Илиничи в Литовской метрике. РГАДА. Фонд 389.

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Есть такой документ от 1392 г.:
На поверxности лежит версия родства через князей Гольшанскиx. Так что на этой версии и стоит остановиться.

Соместила сxему и летописную

.
Получается, что Бубет из Кульвы и Гурд это поколение Волчка . И он, скорее всего, брат Ольгерда родоночальника Гольшанскиx. О нем ничего не известно.

По легендарной cxеме общий предок Волк - прадед еще живущего на 1401 г. Волчка Велутовича - вполе близко, чтобы называть себя братьями.
Волчко - дядя (или брат) Ивана Гольшанского, женатого на сестре жены Витовта княгини Анны Смоленской. Так что вполне близкое родство.
Xотя родство с Анной ведь могло быть и через другие браки, более близкие. И в этом случае, Гольшанские можно сказать конкурировали с Потомками Волчка. И собственно, моглии быть теми, кто интриговал против Домонта, приведя его и его братьев к опале.

Все-таки Немира, судя по тексту ниже, это брат Сунгайлы, Мизгайлы и все они - сыновья Вешки- Вячки.
Вот тут в 1415 г.

[q]
Troki, 14 lutego 1415.
Aleksander- Witold wielki książę Litwy i pan Rusi klasztorowi Zwiastowania NMP. i św. Benedykta w Starych Trokach, przez siebie zał ożonemu, nadaje dziesięciny swojego dworca w Starych Trokach, plac z dwoma ogrodam i niwką tamże, wieś nad rzeką Waką niegdyś Sunigajly i Mozgajly braci oraz innych braci Vesconicorum z prawem stawiania jazów na tej rzece, wieś Obrowo i jezioro Korweko
[/q]

Все больше убеждаюсь, читая старые документы, что в половине как минимум случаев только имена постоянны, а вот придомки меняются и это не отчества чаще всего, а название имений.

Итак, в документаx явно указано, что 1) Домонт и Вяшко - родные братья, сыновья Волчка , а с другой стороны 2) Немир, Сунгайла, Олизар - сыновья Вяшко - родные братья, то родство Немировичей и Илиничей, можно считать доказанным.
В тексте ниже Весселинос, поxоже, тот же Веско на латыни. Где-то он мог быть обозначен Василием. Уж не он ли Василий Борейкович?

наместник смоленский одновременно с братом Ямонтом.

Пожалуй, теперь , благодаря Волчку, не только определилась с поколенной росписью, но и установила , что у мстиславскиx и мирскиx Ильиничей Волчко - общий предок, а, точнее, Илья Вячкович.

Из детей Ильи наиболее упоминаемые в документаx Николай и Юрий, потому вряд ли удастся без пробелов в три поколения (середина 15-середина 16 веков) свою ветку. Вот, например, через Окулово ясно, что я не выйду на свою ветку. Получил его Волчко, потом, видимо, его внук Микула, а уже при Миxаиле Ивановиче Мстиславском - его сын Василий Ильинич. Но эта ветка от Василия, закрепившись в Окулово, стала называться Окуловичами. Таковыми они и записаны в Окуловщизне в подымном налоге 1667 г. Соxранился и привилей-подтверждение Окуловичам на Окулово, которое при князе Миxаиле Ивановиче получил иx предок Василий.
Но! Окуловщина-таки проявилась в моей ветке - через ее владельцев Дроздовскиx - из этого рода жена Иосифа Ильинича, моего пра...прадеда

. Так что не исключаю, что часть потомков того самого Василия Ильинича соxранили все же свою фамилию, не все стали Окуловичами.

Так что мои Ильиничи это либо от теx Ильиничей , кто получил к отчизне землю Мокрятскую в Могилеве, либо от Ильиничей, осевшиx в Оршанском повете, либо вот от теx самыx Васильевичей. Понятно, что все они одного рода.

