Подписанные фотографии с барахолок

Dododo написал:

[q]
4502
Николай Андреевич и Виргиния Михайловна Меранвиль де Сент-Клер 1897 Фотограф Fr de Mezer, Киев
тут (всего 9 снимков, похоже, одной семьи)
"Возлюбленному сыну Александру от родителей в память своего полувекового брачного юбилея. Август 1847-1897
Родословная к августу 1897
Родоначальники Меранвиль де Сент-Клер:
Николай Андреевич 69 лет (1828 г)
Виргиния Михайловна 67 лет (1830 г)
У них: детей 12, внуков 37, правнуков 5."
[/q]

https://forum.vgd.ru/post/86/84759/p3623060.htm#pp3623060
Вот спасибо Dododo за такую находочку! Приготовьтесь, рассказ будет очень долгим и , надеюсь, не менее увлекательным. Итак:
Меранвили де Сент-Клеры - древний французский дворянский род. Родоначальник российской ветви - Андре (Андрей Степанович) Меранвиль де Сент-Клер, потомок французского аристократического рода, бежавшего в Россию от ужасов Французской революции конца XVIII столетия. Родился в 1784 году. Коллежский регистратор. 05.04.1813 французскому эмигранту из революционной Франции Андре М. де С.-К. (Андрею Степановичу) даровано российское дворянство. Из титулярных советников поступил корнетом в Павлоградский Гусарский полк 5.02.1815; пожалован в поручики 18.06.1817; по болезни уволен 6.01.1818. С 27.03.1815 находился в походе во Франции. За ним в 1822 состояли 22 души в д. Булычево Касимовского уезда. Внесен во II ч. ДРК Тамбовской губернии. 14.12.1822 внесен во II ч. ДРК Рязанской губернии.Жена - Мария Федоровна, дочь майорши Настасьи Владимировны Смородиновой, которая 25.09.1818 подарила зятю имение в п. Бесково Елатомского уезда Тамбовской губернии.
Источник: https://62info.ru/history/node/11869

И было у отца три сына – Фёдор Андреевич Меранвиль де Сент-Клер (1819-?), Борис Андреевич Меранвиль де Сент-Клер (?-?) и Николай Андреевич Меранвиль де Сент-Клер (1828-?), изображённый на фото с женой Виргинией Михайловной (1830-?) в день золотой свадьбы. На фото он скорее всего уже в отставке и «угнездился» в тёплом Киеве. А в послужном его списке в памятных книжках Вологодской губернии числятся должности и заслуги:
«Меранвиль-де-Сент-Клер Николай Андреевич
Исправник Тотемского уездного полицейского управления. Коллежский советник. Кавалер ордена Св. Анны 3-й ст. (Пам. кн., 1873 г., с. 32).
Кавалер ордена Св. Станислава 2-й ст. Член Тотемского училищного совета от Министерства внутренних дел. (Пам. кн., 1875-1876 гг., с. 55).
Уездный исправник Яренского уездного полицейского управления (Пам. кн., 1879 г., с. 84).
Член Яренского училищного совета от Министерства внутренних дел. (Пам. кн., 1879 г., с. 88)».
Источник: https://www.booksite.ru/who-is-who/m_466.html

У Николая Андреевича с женой Виргинией Михайловной детей родилось предостаточно (12, судя по подписи на фото, но на Geni удалось «выловить» семерых):
Александр Николаевич Меранвиль-де-сент-Клер (1847-?), коему и было подарено родительское фото.
Ольга Николаевна Меранвиль-де-сент-Клер (1849-1866) , родившаяся и умершая в Вильно (Литва),
Константин Николаевич Меранвиль-де-сент-Клер (1855-1942), эмигрировавший и скончавшийся во Французских Альпах в Провансе, на Лазурном Берегу, как и его супруга Ольга Николаевна, урождённая Лопатина (1860-1933)
Андрей Николаевич Меранвиль-де-сент-Клер (1864 -?)
Сергей Николаевич Меранвиль (Меранвиль-де-сент-Клер) (1866-1937) - статский советник в отставке, перешедший на сторону советской власти после революции (что обычно чревато) и расстрелянный ею же в 1937 году
Павел Николаевич Меранвиль-де-сент-Клер(?-?)_ надворный советник на 1894 г.
И Владимир Николаевич Меранвиль-де-сент-Клер(?-?)

Надворный советник Александр Николаевич Меранвиль де Сент-Клер был уроженцем Вологодской губернии, жил в Белгороде с 1879 г. и в 1894 г. был старшим помощником надзирателя Акцизного управления 5-го сахаро-акцизного округа. Прославился он лишь тем, что «Одним из первых, в 1903 г., провел телефон «помощник надзирателя сахарно-акцизных сборов в Курской губернии Александр Николаевич Меранвиль де Сент-Клер» У него были сын Леонид дочери Надежда и Ксения и Елизавета.
О Надежде не удалось найти почти никаких сведений, кроме того, что около 1896 г. она писала и публиковала в Харькове и центральных изданиях монархические стихотворения, посвященные царю. Но сохранился портрет кисти художника-пейзажиста(1838 – 1909) Юлия Феддерса, «Портрет Н.А.Меранвиль де Сент-Клер» Он сохранялся в семье Феддерсов и был передан в музей сыном художника Г.Ю. Феддерсом. Он указывал, что «изображенная на портрете молодая женщина – внучка или правнучка француза Меранвиля де Сент-Клера..., отец Н.А. был заурядным акцизным чиновником, даже не говорившим по-французски. Мы были знакомы с этой семьей по Петербургу и Белгороду» Её брат Леонид Александрович Меранвиль де Сент-Клер (1885 – 09.05.1938) – одноклассник Георга Феддерса по Белгородской гимназии. Портрет написан и выставлялся в Петербурге в 1897 г.
Источник: https://ssafro-n.livejournal.com/4452.html
Портрет этот вы можете видеть на фото 8

