественного спокойствия, в состав которого кандидатами были предложены представители различных политических партий, священнослужители, должностные лица. На заседании этого органа, через два дня переименованного в комитет общественной безопасности (КОБ), было решено издавать бюллетень, создать специальную группу по распространению воззвания “с разъяснением населению смысла совершающихся событий”, сформировать народную милицию и организовать сбор денежных средств для организации охраны города.
На следующий день в Минусинске состоялся митинг, на который собралась тысяча представителей общественности. Они избрали комитет общественной безопасности, члены которого, в свою очередь, сформировали исполком. Его председателем стал исполняющий обязанности городского головы П.А. Бахов, его товарищем (заместителем) — священник
Ф. Горбунов, секретарем — М.И. Хачатуров и членами — Р.И. Зефиров, Я.И. Шомесов, И.Г. Сафьянов, Н.Я. Быховский и В.К. Иков. Тут же комитет направил делегацию к освобожденной из ссылки и отъезжавшей из Минусинска “бабушке русской революции” Е.К. Брешко-Брешковской. Посланцы новой власти выразили ей от имени населения “чувства восхищения перед ее стойкостью в защите интересов народа”.
С целью окончательного упразднения прежней власти Минусинский КОБ постановил подвергнуть аресту жандармского ротмистра, агентов его управления и прапорщика местной команды, который занял выжидательную позицию. Вместо арестованного капитана Шашина начальником гарнизона и комендантом города был назначен член КОБа В.Ф. Цявловский, а начальником организуемой милиции — бывший юрист, сосланный за участие в революционном движении на Черноморском торговом флоте, М.П. Адамович.
Переход к республиканскому правлению комитет решил отметить митингом с молебном и парадом войск гарнизона и милиции.
Особенностью организации новой власти в здешних краях, по мнению очевидца, являлось создание не только городского, но и уездного комитета. 4 — 5 марта на съезде уполномоченных потребительских обществ Минусинского уезда под председательством бывшего политического ссыльного, агронома И.П. Бедро был сформирован уездный комитет, тут же получивший финансовую поддержку от кооперации. В него вошли от потребительских обществ И.И. Аланов, Т.И. Савенков и от союза кредитных товариществ — М.А. Агуф и Е.Д. Добров.
Организация уездного КОБа и наличие в нем местных общественных деятелей объяснялись современниками боязнью общественности анархии, потенциальным источником которой могла стать политическая ссылка, и доверием населения к своим лидерам. Существование уездного комитета было признано на заседании городского КОБа, а пятеро его членов приглашены в состав этого органа. Уже 7 марта уездный КОБ известил городской орган о командировании активистов для организации в уезде волостных и сельских комитетов.
Но такие поездки не всегда заканчивались благополучно. Вот что произошло, например, в селе Восточенском. Около 100 местных жителей, собравшихся в волостном правлении, спокойно встретили известие приехавшего пристава З. Тетюхина о падении самодержавия и обещали поддержку новому правительству. Но затем несколько пьяных человек, в прошлом отбывавших наказание в тюрьме, избили должностное лицо.
Начавшиеся разногласия...
По более поздним воспоминаниям большевиков, в Минусинске складывались три центра влияния на общественно-политическую жизнь. Освобожденные политические ссыльные и местные общественники формировали “союз защиты завоеваний революции”, состоявший из представителей либеральной интеллигенции, зажиточных слоев и домовладельцев. Марксисты организовывали рабочих и солдат. А крестьянство группировалось вокруг уездного КОБа и кооперации.
Созданные же общественностью КОБы представляли собой коалиционные органы, объединявшие весь спектр местных политических сил от кадетов до большевиков. Так, появившаяся группа РСДРП в составе 40 членов и под руководством латышского большевика, участника Лондонского съезда РСДРП и бывшего каторжника Ю.П. Гавена уполномочила присутствовать на заседаниях КОБа своих товарищей. 5 марта в городской комитет явилась делегация из пяти солдат, в частности И.Е. Карпова, П.Ф. Безматерных, объявившая о поддержке гарнизоном власти Временного правительства. Они также были введены в его состав. Среди городских комитетчиков находились кадет П.А. Бахов, народные социалисты Р.И. Зефиров, В.И. Кузьмин и И.Я. Чибизов, эсерка Л.Н. Злобина-Ядринцева, а также большевики К.И. Адосинская и А.П. Голубков. Кроме социалиста-революционера М.А. Агуфа, исполнявшего обязанности секретаря, членом уездного КОБа являлся представитель партии социалистов-революционеров Е.Д. Добров. К работе уездного комитета были привлечены и представители коренного населения: кадет И.И. Аланов, народный социалист И.М. Барашков и эсер И.И. Тютюбеев.
