Дневник 1907 - 1909 гг

Тетрадь 1.

Стр. 27 (29).
При чтении его, весь класс волновался. «У Кузьмина-то списал! Да [ишь] какой! Списал! [Подлизывало!]» - громко раздавалось по классу. Когда он окончил, ученики стали шуметь. Кузьмину, Кузьмину, М.А. читать! Читай Кузьмин!» Но М.А. спокойно и со злостью ответил: «Да что у Кузьмина» и велел читать К. Я конечно обиделся и повернулся спиной к учителю. Спросили нескольких учеников, почти самых худых. За это время впечатление от разсказа Хот. изгладилось и когда я стал читать (мне предложили читать последнему) сличить Хот. такому невнимательному классу, как наш было уже трудно. Правда раздавались отдельные возгласы: Что Шаня не списал? А? Подлизывало?» Но Хот. и учитель спокойно сидели на своих местах. По окончании М.А. равнодушно взглянул на меня и больше ничего. Решительно не везет! Тут так и ожидай по разсказу четверки или даже четыре с минусом, хотя в другое время поставили бы пять. Как только я получил эту несчастную проклятую двойку, с тех пор и посыпались на меня классные невзгоды. Особенно сердит этот Мих. Старается подметить каждую малую шалость (которые надо сказать правду стали делаться чаще) и раз даже пожаловался А.А. И в результате всего этого, по геометрии и русскому – ожидай троек! Ну да ничего! Не унывай! Налягу на уроки, т.ч. по этому русскому [загоню в щель] и самого М.А!
_____________________________
Сегодня обещался придти Дьяков, но что-то не идет. С этого дня я начинаю вести правильную регулярную жизнь по расписанию. В классе переменился с Степановым книгами: взял у него: «Дети капитана Гранта» (М.П. не менял)
29.01.1908 Кузьмин (подпись)

Стр. 28 (30).
30 января – в мастерской доканчиваю первую корзину, которая уже больше недели служит мне источником разных неприятных ощущений. Во 1-х т.к. я еще плету хуже всех (самолюбие мое стардает от этого) и мне дали поэтому плести корзину из черных прутьев. Товарищи по мастерской назвали ее чернушкой. Это тоже меня конечно задевает. Далее я все еще не научился плести т.ч. мастер забросил меня почти совсем. Я уже подумывал как бы отделаться от этой мастерской, но деньги за [нож] были не уплачены, а кроме того потом я хотел показать свое [неразборчиво] в деревне. До пасхи то наверно продержусь, а там уж калачом не заманишь.
_____________________________
Хотяков с [Ржеевым] ушли домой.
_____________________________
1 Февраля в классе ничего особенного. Когда z возвращался из класса с Ю.Карповым, на [неразборчиво] увидал человека шедшего впереди меня. Он показался мне несколько странным, плащ был накинут на его плечи, лицо все лицо все закрывало.
_____________________________
[Чеповек] Володька
_____________________________

7-II – не хочется что-то писать, - скучно, а между тем нужно бы много мне чего пописать. Каждый день новые впечатления, ощущения, дела много, а делать не хочется. Совсем заленился.
Кузьмин (подпись)
7 II 1908.

Тетрадь 1.

Стр. 31 (33).
привести в исполнение. Нам на сегодня [неразборчиво] задано [было] оч. мало, и [бол. втор.] говорили что нужно выждать удобный случай но Хотяков (может он и предвидел что выйдет и хотел насолить мне, не предупреждая меня и уговаривая исполнить то что задумал я). сообщил эту мысль ребятам. [Более разумные] отказались идти со мной, но большая часть, а именно около 30 (точнее 27) изъявили готовность отказаться. Пришел и о.Николай. Я встал. В передних рядах встали со мной мало: Хотяков, Соколов, Карпов, Дьяков, Иванов и несколько других, но зато Камчатка (задние ряды) поднялись решительно все. «О.Николай мы урока не выучили» - послышались робкие, тихие голоса. Уже сразу было видно что наш замысел потерпел фиаско. «О.Николай я урока не выучил» -тихо сказал я». «Что тебе?» - спросил он. – «Я урока не выучил, о.Николай» - возвысил я голос. Он обвел класс испытующим взглядом и успокаивающе сказал: «Ну, ну, садитесь, садитесь, не выучили так....» Все сели. Я был не в своей тарелке, видел, что план не удался, однако худшего не ожидал. «Гординин» - вызвал о.Николай; - Я урок не выучил, послышался ответ АГ – «Почему» - В классе не был. – «Кисилев» - вызывает о.Николай. Кисилев выходит. Ему велят склонять местоимения. Потом он о.Н. осторожно, [неразборчиво] начинает подходить к им. прилагательных. – Что такое имя прилагательное и [неразборчиво так] вопросов, Кисилев слово за словом ответил урок, хотя довольно плохо. – Кузьмин – вызывает он. – Я урока не выучил - о.Николай. –

