РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

Судьбы харбинцев....

Игорь Казимирович Савицкий

Председатель Харбинско-Китайского исторического общества

Игорь Казимирович Савицкий
(Связь с Харбином)[/center]

[center]Родился я в Харбине в 1938 году.
Мой отец, с дипломом ХПИ – Инженера Путей Сообщения/строителя, работал по
разным проектам в Харбине, Тямусы, Бэйянь, а в 1943 г. мы переехали в Муданцзянь.
Отец получил там место главного инженера по постройке большого лесопильного
завода.
В начале 1945г завод был построен полностью и работал, а отец получил работу как
начальника участка железнодорожного пути от Аньда до Ананси и мы переехали в
Аньда. Мне в тот год было семь лет, и я в сентябре пошел в школу.
В свободное время мы играли с соседскими китайскими и русскими ребятишками в
шарики, пяди, делали и играли в зоски (свинцовая лепёшечка с кусочком меха), катали
обручи от старых велосипедных колес при помощи специально загнутой из толстой
проволоки ручкой, санки делали из доски на двух деревянных полозьях с набитой на
них проволокой для лучшего скольжения по льду и/или по накатанном снегу.
Это только несколько примеров как дети того времени, не имея никаких игрушек сами
что-то придумывали, делали и развлекались, общались, т.е. все то, то теперь заменено
электронным общением с помощью электронной аппаратуры!
Китайским ребятам было трудно выговаривать мое имя «Игорь», поэтому, для них я
стал «Ига-лянга» (т.е. «один-два»).
Аньда в то время была железнодорожной станцией с частным сельскохозяйственным
поселком. Хорошо развиты молочные хозяйства поставляли свои продукты по всему
северо-востоку. Брат моей мамы основал там сыроваренный завод и сыр там
производится до сих пор.
Ребята зачастую помогали родителям или пастухам утром выводить скот на пастбища,
а к концу дня пригонять обратно на дойку.
Теперь станции Аньда и Сарту превратились, можно сказать в большой центр под
названием Дачин.
Отец мой был заядлый охотник и часто брал меня с собой, а в 12 лет я уже и сам
стрелял.
В тех местах было много перелетной птицы, как гуси, утки, а также и фазаны,лисы, дрофа, дикие кабаны.
Ездили иногда и в сопки (около станции Маоэршань и насколько помню, разъезд Син
Ван-ха) за дикими козами. Там же было много фазанов.

В 1950 году отцу предложили хорошую работу в строительной конторе в Харбине, и
мы переехали в Харбин. Сначала жили на Балканской №70 в Модягоу, а потом на
Бульварном проспекте №19 в Новом городе (Нан Ган).
Как обычно, соседями всегда были и русские и китайцы и мы легко общались с ними
как на русском, так и на китайском языках.
Отец знал в совершенстве русский, китайский и японский. В Муданьцзяне я научился
лопотать и на японском, хотя не очень любил японцев и в 1945г, когда Красная Армия
освободила Китай от японцев, я решил полностью отказаться от японского языка и
сегодня, к сожалению, помню только несколько слов.
В 1955 году отцу и еще двум инженерам ХПИ предложили работу составить Китайско-
Русский, Русско-Китайский фразеологический словарь в г. Тяньзинь.
Я закончил русскую школу в Тяньзине в 1956г и получил работу в Пекине преподавать
русский язык при Министерстве Текстильной Промышленности. Как-то мы всей
группой прогуливались по Летнему Дворцу и случайно повстречались с небольшой
группой во главе с товарищем Чжоу Эн-лай (известным революционером и членом
правительства). Он спросил нас, кто мы и что мы, немного поговорили и он, пожелав
нам успеха пошел дальше.
Вскоре я вернулся в Тяньзинь, где стал преподавать русский язык при Министерстве
Химической промышленности.
В 1957году мы уехали в Австралию. Сначала я работал рабочим на заводе, а вечером
учился на инженера электрика, потом устроился чертежником, где проработал 13 лет с
прогрессом до начальника всего чертежного отдела.
Приехав в Австралию, мы обнаружили, что китайцев здесь живет мало и все они с юга
Китая и говорят на южном наречии. Практиковаться на северном наречии не с кем и
постепенно мы стали забывать наш китайский язык.
В 1973г мы с женой решили открыть свое дело переехали в снежные горы и стали
строить и обслуживать мотель и кемпинг.
В 1979 году наша фирма получила звание лучшей малой фирмы штата Новый Южный
Уэльс. Два с лишним гектара с 40 семейных номеров высокого и среднегостандарта,
все со своим санузлом и кухонькой, 100 палаточных мест, с общим санузлом на 14
душей, 14 туалетов, две коммерческих стиральных машины, зал на 120 человек с
баром, коммерческой кухней, гостиная с баром, небольшой продуктовый магазин,
наша резиденция и т.д., и т.п.
В 1980 году меня номинируют и выбирают депутатом в муниципальную структуру
региона, где я принимаю активное участие и занимаю председательское положение в
развитии туризма, развития предпринимательства региона, управления небольшого
аэропорта и др.
Общение на высоком уровне, приём делегаций, особенно из Китая, конечно, всегда
направлялись на меня. Завязались знакомства, включая Посольства КНР в Австралии,
особенно Культурного атташе. В 1985 году, как член австралийского муниципальной
делегации в Китай, представлял все муниципалитеты штата Новый Южный Уэльс.
На следующий год мы принимали ответную делегацию из Китая.
Два дня онипрожили в нашем мотеле. Опять завелись новые знакомства. С руководительницей
делегаций Ма ну-ну мы дружим до сих пор. Она с мужем прилетала к нам в гости.
В 2006 году мы с ней организовали встречу в Пекине с теми, кому и с кем я, в 1956, в
Пекине преподавал русский язык, т.е. 50 лет тому назад. Собралось несколько человек
и было приятно вспомнить нашу молодость.
Теперь, как Председатель Харбинско-Китайского Исторического Общества мы, вместе
с живущими в Харбине русскими из России, активно работаем по сохранению памяти
наших предков, захороненных в Китае.

И.К. Савицкий на кладбище Хуаншань

РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ..... Судьба Русского Харбина величественна и трагична