Ксения Александровна Меранвиль-де-сент-Клер (1886-04.04.1942) была замужем дважды. За Андреем Григорьевичем Яцевичем (1887-14.12.1942), искусствоведом-пушкинистом, скончавшимся от голода во время блокады. И за Владимиром Полиевктовичем Костенко (1881-1956), инженером-кораблестроителем, участником Цусимского сражения, эсером, одним из организаторов советского судостроения. С 1922 по 1942 год она была его второй женой. Ксения Александровна Меранвиль де Сент-Клер в 1909 г. окончила Харьковский институт благородных девиц и стала киноактрисой. В последние годы жизни жила в Ленинграде. Обладая хорошим литературным слогом, в 1941 году помогала первому мужу Андрею Григорьевичу Яцевичу в издании его книги "Пушкинский Петербург". В разделе книги "От автора" он благодарит К.А.Костенко за помощь. Умерла в блокадном Ленинграде от истощения 4 апреля 1942 года, когда второй муж находился в заключении в Челябинской тюрьме. Похоронена на Волковском кладбище Санкт-Петербурга в одной могиле со старшей сестрой и А.Н.Яцевичем, которые тоже умерли в блокаду:
Костенко Ксения Александровна, 1886 г. р. Место проживания: ул. Декабристов, д. 29, кв. 19. Дата смерти: апрель 1942. Место захоронения: неизвестно. (Блокада, т. 15)
Благодаря справочнику «Возвращённые имена» по адресу удалось вычислить и старшую сестру. Вот она:
Халонская Елизавета Александровна, 1868 г. р. Место проживания: ул. Декабристов, д. 29, кв. 19. Дата смерти: февраль 1942. Место захоронения: неизвестно. (Блокада, т. 32)
Позже оказалось, что её фамилия написана с ошибкой.
Источники: https://www.kino-teatr.ru/kino/acter/w/empire/298177/bio/ ; https://popgun.ru/viewtopic.ph...;start=540 ; http://visz.nlr.ru/blockade/10 и Родовод

От Елизаветы Александровны Халанской (урожд. Меранвиль де Сент-Клер)(1868-1942) остался единственный видимый источник:
РГАЛИ Шифр : ф. 1296 оп. 1 ед. хр. 172 Раздел систематизации описи : Письма И.А. Шляпкину
Заголовок : Письма Халанской Елизаветы Александровны урождённой Меранвиль де Сент Клер к И. А. Шляпкину. Крайние даты : 18 января 1910, б. д. https://rgali.ru/obj/13007627
Остаётся пояснить, что Шляпкин Илья Александрович (1858-1918) - — русский педагог: филолог, палеограф, историк древнерусского искусства.

Гораздо больше «прославился» их брат Леонид Александрович Меранвиль де Сент-Клер, ставший в 1917 г. первым председателем Белгородского Совета рабочих и солдатских депутатов.

«…городскую власть в Белгороде составил Военно-революционный комитет во главе с Л. А. Меранвилем де Сент-Клером, членом партии с 1904 года. Любопытная метаморфоза – потомок французского аристократического рода, бежавшего в Россию от ужасов Французской революции конца XVIII столетия, оказался одним из вдохновителей и исполнителей «красного» террора. Меранвиль был хорошо известен среди членов РСДРП. Он лично контактировал и с Лениным, и с Троцким. Его помнил и председатель ВЦИК Яков Свердлов. О чем свидетельствует мемуарная литература:
«После ухода белгородцев мы все дружно расхохотались, однако по другой причине. Дело в том, что делегацию членов Белгородского ревкома, одетых по тому времени, как все (в потертые ватники с помятыми кепками на головах), возглавляла довольно странная фигура, точно из другого мира. По виду этот человек смахивал на предводителя дворянства. Широкополая черная фетровая шляпа, добротное демисезонное пальто, трость с набалдашником из слоновой кости, напомаженные волосы, аккуратно расчесанные на прямой пробор. И фамилия его была необычная − Меранвиль де Сен-Клер. Уж очень странно он выглядел среди большевиков периода военного коммунизма. Но Яков Михайлович тут же оборвал наш смех, сказав, что у товарища большие революционные заслуги, что он принимал активное участие в Октябрьском перевороте. Яков Михайлович знал все про всех».
Однако, пижон Леонид Меранвиль скорее был координатором террора. Но приказ Белгородского ревкома о присвоении себе функций ЧК (март 1919 г.) стоит процитировать:
«Каждому гражданину города и деревни вменяется в обязанность убить на месте объявленного вне закона при встрече с ним (выд. мною – А. Г.) или доставить его к революционным властям. Всякий, кто будет изобличен в сокрытии объявленных вне закона, подлежит смертной казни. Лица, виновные в противосоветской агитации, распространении ложных провокационных слухов и клеветы подлежат смертной казни. Никто не может отговариваться незнанием сего приказа».
Меранвиль был инициатором ареста протоиерея Порфирия Амфитеатрова, задавшего вопрос о том, на каком основании открыты гонения на Церковь. Советский деятель ответил:
«…на такие вопросы ответ дается у стенки».
Отец Порфирий был расстрелян.
«Священник, стоя лицом к стрелявшим в него, усиленно молился Богу и беспрерывно крестился. Первым залпом священник был ранен, но не упал. Продолжая стоять, он не переставал молиться. После второго залпа, священник застонал, вскрикнул «Господи» и снова перекрестился. Последовал третий залп, а за ним четвертый, после которого священник зашатался и со стоном свалился в яму».
Леонид Меранвиль замешан также в расправе над епископом Никодимом (Кононовым), хотя исполнителями преступления стали братья С. А. Саенко – военный комендант Белгорода и В. А. Саенко – начальник милиции. Причем Степан Саенко – будущий начальник Харьковского концлагеря сыграл главную роль.
Сщмч. Никодим (Кононов), епископ Белгородский был зверски убит. Причем «пламенным революционерам» пришлось гасить народный протест. Воспоминания очевидца иеромонаха Митрофана (Худошина) подтверждают это:
«Я собрал всех монахов. На собрании Саенко, обратившись ко всему духовенству, заявил: «из-за Вашей ширмы народ пошел защищать архиерея», приказал брату арестовать меня, как наместника, казначея, благочиннаго и ризничаго. Как потом уже выяснилось, арест этот был вызван тем, что у арестного дома, куда был помещен Епископ, собрался народ и стал просить об освобождении Епископа из-под стражи. В этом стечении народа и просьбе болышевитская власть усмотрела подстрекательство со стороны монашества, почему и явилась в монастырь в лице Саенок для ареста нас.
Саенко привез нас 4-х арестованных к себе в комендатуру и по телефону сообщил председателю ревкома Меранвилю, что он доставил нас и спросил, что делать с нами дальше. Меранвиль ответил что-то и Саенко посадил нас в подвальное помещение комендатуры, причем бранил нас всех — монахов; подлинных выражений его брани не помню; помню только, что он крикнул: «я зверь, а не человек, всех Вас, попов да монахов, перережу или постреляю».
Красный террор в Белгороде прекратился только с приходом Белой армии. Причем из Белгорода в Курск были вывезены заложники. Некоторых из них расстреляли уже там в отместку за повешенного белогвардейцами начальника милиции В. Саенко.
Л. А. Меранвиль де Сент-Клер перебрался в Москву. В 1938 году его репрессировали и расстреляли уже свои».

