РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

Экономический вестник Маньчжурии учрежден в 1923 г. Управлением КВЖД
(в 1925 г. был переименован в "Вестник Маньчжурии"), в качестве его приложения выходил
"Экономический бюллетень". За 10 лет – с 1925 по 1934 г. вышло 106 его номеров, в которых было опубликовано
более 5 тысяч статей.

Семейный фотоальбом Татьяны Ячменниковой

Станция ИМЯНЬПО--ХАРБИН

«Тихий океан» Антипаса

См. также о нем здесь https://forum.vgd.ru/post/614/31743/p1646288.htm#pp1646288

80 лет назад в Харбине в возрасте 75 лет скончался крупный благотворитель и предприниматель Герасим Антипас
Его тело до сих пор покоится в ограде Иверской церкви китайского города, а имя постоянно фигурирует в исторических хрониках Владивостока.
Российский грек Антипас приехал на Дальний Восток из Одессы и впоследствии стал «водочным королем».
«Нет лучше водки № 50 завода Герасима Антипаса в Харбине!» — зазывала реклама начала XX-го в. по обе стороны границы.
Доходы от бизнеса позволили Антипасу вкладываться в недвижимость Харбина и Владивостока.

«Что запомнилось мне из той далекой эпохи? — вспоминала харбинская писательница Ильина.
— Прежде всего, дом на Конной улице № 22 — Дом Антипаса. Это был единственный «высотный дом» в Харбине того времени:
целых шесть этажей, да еще с лифтом! Внизу жила русская пара. Он был, что мы называли, «швейцаром». Большинство жителей дома были евреи.
На верхнем этаже помещалась всего одна квартира. Там было много аквариумов с золотыми рыбками и огромные окна, из которых открывалась
панорама на весь Харбин».

Это здание восхищало приезжих красивой греческой архитектурой: колоннами и классическими статуями наверху.
Сохранился дом Антипаса до сих пор. А вот во Владивостоке все наследие греческого коммерсанта было разрушено
Это был ряд увеселительных заведений.

«Я моряк, бывший офицер тихоокеанской эскадры российского императорского флота, — вспоминал один житель Владивостока
— Это был совсем особый класс моряков. Основным бассейном наших плаваний был действительно очень «Тихий океан», но открытый не Магелланом,
а неким греком Антипасом, — так назывался его кафе-шантан. Это было неплохо задумано: почти всегда мы чувствовали себя в родной стихии —
на волнах «Тихого океана».
Антипас держал шантан и бани, дополнявшие друг друга. Впрочем, у него еще водочный завод был в Харбине.
Там водка не облагалась акцизом, и он ее контрабандным путем переправлял во Владивосток.
А носила эта водка необыкновенное название: «Адмиральский час».
Общественные бани Антипаса располагались на пересечении современных ул. Фокина и Пограничной и в народе были известны как Дом с лирой
— именно этот музыкальный инструмент был изображен на фасаде здания.
Бани Антипаса являлись своеобразным развлекательным центром Владивостока, где помимо самих «парных» можно было посмотреть восточные танцы,
исполняемые китайскими и корейскими танцовщицами.

Как бы замаливая «грехи» своего бизнеса, Антипас был глубоко религиозным человеком.
Он стал близок к деятелям православной церкви в Харбине и одним из крупнейших благотворителей города.
В частности, он первым поднял вопрос о ночлежном доме в Харбине. Стал старостой Иверской церкви, попечителем церкви при Доме Милосердия
архиепископа Нестора и постоянно материально поддерживал благотворительную работу.

Однажды священник Заамурского пограничного округа обратился к начальнику округа генерал-лейтенанту Чичагову с просьбой построить в Харбине свою
военную церковь, но последний ответил, что средств на это нет. Тогда стали собирать средства среди чинов пограничной стражи и в 1908 г. на эти средства
своими силами построили церковь на Офицерской улице.

Построенная в честь иконы Божией Матери Иверской церковь была светлой, уютной, с прекрасной акустикой, с красивыми фресками, выполненными
художником Михайловым. Икона Иверской Божией Матери была привезена настоятелем храма из церкви станции Пограничной,
куда он ездил для обновления святых икон в 1923 г.

Строительство обошлось в 69,7 тыс. руб. Много материала было пожертвовано.
Архитектором был Денисов, подрядчиком Серебренников, поставщиками материалов Климович (кирпич), Скидельский (лес), Истратенко и Казанцев (известь).
Поставщики строительства и сами были жертвователями. Среди последних: ТД И.Я. Чурин, ТД Самсонович, ТД Кунст и Альберс.

В 1916 г. роспись храма была закончена, и 26 ноября — в день праздника георгиевских кавалеров — храм был вновь освящен архиерейским освящением
архиепископом Владивостокским Евсевием и его викарием, епископом Никольско-Уссурийским Павлом.
В годы эмиграции в храме были устроены два придела: южный в честь преподобного Серафима Саровского и северный в честь Святителя Николая.
Во время эмиграции церковь переживала не лучшие времена, и заботу о ней взял грек Антипас.
«Антипас за все четыре года своего ктиторства при Иверской церкви
являлся образцово заботливым хозяином, на своем кредите провел ряд существенных улучшений по церкви и домам (главным образом, в отоплении
и водоснабжении) и явился крупнейшим жертвователем в постройке придела преп. Серафима Саровского в 1928 г
Из священных принадлежностей Иверского храма поступил в него крест, приобретенный старостой Антипасом к освящению Серафимовского придела».

