⮉

Нарисуйте свое древо. Бесплатно. Онлайн. [х]

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

VGD.ru

РЕГИСТРАЦИЯ

Войти

Поиск

Раздел Дневники участников » Дневники участников » Дневник Tina1960 » Соликамск. Прикамье.

Вниз ⇊

Соликамск и район.

Происхождение, история заселения и др.

Страницы: ← Назад 1 2 3 4 5 ... 20 21 22 23 24 * 25 26 Вперед →
Модератор: Tina1960

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 9 августа 2019 13:59 7 ноября 2024 11:15

Что и где можно посмотреть.

1.Из истории города и края. Стр.1,,7,8,12,13,14,19, 20,21,25.
2.Ревизские сказки,метрические,писцовые книги,перепись населения.
Стр.1,2,3,4,5
3.Достопримечательности города и района.Стр.3,5,6,7,10,12,19, 21,25.
4.Известные соликамцы и выдающиеся личности,сыгравшие в жизни города большую роль.Стр.1,3,5,6,7,8,9,10,11,12,13, 20,21,22, 23,25.
5.Развитие солеварения.Стр.1,8, 22,23,24, 25
6.Артемий Бабинов и Бабиновская дорога. Стр.6,8,12,13,14
7.Известные люди о Соликамске. Стр.14,15, 16,17,18,19, 20.
8.Соликамск в живописи и литературе. Стр.15,16,17,18,19, 20,21.
9. Музеи Соликамска.Стр.3,5,6,12,13,19,20,22

---
Интересуют фамилии Кибановы, Жулановы, Райфшнайдер;
Пермский край, Иноземцево-Пятигорск, Елшанка, Саратовской губернии.

Лайк (1)

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 19 июля 2024 11:35 19 июля 2024 11:35

Из истории солеварения на Руси.
images.jfif

Соляной промысел был одним из важнейших в древней Руси. Первое упоминание о собственной выварочной соли относится к первой половине XII столетия. В уставе Новгородского князя Святослава 1137 года определялось собирать доход с соляных варниц: «на мори от чрена
и от салги (большой котел — авт.) по пузу»
В этот период на архангельской земле «пузом» называли мешок соли в три пуда.

-miniatyura-v-gosudarstvennom-istoricheskom-muzee.-vypusk-v.-gorodskaya-jizn-1981_stranica_19-e1479313398327.jpg

Солеварение. Миниатюра из рукописи XVII века «Житие Зосимы и Савватия»

Добыча соли на Белом море началась давно. Древние солевары для получения соли располагали только силами природы.
«Солнечные» солеварни располагались в мелководных бухтах,
связанных с морем, и служили для выпаривания соли из воды
под действием солнца.

С наступлением похолодания уже мороз использовался человеком в естественных солеварнях — соль вымораживалась. Оно основано на том, что при замерзании морской воды на поверхности образуется
пресный лед, а оставшаяся на дне вода делается еще более соленой.
При неоднократном удалении льда можно получить воду с высокой
концентрацией соли, пригодной для засолки рыбы. Такие «зимние
солеварни» перешли в наследство поморам.

С появлением железа, соль уже не вымораживали, а выпаривали
на железных сковородах в варницах. Соль, полученная из морской
воды, имела сероватый цвет и горьковатый вкус. На рынках России
она получила название «поморка».

О соли, вывариваемой в Двинской области, свидетельствуют многочисленные источники. Так, уставная грамота князя Василия Дмитриевича 1398 года определяет взымать «с лодии два пуза соли».
В списке Двинской земли 1471 года находим «в Ноноксе (Неноксе) места
солеваренные князя Великого; да Унасоль вся князя».
Кроме того, в новгородской земле соль добывалась в Новоторжских волостях, где уплачивалась дань с чренов.

В Соль Галиче вываривали соль с ранних пор. В духовной Юрия
Дмитриевича Галицкого 1434 года записано: «…благословляю сына
своего Димитрия меньшаго городом Галичем... и солью с варницами... опричь церковных варниц».
Так что в первой половине XV века здесь имелись как княжеские, так
и церковные варницы. В грамоте говорится о том, что Юрия благословил его отец этим Галичем, дедом своим купленным, следовательно, он существовал уже во времена Ивана Калиты. На это указывают и слова духовной Дмитрия Донского 1389 года по отдаче княгине «…у князя у Юрья из Галича Соль». В это время в 1391 году Троице-Сергиеву монастырю один жертвователь передает «половину своее варници и половину колодязя,что у Соли у Галицкие, что на подолце, что варил мой соловарь на мене».