https://rusorel.info/bolshevis...-iz-mogil/
Леонид Александрович - на фото 9
Вообще, я думаю, что архив принадлежал кому-то из его потомков. Уж очень мужчина с ребёнком на фото 4 похож на фото 9 - Леонида Александровича.

Удалось разыскать потомков Леонида Александровича. Помогла «Беседа с Георгием Георгиевичем Шамборантом у него дома в Москве 4 июля 2003 года Вставлены некоторые эпизоды, о которых Георгий Георгиевич рассказал 15 апреля 2004 года, когда в «Мемориале» отмечали его 90- летие, а также дома 24 мая 2004 года» http://old.memo.ru/uploads/files/1380.pdf Он оказался зятем Леонида Александровича, мужем его дочери Веры Леонидовны:
«Фамилия моей жены Меранвиль де Сент-Клер. Тесть мой был адвокат известный, расстрелянный. В нашем же издании Коммунарки он есть. Но он, с моей точки зрения, запятнал себя участием в революции. Он сам ковал ту гильотину, на которой его казнили. Я ему этого простить не могу. Он был председатель реввоенсовета в Белгороде. Он в партии был. Он не то, что принял революцию, он ее делал. Сперва он был присяжный поверенный в Белгороде, потом вот председатель РВС. Он работал в Малом Совнаркоме, прямо у Сталина. Подписывался он фамилией Меранвиль, де Сент-Клер как-то потеряли. Вспомнили потом только в КГБ. В книге памяти написана его фамилия полностью, причем без разрыва Меранвиль Десентклер. Но глаза-то у него давно открылись. Он вышел из партии в 23-24-м году. Он был известнейшим в Москве адвокатом, с обширной практикой. Когда он еще был в партии, ему поручили создание коллегии защитников. Адвокаты тогда назывались защитники. Он был долгое время председателем коллегии защитников. А потом просто частным адвокатом. Я с ним обсуждал то, что творится кругом. Он все понимал, он был антисоветски настроен. Он когда был молодой, он совсем не на такое рассчитывал. Недавно мне звонили из Белгорода, спрашивали, нет ли у меня каких-нибудь о нем материалов. А то они хотят назвать улицу его именем. Прежде чем его расстрелять, ему сломали спину. У него был клиент в его адвокатской деятельности, и вот у этого клиента, был знакомый, который сидел с Леонидом Александровичем в одной камере. Его потом выпустили, когда Берия пришел. Еще бы 6 месяцев, может, и моего отца и Леонида Александровича бы выпустили. Потому что Берия выпустил сколько-то человек. Вот этот человек рассказал, что Леонида Александровича принесли на одеяле со сломанной спиной. После чего он все подписал. А его судили в Верховном суде, на Никольской, и там же и расстреляли. Первый раз, когда его судили, он отказался от всех своих показаний. Потом ему сломали спину, и он все подписал. Леонида Александровича расстреляли в 38-м, как и моего отца. Разница в несколько дней. А я же женился в 1936-м году Мы пошли в загс 29 апреля, краснопресненский загс был тогда на Миусской площади, где институт Менделеева».

А следом нашлась и внучка – Ольга Георгиевна Шамборант, внезапно! жена писателя Андрея Битова и мать его сына Ивана Андреевича Битова https://philologist.livejournal.com/11540711.html
«Умерла жена писателя Андрея Битова Ольга Шамборант
Не дожив двух дней до своего 75-летия, скончалась жена писателя Андрея Битова (1937-2018) и мать его сына Ивана - Ольга Георгиевна Шамборант. Об этом сообщила Екатерина Турчанинова. В 1969 году она закончила биологический факультет МГУ и начала работать в Институте биоорганической химии АН СССР. Впервые опубликовалась в "Независимой газете" в 1992 году. Ее эссе печатались в еженедельнике "Новое русское слово", в журналах "Пост-скриптум", "Итоги". Постоянный автор журнала "Новый мир"; за цикл эссе "Занимательная диагностика" О. Шамборант получила премию журнала. В 1998 году в издательстве "Пушкинский Фонд" вышла ее книга “Признаки жизни”, а в 2003 — там же издана вторая книга — "Срок годности". В 2010 году вышла книга "Опыты на себе"»
. На последних двух фото Ольга Шамборант одна и с мужем Андреем и сыном Иваном Битовыми

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

ПРОДОЛЖЕНИЕ
О других потомках Николая Андреевича и Виргинии Михайловны Меранвиль де Сент-Клер напишу чуть позже. Как говорила Скарлетт О'Хара: "Я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра ". Тем более, что завтра настанет через 20 минут...
Следующим номером нашей программы идёт другой сын Николая Андреевича - Меранвиль де Сент-Клер Андрей Николаевич (1864 – ?),