Скончался Антипас 7 мая 1932 г. от крупозного воспаления легких и был похоронен 9 мая в ограде Иверской церкви у придела Св. Серафима Саровского
После его смерти старостой стала его дочь — Антипас-Метаксас, продолжившая дело отца



. В 1933 г. при Иверской церкви для бедных эмигрантов была открыта Серафимовская народная столовая, где устраивались бесплатные обеды, кружечные сборы,
лотереи, концерты, спектакли. Этой работой занимался Дамский кружок под председательством Антипас-Метаксас.
Здесь же был организован приход для престарелых, больных, а также детей.
«Маленькими матросиками» называли харбинцы питомцев приюта, получившего название «Русский Дом».
Он носил характер российских военно-морских училищ и кадетских корпусов.
Около 100 питомцев этого учреждения воспитывались в русском национальном духе.

Похоронен Антипас под стеной церкви, рядом с местом, где в 1920 г. был похоронен генерал Добровольческой армии Каппель,
умерший во время Сибирского Ледяного похода около Байкала. Здесь же был захоронен полковник Аккерман и другие офицерские чины,
погибшие в Русско-японской войне 1904-1905 гг.


http://old.konkurent.ru/list.php?id=3037

На вывеске читается АНТИПАС


Это шуточное четверостишие приписывают Арсению Несмелову, который ради заработка писал рекламу для харбинских газет.

Ты знаешь дом на Конной Антипаса?
Он выстроен из водки и из кваса.
О,нет, не перебивай меня,молчи:
В нем есть с тобой и наши кирпичи!

Старый Харбин в современной живописи

На одном из китайских сайтов выложены фото акварелей, сделанных по старым харбинским фотооткрыткам
Все они очень узнаваемы...

Пианист Семен Каспе, убитый в 1933

см. здесь
https://forum.vgd.ru/post/614/31743/p1453339.htm

Гюльнара, с наступающим Новым Годом и Рождеством!



Новый Год и Рождество в стихотворениях харбинских поэтов

МАРИАННА КОЛОСОВА

РОЖДЕСТВО НА ЧУЖБИНЕ

Во Франции, в Чили, в Китае
Звучит наш певучий язык;
Но каждый о Доме мечтает,
К чужбине никто не привык.
Никто никогда не решится
Россию навеки забыть.
Нельзя по-чужому молиться
И быт неродной полюбить.
И в церкви в рождественский вечер,
Покорная горю и злу,
Я, сгорбив усталые плечи,
Поплачу тихонько в углу…
У женщины русской осталось
Прибежище тихое — храм!
И я свою боль и усталость
Сюда принесу и отдам.
«Дай, Господи, — сердце звенело, —
Услыши молитву мою!
Мужчинам — на родине дело,
А женщинам — храм и семью!»
Горят пред иконами свечи…
Сегодня родился Христос!
Но нам в этот радостный вечер
Нельзя удержаться от слез…

ЕЛКА НА ЧУЖБИНЕ

Будь спокоен и весел сегодня,
Кинь заботу о завтрашнем дне.
Не грусти, что по воле Господней
Ты один на чужой стороне.
Здесь мерцает зеленая елка
Нежным светом грустящих огней;
И пластинка скользит под иголкой
У виктролы поющей моей.
Не тоскуй же, не надо, послушай,
Не один ты, нас много таких…
Злобный ветер обжег наши души
И на время как будто затих.
Если враг человек человеку,
То пристанище тихое — Бог!
Видишь, ветер двадцатого века
Потушить нашу елку не смог.
Значит, есть еще правда на свете,
Если праздник святой не забыт!
Пусть в сердцах ваших, русские дети,
Негасимая елка горит!
В этот вечер поймем и поверим,
Что теперь мы с тобой не одни;
Что Господь нам воздаст за потери
И за горькие, слезные дни.
Светит русская елка в Китае.
Ты спросил: «А в Россию когда?»
Я ушедшие дни не считаю,
Потому что еще молода.
Моя молодость пламенно верит:
Близок день тот счастливый и год,
Когда Бог за тоску и потери
Нам на Родине елку зажжет!

ИРИНА ЛЕСНАЯ

ДАЛЕКИЙ СОН

Город стынет в морозном флере,
В электрических ярких огнях,
А над городом в звездном узоре
Рождество развернуло свой стяг.
Уронило морозные стрелы,
Блеском вспыхнуло в каждом стекле,
Голосами зимы прозвенело
В серебристой рождественской мгле…
И пришел позабытою тенью
Вместе с запахом хвойных ветвей,
Вместе с тихой тоской сожалений
Облик прошлых пронесшихся дней.
Заплелося причудливой аркой
Детство… юность… далекая рань…
И пригрезилась близко и ярко
Убеленная снегом Рязань…
Захотелось до муки, до боли
Отряхнуть налетевшие сны…
Подойти к многозвучной виктроле,
Чьи напевы забвенья полны.
И под звуки мотива иного,
Что не вызовет старых картин,
Перепутать прошедшее с новым,
Перепутать с Рязанью Харбин…
Эти нити никто не развяжет!..
За окном — шум обычной езды…
…Никому ничего не расскажет
Яркий свет Вифлеемской звезды…
В эту ночь всюду было бело…
Рождество, прикоснувшись ко мне,
Голосами зимы прозвенело
О далеком, далеком сне…