О существовании варниц у Соли Переяславской говорится около
1426 года в грамоте князя Василия II Васильевича Темного: «…у них
варницы в Переяславле у Сольци, ини варят и лете и зиме…».
В грамоте 1481 года князя Ивана Ш записано «четыре варницы у Соли у
Переславские, а шло мне великому князю на год по рублю с варницы
за дань да по десяти пуд соли за варю»
С XV века упоминается солеварение в Костромской земле близ Нерехты. Так, в грамоте княгини Софьи Константиновны написано: «…в
Нерехте…их три варницы и дворы…».
Вываривали соль издавна и в Старой Руссе.

Техника производства соли в тот период была очень простой: в местах богатых солью рыли колодцы, готовили рассол, ставили большие
железные котлы или салги и железные сковороды или чрены, наливали в них рассол, посредством кипячения выпаривали воду — и оставалась одна соль.

Князь Василий III стимулировал соляное дело. Так, в жалованной
грамоте начала XVI века Наумке Кобелю Савину сыну с товарищами
было разрешено за Северной Двиной построить варницы и устроить
поселение. В качестве поощрения они освобождались от всяких податей на 10 лет и получили право собственного суда, кроме случаев
убийства и разбоя.

Льготы солеварам предоставлялись и после его правления, даже при малолетнем его приемнике — Иване IV.
Царь Иван IV, прозванный Грозным, не пренебрегал и заморской
солью. Так, в 1565 году пришел в Нарву корабль с солью из Антверпена, в 1567 году много соли возили к двинскому Розовому острову
англичане, в 1571 году немецкую и морянку продавали в Новгороде
ганзейцы.

В то же время солеварение на Руси в XVI веке широко развивалось. В своем трактате «О государстве русском» английский посланник королевы Елизаветы к русскому царю Джайльс Флетчер в 1591 году писал: «Соли в этой стране весьма много. Лучшая соль в большом количестве добывается в Старой Русе, где устроено много солеварен в 250 верстах от моря.

В Астрахани соль осаждается сама собой из морской воды; она скопляется большими пластами, которые срываются и развозятся купцами и другими промышленниками. Пошлин они платят по три русских деньги со ста фунтов весу.

Соль добывается и во многих других местах, а именно: в Перми, Вычегде, Тотьме, Кинешме,Соловках, Оконе (Ocona), Bobasey и Неноксе, притом все из соляных копей, за исключением Соловков, лежащих близ моря».

Такому географическому распространению солеварения способствовало то обстоятельство, что вываренная соль была дорога, а дрова и человеческий труд имели малую цену, и поэтому в это время могли вывариваться соляные рассолы с таким бедным содержанием, выварка которых в дальнейшем была совершенно немыслима.

В течение XIV—XVI веков примитивный каптаж источников и
устройство копаных колодцев заменяли своеобразной техникой бурения скважин с укреплением деревянными трубами, что позволяло добывать соль из рассолов, залегающих под слоем пресной воды. В конце
XVI века в России появилось самое древнее из всех известных рукописное техническое руководство по технике бурения под названием
«Роспись, как зачать делать новая труба на новом месте».
В рукописи
встречается более ста технических и специальных выражений, исключительно русских. Документ этот свидетельствует, что техника рассолоподъемного бурения не была заимствованной, а выработалась в результате собственного многовекового опыта бурения скважин на Руси.

В XVI—XVII веках в связи с оживлением торговых связей между городами и формированием национального рынка сильно возрос интерес к добыче и торговле солью.
«В это время, — писал в 1882 году исследователь Ф. Остроумов, — соляных источников искали точно золотоносных россыпей, открывая все новые и новые соляные места».
География солеварения продолжала расширяться на восток.
В XVII веке наиболее крупные центры солеварения находились в
Старой Руссе, Северном Поморье — посады Ненокса, Уна и Луда, Тотьме, Соль Вычегодской, Серегове в Яренском уезде, Балахне, Надеино, Усолье и Соликамске.

Существенная роль в снабжении страны солью принадлежала Прикамским промыслам, берущим начало с Соли Камской (Соликамска).
Неглубокое залегание концентрированных соляных рассолов на месте древнего Пермского моря, наличие нетронутых лесных массивов,
обеспечивающих промыслы топливом и разветвленная сеть речных
транспортных путей, создали благоприятные условия для развития солеварения.

