Подмосковное Монино и его окрестности

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Известные монинцы

Михаил Швыдкой

С детских лет я запомнила мальчика Мишу Швыдкого...
Не знаю, почему запомнила. Наверное, потому что его отец был начальником Монинского военторга
Фигура очень заметная в то время. Да и погоны были не голубые, а красные--- тыловик
И фамилия запоминающаяся
Лобастенький мальчуган в серой школьной форме.
Жил он со своей семьей в доме почти напротив.

Не знаю, как долго они прожили в Монино. Но немного, поскольку в самых старших классах его уже не было.

Сергей Владимирович Серебрянников

Родился в 1952 в Монино.
Закончил Монинскую школу №20
Доктор технических наук, профессор, ректор Московского энергетического института (Национального исследовательского университета) с июля 2005.

Павел Палащенко (Палажченко)

Личный помощник и многолетний переводчик М.С. Горбачева
Владеет английским, французским, испанским, итальянским и немецким языками.
Руководитель отдела международных связей и контактов с прессой в Горбачёв-Фонде.

Павел родился и учился в Монино.
Языки изучал с детских лет. Сначала со своей мамой Нинель Елисеевной, учительницей английского языка.
А затем в Инязе.
Надо сказать, что в те годы в Монино были великолепные преподаватели английского языка.
Очень многие монинцы выбрали своей профессией английский язык

Весь наш класс с благодарностью и почтением вспоминает
преподавателя английского языка Екатерину Кузьминичну Кренделеву

Продолжение моего поста

https://forum.vgd.ru/post/614/34705/p941401.htm#pp941401

Никольское-- Тимонино

Реконструкция усадьбы

Сейчас территория, на которой находилась старинная усадьба Никольское-Тимонино, входит в состав
ближайшего монинского соседа ---- города Лосино-Петровского.
История этой усадьбы связана со многими выдающимися личностями

Когда-то, по легенде, поселился здесь крестьянин, которого звали Тимоней.
Образовавшаяся деревенька на Клязьме при впадении в нее речки Звероножки по его имени стала называться Тимонино.
В XVI веке владел Тимонином боярин Роман Иванович Верхоглядов.
А начиная с 1623 владельцами этих мест стновятся князья Волконские, которые построили в 1689
деревянную церковь во имя Николая чудотворца, рядом поставили колокольню.
Селение стало называться Никольское.
В 1746 Михаил Михайлович и Николай Андреевич Волконские поделили обширные владения Никольского-Тимонина поровну; каждому досталось по 530 десятин. С той поры каждая из частей усадьбы становится самостоятельной
и имеет свою собственную историю.

Центр первой половины имения находился на территории существующего городского парка.
Ей принадлежали 530 десятин земли, расположенной от правого берега Звероножки в сторону современной станции Монино и полдеревни Новинки справа от дороги в сторону второй ткацкой фабрики.

Центром второй половины имения, было место напротив главной конторы теперь уже бывшегоМонинского
комбината, там, где еще лет десять назад находился бывший барский дом,
именуемый в народе «Теремком» ( дом снесен , на его месте АЗС)
второй половине усадьбы принадлежали 530 десятин земли от левого берега Звероножки в сторону Лосиной фабрики
и деревни Асеево, а также левая сторона деревни Новинки, от дороги на станцию, в сторону реки Клязьмы.

Одна часть усадьбы принадлежала с 1818 Дарье Александровне Валуевой (1757 - 1836).

Портрет кисти В. Боровиковского

В 1819 она выстроила каменную церковь во имя иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость»
с ампирными белокаменными декоративными деталями, с четырех-колонными тосканскими портиками,
в память о войне 1812 года.
В настоящее время этот храм — единственная сохранившая постройка усадьбы.

Дарья Александровна создала в усадьбе пейзажный парк с прудом, для чего была запружена Звероножка;
построила усадебный комплекс. Валуева воспитывала троих внуков, каждое лето приезжавших в усадьбу.
Один из них — Пётр Александрович Валуев с 1861 по 1868 был министром внутренних дел, с 1877 по 1881
— председателем Кабинета министров.

И. Крамской Портрет П.А. Валуева

Он оставил обширные мемуары, в которых есть несколько волнующих строк, посвященных Никольскому:
«Сегодня теплый юго-восточный ветер шумел в листьях деревьев против моего балкона
Я вслушивался и вспоминал родной шум рощи села Никольского.
Глубоко грустное, но тихое воспоминание!.. Если бы я мог перенестись к этой роще, к тем крайним деревьям,
что стояли против моих окон, я бы обнял их, я бы приклонился к земле и поцеловал бы траву у их корней.
Я слушал бы шорох ветвей и листьев, я плакал бы и молился...».