Стр. 32 (34).
Почему? – Книги нет. «У товарищей взял бы». Да о.Николай 1 грам. на 14 чел., я не успел. О.Николай говорит что я поленился приготовить или может знаю, но не хочу отвечать и все в таком духе прочитал мне целую проповедь, а потом потребовал дневник. Но этого я не особенно боялся. Когда мне возвращали дневник я не заметил поставлено 2-. Я не ожидал что так худо кончится. На [зло мне] мне он поставил [всем] 4 и 4-, хотя [некоторые] отвечали на 2. Уже когда я [подходил] домой, я взглянул на прописанный мне рецепт, и вдруг, я узнаю в дневнике стояло 2-, и замечание: «Кузьмин не хотел приготовить урока по славянскому языку», еще к чему то «Кузьмин» как будто дневник то не мой. Что если и в журнал поставит 2-, а потом в свидетельство. Этого только не доставало! Опечаленный и разозленный я ушел домой. Придя домой, я [в довершение] увидел что остался без ручки и карандаша, последний я отдал на уроке рисования [Фомину Красному], да так за ним и остался, а ручку вероятно кто-то [скрал]. Ну денечек! После мастерской ходил к Хотякову, думая хоть от того услышать что либо похвальное или ободряющее, но он ни слова не молвил об этом! А [черт] с тобой! Решил я, видно не выгодно с таким господином знаться, нужно поскорее отправить его к чертям, но как?
_____________________________

Тетрадь 2.

Дневник
Як. Кузьмина
Уч. В.Г.У. II класса
1908г., 15 февраля

Стр. 1.
16 февраля – суббота
Ох слава тебе господи, полегче стало! Весь день прошел без особенных случаев, ни драки, ни кражи, ничего не случилось. Сегодня в 3 ч дня приехал Ал.Ал.; он ездил по училищам. В мастерскую я сегодня не ходил, а в церковь, ко всенощной ходил.
17 февраля, почти две обедни простоял, и все [виноваты] эти часы, остановились да и не ходят, будто так и надо; вот [лентяи]! Ходил к Дьякову. Принес от него 2 тетради по рисованию и книгу: «В пустыне» - Торна. У А.А. что-то зубы разболелись. Сегодня было небольшое собрание у него, был М.П. Вечером я взял журналы за 2 года –1878 т 1879 – «Природа и Охота».
18 февраля, сегодня была задача письменная, по которой ставили отметки. Нам не объявили об этом, и мы написали ее как попало. Я решил первый, но небрежно переписал в чистовую, т.ч. мне поставили только 4; когда увидели что ставят баллы, то все спохватились, но было уже [поздно]. Рыбакову тоже 4, он решил вторым; другим [отметок] не поставлено, а вместо них значки: +, -, =, ) и я не знаю что они обозначают. Соколову - +, Дьякову - ), Карпову - ) и т.д. Хотякова в классе не было. Он ушел домой еще в субботу.
Сегодня у нас была баня. Истоплена была [неразборчиво], но я остался доволен ей; она значительно освежила меня и подняла дух. Сегодня я рисовал [на листах] [неразборчиво] от А.Г. вместо бум.
19 февраля нас не учили по случаю 47 годовщины со дня освобождения крестьян. Сегодня ходили к обедне в Воскресенский собор. От Дьякова взял две тетради по рисованию.