В Соликамске и его уезде в 1680—1690 годы XVII века действовало 249 соляных варниц: Строгановым принадлежало 78, монастырям
Пыскорскому Спасо-Преображенскому и Соликамскому Вознесенскому — 25 и 4, братьям Шустовым и Филатьеву (Ленвенский промысел) — 44, казне (промыслы на реке Зырянке) — 40, посаду — 58.

Масштабы производства в Соликамске были впечатляющими.
Историк Н.В.Устюгов писал: «Одна Соль-Камская давал соли в несколько раз больше, чем все остальные центры солеварения, вместе
взятые». Впоследствии в этом районе образовался ряд крупных соляных промыслов.

coat_of_arms_of_solikamsk_(perm_krai).jpg

Солеварение в течение нескольких веков являлось ведущей отраслью экономики Соликамска. Неслучайно, когда Екатерина II утвердила 17 июля 1783 года герб города, в нижней его части (верхняя
повторяла элементы губернского герба), был изображен колодец, напоминающий устье рассолоподъемной трубы, с воротом и «опущенным в него ведром для вынутия соли, и с означенными на оном соляными потоками».

«Добываемая с тяжелым хрипом пермянка — всему голова в Соли
Камской, — писал В.Мешавкин в историческом романе «Пермянка —
соль горькая».
— Она мать, она и отец. Она казнит, она и милует. Здесь все крепко-накрепко, в один узелок, связано с солью: надежды и горе,жизнь и смерть. Оскудей ненароком земля, и враз скукожится большой город…».

Источник:

М.В. Богданов История солеварения Соликамска — Соликамск, 2014.

Лайк (4)

tatiana pr

Москва
Сообщений: 302
На сайте с 2015 г.
Рейтинг: 340

Наверх ## 24 июля 2024 13:46 2 августа 2024 17:34

Меня интересует род Ивачевых из Пермской губернии.

Дедюхинские купцы Ивачевы- представители этого рода. Новое Усолье. Отец и сын. Николай Васильевич( 1807 г.р.) и Дмитрий Николаевич( 1847 г.р.).

Ивачев Николай Васильевич- дедюхинский купец 2 гильдии, нижегородский купец 2 гильдии.
Ивачев Дмитрий Николаевич- дедюхинский купец 1 гильдии. Почетный гражданин г. Соликамска.

Может быть есть интересующиеся этим родом.

tatiana pr

Москва
Сообщений: 302
На сайте с 2015 г.
Рейтинг: 340

Наверх ## 24 июля 2024 15:18 27 июля 2024 2:20

>> Ответ на сообщение пользователя Tina1960 от 19 июля 2024 11:35

Братьям Шустовым принадлежали соляные варницы в Соликамске и его уездах. Шустовы были местные или могли быть из других мест? Может быть дединовские, московские. И из Владимирской губернии.

Tina1960 Модератор раздела Germany Сообщений: 3343 На сайте с 2019 г. Рейтинг: 4102	Наверх ## 28 июля 2024 14:02 У меня нет информации ни по фамилии Ивачевы,ни по Шустовым. --- Интересуют фамилии Кибановы, Жулановы, Райфшнайдер; Пермский край, Иноземцево-Пятигорск, Елшанка, Саратовской губернии.

tatiana pr

Москва
Сообщений: 302
На сайте с 2015 г.
Рейтинг: 340

Наверх ## 28 июля 2024 14:43 28 июля 2024 14:50

Спасибо Вам за внимание. У Вас прочитала и о Д.Н. Ивачеве, и о Шустовых. Раньше думала, что мои муромские Шустовы не имеют отношения к Шустовым соликамским( московским, дединовским), а некоторое время назад появились сомнения. Надо разбираться. Спасибо за Ваш труд. Давно уже изучаю Ваши материалы понемногу. Когда начала изучать ветку Ивачевых. Моих. Очень помогла работа О.Н. Варнаковой. И Поколения Пермского края.

Лайк (1)

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 2 августа 2024 20:12

Семибоярщина и Смутное время

В 1598 году ушёл в мир иной последний потомок Рюриковичей — бездетный царь Фёдор Иоаннович. И полтора десятилетия Русь Московскую потрясает самозванство; бесцарствие сменяет двоецарствие, за ним приходит «Семибоярщина», — это когда у семи
дядек — дитя без глазу.