В основном членами комитетов стали представители интеллигенции. Так, к примеру, Аланов и Добров являлись кооператорами, Голубков — врачом с университетским образованием, Иков — банковским служащим, Назаров — учителем, Тропин — литератором, Хачатуров и Быховский — известными журналистами, Чибизов — директором училища, а Горбунов и Кузьмин — священниками. Некоторые из них являлись блестящими ораторами, полемистами и владели литературным даром. Обладая собственным видением государственно-общественного устройства, путей развития России и будучи вечными оппозиционерами, они длительное время занимались сугубо революционно-подпольной работой. Представители минусинской политической ссылки были в революционном движении с начала XX столетия, являлись участниками первой русской революции, съездов Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП) и партии социалистов-революционеров (ПСР), прошли тюрьмы и ссылку.
Созданный ими городской комитет, по мнению очевидца, “отличался большим радикализмом, чем... уездный комитет”, а его члены находились под постоянным прессингом со стороны революционных масс. Но большинство из них не имели способностей и опыта административно-хозяйственной деятельности. Им была свойственная радикальность не столько в поведении, сколько в высказываниях и претензиях, эти политики не умели договариваться.
Поэтому, несмотря на вызывающее поведение большевиков, политические разногласия вызревали в лоне самого Минусинского комитета. Как совершенно справедливо отмечал один из авторов, члены его уже 6 марта объявили о своей власти не только в городе, но и в уезде, а 12-го числа заявили о том, что уездный КОБ является учреждением, подчиненным городскому комитету, и играет роль его исполкома по уездным делам.
Однако ситуация требовала порой совместных усилий комитетов. Революция вместе со стремлением к демократическим преобразованиям сразу же вызвала в обществе и нетерпение, переходящее в бунтарские настроения. 7 марта в Минусинске распространились слухи о “брожении” среди заключенных местной тюрьмы, ожидающих правительственной амнистии. Назначенные комиссары выявили, насколько тяжелым было их положение. С целью его улучшения КОБ на следующий день направил в распоряжение начальника тюрьмы деньги, а также ходатайствовал перед соответствующими органами о снабжении пенитенциарного учреждения дровами и мукой. Мировым судьям было предложено пересмотреть некоторые дела. Докладывая на заседании КОБа 10 марта о переполненности тюрьмы и антисанитарии в ней, проверявшие предложили увеличить арестантский паек, улучшить медицинское обслуживание заключенных, а также изыскать денежные средства, в которых нуждались 150 человек амнистированных и выходивших на свободу. По их просьбе КОБ ходатайствовал о снятии кандалов перед министром юстиции А.Ф. Керенским.
Александр Шекшеев,
кандидат исторических наук,
член правления республиканского
общества “Мемориал”
Абакан
(Продолжение следует)

А ВДРУГ ЗДЕСЬ ВАША ФАМИЛИЯ? Газета "Хакасия", апрель 2014
Минусинский комитет продолжал свою организацию. 12 марта оформилось его исполнительное бюро, состоявшее из семи членов (М.А. Агуф, П.А. Бахов, Ф.Горбунов, Р.И. Зефиров, И.Г. Сафьянов, Я.И. Шомесов, А.Д. Яковлев) и трех кандидатов (А.П. Голубков, В.И. Кузьмин и А.Г. Шустер). Распространялись комитеты общественной безопасности (КОБы) и в селениях уезда, в частности в Ермаковском, Ильинской, в хакасских селах Усть-Абаканском и Верх-Аскизе. 9 марта общее собрание жителей села Каратуз избрало КОБ в составе 12 членов, на следующий день его председателем стал инспектор училища А.А. Мильчаков и начальником милиции — сельский староста Т.И. Мосин. Для нужд местной власти население собрало по подписке денежные средства.
