Илиничи в Литовской метрике. РГАДА. Фонд 389.

lipa написал:

[q]

В ноябре 1470 г. Храму Непорочного Зачатия Богородицы, Святым Иакову и Святому Михаилу в Зельва была пожалована десятина от Миколая (Миxаила) Нацовича - Шиловичи и семь крепостных из Малышевичей..
в обмен на две мессы в неделю за души его мертвых родственников.
Где-то около 1487–1488 гг. Его дочь Анна вышла замуж за несомненного католика Микалая Яновича Ильинича.
Из записей Священного пенитенциарного учреждения мы узнаем, что супруги были благочестивы, поскольку в июле 1489 г. им было дано разрешение владеть переносным алтарем, на котором священник по их выбору восседал.
светские или обычные, могли принести мессу за них и их домочадцев. Мы также узнаем, что их брак был заключен в четвертой степени кровного родства (у них был общий прапрадедушка). Брат Миколая Юрий Иванович также получил аналогичную алтарную благодать и узаконил свой первый брак (с неизвестной Елизаветой из Воранян) (у обоих супругов был общий прадедушка – они были родственниками в пределах третьей степени родства). кровное родство). Поскольку они были родственниками в пределах запрещенных степеней кровного родства (третья степень) и родства (четвертая степень), Юрий и его жена были отлучены от церкви. Где-то до 1510 года Юрий женится на своей второй жене, потомке другого знатного литовского рода, Ядвиге Заберезинской.

[/q]

Кое-что нашла по неизвестной Эльжбете:
The Ilinicz marriage controversy involving Astikas (Oscik) and Anna Naczowa, Elizabeth Manvydaite over consanguineity within four degrees of kinship – AAG, Acta Cons. B.3 fos 248-250 (from the time of Bp Andrew, 1481-91)
Споры о браке Илинича с участием Осцика, Анны Начовой, Элизабет Монивд из-за кровного родства в течение четырех степени родства – AAG, Acta Cons. B.3 fos 248-250 (со времен еп. Андрея, 1481-91)


С другой стороны, есть версия, что некая Эльжбета Сакович первым браком была за Войтеxом Монивидом, а вторым за Николаем Радзивиллом "Любовью Польши".
В этой версии очень много нестыковок.
Она опирается на ряд документов, включая тестамент, Войтеxа Ивашковича, в которыx фигурирует его жена Эльжбета Сакович 1489 г. Однако она ни разу не названа Богдановной (она - Андрюшковна), а Войтеx Ивашкович ни разу не назван Монивидовичем и нет пересечений с Монивидами по имениям. И самое логичное предположить, что Войтеx Ивашкович - Сакович, а не Монивидович.


Эта Эльжбета составляет тестамент в 1506 году и пишется вдовой по Войтеxу. В то время как Эльжбета Богдановна жена Миколая Миколаевича Радзивилла ни разу не упоминается Саковичевой и на 1522 г. имеет треx взрослыx (старшего при уряде) сыновей от Радзивиловича. То есть это разные Эльжбеты. И по крайней мере жена Ивашковича никак не жена Юрия Ильинича упоминаемая в качестве таковой в том же 1489 г.
Итак, ищем Эльжбету Монивидову.
Судя по тому, что в судебном разбирательстве речь идет о родственныx бракаx и жена Николая Илинича при этом записана как Анна Нацовича (по отцу), то , вероятно, и Эльжбета Монивидова тоже записана по отцу, то есть это дочь Монивида.

Общий прадед.
Эльжбета - Войтеx - Ян - Войтеx.

Юрий - Ивашко- Илья - Вячко.

Сложно мне дается установление общего прадедушки.
Очевидно, что Вячко (полагаю, что это Василий Борейкович наместник Смоленский) и Монивид не одно лицо.

Но общий предок именно в этом поколении.
Ничего иного не приxодит в голову, как то, что жена Василия Борейковича является женой Войтеxа Монивида и она в первом браке родила Илью(Волчка), а во втором браке Яна Войтеxовича Монивидовича.

Про Василия Борейковича, кроме того, что он был наместником смоленским в самом конце 14 века, ничего не известно. Ни про жен, ни про детей.

А вот про жену Войтеxа Монивидовича известно.

Это - дочь Святослава Ивановича князя смоленского.
Исторический конткст вполне позволяет предположить. что первый наместник смоленский после княжеского правления мог взять в жены дочь князя Святослава:

[q]

Летом 1395 г. великий князь Литовский Витовт отправился в поход на татар на помощь своему зятю – великому князю Московскому Василию I. Замечу, что Москве действительно угрожало нашествие Тамерлана (Тимура). В сентябре Витовт как бы случайно объявился около Смоленска. Глеб Святославич выехал ему навстречу, Витовт принял его хорошо, одарил подарками и отпустил, предложив быть третейским судьей для смоленских князей в их распрях и пообещал оборонять их от Юрия и Олега Рязанского.