Неурожай, голод и мор, гражданская война, интервенция. Почти треть населения страны истреблена, отторгнуты соседями исконные земли к западу от Москвы, разорены и пребывают в запустении огромные территории.
Сама Русь Московская оказалась на перепутье — угроза «Третьему
Риму» кануть в небытие, как прежде случилось с Великой империей и Византией, стала более чем очевидной.
Конец смуте и раздорам в 1612 году положило освобождение ополчением гражданина Минина и князя Пожарского Москвы и российского престола от польских захватчиков.

На следующий год Земский собор избрал на царствование 16-летнего Михаила Романова.
Новоиспеченного монарха Европа встретила без всякого почтения: к чему церемонии, когда некогда обширная держава слаба и разорена, надолго ли этот государь?
Сколько уже поменялось до него. Велик и соблазн распоряжаться богатствами,коим несть числа в его землях: пушнина, золото, каменья драгоценные.
Западу, чтобы убедиться в силе нового государя и отпустить несбывшиеся надежды, понадобится время. Великая Римская империя через три года поняла, что крепкая власть на востоке Европы, куда лучше хаоса и распрей, неизбежных при дележке природных богатств и территорий. Покупали же песцов да соболей до этого…
Главное, будет, кому заняться вновь грядущими ордами с востока. Турки и крымские татары пока, вроде бы невзначай, случайно обращают свои плотоядные взоры к богатой Европе.
Ещё через пару лет и Австрия, исходя из подобных соображений, признаёт полномочия Михаила. А вот Речь Посполитая, которая за Московский престол готова была не только с крымским ханом, с самим чёртом лысым сговориться, но у которой этот престол всё же уплыл из рук, — лишь в 1632 году.
Но прелесть жизни в том и заключается: что бы там ни мутили при
дворах европейских, а она в Соли Камской тем временем идёт своим чередом.
Это как в уральской Парме — деревья кронами шумят, ветер верхушки ломает, а у земли всё тихо-тихо. Но и здесь порой такие перипетии разворачиваются — только приглядись внимательнее…

***

Кованый арестантский возок аж из самой Москвы, почти завалился в густом грязевом месиве пред самой Усолкой. Измученные долгой гоньбой лошади, всем своим видом показывали: они готовы умереть здесь, нежели тронуться с места. Стрельцам, бросившимся сгонять на подмогу соликамских ротозеев, разумеется, было неведомо, что сия оказия приключилась с ними на перекрестке двух важнейших в судьбе России дорог.
Обляпавшись грязью с ног до головы, чертыхающиеся мужики, возок
из болотины все-таки вынесли. Через зарешеченное слюдяное оконце, как ни пытайся, арестанта не больно-то углядишь. Зато за излишнее любопытство охранник кое-кого плеткой поперек спины протянул. Ещё раз, но на этот раз,рассекая воздух, свистнула нагайка, и арестная команда выскочила через мост на дорогу, убегающую от Соли Камской на север…

Это тракт на Чердынь — прежнюю столицу Перми Великой. Оттуда ещё в XV веке началось освоение Урала русскими. Туда же, в Ныробку,
этой самой дорогой в 1601 году на неминучую смерть и проследовал первый в здешних краях политзаключенный — боярин Михаил Романов , дядя и тёзка первого царя будущей династии, которой вскоре предстоит править Россией более трехсот лет...
А пока главный конкурент Бориса Годунова на престол обвинён во всех смертных грехах. Для пущей убедительности к измене недруги Романова добавили и колдовство.
А вперекрест дороге «на севера» берёт отсчет и уходит на восток толькотолько разведанная посадским человеком Артемием Бабиновым новая дорога в Сибирь. Дорога, которой в наступившем XVII столетии предстоит раздвинуть границы Московии от Рифейского камня до Русской Америки...

Нет, не случайно на этом самом перекрестке спустя век была заложена Соборная колокольня…
Тракт, берущий начало от соликамской звонницы, сравнивают с Великим шелковым путём, Путём из Варяг в Греки. Это о нём говорят: «Дорога, создавшая Россию». И здесь нет никакого преувеличения: если Санкт-Петербург для России в XVIII веке стал «окном в Европу», то Соликамск к этому времени уже добрую сотню лет служит «дверью» России на восток.
В память об этом в год четырехсотлетия дороги на стене соликамской
колокольни появилась памятная доска.