В творчестве М.Ю. Лермонтова есть цикл стихотворений, адресованный загадочной Н.Ф.И.

Проведя огромную работу в архивах, разыскав ближних и дальних потомков, исследователь, великолепный рассказчик
Ираклий Андроников установил, что за этими инициалами скрывалась
внешне прелестная девушка, обращавшая на себя внимание в московском свете,
- Наталья Федоровна Иванова, дочь драматурга и генерала Ф.Ф. Иванова и его жены Екатерины Ивановны.
Мать Екатерины Ивановны и Д.А. Валуева были родными сестрами и происходили из известного рода князей Меншиковых.

Ираклию Андроникову удалось розыскать теперь уже всем известный портрет Натальи Федоровны работы Бинемана,
где изображена молодая красивая женщина с открытым, благородным лицом, внимательным взглядом
с едва тронутыми улыбкой губами, с высокой прической, красивыми плечами

Тайна адресата поэта была разгадана только через 100 лет исследователем творчества Михаила Лермонтова
— Ираклием Андрониковым. Андроников предположил, что встречи Лермонтова с Натальей Ивановой происходили
в усадьбе Середниково.

Ираклий Андроников. Загадка Н.Ф.И.

http://kinofilms.tv/film/zagadka-nfi/41587/

Однако московский исследователь критик и писатель Я.Л. Махлевич установил, что Лермонтов
приезжал именно в Никольское-Тимонино,
о чем свидетельствует стихотворение «Видение», вошедшее в автобиографическую пьесу «Странный человек»,
в которой описаны взаимоотношения Лермонтова с Натальей Фёдоровной Ивановой.
Михаил Юрьевич Лермонтов приезжал в Никольское на встречу с любимой девушкой. Здесь гуляли они
по тенистым аллеям парка, совершали прогулки по окрестностям верхом на лошадях.
У Лермонтова есть рисунок, изображающий юношу и девушку верхом на лошадях.
Очертания рисунка схожи с видом на берег Клязьмы. Махлевич предполагает, что зарисовка воспроизводит
реальные события, связанные с пребыванием поэта в Никольском-Тимонино.
Еще одним подтверждением факта посещения Лермонтовым Никольского служит его стихотворение "Видение",
в котором описывается местность, где находилась усадьба Ивановых и переживания юноши, мчащегося на свидание с любимой.

Я видел юношу, он был верхом
На серой борзой лошади - и мчался
Вдоль берега крутого Клязьмы.
И всадник примечает огонек,
Трепещущий на берегу противном,
Он различил окно и дом, но мост
Изломан и несется быстро Клязьма.
Он вздрогнул, натянул бразды, толкнул
Коня - и шумные плеснули воды,
Плывет могучий конь и ближе - ближе...
И вот уж он на берегу другом
И на гору летит. И на крыльцо
Соскакивает юноша - и входит
В старинные покои ...

Н. Ф. И<вано>вой

Любил с начала жизни я
Угрюмое уединенье,
Где укрывался весь в себя,
Бояся, грусть не утая,
Будить людское сожаленье;

Счастливцы, мнил я, не поймут
Того, что сам не разберу я,
И черных дум не унесут
Ни радость дружеских минут,
Ни страстный пламень поцелуя.

Мои неясные мечты
Я выразить хотел стихами,
Чтобы, прочтя сии листы,
Меня бы примирила ты
С людьми и с буйными страстями;

Но взор спокойный, чистый твой
В меня вперился изумленный.
Ты покачала головой,
Сказав, что болен разум мой,
Желаньем вздорным ослепленный. -

Я, веруя твоим словам,
Глубоко в сердце погрузился,
Однако же нашел я там,
Что ум мой не по пустякам
К чему-то тайному стремился,

К тому, чего даны в залог
С толпою звезд ночные своды,
К тому, что обещал нам бог,
И что б уразуметь я мог
Через мышления и годы.

Но пылкий, но суровый нрав
Меня грызет от колыбели....
И в жизни зло лишь испытав,
Умру я, сердцем не познав
Печальных дум печальной цели.

