Мир творчества каспийцев

Мир творчества каспийцев-кировцев

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

ПАНТЕЛЕЕВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ

Родился 5 декабря.1939 г.
1957-1960 - ВВМУПП им. Ленинского Комсомола, Ленинград.
1960-1962 - КВВМУ им. С.М. Кирова, Баку, специальность - штурман-инженер.
1962-1970 - Ком БЧ-1 ПЛК (1962-1963, КСФ), СКР (1963-1967, ДКБФ), ЭМ (1967-1970, КЧФ).
1970-1991 - ВМА (1970-1972 - Слушатель, 1972-1976 - Нач-к лаборатории, 1976-1980 - Преподаватель, 1980-1984 - Старший преподаватель, 1984-1991 - Заместитель Нач-ка кафедры "Космических средств ВМФ" Факультета вооружения.
1992-2006 - ГНИНГИ (1992-2003 - СНС, 2003-2006 - ВНС).
2009-2013 - РИРВ (Главный специалист).
Капитан 1 ранга (1983 год) в отставке.
Кандидат военных наук (1983 год).
Доцент (1984 год).

ВОСПОМИНАНИЯ. МЕМУАРЫ.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Кодекс чести офицера флота Российской империи 1904 года

1. Не обещай, если ты не уверен, что исполнишь обещание.
2. Держи себя просто, с достоинством, без фатовства.
3. Необходимо помнить ту границу, где кончается полная достоинства вежливость и начинается низкопоклонство.
4. Не пиши необдуманных писем и рапортов сгоряча.
5. Меньше откровенничай — пожалеешь. Помни: язык твой — враг твой!
6. Не кути — лихость не докажешь, а себя скомпрометируешь.
7. Не спеши сходиться на короткую ногу с человеком, которого недостаточно узнал.
8. Избегай денежных счетов с товарищами. Деньги всегда портят отношения.
9. Не принимай на свой счёт обидных замечаний, острот, насмешек, сказанных вслед, что часто бывает на улицах и в общественных местах. Будь выше этого. Уйди — не проиграешь, а избавишься от скандала.
10. Если о ком-нибудь не можешь сказать ничего хорошего, то воздержись говорить и плохое, если даже кое что и знаешь.
11. Ни чьим советом не пренебрегай — выслушай. Право же, последовать ему или нет, останется за тобой. Сумей воспользоваться хорошим советом другого — это искусство не меньшее, чем дать хороший совет самому себе.
12. Сила офицера не в порывах, а в нерушимом спокойствии.
13. Береги репутацию доверившейся тебе женщины, кто бы она ни была.
14. В жизни бывают положения, когда надо заставить молчать своё сердце и жить рассудком.
15. Тайна, сообщённая тобой хотя бы только одному человеку, перестает быть тайной.
16. Будь всегда начеку - и никогда не распускайся.
17. Старайся, чтобы в споре слова твои были мягки, а аргументы тверды. Старайся не досадить противнику, а убедить его.
18. На публичных маскарадах офицерам не принято танцевать.
19. Разговаривая, избегай резкой жестикуляции и не возвышай голос.
20. Если вошёл в общество, в среде которого находится человек, с которым ты в ссоре, то, здороваясь со всеми, принято подать руку и ему, конечно, в том случае, если этого нельзя избежать, не обратив внимания присутствующих или хозяев. Подача руки не даёт повода к излишним разговорам, а тебя ни к чему не обязывает.
21. Ничто так не научает, как осознание своей ошибки. Это одно из главных средств самовоспитания. Не ошибается только тот, кто ничего не делает.
22. Когда два человека ссорятся — всегда оба виноваты.
23. Авторитет приобретается знанием своего дела и службы. Важно, чтобы подчинённые уважали тебя, а не боялись. Где страх — там нет любви, а есть затаённое недоброжелательство или ненависть.
24. Нет ничего хуже нерешительности. Лучше худшее решение, чем колебание или бездействие. Упущенный момент не вернёшь.
25. Тот, кто ничего не боится, более могуществен, чем тот, кого боятся все.
https://proza.ru/2014/02/17/1661 вторник, 7 ноября 2023 г.

Это я выловил в Интернете, и выловив, посчитал, что сии правила Кодекса чести Российского, ещё царских времён, офицера в определённой мере применимы и к нашему советскому - а теперь российскому - офицеру.


1. Учебный корпус №1
2. Арт. полигон
3. Учебно-производственные мастерские
4. Учебный корпус
5. Спортивный комплекс
6. Клуб
7.
8.
9. Учебный корпус
10. Жилой корпус
11.
12.
13. Жилой корпус
14.
15. Летний бассейн
16. Медсанчасть
17. Жилой корпус
18. Штабной корпус
19. Учебный корпус
20. Общежитие гостиничного типа для советских курсантов
21. Склады отдела вооружения и техники
22. Жилой корпус для выпускников (советские курсанты 5-х курсов)
23. Гостиница 4-го спец. факультета
24. Столовая для иностранных военнослужащих
25. Гостиница 3-го спец. факультета
26.
27. Учебный корпус для иностранных военнослужащих
28. Хозяйственные здания
29. Баня
30. Столовая для советских курсантов
https://forum.vgd.ru/585/55466/40.htm вторник, 7 ноября 2023 г.

Далее идёт мой – авторский текст

Иностранцы в училище

В наши времена 1960-1962 гг. в училище учился многонациональный состав. С нами вместе учились немцы, румыны, болгары, вьетнамцы, поляки, албанцы. Вот несколько заметок о них.
Немцы. Все рослые (под 2 метра) широкоплечие, красивые, как на подбор, ребята. Играли с нами в футбол, волейбол, баскетбол. И везде совершенно спокойно нас обыгрывали. Представьте себе ситуацию. Играем в футбол. Сталкиваются двое: русский и немец. Рослый немец массой под 100 кг. И русский, который на голову ниже немца и массой чуть больше 50 кг, то есть массой чуть ли не вдвое меньше. Ясно, что при столкновении русский отлетает от немца в сторону не меньше, чем на пару метров, а тот, только слегка покачнувшись, как ни в чём не бывало, прёт с мячом дальше – прямиком на наши ворота. Попробуй, отбери мяч у такого бизона?
Первый раз, когда мы увидели немцев в столовой, то были удивлены тем, что они, встав за столы, по команде что - то дружно рявкали по-немецки, после чего садились и начинали трапезу. Когда мы с ними познакомились поближе, то спросили их, чего это они там орут в столовой перед тем, как сесть за стол. – А это мы желаем приятного аппетита друг другу.
Как не придёшь в буфет за сигаретами, там обязательно увидишь несколько немцев, которые сидят там и уминают пирожки, пьют лимонад, едят пряники. А дело в том, что у них стипендия в переводе на наши рубли, была равна 800 рублям, против 50 - 150 рублей стипендии русского курсанта (первый курс – 50 рублей, второй курс – 75, третий – 100, четвёртый 150). Ясно, что немец мог позволить себе многое из того, чего не мог позволить себе русский курсант.