А пока на Московии ох как неспокойно. Конечно, по сравнению с тем,
что творится в центре, где Русь православная корчится в судорогах Смутного времени, жизнь в Соликамске проистекает со свойственными окраине размеренностью и простотой нравов. Правда, на подступах к городу пошаливают ватаги беглых да разбойных людей, но в Соль Камскую они заходить не решаются. Или только пока не решаются?

…И какого только народу и товару не встретишь здесь в ярмарочный
день на Девятую пятницу по Пасхе. С окрестных деревень, даже из самой Чердыни, в Соликамск съезжаются мужики: кто в одиночку, кто обозами, прибывает торговый люд и издалека. Здесь и русские купцы, и пермяки, и татары,и вогулы. Последние, ещё два на десять зим не прошло, как опустошали Соль Камскую набегами. Вон, в последний раз в 1581 году сибирский князь Кихек со своим войском сжег дотла всё, стер с лица земли город и его жителей.

А сегодня, глянь, нехристи торгуются, наравне с местными глотку дерут, словно и не было меж них смертоубийственной вражды. Словно и не
было... Хотя даже самый худой мир завсегда лучше доброй ссоры. Бурлит ярмарка, живет своей жизнью…
После удачного торжища купцы, что побывали за Рифейским камнем, хватив водочки, рассказывают всякие чудеса про тамошнюю чудь. Слушателей вкруг них собиралось много.
Соликамские слушают, дивятся, да не верят. Разве может такое случиться, что обычные горшки-черепки, кремниевые ружья, бисер и украшения влет уходили в обмен на мягкую рухлядь — шкурки соболя, горностая, бобра, песца — валюту того времени. За простой медный котёл можно выменять столько шкурок соболя, сколько он в себя вмещает. Чудно, одним словом!
Такая торговля с чудью приносит русским баснословные барыши.
Один рубль дает прирост в три на десять целковых. Однако пройти за Урал непросто. Ещё труднее из-за Камня вернуться.
Хотя вроде бы, что здесь сложного: с Камы за Урал ведет сразу несколько путей. Караванная дорога в Бухару через Булгары, Камою на Уфу и далее степью на верховья Исети, — раз! Также в Сибирь можно попасть по Чусовой и Сылве через Тюменский волок, — два!

Но вот беда, оба эти пути, с глубокой древности связывавшие Европу и Азию, вплоть до второй половины XVI века для русских непроходимы.
Сначала этому препятствует Булгарское царство, затем Золотая Орда, а после её распада — Казанское ханство. А ещё в XV столетии речной выход в Прикамье облюбовали для своих набегов сначала тюменские, а позднее ногайские и сибирские татары.
Была, правда, ещё одна дорога: «от Соли Камской мимо Чердынь водяным путем Вишерою вверх, да через Камень в Лозьву реку, да Лозьвою вниз в Тавду реку, да Тавдою рекою вниз до Тобола реки».
Но, вот беда, не только русским известна она. Не раз этой же дорогой приходили из Зауралья войной пелымские князья.
Вдобавок, этот путь в Сибирь, протяженностью в тысячу вёрст, тернист и кружен.
Необжитый край, где, окромя Лозьвы, Тобольска и Тюмени, иных русских городов-то и нету; да и климат суров. Кроме этого, караваны смельчаков в дороге поджидают банды лихих ушкуйников да язычники-самоеды, которым кровь чужую пролить, что водицы испить. Всё это и делает исход заманчивого путешествия непредвиденным. Так что, отправляясь этим путем на восток, ты ставишь на карту жизнь свою. А у судьбы выиграть ох как непросто!

Однако знающие люди утверждают: манси, что наведываются в Соль Камскую к ярмарочным дням, имеют за Камень потаенную короткую тропу. Разговоры об этом дошли и до столицы. Здесь прекрасно понимают: без доброй сухопутной дороги, экономических и торговых связей закрепить за Русью присоединенные Ермаком и его предшественниками, но неизведанные доселе земли невозможно.

Нужна, как воздух нужна Московскому государству для надежного
сообщения, перевозки хлебных и военных припасов дорога в Сибирь — короткая, безопасная, проезжая круглый год. С другой стороны, богатства тамошние должны поправить разоренную опустошительными войнами государеву казну.