Вопреки усилиям черносотенцев избранный 12 марта комитет в селе Каптыревском возглавил политический ссыльный, эсер В.С. Карцев. КОБ тут же, отыскав необходимые средства и медикаменты, постановил открыть прием больных в местную лечебницу. Созданный в селе Субботино комитет объявил борьбу с хулиганством, а в Шунерах — собрал и отправил в адрес Временного правительства денежные средства. Общим собранием жителей деревни Абакано-Заводской и рабочих Абаканского железоделательного завода был избран КОБ, председателем которого стал социалист-революционер П.Н. Тарелкин, в прошлом политический ссыльный. Комитетчики решили создать милицию, открыть потребительскую лавку, установить контроль за ценами и продуктами, а также повели борьбу с самогоноварением.
Сложнее оказалось оформить новую власть в казачьей станице Таштып. Весть об отречении царя сюда дошла еще 7 марта, а 9-го газета с этой информацией зачитывалась на общем собрании населения. На станичном сходе 13 марта иногородние по этому поводу ликовали, казаки же сомневались в возможности “жизни без царя”. Накануне волостного схода, должного избрать КОБ, разночинцы и казаки провели собрания по выдвижению кандидатов. В комитет избрали 11 человек, в основном представлявших казачье сословие, председателем стал И.М. Кузьмин. Ими была создана милиция, приняты меры по выявлению огнестрельного оружия и самогонных аппаратов. Но уже
26 марта группа разночинцев и крестьян, которые сочли, что в КОБ и милицию прошли “недостойные лица”, по инициативе местного священника и под председательством А.И. Олефимского начала борьбу с “темными силами”.
Большинство населения встретило революцию с воодушевлением и высказывалось в поддержку новой власти. К примеру, на состоявшемся 19 марта в селе Тесь женском собрании учительница поздравила собравшихся как участниц первого революционного мероприятия. Они избрали двух представительниц в КОБ. Проходившее в тот же день в селе Моторском собрание общества потребителей приветствовало “зарю свободы”, а 23-го — послало телеграмму в адрес Государственной думы с заверением в преданности Временному правительству. Курагинский комитет отправил приветственную телеграмму в Петроград. Жители деревни Ильинской собрали для нужд армии денежные пожертвования.
Справившись с организацией КОБов в некоторых селениях, уездный комитет приступил к реорганизации правоохранительных органов. 14 марта он постановил: упразднить уездную и городскую полицию, начальнику городской милиции Адамовичу, назначенному через день еще и уездным комиссаром милиции, принять дела управлений. 16 — 17 марта он вместо уволенных полицейских набрал для охраны порядка в Минусинске 15 пеших и шесть конных милиционеров. Состоявшееся следом собрание постановило ускорить процесс организации оплачиваемой милиции в городе и уезде.
Первые шаги большевиков
Наряду с усилением значимости уездного КОБа в политической жизни региона налаживалась и деятельность местных большевиков, сосредоточивших свои усилия на работе среди солдатских и рабочих масс. Еще 11 марта члены большевистской фракции IV Государственной думы Н.Ф. Шагов и Ф.Н. Самойлов посетили местную команду, после чего солдаты вручили им наказ защищать их интересы. Но уже вскоре военнослужащие гарнизона приняли присягу правительству, а члены КОБа озаботились обеспечением их бельем, одеждой, сапогами, медпомощью и литературой. Для солдат, приезжавших домой, дамский комитет подготовил помещение, начальнику милиции было предписано выдавать отпускникам открытые листы для бесплатного проезда.
15 марта 1917 года в Минусинске состоялось первое заседание совета рабочих и солдатских депутатов, в состав которого избрали 23 представителя от рабочих, пять — от солдат и по два — от социалистических партий. В исполком вошли М.А. Агуф, Ф.А. Герасимов, А.П. Голубков, Л.Н. Злобина-Ядринцева, И.Е. Карпов, А.Х. Фокин и С.Г. Эйдеберидзе. Кроме того, была создана продовольственная комиссия и делегированы три человека в городской КОБ. 17 марта на первом заседании исполкома, избравшего своим председателем эсера Агуфа, было решено открыть биржу труда и издавать газету “Известия”. Несмотря на то, что рабочие массы города в это время еще шли за эсерами и меньшевиками, большевикам удалось провести в совдеп нескольких членов, а избранный в состав исполкома Голубков вскоре стал товарищем председателя. Следом были организованы советы рабочих и солдатских депутатов на рудниках Юлия, Улень и Богомдарованный.
Демократия у власти
С самого начала своей деятельности комитеты общественной безопасности были вынуждены сотрудничать друг с другом и Советами. Так, когда просушка заготовленного интендантством для армии хлеба, порученная продовольственной комиссии совдепа, не удалась, уездный КОБ решил взять продовольственное дело в свои руки, подключив к нему кооперацию.