Кстати, самая маленькая стипендия была у вьетнамцев – 3 рубля 80 копеек. Как у наших рядовых солдат в армии, у матросов - на флоте. Эти ребята вообще не могли позволить себе ничего, кроме зубного порошка. Низкорослые они все были. Метр пятьдесят с фуражкой. Вежливые до приторности. Упорно учились. Ничем другим не занимались, только учились! Служили для нас образцом сверхприлежного отношения к учёбе.

С немцами был случай, который заставил их зауважать нас - русских, несмотря на разницу в росте и в массе. А дело было так.
Сентябрь 1960 года. Играем мы в волейбол. На соседней волейбольной площадке играют в волейбол немцы. Тогда ещё мы не были близко с немцами знакомы и вели с ними себя настороженно – всё - таки бывшие же враги наши, как - никак. Площадки отстоят друг от друга всего на несколько метров. Немцы повыше нас ростом, покрепче нас, бьют по мячу посильнее. Поэтому вполне понятно, что их мяч почаще залетает на нашу площадку, чем наш мяч залетает на их площадку. Немцы как бы наши гости, поэтому в их сторону мы, по возможности стараемся мяч не посылать.
Прилетел как - то их мяч на нашу площадку. Кто - то из нас поймал его и аккуратно бросил в руки ближайшему немцу. Второй раз их мяч у нас на площадке – поступаем аналогично. Третий раз – точно также. Но вот наш мяч попадает на площадку немцев. Кто - то из них ловит мяч, поворачивается лицом к нам и ногой отправляет мяч как бы в нашу сторону, но он летит, почему - то, в сторону от площадки. Ладно, нога, видно, у немца кривая, с кем не бывает. Кто - то из нас сбегал за мячом, игра продолжилась. Второй раз наш мяч попал на их площадку, повторяется та же ситуация. Один из немцев выбивает мяч ногой, направляя его как бы к нам, но он летит, почему - то, опять не к нам, а далеко за площадку. Мы на сей раз уже как бы изобразили удивление, - До чего ж ты, немчура, кривоногий. Даже мяч послать туда, куда надо, толком не можешь. И жестами, используя руки и ноги, им показываем, кидай, мол, мяч рукой, не бей его ногой. И нам подавай, а не бей ногой в сторону. Они улыбаются. Но некоторые сомнения в случайности или намеренности сделанного немцами к нам уже закрадываются.
Опять мы, как ни в чём не бывало, подаём им залетевшие к нам их мячи рукой в руки ближайшего немца. В третий раз наш мяч попадает к немцам. Но тут они, конечно, дали маху. Вернее, тот немец, который поймал наш мяч и опять отправил его в сторону, далеко от площадки – к забору. Но теперь это было сделано явно открыто, нарочито, намеренно. Улыбаясь, он повернулся к нам боком и откровенно ногой послал мяч далеко от нашей площадки - к забору. После чего они продолжили игру, как ни в чём не бывало, чего то гортанно орали, прыгали, скакали. Мы, от такой их наглости, конечно, в первую секунду опешили, оторопели. - Это же они, вражины, нарочно делают, а совсем не случайно. Ну, гады! Берегись, сейчас мы вам вломим! - Во вторую секунду, мы (что нас потом самих удивляло, так это то, что мы делали это всё – спонтанно, не сговариваясь, молча), подлезая под сетку, собираемся в шеренгу, сжимаем кулаки, отводим их чуть назад и в стороны, делаем зверское выражение лица (скалим зубы, прищуриваем глаза), грудь вперёд, играем желваками на скулах, и медленным коротеньким шагом своим широким фронтом, наклонив «морду лица» вперёд, широко расправив ноги, начинаем движение в их сторону. Один немец увидел нас, опешил, другой опешил, все опешили, глаза вылупили, игра у них остановилась … И они не выдержали - вначале ближние к нам немцы стали пятиться назад, за ними попятились средние, а там и дальние. Быстрее пятятся, быстрее …
Мы прибавили шагу, все своим видом показываем – Мол, сейчас мы подойдём и врежем вам как следует, так врежем, как отцы наши отцам вашим врезали. Надолго запомните, гады! - И тут они повернулись, да как рванули бегом от нас в свою казарму … Мы остановились, не побежали за ними, но когда кто-нибудь из них на бегу поворачивался в нашу сторону, то мы показывали ему кулак: - Вот бы чем мы вам врезали, мол … - И эти рослые, крепкие, сильные парни не устояли против низкорослых тощих русских парней. Видно в наших лицах в тот момент было, что - то такое, что по их выражению они поняли: – Будет худо, очень худо, надо смываться! –
Уж, какую они там внутри себя после этого события работу провели, мы, естественно, не знали, но с тех пор немцы стали для нас самыми дружелюбными ребятами. И больше никаких никогда и нигде столкновений с немцами у нас не было …

Мир творчества каспийцев-кировцев

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

ПАНТЕЛЕЕВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ

Родился 5 декабря.1939 г.
1957-1960 - ВВМУПП им. Ленинского Комсомола, Ленинград.
1960-1962 - КВВМУ им. С.М. Кирова, Баку, специальность - штурман-инженер.
1962-1970 - Ком БЧ-1 ПЛК (1962-1963, КСФ), СКР (1963-1967, ДКБФ), ЭМ (1967-1970, КЧФ).
1970-1991 - ВМА (1970-1972 - Слушатель, 1972-1976 - Нач-к лаборатории, 1976-1980 - Преподаватель, 1980-1984 - Старший преподаватель, 1984-1991 - Заместитель Нач-ка кафедры "Космических средств ВМФ" Факультета вооружения.
1992-2006 - ГНИНГИ (1992-2003 - СНС, 2003-2006 - ВНС).
2009-2013 - РИРВ (Главный специалист).
Капитан 1 ранга (1983 год) в отставке.
Кандидат военных наук (1983 год).
Доцент (1984 год).