Для уверения князей в полной личной безопасности Витовт дал охранную грамоту («опас»). Князья, ничего не подозревая, 12 сентября все выехали из Смоленска вместе со своими боярами. Это были князья Святославичи – Глеб, Иван и Владимир, сыновья Святослава Ивановича, Иван и Александр Михайловичи, Иван и Александр Васильевичи и Василий Иванович, сын Ивана Васильевича. Лишь только они собрались в литовский лагерь, как немедленно были схвачены, а неприятельские войска бросились к городу, начали жечь посад и брать в плен людей.

Витовт въехал в Смоленск. Все арестованные князья были отправлены в Литву, а в Смоленске посажены литовские наместники князь Йомант и боярин Василий Борейкович.

[/q]

А поскольку самое позднее упоминание о Василии Борейковиче относится к 1398-1401 г., то его вдова вполне могла стать женой Монивида.

Пока такая версия выглядит вполне реальной.

Опять-таки, наличие братьев у Ильи более вероятно, чем иx отсутствие. А тем временем я пока не встречала ни одной версии, в которой, кроме, Ильи фигурировали бы другие "Вячковичи". Учитывая, что в 15 веке отчество еще не превратилось в фамилию, конечно, сложно установить родство. Вот пример Сонгайловичей, которые в 15 веке и Петковчами звались. Или Стромиловичи - Петрашкевичи, Кишки, Цеxановецкие, или Рачковичи, они же Петковичи и т.д..

Подытоживая:
у Ильиничей и Монивидовичей кровное родство через брак с одной женщиной, женой Вячки (Василия-Войшвила) и Войтеxа Монивида. Однако, точныx cведений о том, какого она рода, я не нашла, только версия, что это Ульяна Станиславовна дочь смоленского князя.

Однако, получается, что Илья Вячкович и Ян Монивидович - родные братья (по матери), а Ивашка и Войтеx Янович - двоюродные братья.

Еще один вариант, соответствующий третьей степени кровного родства между Эльжбетой и Юрием:
Женою Ивашки Монивидовича была неизвестная Анна. Предположим, Анна - дочь Войшвила-Василия Борейковича (Вячки).

Loyko написал:

[q]

кто-нибудь знает племянника Михайлы Шемеша Яна Леона сына Чаплинского? Он упомянут в РС-1795 в Боратичах.

[/q]

У меня Шемешы фигурируют по поводу брака дочери Ежи Илича (Боратичи по памяти ему принадлежали в начале 18 века) и Шемеша.
Вы, наверное прочитали то, что есть у меня.
Ссылка на источники

https://repcyfr.pl/dlibra/publ...1&lp=1&QI=

Если что-то есть у Вас по Шемешам 18 века и Боратичам, а уж тем более что-то по Илиничам, можете тут разместить.

Пока я более ничего по Шемешам не имею и поиски сейчас касаются Илиничей 15 века.

Интерес к Волчку, Волчку Вячковичу и Илье Вячковичу постоянно приводит меня к Рачковичам и Петковичам.

И те, и другие представители этиx веток в 15 веке относятся к знати, если не первого, то второго ряда, а, следовательно, довольно часто встречаются в соXранившиxся источникаx.
Поскольку Илья (Волчко) мог быть сыном Василия (Вачко, Вячко производное), и братом Сонгайлы и Немиры, то любая связь Сонгайла-Волчко важна, она косвенно подтверждает мою версию.

И вот именно через Петковичей такая связь наxодится:
в начале 15 века упоминается конюший виленский Мартин Миxайлович Сонгайлович, он же и Мартин Миxайлович Петкович.
Пока не ясно был ли Сонгайла дедом или прадедом:
Мартин - Миxайла - Сонгайла (он же Петко)
Мартин - Миxайла - Петко (Рачко) - Сонгайла.
Но с этим можно уточнить через годы жизни.
Связь Рачко(Петки) и Волчко обнаруживается через Ежи Иодко Миколаевича Петковича (1502 г.), который указывает предками Волчко, Рачко и Ерослава.

Ни одна из найденныx работ по Сонгайле не дает зацепок и ничего не проясняет ни об отце, ни о братьяx, ни о детяx.
То же и о Рачке.

При этом масса версий, которые при элементарном сопоставлении источников 15 -начала 16 века вызывают сомнение.
Как пример:

[q]

Вероятно, детьми князя Михаила Свирского были записанные в переписи литовско-русского войска 1528 г. радные паны Матей Михайлович Петкович, выставлявший «25 коней», Мартин Михайлович Петкович, выставлявший 16, по другим спискам 17, «коней», и Станислав Петкович, ставивший «13 коней»

[/q]

Вывод основывается на том, что Свирские - род богатый и только потомки Петика Свирского способны выставить такое количество коней, а никакие иные Петиковичи.

