РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

[q]

Друг юношества
Шанхай, 12 июля 1938

[/q]

[q]

Летом 1943 г., в разгар войны в Азии, в Шанхае состоялись так называемые «Азиатские олимпийские игры» по боксу, борьбе и теннису.
Японские правящие круги хотели продемонстрировать азиатским народам свое «высочайшее покровительство».
Поэтому для участия в играх в Шанхай прибыли национальные команды с Филиппин, из Индокитая, Гонконга и Малайи.
Оккупированный Китай, видимо, не смог выставить своей команды, и потому решили составить «китайскую» команду из эмигрантов.
Фаворитами игр были, естественно, японцы.
Помню, как-то пришёл в консульство на приём русский по фамилии Левченко, ходатайствовавший о принятии его в советское гражданство.
Робко вошёл в комнату, застенчиво остановился у двери. Вид не внушительный, небольшого роста, одет плохо.
Я пригласил его сесть и повёл обычную беседу о целях принятия гражданства, о порядке оформления ходатайства. Это была первая встреча с Левченко,
я больше задавал вопросы, а он неторопливо отвечал. На вопрос, какую имеет специальность и чем собирается заниматься в СССР, он ответил,
что имеет несколько специальностей, но хотел бы заниматься боксом. Меня это удивило, я принялся его подробно расспрашивать.

Оказалось, что Левченко привезли родители из Сибири в 1924 г. ещё маленьким мальчиком. Вскоре отец, а затем и мать умерли от голода. Учиться по-настоящему ему не довелось, так как с десяти лет пришлось работать за кусок хлеба. Служил при магазине одного русского купца разносчиком, работал упаковщиком, газетчиком, поваренком, чистильщиком, сторожем, почтальоном, носильщиком, грузчиком, в последнее время – водолазом по очистке фарватера реки Вампу. Несколько лет тому назад Левченко увлёкся боксом и успешно выступал на любительском ринге. Когда разговор зашёл о боксе, Левченко спросил, можно ли ему принять участие в «Азиатских олимпийских играх», куда его уже пригласил шанхайский муниципалитет. Я ответил: почему же нет, если способен драться?

Вскоре в Шанхае состоялись заключительные встречи игр, в том числе и по боксу. Пригласили на них в качестве зрителей и нас, советских дипломатов, усадив на почётные места неподалёку от японского генерального консула Хориути. В финальной встрече участвовали чемпион Японии Омура и наш Георгий Левченко. Японец был значительно крупнее Левченко. Держался самоуверенно, поскольку считался фаворитом.
Бой продолжался десять раундов. В течение восьми раундов Омура беспощадно избивал Левченко, не раз загоняя его в угол ринга. Русские в зале пытались возгласами подбодрить нашего боксёра, но это, видимо, мало ему помогало. Хориути торжествовал, а мы с коллегой чувствовали себя, честно говоря, скверно, как будто вместе с Левченко избивали и нас. Но уже в ходе девятого раунда зрители стали замечать, что Левченко ещё не намерен сдаваться. Последний раунд Омура, по всей вероятности, собирался завершить одним сильным ударом. Но вдруг во время очередной атаки японского боксера Левченко нанес ему сильнейший боковой удар. Омура рухнул вниз лицом, разбросав в стороны руки и ноги. На счёт рефери он не реагировал. Нокаут. Георгия Левченко объявили победителем. Я взглянул на Хориути: он был мрачнее тучи. Видно, самолюбивый дипломат никак не ожидал такого конца поединка. Воспользовавшись паузой в состязаниях, мы попрощались с организаторами спортивных состязаний, отметив, что это был бой достойных противников.

Левченко не раз потом приходил в советское консульство. Он никогда не жаловался. Работу водолаза он потерял, другой найти не мог. Как только узнавали, что это он публично побил японского чемпиона, ему везде отказывали, намекая на то, что он хороший боксёр, но плохой дипломат. Советское консульство энергично ходатайствовало о приёме Левченко в гражданство СССР, старалось помочь ему устроиться на работу в Клубе советских граждан.
После войны я случайно оказался на встрече по боксу в Хабаровске. Среди участников встречи мне было приятно увидеть и мастера спорта Георгия Левченко, успешно выступившего и на этот раз. Сейчас он работает тренером по боксу в Днепродзержинске.

