Горная Пролейка

продолжение

9. Осенью 1885 года священник ездил по селу и собирал хлеб на заказ училищных столов, каждый крестьянин по неурожайному году отдавал ему почти последнее и что же священник? По окончании литургии, в храме Божьем начал конфузить крестьян, что ему давали мало хлеба. Такие поступки не могут привлечь их, старообрядцев к своей церкви, от них и их-то духовные дети скоро разбегутся. Вследствие сего просим его Приосвященство сделать распоряжение о производстве следствия о поступках священника Панасевича и о возвращении им вышеозначенных четырёх книг


Духовная консистория, на распоряжение которой передано было его Преосвященством прошения раскольников мещан Бестужевых и крестьянина Кочетова указом от 9 Марта за № 1057 предписала благочинному 11 округа епархии священнику Иоанну Успенскому по содержанию прошения произвести дознание и со своим мнением и заключением представить в консисторию свое мнение, какое и было представлено Благочинным 13 апреля сего 1887 года.

7 апреля раскольник крестьяне села Пролейки Илларион Кочетов и мещане Максим и Емельян Бестужевы вновь вошли к его Преосвященству с прошением, в котором объяснили, что по подданному ими прошению о нарушении благочиния во время их молитвы и отобрания у них четырёх книг поручено было Благочинному 11 округа произвести дознание. Благочинный 19 марта приехал в дом священника села Калмыцкой Балки Александра Икконницкого, за братом которого, как они слышали, находится в замужестве родная дочь Благочинного, священник же села Пролейки Антоний Панасевич женат на Иконницкой, у которых находится на воспитании дочь Александра Иконницкого овдовевшего в нынешней Великий Пост

По приезде Благочинного, жена священника Панасевича Анна Петрова, взяв малютку, дочь отца Александра, отправилась к нему в дом, и ночевала там, а на другой день упрашивала свидетелей пожалеть их, и в другой комнате слушала показания их. Очевидно, что свидетели, зная что жена Панасевича находится в другой комнате с посторонними людьми, стеснялись показать правду, как например крестьянин Пётр Аксёнов Поцелуев показал, что он пахал десятину земли из доброй его воли, а не за процент, тогда как за Поцелуева были поручители крестьяне Павел Числов, Дмитрий Чесноков и Кузьма Ширяев, все означенные крестьяне грамотные и знают, что Поцелуев пахал за процент.
Второй, Прохор Лихоманов, не высказал справедливости а ветловой свечке отзываясь после тем, что Благочинный спросил его только, что Троицкий продавал или деревянные свечи, на что он ответил нет, не продавал и заставил подписаться, а не спросил заставлял ли он тебя ставить деревянную свечку к иконе.
О смерти и погребении крестьянина Авдея Челядинова никто из упомянутых крестьян в их прошении не мог показать когда он умер и когда его похоронили. Почему просим Его Преосвященство о погребении Челядинова при следствие допросить крестьян села Пролейки Даниила Числова, Видинея Акатова, Петра Челядинова, жену умершего Прасковью Челядинову и ближайших соседей.

О помочи в праздничные дни на покосе священника Панасевича допросить караульных его крестьян Сергея Антонова, Дмитрия Полунина, Андрона Самсонова.
О пашне за процент, кроме крестьян означенных в первом их прошении крестьянина Никифора Челядинова, который пахал ему в прошедшем году 1 десятину бахчей и полол бахчи. В нынешнем году, священник узнав, что хотят о пашне и о поступках его довести до сведения Его Преосвященства переменяет росписки прошлого года и не назначает пашню письменно. А выговаривает словесно, на совесть Тараса Лихаманова и зятя его Ивана, крестьян села Водяного.
О принятие маскированных священником Панасевичем в доме своём, допросить самих маскированных, смотрителя почтовой станции села Калмыцкой Балки Ивана Дмитриева и его Авдотью Семёнову, жену псаломщика села Калмыцкой Балки Василису Жабину и кухарку священника того же селения Иконницкого Устинью, с приведением всех к присяге.
Относительно же продажи амбара Исаи Поцелуева за один воз сена допросить поручителя его Николая Жукова.
Причём просим возвратить им их книги, так как наступает праздник святой Пасхи и они бы желали тоже помолиться на равных с христианами как истинно верующие в господа Иисуса Христа

247-1-28 Переписка с Саратовским отделением государственного банка и сельскими старостами о выдаче и возвращении крестьянами денежной ссуды, полученной из сельского банка и вспомогательной кассы.