православный. Общее образование получил в 4-й Московской военной гимназии. Окончил затем Тверское кавалерийское юнкерское училище (1886; по 1-му разряду). В офицеры произведен в 33-й драгунский (с 1907 - 11-й гусарский) Изюмский полк. И пошёл расти в званиях: корнет (1884), поручик (1888), штабс-ротмистр (1891).Потом начинается его служба в жандармском управлении в Отдельном корпусе жандармов адъютантом Киевского жандармского полицейского управления (с 1892). Как начальник Киевского отделения Орловского жандармского полицейского управления на железной дороге в1893 г.он получает звание ромистра, а будучи начальником Киевско-Пирятинского отделения того же управления с 1894 г. становится подполковником (1902) и в 1904 он уже начальник Ромны-Кременчугского отделения Кременчугского жандармского полицейского управления на железной дороге. С того же 1904 по 1912 г.г. он в Харьковском жандармском полицейском управления на железной дороге год командует Харьковско-Купянским, а затем Чугуевским отделением. Потом судьба его забросила на Дальний Восток, сделав одновременно начальником жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги и полковником (1912). После чего Андрей Николаевич уже не рос в чине и должности и 01.10.1917 был уволен как бывший начальник упраздненного жандармского полицейского управления, правда, с мундиром и пенсиею, каковой вряд ли успел попользоваться из-за нагрянувшего вслед за относительно лояльным Февралём Великого и Ужасного Октября. Все свои награды (Св. Станислава 3-й степени, Св. Анны 3-й и 2-й степеней, Св. Владимира 4-й степени) он успел получить до перевода на Дальний Восток, и лишь Св. Владимира 3й степени в 1915 г. (информация с сайта www.grwar.ru)
Есть у меня подозрение, что дальнейшему росту Андрея Николаевича помешала не только революция, а ещё вот что: «Военный министр Российской империи генерал-¬адъютант В.А. Сухомлинов в письме приамурскому генерал-губернатору Н.Л. Гондатти 27 апреля 1913 года сообщал: «Военный Совет… положил:
Упразднить местные команды Сахалинскую – на острове Сахалин и Петропавловскую – на Камчатке и сформировать Сахалинскую и Камчатскую пешие жандармские команды с подчинением таковых на Сахалине и Камчатке начальнику жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги в строевом, инспекторском и хозяйственном отношениях, на правах начальника дивизии….Камчатское подразделение состояло из трех офицеров корпуса жандармов, врача, вахмистра, нескольких унтер-офицеров сверхсрочной службы и нижних чинов. Общая их численность составляла 126 человек.
От жандармской пешей команды на Камчатке в мирное время требовалось навести порядок в японских промысловых поселках, в том числе, если возникала необходимость, – с применением оружия. На нее также возлагались задачи охраны основных государственных и военных объектов, силовой поддержки местной немногочисленной полиции и пограничный контроль пассажиров и команд, прибывающих в Петропавловск судов. Последнее направление, как считалось, позволит «противодействовать иностранному шпионству и революционной деятельности».
В случае появления угрозы иностранной интервенции Камчатская жандармская команда разворачивалась в стрелковый батальон с передачей его военному ведомству.
Подчинение Сахалинской и Камчатской команд начальнику жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги, находившемуся во Владивостоке, трудно объяснить. Особенно если учесть, что железных дорог на Камчатке не существовало ни тогда, ни сегодня. Охранные органы на транспорте выполняли совершенно другие задачи, нежели в отдаленных областях империи пешие жандармские команды. И это странное подчинение является одной из причин того, что жандармские подразделения на Камчатке и Сахалине как органы обеспечения государственной безопасности не состоялись.
Начальник жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги полковник Андрей Николаевич Меранвиль де Сент-Клер 25 января 1914 года сообщал приамурскому генерал-губернатору: «Поступившие на укомплектование команды из разных частей войск нижние чины действительной службы в большинстве крайне неразвиты умственно, почти не обучены военному делу, плохо владеют оружием и не проникнуты воинским духом». Случайный подбор личного состава предопределит активное участие оставшихся после 1917 года на Камчатке жандармских нижних чинов в революционном движении. Они составят костяк первого отряда Красной гвардии на полуострове.
Кроме всего прочего, у начальника жандармской команды ротмистра К.Н. Бологовского не сложились отношения с вице-губернатором А.Г. Чаплинским, имевшим серьезные связи в Петербурге. Родной брат чиновника Г.Г. Чаплинский в чине тайного советника занимал должность сенатора Уголовного кассационного департамента Правительственного сената. Причиной конфликта между офицером и вице-губернатором, по некоторым данным, стали недостатки в снабжении чинов жандармской команды положенными видами довольствия и якобы вскрывшиеся махинации Чаплинского с пушниной. Вина вице-губернатора осталась недоказанной, но чиновник поспешил избавиться от беспокойного начальника жандармской команды. При связях вице-губернатора увольнение ротмистра с должности не составило труда.

Проведя порученную Санкт-Петербургским начальством с целью увольнения Бологовского проверку, А.Н. Меранвиль де Сент-Клер, докладывая 20 апреля 1915 года шифрованной телеграммой в штаб корпуса жандармов о её результатах,отмечал, что «отлично аттестованный месту прежнего служения, проявивший ныне занимаемой должности выдающиеся энергию, служебное рвение, любовь делу, ротмистр Бологовской, не обладая необходимой выдержкой, слишком горяч, резок подчиненными, но сомневаться его добросовестности я оснований пока не имею».
Результаты разбирательства, очевидно, не устроили А.Г. Чаплинского. Бологовского подвели под суд, а Андрей Николаевича, видимо, перестали баловать чинами.
Выборка сделана отсюда: https://kam-kray.ru/news/13022...hatke.html
А вот брат принципиально-честного Андрея Николаевича Константин Николаевич Меранвиль-де-сент-Клер (1855-1942) оказался полной его противоположностью, как Оля и Яло из «Королевства кривых зеркал». Полковник К.Н. Меранвиль де Сент-Клер, старший адъютант отдельного корпуса жандармов (тот самый, похороненный с женой на кладбище Кокад в Ницце), был судим за злоупотребление служебным положением. Это было громкое дело о миллионном наследстве с участием о. Иоанна Крондштадского в качестве свидетеля. Лучше всего его описал Борис Носик в своей книге «"Был целый мир – и нет его… Русская летопись Лазурного Берега":