И в 1595 году царь Фёдор Иоаннович , ознакомившись с очередным отчетом Новгородского приказа, ведающего сибирскими делами, повелевает: «охочим людям» разведать более прямой и удобный путь за Камень.

Тут мы позволим себе небольшое отступление, поскольку есть насущная необходимость уделить немного места разговору о самом Камне, хотя бы уже потому, что он ровесник Пермского моря. И как потом окажется, древнему морю и преодолению Уральских гор Соль Камская обязана многим.

Удивительное дело: сегодня мы с легкостью перелистываем доисторические десятки, сотни миллионов лет, из всех периодов знаем только Пермский,поскольку живём на этой земле, а всё многообразие обитателей той поры называем просто динозаврами. Нас там нет, и поэтому нам это неинтересно.
А ведь не прошло ещё и двух сотен лет с тех пор, как мир узнал, почему кости морских чудовищ оказались заключены в твердую породу уральского камня,как были подняты на сотни метров выше уровня моря и перенесены в горы, за тысячи километров от нынешних пределов Мирового океана. Надо восполнить этот пробел.

Из книги «Поморский город Соликамск»
Автор: Олег Опутин

Лайк (3)

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 8 августа 2024 11:50 8 августа 2024 11:55

Дом воеводы.Таинственный ларец.

В Соликамске, на крутом склоне реки Усолка, стоит каменный Дом воеводы. Первое на Урале каменное здание гражданского назначения.

Внешне дом воеводы выглядит как небольшая шкатулка, зато его стены толщиной по 2 метра хранят тайны, не раскрытые до сих пор.

По разрешительной грамоте от царя Алексея Михайловича в 1688 году в Соликамске завершилось строительство нового Дома воеводы взамен сгоревшего деревянного. В нем размещалась канцелярия воеводы и жилые помещения, поэтому обустройство здания должно быть готово как к обороне, так и к мирной жизни.
Толстые двухметровые стены имеют бойницы и внутренние ходы для передвижения. По ним можно быстро перейти из одной палаты в другую. Правда, в бою испытать надежность постройки не пришлось.

Страницы истории Дома воеводы можно перелистывать очень долго: с 1688 года мимо его стен много воды утекло!
Да и судеб немало. Были здесь даже представители таких известных российских родов, как Нарышкины, Прозоровские, Голенищевы, Корсаковы, Черкасские.
Воеводство в Соликамске имеет историю более долгую, чем Дом воеводы: с 1613 по 1781 годы 74 воеводы управляли городом. В конце 17 века, когда Соль Камская была одним из 30 крупнейших городов России, назначение сюда на воеводство считалось делом почетным и прибыльным.
Ехали воеводы в Соль Камскую всем «домом»: расположиться было где: «на посаде Соли Камской на берегу речки Усолки для обитания управителей с "сопровождающими их лицами" огородили большой воеводский двор. В нем построили хоромы в три этажа - в каждом по шесть горниц, разделявшихся на служебные и жилые. В тех и других - широкие слюдяные окна и изразцовые печи.

В дом вели два высоких теремных крыльца. Рядом стояла изба для воеводских служащих - две комнаты с сенями посередине. Далее изба поваренная, семь чуланов, конюшни, три сарая, изба дворовая, два погреба. По сути, воеводская усадьба была аналогична господскому двору в поместье». К сожалению, ничего от этой былой роскоши до наших дней не дошло.

«Присутственным - рабочим - местом воеводы в Соликамске являлась съезжая, она же - приказная, изба, где находились «кабинет» воеводы, судная комната, дьяческая, подьяческая, она же приемная.

Первоначально изба эта была деревянная и располагалась близ воеводской усадьбы. В 1688 году возведены каменные "приказные палаты".
Правда, они по-прежнему именовались "избою".» Вот эта каменная приказная изба и известна нам как Дом воеводы.

Приказная изба была построена в лучших традициях того времени. Правда, к концу 17 века Соль Камская не опасалась уже никакой внешней угрозы, но ведь это же Дом воеводы!
Высокий подклет, двухметровой толщины стены с внутренними ходами, узенькие бойнИцы – все было готово к обороне и ведению боя. И даже отступление было предусмотрено: до сих пор у соликамцев и гостей города огромный интерес вызывают легенды о подземных ходах, которые шли от Дома воеводы «на все четыре стороны».
caption_(1).jpg

По легенде, внутристенные ходы имели продолжение – подземные ходы, которые вели к Богоявленской церкви, Соборной колокольне и к реке Усолке. В случае осады по ним могли уйти все, кто находился в доме. Однако эти тропы так и остались тайной. Попытки найти подземные ходы проводились неоднократно, но ни одна не увенчалась успехом.