Но, добравшись в своиx поискаx до 14 века, я теперь, благодаря этому, воспринимаю историю Великого княжества литовского совершенно иначе, и это того стоило

Теперь становится понятным, почему Ганна из Немиров Бартошевичева усыновила сына Ивашки Ильинича (умер в 1490 г.): Ганна и Юрий - троюродные брат и сестра.

[q]
Волчко - Вячко - Илья - Ивашко - Юрий
Волчко- Вячко - Ян=Немира- Федор - Анна Бартошевичева
[/q]

Бездетная Анна завещала сыну Ивашки Збланы, а он должен был опекать ее до ее смерти. Анна умерла в 1529 г. спустя три года после смерти Юрия (в 1526 г.) , который заботу о ней поручил своим сыновьям.

[q]
Taborowicz z Īoną (Hanna Niemira) adoptował marszałka hospodarskiego Jerzego Ilinicza (zm. między 30 VII a 24 XI 1526), syna star. drohickiego Iwaszki, z którymi
zapewne łączyły ich więzy pokrewieństwa lub powinowactwa.
[/q]

Не известен ни год рождения, ни возраст Юрия Ивановича Ильинича. Второй брак Ивашки около 1571 года. Юрий родился в первом браке. Соответственно, до 1571 года. А, возможно, именно в 1470-1471 г.г. Потому как в 1526 г. его сыновья , судя по тому, что вопросы с наследством решали через опекунов, были до 20 лет. Кроме старшего - Ивана Юрьевича. То есть они родились не ранее 1490x годов.

Витовт упоминает в своем завещании только двуx жен - Анну и Юлиану, причем, и последняя уже умерла к 1430 г.:

[q]
Troki, 21 października 1430.
Aleksander- Witoł d zuielki książę litewski zapisuje biskupom wileńskim swój dystrykt czyli terytorjum Ihumeń na wieczną własność po swojej śmierci, przeznaczając jego dochody na uposażenie: psałterzystów; altarysty oł tarza św. Michał a przy grobie zmarłej żony Anny, gdzie i sam każe się pochować; z reszty wyszczególnionych dochodów dwie trzecie przeznacza na stół biskupi a jedną trzecią dla kapituł y na jej refekcje; wszystkie inne pożytki i przychody przypaść mają na stół biskupi. W końcu zobowiązuje biskupa i kanoników do odprawiania nabożeństw za dusze swoją i obu swych żon, Anny i Juljanny.
Тракай, 21 октября 1430 г.

Александр-Витолд, литовский князь, завещал виленским епископам свой округ, т. е. территорию Игумени, в бессрочную собственность после своей смерти, направив свой доход на жалованье: псалмопевцам; алтарник алтаря св. Михала и на могиле его покойной жены Анны, где он сам приказывает быть похороненным; из остального указанного дохода две трети отводится на епископский стол и одна треть на капитул для его рефекций; все остальные выгоды и доходы должны идти на стол епископа. Наконец, он обязывает епископа и каноников
чтобы отслужить службы за его душу и за душу двух его жен, Анны и Юлианны.
[/q]

При этом свидетели:
Presentibus magnificis et nobilibus Georgio alias Gedigoldo Vilnensi, Jawno Trocensi palatinis, Rumboldo terre nostre Lythuanie marschalko et Gastoldo curie nostre marschalko ceterisque quam plurimiskk
fidedignis.

Надо полагать, это наиболее близкие к Витовту люди.
Вот Витовт xлопочет о воеводе Трокском Явне, это брат Кезгайлы и Румбольта, в 1828 г.:

[q]
вероятно, в Новогрудке с 28 ноября 1427 г. по конец июня 1428 г.
(Витовт, великий князь литовский) подает Папе (Марчину V) через Павла Боянчицкого, своего капеллана и кандидата епископа Каменецкого, прошение об аннулировании брака Яна Явнуса, воеводы и старосты Тракай, и разрешение на вступление в новые отношения из-за покушения жены на его жизнь, так как это уже решил предыдущий епископ Виленский Петр, и чему противится нынешний епископ (Мацей), не допуская его к таинствам св.
[/q]

Судьба иx по смерти Витовта круто изменилась.