ВОСПОМИНАНИЯ. МЕМУАРЫ.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Рекомендации Прусакова

На четвёртом курсе в нашем классе появились первые женатики. А вообще остановиться на женатиках интересно вот по каким причинам. Ребята из четвёртого класса, так называемые «шкентеля», совсем малыши, начали жениться, ещё, будучи курсантами первого курса. Володя Авилкин был первый, но не последний из этих женатиков. За ним последовал Каплун Витя, затем Гребенников Володя и так далее.
Курсанты третьего класса начали жениться, будучи уже на втором курсе, второго класса – на третьем, а курсанты первого класса, то есть мы, начали жениться только на четвёртом курсе. Получалось так, что чем парень выше ростом, тем позже он женится. Нас же в своё время (120 с лишком парней) построили по ранжиру (по росту), разделили на 4 группы, и назвали самых рослых – первым классом, следующих за ними – вторым классом и т.д. Я, например, при росте 173 см., был последним в строю (25-м по счёту) в своём первом классе.

На уборке хлопка: Иван Куприн, Виктор Шундиков, Борис Миронов, Валериан Ванышев, Геннадий Петриченко

Был у нас во ВВМУППе преподаватель морской практики некий капитан 2 ранга Прусаков (Николай Алексеевич?). Он учил нас не только морскому делу, но и реальной жизни. Корабельной, конечно, в первую очередь, но не только ей. Например, вот его некоторые рассуждения относительно свадьбы - женитьбы.
По его мнению, жениться нормальному парню надо не раньше 25-26 лет. К этому времени, якобы, по его словам полностью заканчивается развитие мужского организма, крепнут кости, вырастает мышечная масса, стабилизируется нервная система, активно идут поллюции, парень начинает вплотную интересоваться семейной жизнью.
Основные рассуждения Прусакова носили примерно такой характер: –
В 25-26 лет, ты уже пару – тройку лет тому назад окончил училище, за это время ты досыта «нагулялся», узнал всё про холостяцкую жизнь, она уже тебе прилично надоела, хочется домашнего тепла, уюта, ты уже скопил толику деньжат на свадьбу, получаешь неплохое денежное содержание, стало быть, тебе не надо тянуть деньги с родителей, наоборот, ты уже посылал им деньжат понемногу эти пару-тройку лет, ты заимел дюжину пар носков, две дюжины носовых платков, пару ботинок и пару костюмов. Впереди светит квартира, вначале служебная, а затем и собственная. Вот теперь можно жениться и обзаводиться детьми.
А женишься сейчас, молодым, зелёным курсантом, что ты имеешь? Курсантскую стипендию, которой хватит жене только на помаду. Жить придётся в долгих разлуках, если женишься на малой родине, где ты родился, или жить где придётся, если женишься здесь, в городе, а жена попадётся без городской квартиры. А свободной жизни толком ты ещё не видел. А уже влез в пелёнки – распашонки. На житьё - бытьё своих денег нет, придётся «тянуть» деньги на житьё с родителей. Что неудобно со всех точек зрения. Свободного времени при наличии семьи у курсанта фактически нет. Заработка надлежащего, на который ты мог бы полноценно содержать семью, у тебя тоже ещё нет. Из одежонки – только курсантская форма. Тебе хочется покутить с друзьями, сходить в кино, на танцы, а надо идти купать ребёнка, бежать в магазин за картошкой. Тебе это надо? …

С «Земелей» - земляком Сашей Шабановым на училищном плацу

Одно лишь небольшое достоинство ранней женитьбы заключается в том, что свою сексуальную напругу ты снимаешь регулярно. И всё. Действительно, в холостяцкой жизни с интимной жизнью сложнее. Помните, что написано в «Капитальном ремонте» у Леонида Соболева, когда молодой штурманец стоит на линкоре на утреннем подъёме флага и думает: «Лиля? Не может быть! Она же жена офицера… Впрочем, если не повезёт, то и на родной сестре триппер поймаешь»? Так вот, будешь шастать по непроверенным девицам, как тот штурманец, то ты не только трипперок получишь, но и сифилитиком можешь стать. Будешь ходить с проваленным носом, всю жизнь плеваться и проклинать тот день, когда соблазнился красавицей, «подарившей» тебе сифилис. Поэтому на всякий пожарный случай, уж если совсем тебе невтерпёж, или баба тебя заманила в постель, то в кармане у тебя всегда должны быть наготове пара гондонов. И помните, что молофьи у вас всего – навсего ведра два. Излишествуя, можно сплавить эти два ведра молофьи очень быстро. И придёт время, тебе 45 лет, твоя жена в самом соку, ей от тебя хорошего секса надо, а ты уже не можешь, иссяк совсем, и братан твой младший, что в твоих брюках между твоих ног живёт, всё на пол шестого смотрит и никак не хочет на час дня посмотреть. Тебе это надо?
- Какую же боевую подругу надо себе выбирать?
- А бабу себе на долгую жизнь надо выбирать не абы какую (люблю я её, говоришь?), а такую, какую надо!
– А какую надо?
– А вот какую. Надо выбирать девку плотную, крепкую, сильную. Ты же не один раз будешь переезжать из одного места службы на другое, с одного флота на другой. Кто тебе будет помогать при переезде таскать узлы, чемоданы, сумки? Худосочная, что ли? Которая больше 2-х – 3-х килограмм и поднять-то не сможет? А когда ты в походе, скажем, будешь, кто картошку из магазина ей принесёт. Сосед? Ну, тогда готовься к тому, что и она тебе кое - что от соседа принесёт. Ну, в подоле то вряд ли, но что - нибудь на твой «конец намотать» – запросто.
Надо выбирать девку с широким бёдрами, чтоб при родах ребятишки выскакивали из её лона на свет Божий как пробка из бутылки шампанского, ни секунды нигде не задерживаясь. И не создавая никому никаких проблем. И ребятёнок будет крепкий, здоровый, рослый. Или тебе нужна тонкожопая девка, которой при родах придётся кое - что подрезать, чтобы даже тощенький ребятёнок вышел на белый свет более - менее нормально? Или, не дай Бог, придётся делать ей вообще Кесарево сечение. Про наличии большого числа смертных случаев при родах у тонкожопых девок, я уж вообще не говорю. А кто родится у таких солощих баб? Тощие, малорослые, худосочные, болезненные ребятишки. А то и вообще с серьёзными медицинскими проблемами. И будешь ты с ним мучиться всю жизнь. А тебе это надо?