Стр. 2.
20 февраля – среда. На рус.яз. у нас было продолжение проверочной диктовки, которая вот уже длится 2 дня да и сегодня еще не кончилась. На Законе где о.Николай читал нам весь урок целую [рацею] по случаю того, что Поляков второй раз заявил что не выучил урока. Говорил о.Николай целый урок, т. ч. никого и не спросили; все таки из его слов я ничего не запомнил – как то он говорит плохо, т.ч. у него ничего не запомнишь. В большую перемену нас собрали в зале и М.П. объявил нам что двое из уч. гор. уч., а именно: Фомин Красный и Зайцев – сделали весьма нехорошее [дело] а именно украли палки железные с лестницы под которые был положен ковер, и скрыли их. За это на них наложены следующие наказания: 1) по поведению им будет поставлено 3, 2) всю масленицу они должны ходить в класс ежедневно с 9 ч утра, 3) будут записаны в штрафной журнал, 4) будет сделано замечание родителям и 5) должны поставить эти палки на место. В заключение М.П. сказал, что если они еще будут в чем-либо замечены, то тотчас же будут исключены. По моему наказание к этим господам применили не [велико]. Их нужно прямо-бы исключить из училища, потому-что это – воры. В Англии вора, укравшего вещи в 2 руб. – весят, будь то сын министра или сын рыбака, будь то старик или [мальчик] и если это совершено с умыслом –то прямо без всяких разговоров –виселица. А у нас?

Тетрадь 2.

Стр. 5.
в товарищах. То богат для меня, то оказыв. [нечестным], то не хочет со мной знаться, [наконец] я сам с ними знаться не хочу, да ах ты боже мой!
25 февраля – ух! Наконец-то кончилась эта несчастная масленица! В этот день я хоть немного [вздохнул], скуку с меня сняло, а утром даже я стал было носить дрова, но после трех разов устал, - плохо. В училище у нас ничего особенного; нет впрочем есть. Карпова сегодня не было, заболел язык, говорить не может, - раз. Соколова вызвали к доске (на ур. арифмет. решать задачу; ему была простая, оч.простая задача, но он был так глуп, что не решил ее, а списал у Рыбакова, который будучи на 1-ой парте показал ему тетрадь; ребята это заметили и заволновались. – «М.П., Соколов списал» - кричали в одном месте. – «Ишь какой хлюст», - гремели в другом, - «он даром четверки да пятки получает, а мы двойки», - раздавалось в третьем. М.П. спросил у Соколова, правда ли что он списал; Соколов видя что все враждебно настроены против него, сознался что он списал только одно действие (а и задача то была 2-3 действия) и заплакал. Но это уже не помогло и [Тимка] объявлен [неразборчиво]. Это уже два. Меня на этот раз спросили с места решить задачу но попалась оч.трудная, т.ч. я решил ее с помощью ряда вопросов. – это три. Хотякова в классе не было – четыре.
Сегодня я ходил в чайную, но пришел уже перед самым закрытием, но все же успел [сменить] книги; взял: Ж.Верна; 80 000 лье под водой. Был также в клубе; взял В.Скотта – Айвенго.
Кузьмин (подпись)

Стр. 6.
26 февраля – сегодня уезжает Ал.Ал., не знаю куда, знаю только что по Петербургскому тракту. Утром он говорил опять со мной об Успенском и народничестве и велел по прочтении сочинений Успенского написать характеристику их и объяснить что такое народничество. Он уезжал уже когда я возвращался из мастерской. Вечером, после мастерской я был у Хотякова. Он привез мне с дому кусок олова, который я думал употребить на приготовление печатных букв, но оказалось что олово не годится для этого, пот. ч. твердо. Все таки я взял кусок олова от него. Играли в шашки. Потом поспорили о религии, Евангелии и Христе; что всего более меня удивило, то это то, что Хотяков с виду набожен хотя и обделывает не совсем честные делишки, кроме того он суеверен, даже очень суеверен, по словам его, это надо запомнить, т.к. черты этой в нем я до сих пор не замечал; кстати, ведь я хочу писать характеристики учеников, когда будет посвободнее, то это мне пригодится. Хотяков и [Юшеев] – интересные типы, нужно поподробнее исследовать, замечать внимательнее все малейшие их поступки, беседы и пр.
27 февраля – на ур. Русского языка нам роздали тетради с проверочными диктовками. Мне поставили 4. Да и всем четверок было наставлено; больше половины получили четверки; даже у Соколова 4. Меня впрочем не радует и эта четверка, т.к. четырех, даже с минусом не выходит по этому русскому. Что-то еще [неразборчиво]? Сегодня среда – ц.славянский язык. Но увы! Меня не спросили по этому несчастному славянскому. Неужели та двойка и останется? О, Боже! Что если в четверть поставит два?!! Еще только 2 среды и осталось в эту четверть, плохая надежда. Вот уж не везет-то мне в этих несчастных языках! Что-то будет! Всецело в этом полагаюсь на Бога, хотя я и не истинный православный христианин. О, Боже, Господи! Будь, что будет!