Лосино-Петровский. Городской парк ( усадьба Никольское -Тимонино)

http://www.losinki.info/2012/06/blog-post_04.html
----------------------------------------------------

http://www.shchyolkovo.ru/sche.../timonino/

http://www.bogorodsk-noginsk.ru/schelkovo/erofeeva.html

Памяти авиаконструктора

Он не родился в Монино. Но его самолеты стоят в Монинском музее.
Как мы умеем забывать! Навсегда, ненароком, по приказу, замалчивая, не упоминая, игнорируя, обходя, исподтишка, с испугу и в наглую. Можно сказать, что так нас научили. Да, старались. Но ведь были (и сейчас есть) те, кто помнит. Молчат, ждут своего часа, когда появится возможность вспомнить и рассказать. А кто не мог терпеть и открывал рот – ну вы помните…
Тот самый случай – не могу молчать.
В Новогоднюю ночь с 31 декабря 2012 на 1-е января 2013 года по старому стилю исполнится 120 лет со дня рождения одного замечательного человека. Имя его и сейчас у нас у всех на слуху, только мы не знаем этого. Не помним. А ведь в грозовые военные и послевоенные годы это короткое слово с гордостью повторяла вся страна.
МиГ!
Для тех, кто действительно не знает – это марка самолетов-истребителей. От винтовых до реактивных, составивших славу советских и российских военно-воздушных сил. Среди севастопольских мальчишек, над головами которых проносились эти стремительные серебристые машины, лишь один я знал "страшную" тайну: эти самолеты создавал мой двоюродный дедушка, Михаил Иосифович Гуревич, и поэтому они называются «МИГ».

Хотя на самом деле название составлено из инициалов двух людей: Микояна и Гуревича. Артема Микояна (по крайней мере – его брата, Анастаса) помнят все. А вот Гуревича… Спросите первого встречного: «Кто такой Гуревич?». Недоуменно пожмут плечами.
Забыли.
Можно сказать, что его начали забывать, замалчивать, еще при жизни. Сначала в печати и докладах наверх упоминали: «самолет конструкции Гуревича», потом - «самолет конструкции Микояна и Гуревича», а затем и вовсе: «самолет конструкции Микояна». Конечно, существенный вклад в этот процесс внесла сверхсекретность Конструктора, когда он, наряду с истребителями, создавал первые крылатые ракеты.
И еще – сверхскромность. Это было и его сутью, и способом выживания. В страшные 37-е, чтобы творить, нужно было выживать. А значит – не высовываться из-за широкой спины. И работать. Ставить машины на крыло.
Так кто же он такой – Авиаконструктор Михаил Иосифович Гуревич?
Родился 31 декабря 1892 г. в деревне Рубанщина, ныне Суджанского района Курской области. Закончив с серебряной медалью Ахтырскую гимназию, поступил на физико-математический факультет Харьковского университета, откуда за участие в студенческих волнениях был исключен, арестован и административно выслан за переделы Харьковской губернии. В 1912 году уехал во Францию, где поступил в университет в Монпелье, проучился два курса, но учебу пришлось прервать из-за начавшейся Первой мировой войны.
В 1916 году был восстановлен в Харьковском университете, но через год ушел из него сам и поступил в Харьковский технологический институт на механический факультет, который окончил в 1925 году по специальности инженер-механик по самолетостроению – конструкторская жилка у него была от отца, тоже инженера. В свободное от учебы и подработок время конструировал и строил планеры, прекрасно летавшие в Коктебеле. Впоследствии он, вместе с друзьями-любителями авиации, стал одним из основателей Харьковского авиационного института.
С 1929 года работал на различных московских предприятиях авиационной промышленности и через десять лет был назначен помощником главного конструктора. Первым его проектом стал тяжелый штурмовик ТШ-3 - пролог к легендарному Ил-2. Поскольку Михаил Иосифович свободно владел пятью языками и был уже известным авиаконструктором, он был включен в делегацию, в течение двух лет закупавшую в США документацию и оборудование для лицензионного выпуска в СССР транспортно-пассажирского ДС-3, известного у нас как Ли-2.
Примечателен случай, произошедший в КБ фирмы «Дуглас»: проходя мимо ряда кульманов, Михаил Иосифович на одном из них мельком заметил чертеж неудачной конструкции шасси самолета. Подозвав ведущего конструктора, Гуревич указал на ошибку и предложил свой вариант. После тщательного обсуждения американцы приняли его предложение, воздав должное советскому авиаконструктору восхищенными эпитетами.
8 декабря 1939 года в КБ Н.Н.Поликарпова была организована конструкторская группа под началом А.И.Микояна, работавшего военпредом технолога самолетостроения. Артем Иванович предложил Гуревичу возглавить новое конструкторское бюро, но тот наотрез отказался: «Только заместителем!».
5 апреля 1940 года совершил первый полет истребитель, получивший имя МиГ-1. Усовершенствованная машина, МиГ-3, в начале Великой Отечественной войны выпускалась большой серией на эвакуированном в Самару заводе и успешно участвовала в боях.