Надо, чтобы у девки грудь была горой, чтобы у ребятёнка не было проблем с молоком, чтобы рос он не по дням, а по часам. А чем безгрудая будет кормить ребёнка? Молока то у неё будет мало. Раньше срока начнёт его кормить кашками-малашками, пюре-супчиками? Ну, и кто из него вырастет? Малохольный болезный оголец? А тебе это надо?
Девчонку надо выбирать спокойную, уравновешенную, ласковую, степенную. Тогда проживёшь ты с ней в любви и согласии 100 лет и не заметишь даже как. А если выберешь нервную, вздорную, вспыльчивую, то уже в медовый месяц начнёшь с ней ссориться. И через два – три года, максимум через 5 лет, ты с ней обязательно разведёшься. Она же поссорит тебя с родными, отвадит от тебя твоих друзей, сделает твою жизнь невыносимой. Так что очень думай, кого ты берёшь себе в жёны!
Бери в жёны девку с полными губами, чтобы можно было к чему присосаться. Не бери в жёны «тёлку» с тонкими губами. Мало того, что ты не получишь никакого удовольствия от поцелуя с ней, так тонкогубые девки по природе своей злые. Из неё такая стервозная жена получится, что не дай Бог!

Вот примерно такие наставления давал нам незабвенный капитан 2 ранга Прусаков. Это я ещё не всё из его наставлений привёл. Только кое - что – самое безобидное. Давал он нам и такие наставления (правила поведения в семейной постели при выполнении своего супружеского долга), которые нам стыдно даже было слушать и которые, как говорится, даже после 25+ лет в открытой печати приводить неудобно …

Друзья – товарищи. Мой училищный друг Витя Бровков

Первыми у нас женились, будучи в отпуске после 3-го курса, Витя Бровков и Витя Шундиков. Боялись потерять своих девчонок. Женились не по Прусакову. Женились по любви, понимаешь ли! Оставили их на малой родине. Писали письма, звонили по телефону, переживали, что там у них, да как? Знаю это потому, что с Витей Бровковым я дружил, а он парень открытый, всё мне рассказывал: что там у него с женой было и как … И у обоих, и у Шундикова, и у Бровкова, впоследствии, жизнь с ними не заладилась. Развелись оба. Бровков женился по второму разу, уже будучи в Саратове. Уже осознанно, по Прусакову, и вот тогда семейная жизнь у него и наладилась.

Шундиков развёлся на пятом курсе. Его тёща - жена Главного механика крупного торгового судна – хотела, чтобы её дочь Аллочка, красавица, умница и комсомолка, вышла замуж за торгового моряка. Она полагала, что заработок торгового моряка много больше заработка военного моряка и сделала всё, чтобы развести дочку с Витей. И она добилась своего.
В училище Виктор серьёзно занимался спортом. Бегал по утрам 5 км по Зыху, занимался боксом, дошёл до 1-го разряда.
Но, придя на флот, получив назначение командиром ЭНГ на ремонтирующуюся ПЛ К-8 в Северодвинске, он быстро понял, что продвижение по службе ему не «светит». Дело в том, что Виктор был старше нас всех. Он был 1936 года рождения. И придя на корабль командиром ЭНГ он оказался старше своего Командира БЧ-1. Тот был 1940 года рождения. И Витя решил уйти с флота. Уйти с флота «по хорошему» у Вити не получилось. Поскольку он был спортсменом-разрядником, то, естественно, уйти по причине плохого здоровья он не мог, и так как его Рапорта по команде об увольнении в запас удовлетворены не были, и вот тогда он решился уйти с флота «по плохому» - он начал пьянствовать и безобразничать.
А у Бровкова всё было отлично. Со второй женой Вити Бровкова – Валентиной - я и моя жена Нина до сих пор дружим. Такая она сердечная, ласковая, дружелюбная …
Капитан 1 ранга в отставке ПАНТЕЛЕЕВ Владимир Михайлович

Бриллиантовая свадьба – это целых 60 лет жизни в любви, гармонии, уважении, терпении и понимании!

25 июля 2024 года.


Пантелеевы Владимир Михайлович и Нина Александровна.


"Сpеди обычаев пpекpасных
Мне вспомнить хочется один,
Он символ веpности и счастья
От юных лет и до седин.

Ах, этот миг неповтоpимый,
Когда стучат, стучат взволнованно сеpдца,
И не забыть, как мы даpили
Дpуг дpугу нежно, нежно-нежно, два кольца.

Припев:
Обpучальное кольцо, не пpостое укpашенье,
Двух сеpдец одно pешенье, обpучальное кольцо.
Обpучальное кольцо, не пpостое укpашенье,
Двух сеpдец одно pешенье, обpучальное кольцо."

Мир творчества каспийцев-кировцев

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

ПАНТЕЛЕЕВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ

Родился 5 декабря.1939 г.
1957-1960 - ВВМУПП им. Ленинского Комсомола, Ленинград.
1960-1962 - КВВМУ им. С.М. Кирова, Баку, специальность - штурман-инженер.
1962-1970 - Ком БЧ-1 ПЛК (1962-1963, КСФ), СКР (1963-1967, ДКБФ), ЭМ (1967-1970, КЧФ).
1970-1991 - ВМА (1970-1972 - Слушатель, 1972-1976 - Нач-к лаборатории, 1976-1980 - Преподаватель, 1980-1984 - Старший преподаватель, 1984-1991 - Заместитель Нач-ка кафедры "Космических средств ВМФ" Факультета вооружения.
1992-2006 - ГНИНГИ (1992-2003 - СНС, 2003-2006 - ВНС).
2009-2013 - РИРВ (Главный специалист).
Капитан 1 ранга (1983 год) в отставке.
Кандидат военных наук (1983 год).
Доцент (1984 год).

ВОСПОМИНАНИЯ. МЕМУАРЫ.

Отдел кадров КСФ. Североморск.