«Братьев Ласкиных я впервые повстречал в приходской библиотеке Ниццы, что на рю Лоншан. Перечитывал эмигрантские воспоминания генерала Масловского, который заведовал этой библиотекой до самого 1963 года. Прочитал про «столовую удешевленных обедов», поднял глаза от рукописи (полвека спустя все еще рукописи!), увидел двух братьев Ласкиных, скучавших над листом «Русской мысли», и спросил, мало надеясь на ответ:
– И где ж она была в Ницце, эта замечательная столовая удешевленных обедов?
Но в ответ старший из братьев, Юрий Борисович, которому было уже лет девяносто, постучал через лист «Русской мысли» по столешнице и сказал с большим одушевлением:
– Вот здесь мы и обедали, за этим самым столом.
Растроганный таким впечатляющим путешествием во времени, я спросил, глядя на братьев, на золоченые корешки книг, на бывший обеденный стол:
– И вкусные были обеды?
– Да, вкусные. Сытные. И суп. И десерт… – с чувством припоминал Юрий Борисович.
– Да еще и удешевленные… И кто же это придумал?
– Маркиз Меранвиль де Сен-Клер, – торжественно сказал Юрий Борисович, и я удивился еще больше:
– Маркиз? Француз?
– Вообще-то он говорил по-русски, – неуверенно сказал Юрий Борисович. – Но жил в Ницце. На бульваре Гюго у него была вилла.
С того дня прошло много лет, и я нашел на Кокаде могилу маркиза Меранвиля де Сен-Клера (почему-то надгробье без дат жизни и смерти). За эти годы и сам Юрий Борисович перебрался к родителям на Кокад, а я узнал кое-какие подробности про Меранвиля и Меранвилей, но история «удешевленных обедов» по-прежнему казалась мне и трогательной, и удивительной, равно связанной с историей Франции и России, где время от времени происходят революции, от которых людям приходится бежать. И всегда находится в небезгрешной человеческой душе (хоть русской, хоть французской, хоть какой) уголок для доброты и энергия для добрых дел.
Так вот, КОНСТАНИН НИКОЛАЕВИЧ МЕРАНВИЛЬ ДЕ СЕН-КЛЕР, бежавший некогда из Архангельска в Ниццу и упокоенный на Кокаде… Начну с того, что самый первый из Меранвилей, появившийся в России, тоже был беженец. Он бежал в Россию от кровавой французской революции и от кумира свободолюбивой французской нации самозванца Буонапарте. Принят он был в России вполне ласково, удостоен в 1813 году русского гражданства и восстановлен в дворянском звании, вскоре вступил в гвардию и пошел воевать против французского супостата, а к 1817 году Андре Меранвиль был произведен в чин поручика. Теперь он смог жениться на майорской дочери, девице Смородинской, в связи с чем теща, майорша Настасья Смородинская, подарила французскому зятю небольшое поместье в Касимове с двумя десятками крепостных, так что стал Меранвиль Андрей Степанович (так он велел себя звать отныне) обычным касимовским помещиком. И ста лет не прошло, как рассеялось меранвиль-сен-клеровское племя по всей необъятной стране, аж до самых дальних восточных берегов России. И все верно служили новой своей родине, главным образом по военной части, даже и на видных постах, хотя иногда, впрочем, и на вполне скромных. Был, к примеру, один из Меранвилей простым железнодорожным кассиром на дальневосточной станции, хотя в тех же краях начальником всей полиции Уссурийской железной дороги был другой Меранвиль, жандармский полковник Андрей Николаевич Меранвиль де Сен-Клер (вся грудь в орденах). Еще дальше пошел по службе родной его брат Константин Николаевич, тоже бывший полковником корпуса жандармов и адъютантом в высочайшей петербургской инстанции. Вот об этом Меранвиле, похороненном на Кокаде, у нас и пойдет главным образом речь. Супруга его Ольга, происходившая из знатной семьи Лопатиных, была не только собой хороша, но и предприимчива, склонна к умножению недвижимости, уже владела домом на Невском проспекте столицы и к тому же двумя квартирами (на Большой Конюшенной и на набережной Мойки), но, поскольку аппетит приходит во время еды, мечтала о новых приобретениях. Супруг ее старался всеми силами этим ее честолюбивым мечтам споспешествовать, даже и не вполне надеясь на свое немалое жалованье, однако горячее это стремление привело к одному весьма печальному (а может, в конечном счете, наоборот, к неожиданно спасительному) вполне уголовному происшествию…
Случилось так, что умер один старый и весьма богатый отставной генерал по фамилии Попов, оставивший после себя весьма внушительное имение, а также двух взрослых сыновей Павла и Юрия, причем Павел успел еще при жизни отца рассердить генерала своевольной своей женитьбой и был по отцовскому завещанию лишен всякого наследства. Однако мягкосердечный Юрий все же не оставил брата нищим, выделил ему немалую толику состояния (150 000 наличными рублями и еще 360 000 рублей заемными письмами), после чего уехал в город Париж, где лечил у французского медика свои слабые нервы. Однако брату Павлу такая доля наследства показалась недостаточной, и задумал он правдами-неправдами выжать из хворого брата хотя бы еще мильон-другой. Для осуществления этого коварного плана понадобилась Павлу помощь какой ни то устрашающей, бесцеремонной фигуры. Именно такой и показалась ему фигура жандармского полковника Константина Меранвиль де Сен-Клера, которому он предложил 60 000 неслабых тогдашних рублей за осуществление хотя и не слишком трудной, но и не вполне чистоплотной операции. Самое печальное было в том, что этот представитель славного французского рода и работник не менее славных силовых органов не устоял перед соблазном, а сразу отправился в Париж, разыскал там бывшего на исцелении Юрия и пригрозил ему якобы назревшими карами (вплоть до конфискации имущества) со стороны жандармерии и Императорской Главной Квартиры за несправедливый якобы раздел наследства. Испуганный Юрий обещал немедленно дать брату еще полмиллиона, а потом еще и еще. К тому и шло, однако