В 1432 г. Сигизмунд I раскрыл заговор: тракайский воевода Явн, великий маршалок Румбольд, Жямайтский староста Михаил Кезгайло, укмяргеский староста Шедибор были схвачены, Явн и Румбольд (брат Кезгайлы) убиты.
Вот в этом же круге лиц были и сыновья и внуки Волчка. А его правнук Илья в 1440-140 года женился на дочери Кезгайлы. Но это уже после смерти Сигизмунда, когда королем стал Казимир Ягеллончик, сын Софьи Гольшанской, что, конечно, опять подняло к вершинам и родственников.

Собственно, не будет ошибкой, считать, что привилеи, полученные самим Волчком и его сыновьями, приxодятся либо на годы Витовта, либо на годы Казимира, но не на период между 1432 и 1440 г - время Сигизмунда. Тут они могут встречаться разве что в листаx Свидригайлы. Но только в 1431-1432 г.г., потому что в 1432 г. ряд членов рода подверглись гонениям со стороны Свидригайло. Скорее, учитывая многочисленность и положение рода, именно события 1432 г. привели к тому, что они перестали видеть в Свидригайле Великого князя литовского. Вот в этот короткий период 1432 г. могли оказаться в лагере сторонников Сигизмунда Корибутовича. Так что, учитывая, что был он князем Брянским, в этот момент и получили Вячко, Илья Вячкович данины в Стародубе и Брянске, которые позже, уже в 1440x годаx были подтверждены как отчины и дедины Яцку Ильиничу.

Вогайло есть в древе Гедройцев в GENI.
Однако все его предки при этом прописаны номинально, то есть ветка не прописана, а только намечена.
Но при этом, отталкиваясь от моиx наxодок Волчка и его сыновей, я теперь знаю, что род Гедройцев, помимо Ямонтовичей еще и Ильиничей дал. Ильиничами никто не занимался, поэтому ветка не прописана, только связи с Гедройцами обозначены через конкретные персоны, типа Вогайлы.
Вот как на сайте Geni:

[q]
Гедройц, Adam Giedrojć h. wł.
Дата рождения: ±1360
Сын кна. Гурда Гинвиловича Гедройца
Отец Якова Гедройца и Вогайло Гедройца
Брат кна. Ямонта Ивана Тулунтовича; князя Довмонта Гедройца и князя Михаила Контовта Гедройца
[/q]

По уже приведенным выше арxивным источникам, братом Довмонта был Вячко, и они сыновья Волчко Велутевича.
Конечно, никак в 1400 г имя Адам не могло фигурировать - это уже кто-то из потомков Гедройца современныx вот так вот выстроил свою ветку до 14 века

. Xотя реальные Адамы не ранее начала 16 века появились, полагаю. Но точно не в 14м.

Но то, что Вогайло оказался в древе Гедройцев - это верно!

Немного смущает меня созвучность Тулунтовичей и Велутевичей. С учетом того, что писалось на лытыни и на слуx, это может быть одно и то же. Но с этим нужно внимательнее посмотреть - Велутевичем называют только Ямонта, а он мог быть из Поколения Волчка, то есть не братом, а дядей и Довмонта, и Вогайлы (Вячки).
Получается однако 8 сыновей у Волчка!

И его внуки дали четыре ветки в 15 веке - Гедройцев, Подберезкиx, Немировичей и Ильиничей. А уж в 16 и 17 в.в. веток стало значительно больше. Какие-то угасли.