Летом 1962-го года, где то в середине июля, очередная партия молодых лейтенантов выпорхнула из училища на Зыхе (это полуостров в 18 км от Баку) в большую жизнь. Вначале полагался месячный отпуск. После отпуска каждый из нас по соответствующему предписанию обязан был явиться в ОК того флота, на который его направили служить.
Я, как закончивший училище с отличием, имел право выбора флота – и я выбрал Северный флот. Кое - кто, вроде Юры Яхонтова, Валеры Ванышева, Гены Петриченко говорили мне: - «Мудак, зачем ты добровольно лезешь на Север – в снег, в холод, в метель? Выбирай Черноморский флот - солнце, пляжи, фрукты!» - Другие мои товарищи, как - то Ваня Куприн, Боб Миронов, Витя Шундиков, говорили мне другое: - «Зачем тебе на парадный флот – пыль, духота, все мокрые от пота, вечные комиссии из Москвы? Вот Север – совсем другое дело – никаких тебе комиссий, нормальные корабли, нормальная служба. И платят в полтора раза больше!» - Но я имел ввиду и свои соображения: Северный флот - самый мощный флот Советского Союза. Там лучшие подводные лодки новейших проектов. Там хорошие перспективы быстрого продвижения по службе. И я пока ещё холостой, смогу до свадьбы накопить кое - какие деньжата для последующей семейной жизни.

Позже, когда отслужив всего полгода на Севере (август 1962 – го года – февраль 1963 – го года), меня по приказу перевели на Балтику – и там я прослужил 3,5 года (с февраля 1963-го года по август 1967-го года), а затем почти 3года я прослужил на этом самом парадном Черноморском флоте (с августа 1967-го года по май 1970-го), то я смог воочию убедиться в правильности высказываний обоих групп моих товарищей.
Были на Севере и снег, и шторм, и собачий холод, но был и полуторный оклад, была нормальная служба и никаких тебе частых комиссий из Москвы. На Юге были и фрукты, пляжи, тёплая вода, но зато были изнурительная жара, вечные комиссии из Москвы, тяжелейшие походы на БС в Средиземное море – это на парадном - то флоте. Но подробнее обо всём этом я расскажу ниже.

Поскольку в отпуска из училища мы уехали в разные края, то длительность переездов, так называемая «Дорога», на которую и выписывались нам воинские перевозочные документы (ВПД), была у всех разная. И хотя у всех отпуск был равный, протяжённостью всего лишь в один месяц (30 дней), но прибывали мы в отдел кадров (ОК) соответствующих флотов чуть-чуть в разное время.

И когда я появился в ОК в Североморске – это было, по-моему, в середине августа, - то часть ребят уже побывала в ОК до меня (москвичи – Миша Галаган, Володя Терещенко, Боб Миронов – у них дорога была всех короче), часть ребят приехала вместе со мной (Витя Бровков, Валера Павлюкевич, Юра Кальянов), а часть приехали позже моей группы (Толя Тимохов, Валера Ванышев, Витя Шундиков).

Те, кто приехал раньше меня, уже получили свои назначения, и разъехались по пунктам базирования своих лодок. Те, кто приехал вместе со мной, получили свои назначения уже при мне, они тоже разъехались по местам базирования своих лодок. А мне кадровик сказал, что на меня у них есть особое назначение – а пока мне надо ждать!
Пришлось поселиться в гостинице. Те ребята, которые приехали позже меня, тоже быстро получили свои назначения и тут же разъехались по своим местам назначения. Все получили свои назначения на подводные лодки – командирами БЧ-1 (на «Эски» - средние лодки) или командирами ЭНГ (если лодка была большая - «Букашка» - на флотском жаргоне).
Каждый день с утра я, как на работу, приходил в ОК флота и ждал решения своей судьбы. Дня через 3-4 кадровик - капитан 3 ранга, маленький, кругленький, улыбчивый, сказал мне, что мне предлагается должность командира БЧ-1 на уникальном новостроящемся надводном корабле, на таком корабле, каких ещё у нас на флоте не было. Как только я услыхал, что мне предлагается должность командира БЧ-1 на надводном корабле (НК), то я тут же немедленно отказался. – «Нет, нет и нет! Я подводник, хочу служить, как и мои товарищи, на подводных лодках, и ни на какой надводный корабль я служить не пойду». - «Ну, что ж! Я доложу Ваше решение по команде. Идите. Гуляйте. Придёте завтра!»
Все, ну все мои товарищи получили назначение на подводные лодки! А мне предлагают НК. Правда, Миша Галаган тоже получил назначение на надводный корабль – на разведывательный (РЗК). Но Миша попал в разведчики. А среди разведчиков должностей подводников нет, там только должности надводников. Кстати, Миша получил назначение в такую дыру (в губу Чалмпушку, вроде бы. А может быть – в Кувшинскую салму, забыл я точное место его назначения), что если бы не особый случай, то он так и сгнил бы в этой дыре, как сгнили в своих дырах Петя Росков, Валя Антипин, Коля Антонюк, Саша Шабанов, которые пограничниками дослужились только до командира пограничного катера, до звания капитана 3-го ранга. Из пограничников только Ваня Куприн, да Володя Терещенко дослужились до капитана 1-го ранга, ну ещё Витя Сенин, Толя Татаренко и Гена Петриченко – дослужились до капитанов 2-го ранга.
А особый случай, который случился с Мишей Галаган – это персональное приглашение его на службу в ГРУ. Там он тоже, как и я, как Ваня Куприн, как Володя Терещенко, дослужился до капитана 1-го ранга.

Назавтра снова прихожу в ОК КСФ. Спрашиваю своего направленца: - «Ну почему, меня - то туда направляете, а не кого - то другого? Почему Вы меня - то выбрали?» – «А потому, - отвечает мне направленец, – что корабль этот совершенно новый. Вся техника на нём новая, туда абы кого нельзя назначить. Туда должен пойти офицер толковый, умный, способный, вроде Вас». – «Но ведь тут у Вас до меня Золотой медалист прошёл - Борис Миронов, почему не его назначили?» – спрашиваю. – «Да потому, что мы учитываем ещё ряд параметров, по которым Борис Константинович (ага, даже отчество его знает, выходит, изучил его биографию досконально) не проходит…» - «А я, значит, прохожу?» – «А вы, значит, проходите!» - подтвердил капитан 3 ранга. – «Нет, всё равно я не согласен. Ищите мне должность на подводной лодке!». – «Хорошо! Буду искать! Приходите завтра!»
Прихожу завтра. Ещё с порога капитан 3-го ранга серьёзно, и уже без всякой улыбки, сообщает мне: - «Всё, товарищ лейтенант, Ваши стенания закончились. Вы назначены командиром БЧ-1 на головной новостроящийся корабль ПЛК-20, в Калининград. Вот ознакомьтесь с Приказом и распишитесь здесь, что Вы с ним ознакомлены». - Показывает, где мне следует расписаться.