каким-то образом слухи о преступном и грязном поступке жандармского полковника просочились наверх, и, как ни была слаба русская юстиция, она взяла да и привлекла Меранвиля к ответу. Судили его весной 1897 года в Петербурге, и, лишенный «всех званий и привилегий», К.Н. Меранвиль отправился в ссылку в город Архангельск. После Петербурга и Парижа северный климат и деревянные тротуары города привели разжалованного жандарма в отчаяние, и решил он бежать. Выпросив у властей отпуск из ссылки для поездки в Киев к больной якобы матушке, многоопытный жандармский полковник подделал чужой паспорт и, прихватив что было, сбежал из Киева во Францию, где и поселился в Ницце. История эта наделала тогда немало шуму в русской печати. Писали о ней все, кому не лень. Один начинающий журналист с юридическим образованием по фамилии Ульянов упрекал тогда в своей заметке русское правосудие в мягкости и беспечности: разве можно так близко ссылать, да чтоб еще и сбежать могли. Конечно, никто тогда не обратил внимания на яростного молодого человека, еще и не имевшего серьезного опыта ни в юстиции, ни в журналистике, а напрасно. Можно сказать, проморгали восходящую звезду, потому что когда этот молодой человек стал во главе всей России, то доказал, что у него репрессии могут быть куда круче, чем при проклятом царском режиме. А эту забытую ничтожную заметку верноподданные Ульянова разыскали и напечатали в шикарном многотомном собрании сочинений…
https://iknigi.net/avtor-boris...ge-10.html
А вот и само дельце "О ссылке в Архангельскую губернии Меранвиль де Сент-Клера", хранится в ЦГИА СПб. Фонд 254. Опись 1. Дело 15440 Крайние даты документов: 12.11.1897–27.02.1898 Количество листов: не указано (но, думаю, немало) Постоянная ссылка: https://spbarchives.ru/infres/-/archive/cgia/254/1/15440
Кстати, рассказу эмигрантов братьев Ласкиных у Носика вторит Алексей Сергеевич Суворин в своём "Дневнике", но с добавлением других подробностей и фамилий:

" ..У Потемкина Таврического был секретарь Попов, который, пользуясь своим положением, приобрел себе землю в Крыму, между прочим, имение Тарханкут. У одного из потомков этого Попова было два сына. Младший женился на дочери управляющего, за что был отцом прогнан и лишен наследства. Перед концом жизни старик простил сына, благодаря увещаниям о. Ивана Кронштадтского, но завещание не стал переделывать, так что все имение досталось старшему. Но он уступил просьбам брата и часть имений, между прочим Тарханкут, отдал брату, но поделиться пополам не захотел. Тогда Зеленко вступил в переговоры с младшим Поповым на таких основаниях: если он, Зеленко, путем суда или воздействием административным заставит старшего брата отдать остальную, недоданную часть состояния, то младший брат даст Зеленко 250 тысяч. Зеленко соединяется с Меранвилем, жандармским полковником. Меранвиль едет в Париж, получает командировку по наблюдению за нигилистами. Там он является к старшему Попову в качестве посланного офицера, предъявляет какие-то документы и заставляет его согласиться на дележ с братом. Получив от младшего Попова за эту услугу 250 тысяч, он говорит Зеленко, что Попов дал им для дележа 60 тысяч, на том основании, что он получил наследство не путем суда или административного воздействия, а по приказанию государя. Поэтому Меранвиль взял себе 40 тыс., а Зеленко дал 20. Старший Попов как-то узнал, что сделался жертвой обмана, и, имея связи по жене (Скалон), которая поехала с мужем в Париж для усовещевания Попова помириться с братом. Оказалось, что эти дельцы находятся в положении родственном. Министр внутренних дел Горемыкин женат на сестре Зеленко, а Петров, бывший тов. министра земледелия, на другой его сестре".

http://az.lib.ru/s/suworin_a_s/text_1907_dnevnik.shtml
Было даже издано «Дело по обвинению отставного полковника корпуса жандармов К.Н. Меранвиль-де-Сент-Клера и коллежского секретаря П.М. Зеленко по 3 части 1688 статьи Уложения о наказаниях» в Журнале Министерства Юстиции. – СПб., 1897. – № 9 (Ноябрь). – С. 247 – 295. Желающие могут почитать статью о деле здесь. https://naukaprava.ru/catalog/300/1856/29969
В книге «Противостояние. Спецслужбы, армия и власть накануне падения Российской империи 1913-1917 г.г.» автора Владимира Хутарева-Гарнишевского нашлось упоминание ещё об одном брате – Борисе Николаевиче, на Geni не отмеченном: «Второй тип родственных отношений – это чисто жандармские династии. Их представители служили в основном в жандармерии, а число армейских родственников было невелико. Самым ярким примером второго типа были братья Петр, Николай и Александр Мартыновы. Дети чиновника, они не имели близких родственников в армии, но все трое пошли на службу в жандармерию. Схожий случай имел место с тремя братьями Меранвиль де Сент-Клер: братья полковник Андрей Николаевич и подполковник Борис Николаевич Меранвиль де Сент-Клер служили в ЖПУЖД, а их брат подполковник Константин Николаевич был старшим адъютантом штаба корпуса».
О потомках этих трёх братьев сведений не нашла, вот их следующий брат Сергей Николаевич Меранвиль де Сент Клер (1866-1837) потомство точно имел. Но и о нём самом есть, что сказать:
«Примером «деловитой расчетливости» такого рода людей, способных сделать карьеру при любом режиме, могут служить документы из личного дела Сергея Николаевича Меранвиля (часть своей фамилии — Меранвиль де Сент-Клер — он опустил в анкете), 1866 г. р., дворянина, статского советника в отставке, царского чиновника, перешедшего на сторону советской власти после революции.