Заслушав телеграмму министра юстиции об амнистии по уголовным преступлениям, члены городского и уездного комитетов 21 марта решили с целью их освобождения командировать в тюрьму специальную комиссию в составе работников прокуратуры и комиссаров, а также выделить для поддержки данных лиц три тысячи рублей. Через день освободились 220 заключенных, а еще 26 готовились к выходу на свободу. Комиссия снабдила их некоторым количеством одежды и обуви. Более мягкими становились отношения комитетчиков и с лицами, продолжавшими находиться в заключении. Например, по заявлению заключенных, которые дали слово вести себя спокойно, в тюрьме было разрешено держать камеры открытыми на три дня празднования Пасхи.
Особенностью в деятельности сибирских комитетов являлось оказание помощи амнистированным каторжанам. Получив 22 марта решение Иркутской тюремной инспекции, повторяющее приказ по министерству внутренних дел о расселении освобожденных каторжников, занятых на строительстве Усинской колесной дороги, Минусинский КОБ создал комиссию по их устройству и послал в район их нахождения комиссаров. 11 апреля комитетчики запросили в инспекции средства на нужды бывших каторжан из доходов Усинской дороги.
Первые амнистированные каторжане появились в Минусинске, где им представили временное жилье и пожертвования. Не имея возможности следить за поселенцами и учитывая обеспокоенность местного населения, Минусинский КОБ охотно ходатайствовал перед Временным правительством о возвращении их в родные места, а 24 апреля постановил выдать им паспорта с правом проживания по всей России. Однако губернский комиссар заявил о возможности выезда данных лиц за пределы подведомственной ему территории только после отбытия трехлетней ссылки и предложил начальнику уездной милиции принять меры по их трудоустройству. На 26 апреля в Минусинском уезде были размещены 596 амнистированных.
Вместе с тем запрошенные в Иркутской тюремной инспекции денежные средства в распоряжение Минусинского комитета так и не поступили, а пожертвования от мусульманской общины, Сибирской компании, общества потребителей, торгового дома Смирнова, товариществ Ивановых и Вильнеров, различных частных лиц были целиком истрачены на путевое довольствие амнистированных и содержание специального пункта, предназначенного для их ночлега и питания. Поступившие от населения одежда, обувь и продукты комиссия распределила между нуждавшимися. Отсутствие надежного и постоянного финансирования осложняло деятельность КОБа по размещению амнистированных и их пребыванию в Минусинске. Поэтому в мае — июне 1917 года некоторые бывшие каторжане, воспользовавшись разрешением военных властей и бесплатным проездом, отправились на службу в Сибирские запасные полки, дислоцированные в Ачинске.
Очередной акцией большевиков, которая вела к конфронтации с КОБом, стала их попытка обрести контроль за милицией. 26 марта в Минусинске их собрание единогласно приняло предложение большевика Ю.П. Гавена избрать комиссию из трех человек, которая вместе с двумя представителями гарнизона должна была заняться формированием новой милиции.
Еще одним делом, общим для минусинских властей, стали учет и переоценка стоимости имевшихся в местной торговле товаров. Это было вызвано недовольством и возможными эксцессами со стороны населения, возбужденного слухами о залежах довоенных и дешевых товаров, а инициировано общим собранием гарнизона. 9 апреля была создана комиссия по нормированию цен на товары, в которую вошли по три представителя от совдепа и гарнизона, КОБа и владельцев магазинов, один — от продовольственного комитета и пятеро — от общества приказчиков.
Владельцы магазинов не смогли предоставить комиссии оправдательные счета по закупке некоторых товаров, а покупательная цена на них колебалась. Поэтому было решено снизить цены на товары без счетов на 75 процентов и на предметы роскоши — на 30. Закрытию подлежали магазины французского подданного Штеблера, где продавались охотничьи ружья и припасы по высоким ценам. Осуществив эту работу в магазинах Смирнова, частью — у Савельева, Вильнера, Калнина и Рогозинского, комиссия постановила во избежание возможного психоза толпы и скупки населением товаров открыть все торговые точки сразу. Приказчикам было указано продавать дешевую мануфактуру в ограниченном объеме.

Красноярский край

▶ ДИАЛОГОВАЯ тема (для вопросов/ответов)