Тетрадь 2.

Стр. 9.
3 Марта – на уроке Котов дал мне книгу: «[Бушмены]» (114 каррикатур Буша) почитать. А книга оч. понравилась мне, и я читал ее за уроком [даже] а в большую перемену в зале я остановился ее дочитать. Картинки привлекли порядочно учеников, вокруг меня собрался кружок, я читал вслух произведения Буша: Идол, Как два студента и др. Я до того увлекся чтением что ничего не замечал.
-«Ну а дайте мне пока
-Две бутылки молока»
дочитал я последние строки.
«Вот как» - раздался голос М.П., я оглянулся, М.П. стоял в толпе учеников и уже несколько времени слушал мое чтение; немного [далее] его стоял ехидно улыбающийся класс. Ах черт возьми! – «Ага попался! Ну ка дай сюда». Понимая что никакое сопротивление невозможно я отдал книгу, надеясь получить после классов. Оказалось потом что книга не Котова, а Берковича.
На уроке Географии вызвали меня. Я думал что станут спрашивать о Бельгии, а спросили о Франции, которой я не повторял, но хотя и разсказал хорошо, но не мог назвать главных городов и показать их на [карте]. Ребята говорят что мне поставили 4-. Плохо! Если так будет продолжаться. После классов я сходил наверх за [книгой] но М.П. сказал что бросит в печку эту книгу, и не велел мне даже и просить. Я готов был уже заплакать. К счастью выручил Ал.Ал. Когда он проходил, я спросил у него книгу, но он сказал, что без М.П. не может выдать и сам пошел к М.П. (я ему сказал что не я принес книгу, а Беркович). Когда он вышел от М.П. то велел мне принести дневник, книгу отдал, а дневник оставил в учительской, говоря что если не я принес в класс то он не знает что написать. И что им далась эта книга. Мало ли чегу у других отбирали да тотчас же и возвращали, ничего не требуя, а [тут] дневник, да потом особое замечание; а завтра так и знай всю троицу единосущную [неразборчиво] помянут. Эх как неудачно! Ходил в чайную, взял книги: Ж.Верн Гектор Сагардан, и Соловьев соч. т. I, да кстати занес Берковичу этих несчастных «Бушменов».

Стр. 10.
4 Марта – вторник. 1-й урок Арифметика. Вызвали Тимку Соколова. Задача была пустяшная, но он [никак] не мог решить. М.П. пробует ему объяснить, а он еще пуще запутывается. [Слизать] ему нельзя, - М.П. следить стал, но пуще и зорче всего следят за Соколовым глаза Хотякова и малейший подсказ г. [Яшкина] был разоблачен им без всякой жалости (т.е. стал заклятым врагом Хотякова). Но дело у Соколова ни на шаг не подвинулось и задача оказалась нерешенная. Итого – слезы, слезы – Ах ты злополучный математик! После первого урока я сходил на верх за бумагой для [черновой] тетрадки по арифметике, да кстати захватил и злосчастный дневник – ничего не было. Слава Богу. Сегодня не меняли [книги] в классе, велели завтра принести. На уроке рисования Д. мне [предложил] за [коп.] нарисов. ему [2 рис.] [в тетр. ученика]. Я ему это уже [так] делал за [копейку], за [резинку] и за [неразборчиво] и хотя мне стыдно делать это, но [все таки] я беру эту [неск.слов неразборчиво]. Что бы сказал [Дьяков], если бы узнал про это. После классов когда шли домой, мы сначала разговорились о том как бы написать какое нибудь сочинение, [фантастич.], но я сказал что напишу [неразборчиво]. Потом незаметно перешли к вопросам религии и тут [схватились] что резко расходимся в [мнениях] по этой части и всегда спорим об этих [спорах] как я еще скажу после. Был у Хотякова. Застал там целую компанию Хотякова, Обухов, Панов и [Сорокин] ушли на [выпивку (достали у Ю.)], а я, Юшеев и [Фамилия неразборчиво] остались на квартире, посидев немного, я ушел. Юшеев сегодня только еще приехал.