Смотрю – это Приказ Командующего КСФ о всяких новых назначениях, в том числе и о назначении меня командиром БЧ-1 ПЛК-20, в/ч такая то. Даёт мне некий документ и говорит: - «А это Вам предписание. Вам следует прибыть на причал такой то, там ошвартован ПЛК проекта 159 с бортовым номером таким то. Командир ПЛК - капитан 3-го ранга Филановский. Вы будете проходить у него стажировку на должность штурмана - противолодочника, пока мы будем формировать команду Вашего корабля. Доложиться ему и далее исполнять его приказания. Он уже в курсе дела. Ступайте». – И я пошёл. А что делать? Приказ есть приказ! Его надо выполнять …

Мир творчества каспийцев-кировцев

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

ПАНТЕЛЕЕВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ

Родился 5 декабря.1939 г.
1957-1960 - ВВМУПП им. Ленинского Комсомола, Ленинград.
1960-1962 - КВВМУ им. С.М. Кирова, Баку, специальность - штурман-инженер.
1962-1970 - Ком БЧ-1 ПЛК (1962-1963, КСФ), СКР (1963-1967, ДКБФ), ЭМ (1967-1970, КЧФ).
1970-1991 - ВМА (1970-1972 - Слушатель, 1972-1976 - Нач-к лаборатории, 1976-1980 - Преподаватель, 1980-1984 - Старший преподаватель, 1984-1991 - Заместитель Нач-ка кафедры "Космических средств ВМФ" Факультета вооружения.
1992-2006 - ГНИНГИ (1992-2003 - СНС, 2003-2006 - ВНС).
2009-2013 - РИРВ (Главный специалист).
Капитан 1 ранга (1983 год) в отставке.
Кандидат военных наук (1983 год).
Доцент (1984 год).

ВОСПОМИНАНИЯ. МЕМУАРЫ.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

И чем вы занимались с началом ВОВ? День и ночь мы занимались тралением мин. Их ставили уже немцы - вначале с самолётов, а затем и с катеров. По всему Финскому заливу.
Как-то тралили ФВК около о-ва Гогланд. И мой БТЩ намотал на свой винт металлический трос, на которых ставят мины. Но мины на том тросу уже почему-то не было. Я вызвался снять трос с винта. Нырял, пилил трос ножовкой по металлу, разматывал, освобождал винт. Все руки довёл до крови, но винт освободил. За это меня наградили Орденом Красной звезды. Это был первый мой боевой орден.
Как-то подорвался на мине Турбоэлектроход «Вячеслав Молотов». Сильно накренился, медленно погружался. Народ прыгал с него в воду, плавал в воде. Так мы своей 4-х вёсельной шлюпкой спасали с него людей. Брали на борт шлюпки не больше 5-6 человек. Больше она не вмещала. Пароход тонул долго, поэтому мы успели спасти всех плававших в воде. Вымотались тогда мы здорово.
А 15 августа 1941-го года мы уже сами подорвались на немецкой мине. Где-то на полдороге между Кронштадтом и Таллинном. Я успел выскочить из левой машины на палубу. А корабль уже лежит на боку. Не удержался на палубе, скатился в воду. Море было 3-4 балла. Плавали мы почти 3 часа. Было нас трое тогда. Я, капитан - доктор и старшина.

А где же остальные были? А корабль быстро перевернулся и экипаж остался в нём. И все погибли. И мы уже думали, что всё – и нам троим конец, хана, так как никаких кораблей рядом не было, а до берега плыть было очень далеко. Но часа через 3 нас заметили с двух катеров-охотников, которые шли в Таллинн. Они везли боеприпасы в Таллинн. Они нас чуть живых, продрогших и едва не околевших, и подобрали.
Держались мы кто за что. Я держался за какой-то буёк. Наш БТЩ, подорвавшийся на мине, был уже седьмым БТЩ, погибшим по счёту. А всего вначале было 12 БТЩ.
В Таллинне нас троих, спасшихся с БТЩ, вначале положили в госпиталь. Там мы несколько дней, думаю, что дня 3, приходили в себя. Подлечились, отоспались. А немцы уже подходят к Таллинну. Нас срочно выписали, зачислили в Батальон морской пехоты, а Батальон тут же послали в окопы, что были выкопаны на окраине города.
Атака немцев. Я успел сделать только 1 выстрел в сторону немцев, как получил пулю в шею. Пуля пробила каску, крутанулась по ней и вошла в шею. А два осколка от каски до сих пор сидят во мне. Вот как каски тогда хреново делали! Тот капитан-медик, и старшина-моряк, что спаслись вместе со мной, оба в том бою погибли. Из экипажа БТЩ в живых на тот момент остался я один!
Дальше девушка - санитарка – полуторка – Таллинн - медсанбат. Там нас - всех раненых - перевязали и тут же погрузили на транспорт, и сразу же отправили в Ленинград.
Шлёпаем потихоньку. Появились немецкие самолёты. Начали бомбить. Одна бомба разорвалась рядом с нашим бортом. Транспорт получил пробоину, начал крениться. Но пробоина оказалась небольшой. Экипаж её смог заделать. Однако своим ходом транспорт идти уже не мог. Взял наш транспорт «за ноздрю» какой-то эсминец и притащил нас в Ленинград.
Там нас подлечили в Военно-морском госпитале и после лечения расписали кого куда. Меня определили, как бывшего морпеха, в 7-ю бригаду морской пехоты, что замыкалась на СМЕРШ. Нашим предназначением было ловить в Ленинграде шпионов, диверсантов, а также ракетчиков. Их всех было в городе довольно порядочно.