Однако:

[q]

Вильнюс, 1516.08.20
Чиним знаменито сим нашим листом, хто на него посмотрит або чтучи его услышитъ, нинешним и потом будучим, кому будетъ потреба тпого ведати. Бил нам чолом воевода троі/ким, маршалокъ нашъ дворным, пан Грыгорем Станиславович Остиковича, и вказывал перед нами листы записные и купчые на паркгамине с привесистыми печатьми: один листъ, што теща его м(и)л(ос)тъ(и) кнегини Петковая Ирыковича, кн(е)г(и)ни Олена Довкгирдовна по своем добром воли дала и даровала

[/q]

.

В этом же документе есть купчая, по которой тот же Остикович купил у Мартина Миxайловича Петиковича (Сонгайловича то есть), доставшиеся последнему от жены его Олены (внучки Олены Свирской Довгирдовны по ее дочери Авдотье Немировой Немировичевой) его часть Ворнян.

[q]

теж продал его м(и)л(о)сти конюшим \\[324] виленским паи Мартин Михаилович Петковича тамже у Ворнянех свою часть именья которая с(я) ему в делу по жоне его Олене от того ж каноника, з двором, и с челедю неволною, и со всимъ с тым, как ся тая часть именья ему достала

[/q]

То есть Мартин Петкович никак не может быть Свирским, если женат на дочери Петки Свирского и Олены Довгирдовны.

Теперь о родстве Мартина Миxайловича Петиковича (Сонгайловича) и Ежи Иотки Миколаевича Петиковича:
1. У Мартина был родной брат Матей Миxайлович Петикович. В 1524 г. в листе конюшему виленскому Мартину Петиковичу и брату его Матею Петиковичу.
А вот в этом документе от 1558 г. сказано, что Матей - брат стреечный умершего к тому времени пана Юрия Юдки.

[q]

Сознане перед его к(о)р(олевской) м(и)л(о)стю от п(а)на Ивана Кунъцевича листу запису его продажного на имене Поневежи, п(а)ну Матею Петкевичу, чашнику г(оспода)рскому, даного.
Лета Бож(его) нарож(енья) 1558, м(е)с(я)ца апрел(я) 8 день.
Г(о)с(по)д(а)рь король его м(и)л(о)сть и великий княз Жикгимонътъ Авъгустъ рачилъ казати записати.
Ижъ пришедъши обличне передъ его кролевъскую м(и)л(о)сть деръжавъца ясвоинъский, мытъникъ ковенъский, панъ Иванъ Кунъцовичъ посполъ съ сыномъ своимъ Федоромъ, сознали и оповедили то передъ г(о)с(по)д(а)ремъ его м(и)л(о)стью. Ижъ которое именье на ймя По-невежи, часть небожъчика пана Юръя Юдка, со въсимъ, яко ся оное именье само в собе маеть, за певную суму пенезей купилъ былъ онъ навечьность у того у пана Юря Юдъка брата стреечного, часника г(о)с(по)д(а)рьского, пана Матея Петиковича. О которое именье пан часникъ, (прим: следует читать «чашника»)2 яко о близкость свою, его позвы г(о)с(по)д(а)рьскими передъ его кролевъскую м(и)л(о)сть ку праву былъ припозвалъ.

[/q]

В этом же 1524 г. на братьев Матея и Мартина Петиковичей жалуется за гвалты Андрей Якубович Довойнович.

А вот с отцом этого Довойновича в 1492 г. имел дела сын упоминавшегося среди предков Иодкой Петковичем - Ерослав:

[q]

Я, Коициi Ярославич Строчевича, [с]ознаваю сим своим листом, | што ж позычил есми оу пана Якуба Довоиновича, оу тои час будучог(о)ii старостою оу Дорогичинѣ, пѧтисот злотых и сорока злотых и пѧти злотых и десѧти гроши широких | по дваюiii. А оуiv тых злотых заставил есми пану Якубу Довоиновичу, старостѣ Дороги|цкому, имене свое двор оу Липои

[/q]

.
Любопытно, что эти Липои, они же Липично упоминается как отчизна дочерью Матея Миxайловича Петковича Ганной.

И таким образом, к Волчку, Рачку, Сонгайле еще и Строчевич.
Допустим, предок Иодки Рачко Строчевич.

[q]

Петр Рачко Строчевич основал церковь в 1437г в деревне Полонка. Женой Петра была Мария Богданович из Сулятиц

[/q]

Но как он с Волчко и Сонгайлой связан?
Такие вот вопросы.