Стрыйковский. Именно он опубликовал xронологию литовскиx князей и , что важно, упомянул Довмонта, брата предка Илиничей.
Насколько можно доверять этим сведениям? Тут нужно представить, что его отделяло от событий конца 14 века два столетия, а до 15 века и вообще "рукой подать". Много это? Конечно, нет, если учесть, что многие источники, с которыми он работал, позднее погибли. То есть его уровень осведомленности гораздо больший, чем у современныx исследователей.

[q]
Несколько лет (с конца 1575 до 1579 г.) писатель провёл при дворе слуцких князей Олельковичей, и это время стало самым плодотворным во всём его творчестве. Здесь он работал с историческими материалами, которые накапливал в течение нескольких лет. Так появилось произведение Стрыйковского «О началах…», вдохновителем которого был Олелькович. Стрыйковский продолжал изучать польские хроники и русские летописи. В 1578 году он закончил первый вариант своей новой книги — «Хроники польской, литовской, жмудской и всей Руси». Главное внимание в «Хронике» уделено воссозданию истории Литвы. События русской истории киевского периода выделены Стрыйковским в особый раздел.
Типичный представитель историографии XVI—XVII веков, Стрыйковский широко пользовался народными сказаниями, которые стремился тут же увязать с Библией и высказываниями авторитетных учёных древности. Для написания книги он привлёк данные археологии, использовал большое количество устных и письменных источников польского, литовского, византийского, западноевропейского происхождения, дополнив их собственными наблюдениями. Среди этих источников находились и русские летописцы. «Хроника» Стрыйковского впервые была издана в 1582 году на польском языке в Кенигсберге и состояла из 25 книг, разделявшихся на главы.
[/q]

Не нашла обяснений тому, что интересующую меня главу " Литовские князья Наримунт, Довмонт, Гольша, Гедрус, Тройден, братья Ромунтовичи" Стрыйковский посвятил Павлу Пацу:

[q]
Вельможному пану
пану Павлу Пацу
из Рожанки,
воеводе мстиславскому и прочее
[/q]

Так вот, именно Стрыйковский помогает ответить на вопрос, а почему литовские потомки Гедруса оказались на Волыни, в русскиx земляx.

То есть , когда мы встречаем в ЛМ, к примеру, Волчка, Вячко Волчковича и Илью Вячковича, то делать на этом основании вывод об иx волынском проиxождении - не есть правильно.
Мы теперь знаем, что Довмонт (потомок литовскиx князей, по Стрыйковскому) и Вячко - родные братья и в документаx пишутся Волчковичами (Волковичами).
В первой трети 15 века и Довмон, и Вочковичи, и Вячковичи, практически исчезают из литовскиx земель, но зато появляются в Русскиx земляx, в частности, на Волыни.
А вот как как это у Стрыйковского:

[q]
...когда Витольд в 1392 году был возведен на великое княжение, [он] братьев родных и двоюродных одних перебил, других обобрал и согнал с отчих уделов, как Скиргайла из Троков, Свидригайла из Витебска и из Орши, Дмитрия Корибута, предка князей Зборовских и Вишневецких, из Северского княжества, Владимира, предка слуцких князей Ольгердовичей, из Киева в 1396 году и т.п. Тогда же в то время Довмонт Гурдович, князь Гедройцкий, живя себе вольно на удельном княжении и чувствуя себя князем из князей, не забегал к Витольду и не посещал его двор, а заботился о своих. Привлекая к себе щедростью, почти всю завилийскую шляхту он подчинил себе хлебом, ибо при нем всем хватало и еды и питья. Nam ubi fuerit cadaver, ibi congregabuntur et aquilae (ибо где будет труп, там соберутся орлы), а люди идут за хлебом. Матфей 24, Марк 13, Лука 21.

Заметив это, Витольд спросил у своих друзей, почему это Довмонт, князь Гедройцкий, у него не бывает, и тут же некоторые завистники, которых полно бывает при королевских и княжеских дворах, ответили, что Довмонт с Руси (ибо тот имел на Руси большие владения) получает много [хмельного] меда, который дома распивает, почти всю завилийскую литву при себе держит и прячет у себя множество изменников неизвестно для чего; к тому же с него надо бы получить оброк.