А когда по времени это было? Это было уже в сентябре 1941-го года.
Сидели мы одно время в окопах в конце Московского проспекта. Тогда там дотов ещё не было – пустое поле было перед нами, для немецких танков лафа была бы, прорвись они туда.
Сидя в окопах разговаривали мы друг с другом обо всём. Я как-то высказал своим товарищам по окопу удивление тем, что латыши на заводе в Либаве все ходят чистенькие, в рубашках и при галстуках, а наши работяги ходят грязные и в рваных комбинезонах.
Кто-то из слушателей меня заложил. Тогда это было сильно развито. Меня позвали в Особый отдел – и начали песочить! Но чекист оказался умный. Разглядел во мне хорошего верного служаку и оставил служить у себя – в Органах!

Чем же Вы в Органах занимались? Я конкретно в Органах охранял смертников. Был такой случай. Один из них отдал мне валенки, бери, мол, друг, всё равно, мол, наутро меня расстреляют. Так мне чуть не дали 10 лет лагерей за это. Хорошо, что смертник сказал, что это он сам мне предложил, чего мол ты в ботиночках зимой ходишь, на - возьми - мои ещё крепкие валенки. А ведь мог сказать, что, мол, это я снял с него валенки, и тогда загремел бы я в лагеря на 10 лет. Но он так не сказал. Порядочный мужик был. И моему делу ход не дали.
Мы стояли одно время в Металлострое, под Тосно.

А там-то что вы делали? Выполняли там тоже разные поручения. Ловили дезертиров, ракетчиков, диверсантов. Следили, чтобы в городе в окнах ночью света не было. Если кто-то зажигал свет, когда налетали немецкие самолёты, то мы просто расстреливали эти окна.
Иногда посылали в охрану при расстреле дезертиров.

Интересно, а как это было? А вот как это было. Стоит рота. Перед ней стоит дезертир. Дезертир уже выкопал себе ямку - будущую свою могилу. Командир роты зачитывает расстрельный Приказ. Сзади подходит мичман и по команде «Приговор привести в исполнение немедленно!» стреляет из пистолета дезертиру в затылок. Вдвоём с командиром роты они направляют его падение прямо в могилу. Тут же его закапывают и землю разравнивают, чтобы не видно было бугорка. Зарастёт всё травой и никто никогда не узнает, что где-то тут захоронен человек. А его родным сообщали, что он пропал без вести… И сколько таких дезертиров было – не сосчитать?!
Когда налетали немецкие самолёты на город, то десятки, а иногда даже и сотни ракет указывали им цели. Вот сколько было ракетчиков и предателей в городе!
Ещё возили арестованных до Крестов. Ещё мы охраняли важных офицеров, перевозили секретную почту и делали прочее-разное, что прикажут. Выполняли другие многочисленные и разнообразные поручения.
Начальником Особого отдела Ленинграда тогда был Куроедов. Не его ли сын сейчас Главнокомандующий ВМФ? Надо бы узнать? Интересно ведь узнать, кто он, откуда взялся такой, кто его отец…

(Посмотрел я в Интернете биографию Адмирала флота Владимира Ивановича Куроедова. Из биографии не видно, что он был сын того, Ленинградского, Куроедова. Он просто однофамилец…).

Как-то побывал во время войны в Ленинграде Маршал Ворошилов. Сказал, что уж больно много Особистов в городе сидит. Сказал, что, мол, нечего им тут жопы отсиживать, пусть идут на фронт и воюют. Там, мол, воевать некому. И отправил большинство особистов в Сенявинские болота. Там они все и полегли. Я спасся только тем, что меня как раз в то время приставили охранять этого самого Куроедова. И я был у него в охране.
Кормили всех плохо. Отощал. Как-то после уже Нового 1942-го года простыл - заболел – высокая температура – бред! Отвезли в госпиталь. Но теперь уже в госпиталь Военно-медицинской Академии. А в это время Академию начали эвакуировать в город Киров. И меня туда же вывезли. Вместе с Академией. Наверное думали, что здесь я помру, такой я был тощий и болезненный.
Лежал в Кирове 2,5 месяца. Там меня подкормили, подлечили и выписали.

И куда выписали? - В Ярославль. Там был, оказывается, в то время флотский экипаж. В экипаже со мной разобрались, рассказал я им, кто я такой и откуда у них появился, и отправили они меня в Астрахань, во флотскую часть.
В Астрахани меня сначала поставили на охрану семей офицерского состава, вывезенных из Севастополя. Боялись, что местные их начнут вырезать. Месяца полтора была охрана у них. А когда убедились, что никому они не нужны, и никто их вырезать не собирается, то охрану с них сняли.
К этому времени Начальник тыла как – то познакомился со мной. Видно я ему понравился, потому что он назначил меня Старшиной его катера. Это было уже в конце лета 1942-го года. Месяца 2-3 я служил Старшиной на его катере. Развозил всякую всячину по разным местам.
Потом, когда Органы ознакомились с моей работой, то у Начальника тыла они меня забрали и назначили мотористом-дизелистом несамоходной баржи. Её таскали на буксире. Ходили мы с разными грузами в разные места Волги и Каспия, в том числе и в Сталинград. Возили туда оружие, боеприпасы, обмундирование, продукты, бензин, водку. Нагружать можно было до 500 тонн. Иногда нас бомбили немецкие самолёты. В основном обходилось без потерь. Экипаж был 6 человек. 2 человека были военные: старшина баржи и я. Остальные были гражданские, бывшие рыбаки.

А что вы возили на той барже по Каспию? Возили всякую всячину.

А куда возили? Возили в Баку, в Каспийск, в Красноводск и в другие пункты. В том числе и в Иранские порты.
Однажды по выходе из Баку нас обстрелял немецкий самолёт. Никого не убило, но пожар был. Пожар потушили. На буксире нас перетащили в Баку, поставили в ремонт.
Поступило тут нам со старшиной приказание – баржу оставить и отправиться в подчинение к командиру Батальона морской пехоты, который там в это время в Баку формировался.
Наш Батальон пешком по горным перевалам отправили под Новороссийск в подкрепление тамошнему Батальону морской пехоты. Но мы в тот знаменитый морской десант, о котором пишет Брежнев, не попали. Пришли туда позже описываемых у Брежнева событий.