1872 год Документ подтверждающий, что Настасья Ивановна Дрынкина села Пролейка имеет денег в сберегательной кассе отобранные при ее малолетстве и отосланные через волостное правление в 1859 году и она достигла совершеннолетия и может получить из кассы свои сбережения. Только Дрынкиной в Пролейке не было и нет. Настасья постоянно проживала у воспитанника гос. крестьянина Астраханской губернии Калмыцкой Балки села Широкого Гаврилы Калинова Моргунова, который и выдал ея в замужества, что и подтверждает староста села Пролейка Абросимов.

РГИА 384-8-79

Его Превосходительству Господину Министру Государственных Имуществ от поверенного государственных крестьян Саратовской губернии Царицынского уезда Ивановской области села Пролейки Филиппа Михайлова Дрынкина

Прошение

Во время генерального межевания доверителем моим номежована дача в двух уездах Саратовской губернии: пахотные земли на нагорной стороне реки Волги в Царицынском уезде, где заведено нами село Пролейка. А сенокосы и лесные угодья в луговой стороне реки Волги в Царёвском уезде, что ныне Астраханская губерния, с при резкою начислено душ 5 ревизии сенокосной поляны под названием Трёх Угоугольный Клин в количестве 233 десятины 1691 сажень удобный и неудобной земли.

В последствии из среды нас некоторые крестьяне переселились из села Пролейки на луговую сторону реки Волги, где образовали хутор Пролейский, что ныне село, и по распоряжению правительства для удобного землепашества нарезано тем хуторам в круг их селения земли полное 15 десятинная пропорция с запасом 1/5 и 1/10 частей, не касаясь границ генерально-межованной нам дачи.

Когда же начальству удобно было некоторые уезды Саратовской губернии по обширности её передать в другие губернии, то в то же время по распоряжению Саратовской палаты государственного имущества был командирован землемер господин Островский для уравнительного раздела в землях общей дачи нашей по числу душ восьмой ревизии, что им исполнено, и проект раздела утверждён в 1850 году Его Высоко Превосходительством Господином Управляющего Министерства Государственных Имуществ.

И нарезкой по утверждённому проекту как нам, так и жителям хуторов Пролейских при депутатах тем же землемером Островским указано в натуре по разводу тому сенокосная поляна под названием Трех Угольный Клин по расчёту душ, осталось пользование наших жителей села Пролейки, за которую со временем переложение податей с душ на землю, мы платим по земельную подать.

Хуторяне же будучи наущены недоброжелательными людьми без всяких законных причин с 1851 года усиленно завладели этой поляной и каждый год выкашивают на той поляне траву и увозят в дома сено.

Доверители мои видят себя крайне обиженными подобными самовольством хуторян и желая прекратить спорт и домогательства о той поляне через поверенного неоднократно подавали просьбу в Саратовскую Палату Государственных Имуществ ходатайствую перед ней о законной им защите. Палата, находя просьбы наши основательными, предписала землеммеру господину Торопову в присутствии депутата со стороны Астраханской губернии произвести подробные местные дознание определённости спорного участка Трёх Угольного Клина.

Подознанию землемера Торопова участок этот оказался принадлежностью доверителей моих, о чём господином Тороповым составлен акт и представлен на рассмотрение Саратовской палаты государственных имуществ, которая признала, что участок Трёх Угольный Клин по всем актам принадлежит доверителям моим крестьянам села Пролейки Царицынского уезда и отнюдь не Пролистским хуторам Царёвского.

Утвердить сделанный землемером Островским проект раздела доверителей моих с Пролейскими хуторами в земляных угодьях, причем велеть сенокосный участок под названием Трёх Угольный Клин, как собственность нашу, за который мы платим поземельную подать, отдать в всегдашнее наше пользование, с Пролистских хуторов за всё время их пользования участком Трёх Угольный Клин взыскать поземельные деньги и за честь подушную подать доверителей моих.

29 января 1859 года