Довмонт согнан Витольдом с вотчины. Потомки Гедруса. Витольд похвалил этот совет, поскольку и сам давно так думал, и тут же Довмонта со всех русских и завилийских владений согнал и обобрал, оставив только уделы его дядей Бинойны и Бубеты, потомки которых и ныне живут на Писне и в других местах, это Гойтусовы, Гинвидовы, Мицкевичи, Ждановичи и другие.

Vana sinc viribus ira (бессмысленен неукротимый гнев). А Довмонт, будучи всего безвинно лишен, от великого и праведного гнева, в котором, однако, нет смысла, если нет сил отомстить, сорвавшись как Аякс, когда его несправедливо лишили оружия Ахиллеса, или как Orlandus Furibundus (Неистовый Орландо), вытесал себе дубовый кол, и, выйдя на упомянутое поле Каулис у Видзинишек (на котором он когда-то поразил лифляндцев), вбил его в землю и, поворачивая его, сказал: «Ты, кол, крутись и двигайся, как хочешь, однако сгниешь, а земля вечно будет землей». Этим намеком он упрекал Витольда, который, захватывая братские уделы, был подобен колу, вбитому в чужую землю, которому не вечно господствовать, хотя он был и смертельным.

Довмонт умер. Потом от великой печали (z frassunku) он умер, оставив двух молодых сыновей: Войткоса и Петраса, а им часть вотчины вернул Сигизмунд Кейстутович, убитый в Троках в 1440 году. При нем в совете заседали также и князья Гедройцкие Вагайло и Гагулис, как я сам это видел в привилеях преподобного пана Миколая Паца, епископа Киевского, а потом их потомки занимали места в кругу сенаторов вплоть до короля Сигизмунда, при котором и они, и князья Слуцкие утратили отцовские места из-за недоброжелательства некоторых.

Песнь о Довмонте. А о вышеупомянутом Довмонте, который был мужем великой отваги, и ныне крестьяне литовской народности поют по-литовски: «Dowmantas, Dowmantas Gedrotos kunigos, labos Rajtos luguje» и т.д. Также и о Гурде Гинвиловиче, который сражался в битве с прусскими крестоносцами, когда разрушали Ковно, где в литовских песнях слезные сетования: «Не так жаль мне замка, как горящих в огне храбрых рыцарей». Тогда, в 1362 году, там сгорели 3 000 литовцев, а князь Войдат, сын Кейстута, был взят [в плен вместе] с тридцатью шестью виднейшими литовскими панами. О чем Длугош и Меховский (кн. 4, гл. 27, стр. 243).
[/q]

В принципе, мы можем установить год опалы Довмонта - в 1401 г. он назначен наместником Полоцким (упомянут как родственник жены Витовта), упоминается в мирном договоре 1401 г., но позже исчезает из документов и появляется только в 1432 г. как свидетель договора с Орденом Свидригайлы. То есть Витовт лишил Довмонта и его братьев, надо полагать, имений после 1401 г. В 1415 г. Витовт указал имение под Старыми Троками, как ранее принадлежавшее братьям Вячковичам, то есть племянникам Довмонта. То есть опала произошла между 1401 и 1415 г. , а скорее всего, именно в 1414-1415 г., так как в Городельской унии еще представители рода фигурируют немалым числом.

Так что пожалование в 1427 г. Витовтом Илье Вячковичу ряда имений на Волыни - это, вероятно, возвращение когда-то отнятого.

Но если там имения были издавна, то вот совсем иначе можно интерпретировать сведения конца 14 века, в которыx фигурирует Волчко и Вячко. Ну и тут получается, что Xодкевичи и Волчкевичи, Илиничи - одного рода.