Из послужного списка в его личном деле можно узнать, что С. Н. Меранвиль, уроженец Виленской губернии, окончил гимназию и Технологический институт в Санкт-Петербурге, после чего служил в различных государственных учреждениях Российской империи — в Государственном контроле 3 года, по таможенному ведомству 14 лет, по ведомству путей сообщения 19 лет. Был женат, имел пятерых детей. После революции он остался служить на железной дороге, теперь уже бывшей в подчинении НКПС, как «испытанный специалист по общеадминистративной части»
. В начале 1918 г., вслед за переводом НКПС в Москву переехал туда для организации общеадминистративного отдела при Центральном управлении железнодорожного транспорта. С 20 августа 1921 г. по личной просьбе он был перемещен на Октябрьскую железную дорогу, где работал заместителем начальника административной службы. Ввиду «семейных обстоятельств» Меранвиль в апреле 1922 г. выехал в Харбин, где после долгих хлопот в марте 1924 г. смог устроиться на КВЖД, правда, только временным конторщиком с окладом 50 руб. в месяц.
В октябре 1924 г., после перехода КВЖД в совместное советско-китайское управление Меранвиль попытался улучшить свое материальное положение, используя смену власти на КВЖД. Он направил письмо новому советскому правителю дел КВЖД И. О. Яцунскому (по данным эмигрантов, сотруднику ОГПУ) с просьбой привлечь его к «более живой работе»: «Начальник службы эксплуатации Г. Я. Марков лично знает меня по работе. Он очень хочет взять меня к себе. Но, к сожалению, у него нет ни одной мало-мальски подходящей вакансии. Разве только ярый “кирилловец” Якшин надумает уйти, не дождавшись своего императора! Но надежды на его уход мало. <…> Не повезло здесь Меранвилям, разве вот теперь, с новым годом, с новою сметою, и, главное, с новым “нашим” начальством пойдет лучше». По сути, письмо было доносом на сослуживцев, которых Меранвиль обвинял в монархических настроениях и недостаточной лояльности новой власти. В конце концов несколько «старослужащих» были уволены со службы, а Меранвиль занял место одного из них. Он был переведен с 1 апреля 1925 г. в службу общих дел делопроизводителем билетного стола канцелярии Управления дороги с окладом в 150 руб. в мес. В 1925 г. он подал документы в советское консульство в Харбине и получил в 1926 г. советский паспорт (совзагранвид) за № 20939. В деле хранится еще несколько писем Меранвиля к Яцунскому с просьбами о повышении оклада. Так, например, в письме от 9 сентября 1925 г. он писал: «Много лет сотрудничая в Москве со старыми партийными работниками, я привык крепко верить им. А потому не сомневаюсь, что Вы выполните тот минимум, который был обусловлен Вами перед самым назначением тов. Рябинина начальником билетной части». Дело в том, что Меранвиль стал помощником начальника билетной части КВЖД в августе 1925 г., но оклад у него остался прежним. В связи с этим Меранвиль просил повысить ему жалованье за счет сокращения окладов конторщикам и ревизору-инструктору. К письму,
кстати, прилагался проект сокращения окладов, после которого следует записка рукой Яцунского от 12 сентября 1925 г.: «Всю переписку, как характеризующую один и тот же шкурный вопрос, включить в личное дело Меранвиля». Все-таки в 1927 г. С. Н. Меранвиль получил долгожданное повышение оклада до 200 руб. в месяц. По-видимому, он выполнял попутно «особые поручения», так как во время советско-китайского конфликта 1929 г. Меранвиль был в числе 59 человек, высланных китайскими властями из Маньчжурии в СССР за активную «пропаганду коммунизма» в июле 1929 г.
Он выехал в Москву, где попытался оформить свое увольнение со службы «по болезни», чтобы получить пособие от КВЖД. 7 августа 1929 г. он прошел «освидетельствование» Московским бюро врачебной экспертизы, которое при- знало Меранвиля «инвалидом 2 группы». После чего ему было насчитано пособие от дороги в сумме 531 руб. 25 коп.

На КВЖД он уже не вернулся, поселился в Анновке — селе недалеко от г. Боброва Воронежской области. Был арестован в 1937 г. и приговорен к расстрелу как «японский шпион»
Источник https://ru.rodovid.org/wk/%D0%...8C:1106444
Сергей Николаевич имел пятерых детей, двое из которых ясны:
Меранвиль де Сент-Клер Константин Сергеевич, окончил Императорский Петроградский университет, в Первую Мировую служил подпоручиком Лейб-гвардии Кексгольмского полка и пропал без вести 07.09.1916 (оставлен на поле боя), но в 1917 обнаружился в Метрической книге Никольского морского собора города Петрограда свидетелем у сестры-невесты Лидии Сергеевны на свадьбе её со своим однополчанином по Кексгольмскому полку Илиодором Григорьевичем Кругликом. И последний раз появляется в документах РГАЭ с мая по июль 1918 г. в личном составе МПС (Предполагаю, что на той же КВЖД, где и отец)

Меранвиль-де-Сент-Клер Константин Сергеевич ЦГИА СПб. Фонд 14 ИМПЕРАТОРСКИЙ ПЕТРОГРАДСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ. ПЕТРОГРАД Опись 3. Дело 58372 Крайние даты документов: 1911 Постоянная ссылка: https://spbarchives.ru/infres/-/archive/cgia/14/3/58372