Иванов М. И. «Япония в годы войны (записки очевидца)»

[/q]

[q]

В 1922 году после падения ДВР Фёдор Николаевич с Ерастом эвакуировались в Харбин, где профессор преподавал физику в Политехническом
и Педагогическом институтах и в местных школах. В 1931 г. в Харбине был переиздан его учебник.

Фёдор Николаевич скончался от апоплексического удара в Харбине 18 апреля 1932 года. На следующее утро все харбинские газеты разместили некрологи,
в которых выражали искренние соболезнования по поводу внезапной кончины профессора Индриксона [20].
Младший сын Фёдора Николаевича, Ераст, в 1930 г. окончил с золотой медалью Первое Харбинское Русское Реальное Училище и осенью 1931 г.
поступил в Харбинский Политехнический институт. После кончины отца в 1932 году он продолжил учёбу за счет стипендии Комиссии профессоров.
Одновременно работал репортёром в ежедневной вечерней газете «Рупор», где получал построчный гонорар. Институт Ераст окончил в 1935 году,
получив специальность инженера-электрика, свободно владел английским языком, изучал японский [21]. Позднее переехал в Шанхай.
В конце 1940-х годов выехал в СССР. В Свердловске преподавал математику в средней школе и в Уральском политехническом институте.
Печатался в периодике бывших эмигрантов, возникшей в России в конце 1980-х годов. Скончался 28 мая 1988

[/q]

[q]

Староста В.Ф. Кочетов, первый заместитель старосты Г.А. Степанов, второй заместитель старосты Эрнест Якуб,
начальник (директор спортивной части) С.С. Григорьев, начальница (соколок) В.М. Пидриксон, пом. начальника С.А. Тучков,
секретарь В.П. Петров, заведующей хозяйством и личным составом А.Л. Гилев, первый пом. зав. хозяйством А.А. Шестаков,
второй помощник зав. хозяйством А.Е. Апрелков
члены Совета: И.С.Тетерев, К.Н. Малиновский, Г.С. Шерлаимова, С.В. Хворов, Г.К. Пидриксон,
Е.А. Храпов н Г.Ф. Левченко.

[/q]

[q]

Некрополь Русского Шанхая
ID: 1287
: Педриксон
Георгий Карлович.
Семья: Пидриксон

Дата смерти: 1942-07-03
Место захоронения: Локавей
Некролог: СЗ 1942-07-03
НРС: 346
Примечания: Осталась жена Педриксон Валентина Ивановна, фармацевт, р. 1908 год в Вятке
Возможно, управлял аптекой Ватсона.
https://russianculture.cn/ru/alfavitnyj-spisok/

[/q]

[q]

Gul написал:

[q]

Еще один рисунок Сапажу
Многое чуждо в Шанхае приезжим харбинцам

[/q]

Есть и другой Сапажу

[/q]

[q]

ex: РИНЕК Борис Александрович
(1873 - 29.12.1929, Харбин), инженер путей сообщения.
Родом из дворянской семьи. Профессиональное образование получил в Институте путей сообщения в Петербурге в 1890-е годы.

Служил до Октябрьской революции на КВЖД, в 1913-1916 жил с семьей в Харбине, а в 1917

уехал в Тамбов, получив назначение на Мурманскую железную дорогу, где служил в 1917-1920.
В 1920 уехал в Ставрополь, в 1921 в Пятигорск и Тифлис, а в 1922 приехал с семьей
в Маньчжурию, где снова поступил служить на КВЖД.
Последние годы жизни находился в должности начальника 5-го участка Службы пути.
Ист. и лит.: Справочная книжка по личному составу служащих КВЖД на 1 января
1915 года. Харбин. 1915; Жилевич Т. В память
об усопших в земле Маньчжурской и харбинцах. Мельбурн, 2000. С. 263.

[/q]