В середине войны в Германии начались испытания реактивных истребителей и стало ясно, что век винтовой авиации заканчивается. В 1944 году Гуревич проектирует МиГ-9 в винтовом и реактивном вариантах. А 24 апреля 1946 года состоялся первый полет реактивного МиГ-9 (Як-15 взлетел на три часа позже). Уже в сентябре того же года МиГ-9 был запущен в серию.
В 1940-57 годах М.И. Гуревич был зам. главного конструктора, в 1957-64 годах - главным конструктором ОКБ. Под его руководством были созданы скоростные реактивные истребители МиГ-9, МиГ-15, МиГ-17, МиГ-19, МиГ-21 и МиГ-25.
МиГ-15 (самый массовый), МиГ-19 (первый серийный сверхзвуковой) и МиГ-21 (с изменяемой стреловидностью крыла) были самыми эффективными истребителями в своем классе и успешно сбивали американские самолеты во вьетнамском, корейском и египетском конфликтах. Строевые летчики и механики любили МиГи за надежность в бою, удобство в управлении и неприхотливость в обслуживании, называя их «самолет-солдат».

Конструкции Гуревича всегда были изящны, иногда неожиданны. Под его руководством были созданы и первые катапультные кресла, и гермокабина, и МиГ-8 – не потерпевший ни одной аварии самолет-шутка, летавший «хвостом вперед». Теперь по этой схеме создан знаменитый сверхзвуковой «Беркут».

По техническому заданию истребитель МиГ-25 должен был достигнуть скорости около 3000 км/час, при которой применявшиеся алюминиевые сплавы не выдерживали аэродинамического нагрева и плавились. Михаил Иосифович предложил использовать жаропрочную нержавеющую сталь – случай небывалый в авиастроении! «Не полетит!» - заявили авторитеты. Но машина получилась и превзошла многие зарубежные истребители.

Именно Гуревичу было поручено возглавить совершенно новое в СССР направление - разработку управляемых крылатых ракет, где ОКБ добилось, пожалуй, мирового первенства. В августе 1962 года ракета К-10С, созданная под руководством Гуревича и Березняка, была впервые в мире оснащена ядерной боеголовкой и поразила реальную цель на полигоне Новая Земля. Для ракеты Х-20М была разработана самая мощная термоядерная боевая часть, которой когда-либо оснащались крылатые ракеты.
Михаил Иосифович Гуревич воспитал плеяду авиаконструкторов высочайшего класса. Он умел работать с людьми так, что, разбирая ошибки рядовых конструкторов, аккуратно подводил их к нужному решению. При этом сотрудник был уверен, что верная мысль пришла в голову именно ему. Человек высокой культуры, прекрасно знавший мировую литературу, живопись (любимые «малые голландцы») и архитектуру, он был тактичным, доброжелательным, никогда не отказывавшим в помощи другим.
Дома это был необыкновенно мягкий, внимательный дедушка, с тонким юмором величавший внучек «сударынями» и «барышнями», а меня «юношей» или «молодым человеком». После известия об аварии самолета или гибели летчика в квартире наступала звенящая тишина, в которой были слышны только быстрые шажки мечущегося от горя Конструктора.
О его необычайной скромности и способности оставаться в тени в КБ и МАИ ходили легенды. Это, видимо, и привело к забвению выдающихся заслуг Героя Социалистического Труда, доктора технических наук, лауреата Ленинской премии и шести Государственных премий СССР, награжденного четырьмя орденами Ленина.

Умер Конструктор 24 ноября 1976 года в Ленинградской больнице, до последнего сохраняя ясность мышления и бодрость духа, развлекая медсестричек чтением Овидия в подлиннике, а затем – в переводе, чтобы сравнить звучание.
Похоронили его на Серафимовском кладбище. С большим трудом в «Ленинградской правде» был напечатан крохотный некролог. На могиле установили гранитный обелиск с надписью: «Конструктор самолетов МиГ»… Это все, чего удостоился гений авиастроения.

Секретный при жизни, Михаил Иосифович так и остался неизвестным после смерти.
Несколько статей в заводской многотиражке и ленинградской «Смене» к 100 и 110-летию, да мой скромный сборник,
так и не увидевший типографского станка из-за отсутствия средств – вот все, чем отмечена его память.

Десять лет мне понадобилось, чтобы добиться высочайшего решения об увековечении памяти М.И.Гуревича
установкой в Москве мемориальной доски на доме, где он прожил более 30 лет.

Но всех опередили земляки Михаила Иосифовича.
Под руководством теперь уже бывшего главы района Виктора Павловича Влезько, на деньги района и
местных жителей, 16 июня 2009 года в деревне Рубанщина была торжественно открыта скромная мемориальная
черного гранита в честь выдающегося земляка - М.И.Гуревича.
На открытие приехали представители РСК МиГ, собралась вся деревня от мала до велика.

На фото в черном костюме в окружении земляков - Виктор Павлович Влезько.

Подмосковное Монино и его окрестности

Прошлое и настоящее городка авиаторов и окрестных мест