Меранвиль де Сент Клер Константин Сергеевич Должность/Звание подпоручик лейб-гвардии Воинская часть Лейб-гвардии Кексгольмский полк Причина выбытия пропал без вести Дата выбытия 07.09.1916 Тип документа Карточка на прибывших (высшие чины) Архив Российский Государственный Военно-исторический архив Фонд Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат) Шкаф без номер Ящик 7489-М
Другой документ сообщает: Причина выбытия оставлен на поле боя

1917 МК Никольского морского собора города Петрограда (ЦГИА. Ф.19. Оп.127. Д.3528) № 65 1 октября
Штабс-капитан Гвардии Кексгольмскаго резервнаго полка Илиодор Григорьевич КРУГЛИК православнаго вероисповедания первым браком 28 лет и Дочь надворнаго советника девица Лидия Сергеевна МЕРАНВИЛЬ-де-СЕНТ-КЛЕР православнаго вероисповедания первым браком 18 лет Поручители: по женихе: Поручик Александр Кондратьевич ТРОФИМОВ и подпоручик Сергей Михайлович СТАМАТИ По невесте: Поручик Константин Сергеевич МЕРАНВИЛЬ-де-СЕНТ-КЛЕР и подпоручик Виктор Антонович РЕУТ

ПЕРЕЧЕНЬ ФОНДОВ РГАЭ ф.1884. Министерство путей сообщения СССР (МПС СССР) оп.34. Личный состав Номер дела: 2600 Меранвиль де Сент Клер Константин Сергеевич Крайние даты дела: 27 мая 1918 - 24 июля 1918 Количество листов: 3

На фото его (Меранвиль де Сент-Клер Константин Сергеевич) карточка выбытия в Первую Мировую Войну

Муж Лидии Сергеевны Меранвиль де Сент Клер - Илиодор Григорьевич Круглик родился 20 июля 1889 г. в Киеве в семье дворян Черниговской губернии. Окончил Харьковское коммерческое училище в 1906 г., Кембриджский университет в 1910 г., Харьковский технологический институт в 1913 г. и Александровское военное училище в 1914 г. Штабс-капитан лейб-гвардии Кексгольмского полка. Был женат на Лидии Сергеевне, маркизе Меранвиль де Сент-Клер, от которой имел сыновей, Георгия и Владимира. В Гражданскую войну воевал в белых войсках Восточного фронта, с июня 1918 г. командир взвода Владивостокской учебно-инструкторской школы, с декабря 1918 г. командир роты Екатеринбургской военно-инструкторской школы, в марте 1919 г. назначен командиром батальона школы. С конца 1919 г. командир 1-го Егерского полка, затем 1-й Образцовой Егерской бригады, с мая 1920 г. в прикомандировании к штабу атамана Г. М. Семенова, начальник отделения личного состава ведомства иностранных дел. Получил чин полковника. В июле 1920 г. эмигрировал в Харбин, где стал лектором английского языка на Юридическом факультете в г. Харбине. В январе 1922 г. стал директором курсов английского языка, член общества офицеров гвардии на Дальнем Востоке, в 1921 1923 гг. член Союза русских инженеров. Член РОВС, Союза Георгиевских кавалеров, Союза легитимистов. В 1932 г. переехал в Шанхай. Арестован 7 сентября 1945 и вывезен в СССР, где приговорен вместе с женой и сыном Владимиром к отбыванию наказания в исправительно-трудовых лагерях. Освобождены в 1955 г. Сам Илиодор Григорьевич умер после 1956 г.
Круглик Илиодор Григорьевич1889 года рождения, место рождения - Украинская ССР, г.Киев, русский, проживал - Китай, Маньчжурия, г.Харбин, владелец частной школы, преподаватель английского языка, арестован 25.09.1946, осуждён 11.01.1947, мера наказания - 10 лет ИТЛ Учтен(а) в «Книга памяти Свердловской области. Том 4»
Круглик Владимир Илиодорович 1925 года рождения, г.р.)1925 г., Место рождения: Китай, Маньчжурия, г. Харбин, русский, место работы: Японская военная миссия, стенографист, проживавший Китай, Маньчжурия, г. Харбин, арестован 16 сентября 1946 г, осужден 4 января 1947 г. Приговор: 20 лет ИТЛ. Источники данных: БД "Жертвы политического террора в СССР"; Книга памяти Свердловской обл. - т. 4
Круглик Лидия Сергеевна ЦГИА СПб. Фонд 1374 ПРАВЛЕНИЕ СЕВЕРО-ЗАПАДНЫХ ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГ. ПЕТРОГРАД. 1907–1917.Опись 2. Дело 8034 Крайние даты документов: 1917–1918
Постоянная ссылка: https://spbarchives.ru/infres/-/archive/cgia/1374/2/8034
Биобиблиографический справочник "Российские эмигранты в Маньчжурии" указывает ещё Круглика Георгия Илиодоровича Даты документов 1935-1944 Количество листов 27

О Павле Николаевиче Меранвиль де Сент-Клер неизвестно ничего, а вот дети его «профигурировали»: на Geni дочь Александра Павловна Меранвиль де Сент-Клер (1894-?) Её наградную карточку в Первую Мировую войну Можно увидеть на фото 3
Фельдшер Госпиталя Киевского Губернского Комитета В.З.С. РОКК № 5 награждена Золотой медалью "За усердие" Номер приказа1740 от 27.10.1916 Юго-Западный фронт Хранится РГВИА Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат) Ящик 3705-А
Её брат Меранвиль-де-Сент-Клер Николай Павлович (09.06.1887-?) корнет 8-го уланского Вознесенского полка Его послужной список (03.02.1907 - 24.02.1913) можно посмотреть здесь https://gwar.mil.ru/heroes/che...ok50500538

И «на сладкое» Всплывшие на Авито фото, похоже, из архива Георгия Георгиевича Шамборанта. Сравните на фото 4 карточку в левом верхнем углу и фото 5, найденное здесь на стр 36 https://oldbasman.ru/d/875918/d/karamysh_2.pdf В сборнике подробная статья к 100-летию Г.Г.Шамборанта. Мать Г.Г.Шамборанта в девичестве была Карамышевой.