А о Брежневе вы что-нибудь слышали в то время? О Брежневе в то время мы ничего не слышали, мы тогда совсем не знали кто он такой. По дороге в Новороссийск мы гнали немцев с гор. Тоннели все, где шла железная дорога, были до нас ещё взорваны. Приходилось обходить их по горам. С сидорами, с оружием – тяжело было лазить по горам. В конце концов, мы вышли к Новороссийску, а немцы из Новороссийска уже «убежали» в Керчь. Пошли мы тогда атакой на Керчь. Повоевали немного в Керчи.
Был однажды такой случай. Присели мы раз в только что отбитом у немцев блиндаже втроём, консервами решили перекусить, вдруг в блиндаж влетает русская граната, и крутится посреди блиндажа. Не успели мы среагировать – взрыв! Тому, что сидел слева от меня, - перебило обе ноги. Тому, кто сидел справа от меня, – распороло живот. А мне – ни одного осколка. Повезло! Опять дело случая!
Это вторая волна атаки шла. Не разобрались наши, кинули гранату в своих. Мы были первой волной атаки…
Когда узнали, что я понимаю кое что в дизелях, то в Темрюке меня оставили на Узле связи, там был неисправный дизелёк. Я его в течении нескольких дней исправил, запустил, наладил нормальную его работу.
После этого меня назначили в команду обеспечения ВЧ связи Керчь - Новороссийск. Лазил по столбам, прокладывал провода, налаживал ВЧ связь. Ходил везде, как архаровец. И никто нигде ни разу не проверил мои документы. Во, какие тогда порядки были! Раздолье для шпионов, разведчиков и диверсантов…

И до каких пор вы занимались той связью? Так я чинил связь до конца октября 1944-го года.
А в тот октябрь я случайно оказался на Узле связи в тот момент, когда радисты принимали сообщение о наборе желающих на курсы младших офицеров. Но туда брали только мичманов и главстаршин, а я к тому времени был всего лишь старший матрос. Так что курсы эти мне точно не светили. На всякий случай я подошёл к Начальнику узла связи с вопросом, а как бы мне поступить на эти курсы? А он и говорит: - А вот отвези этот Пакет Начальнику Отдела кадров в Новороссийск. Именно он набирает кадры на эти курсы. Попроси его, может быть он возьмёт тебя в порядке исключения на эти курсы.
Помчался я с пакетом в Новороссийск. Нашёл того Начальника Отдела кадров, который осуществляет набор на курсы младших лейтенантов. Им оказался майор Карапетян, армянин по национальности. Он оказался хорошим человеком. Выслушал мою просьбу, расспросил меня о том, где я служил, как служил, самолично отпечатал на машинке распоряжение, подписал его, поставил на нём печать, отдал мне его в руки и отправил на эти курсы в Феодосию.
Оказалось, что там ещё нужно сдать экзамены по математике и по русскому языку. А ведь всё было забыто! Напрочь… Кое-как, с грехом пополам, сдал эти два экзамена на слабые - слабые троечки. Просто пожалели меня… Но… Закончил я эти курсы с отличием. Ибо старался… Кстати, только 10 человек из 30 обучавшихся, и я в этом числе, получили звание младшего лейтенанта, остальные или получили звание мичмана, кто был в звании главстаршина, или остались при звании мичмана, кто был в звании мичмана. Курсы эти мы закончили к маю 1945-го года. Когда наши войска воевали уже в Берлине.
Женился я в Севастополе, за 2 дня до Победы. 7-го мая 1945-го года. Жене было 19 лет. Мне – 25. Женился я на местной Севастопольской девушке. К 1950-му году у нас с ней уже было двое детей.
После курсов меня назначали сначала на Малый охотник – на месяц, а затем на торпедный катер – на пару месяцев. После них меня назначили помощником командира Большой десантной баржи.

Ни фига себе! А что вы делали на той барже? Что мы делали? Топили немецкий боезапас, а также ОВ – бочки с ипритом, люизитом. Всё забирали с Керченской базы. То были всё немецкие запасы.
Потом меня назначили Командиром небольшой воинской части, что размещалась в скалах близ Севастополя. В неё входило 40 сверхсрочников и 300 матросов. Занимались мы приёмом, хранением и выдачей торпед на корабли, ремонтом и обслуживанием этих торпед. Мне дали квартиру в Севастополе.
Пока я командовал этой частью, это было года полтора - два, то я пошёл в вечернюю школу в Севастополе. За один год я сдал все экзамены за 10-летку. В итоге, к 1951-му году я закончил вечернюю школу.
Начальником торпедного склада, с которым моя часть взаимодействовала, был капитан - еврей. Он часто использовал гостранспорт по своим личным делам. Мне это не нравилось. Написал я рапорт с просьбой назначить меня на другую должность. И мне её дали.

И куда вас направили? И направили меня в Бригаду десантных кораблей. 26 вымпелов. Базировалась Бригада в Южной бухте Севастополя. Но надо было как-то двигаться дальше. Начал я думать об этом. Узнавать, расспрашивать офицеров…
Знакомый чекист направил меня в Юридическую Академию в Москву.

А когда это было? Это уже шёл 1951-ый год. Приехал я в Москву. Готовлюсь к экзаменам. Вызывает меня Начальник Академии, генерал, и говорит мне: - Скажите мне, что Вас, моряка, побудило учиться в Юридической академии? Где Вы будете с семьёй жить? На что Вы будете с семьёй жить? У Вас хорошая должность и отличные перспективы двигаться по службе на флоте. Там Вы на своём месте, всё знаете, всё понимаете. А здесь Вам всё придётся начинать с самого начала. С нуля. И всё для Вас будет чуждое, неизвестное... – Короче, уговорил он меня не поступать в эту самую Академию. Посоветовал лучше поступить в какое-нибудь Военно-морское училище. Написал я Рапорт об отчислении меня из Академии и вернулся в Севастополь.
Но зато в Москве я хоть повидался с матерью. Ведь я не видел её с 1939 по 1951-ый год, целых 12 лет. В войну отпусков не было, а после войны были короткие отпуска, но как то так получалось, что не мог я выбраться в Москву, к матери.
Возвратился я из Москвы в Севастополь, иду по пирсу, а навстречу мне попадается Командир нашей Бригады десантных кораблей капитан 2 ранга Тетёркин. Увидел меня – обрадовался, и сразу после приветствий говорит мне: - Иди, принимай десантно-артиллерийский корабль! Одно орудие, 2 пулемёта.
У немцев на таких кораблях по 16 (!) пулемётов было. А у нас всего 2. Орудие было калибра 85 мм. А пулемёты на том корабле были немецкие, крупнокалиберные

Продолжение следует.