После упразднения Соликамского воеводства Дом воеводы был куплен представителем известнейшей династии соликамских солепромышленников Максимом Григорьевичем Суровцевым.

Обходя свои владения, нашел Максим Григорьевич в одном из подземных ходов ларец с драгоценностями, внес его в дом, открыл – и поразил всех домашних страшный недуг: у всех головы повело набок.

И лишь когда Максим Григорьевич по совету священника отдал свою находку на строительство церкви, болезнь отступила.
Честно говоря, легенда эта не соответствует историческим фактам, но продолжает подогревать интерес соликамцев и гостей города к подземным ходам.

Дом воеводы и сегодня продолжает загадывать нам исторические загадки.
Одна из них – это флажок на крыше здания. Присмотритесь повнимательнее: какие-то буквы. Правильнее – буквенная цифирь.
В древней Руси цифры записывались с помощью букв применявшегося тогда алфавита. Такую запись и называли буквенной цифирью. Реформа русской азбуки была проведена Петром I и завершилась в начале 1710 года. До этого времени числа церковные, то есть буквенные, и арифметические употреблялись параллельно.
Так вот, надпись на флюгере обозначает год окончания строительства Дома воеводы – 7196 год с начала летоисчисления. Кстати, флажок установлен не с начала существования здания, а во время реставрации в 1986 году.
Известный русский художник, академик архитектуры Игорь Грабарь, посетивший Соликамск в 1925 году, назвал наш Дом воеводы «одним из самых драгоценных памятников гражданского зодчества Древней Руси». Думается, и истории воеводства тоже.

Лайк (1)

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 21 августа 2024 13:27 21 августа 2024 13:28

Соликамский краеведческий музей
— один из крупнейших в Пермском крае, основан в 1929 году.

Располагается в 7 зданиях, 6 из которых — памятники архитектуры XVII— XIX веков федерального и регионального значения. Фонды музея составляют более 87000 единиц хранения. Тематика коллекций охватывает основные темы комплексного изучения историко-культурного наследия города и края.
Сегодня музей – это культурный центр Верхнекамья, победитель краевых и всероссийских грантовых конкурсов, имиджевое предприятие города, его «лицо», его философия, научно-исследовательский и просветительный центр. Ежегодно музей посещают более 50000 человек со всей России, ближнего и дальнего зарубежья.

МБУК "Соликамский краеведческий музей". Художественный отдел.
5.-hudozhestvennyiy-muzey.jpg

[/url]

Музей расположен в южной части г. Соликамска, рельеф местности –холмистый. Адрес:ул.Набережная, 93.
В 200 метрах с севера от объекта протекает река Усолка.
В 65 метрах на северо-запад расположена детская школа искусств, в 30 метрах на северо-восток располагается Богоявленская церковь.
В 50 метрах с юго-западной стороны располагается детская художественная школа, в 35 метрах с восточной стороны и 40 метрах с западной стороны располагаются жилые дома.
С южной стороны в 230 метрах расположена центральная дорога – улица 20летия Победы и администрация города Соликамска.

21 ноября 1975 года состоялось открытие художественного отдела Соликамского краеведческого музея.

Михаил Богоявленский."Келья Троицкого Собора.1942 год"

Основой послужила коллекция краснодарского художника, заслуженного работника культуры РСФСР Михаила Петровича Богоявленского (1885 – 1971), переданная в дар городу женой художника Александрой Ивановной Богоявленской (1918 – 2008). Собрание насчитывало 1350 экспонатов. В настоящее время в музее хранится более 6000 произведений изобразительного искусства.

У Художественного музея много друзей.
Московские художники В.В.Данилова и О.А.Дмитриев, подарили более 500 своих работ. В 1977 году они собрали для нашего музея 350 картин художников Москвы: М.Фейгина, К.Купецио, Н.Мацедонского, Е.Гаврилова, Н.К.Кузанян и др. Акварелистка А.Варновицкая, ученица известных русских мастеров Т.Куприянова, Л.Бруни, подарила 84 работы. Более 50 ксилографий Г.Ечеистова поступило от жены художника. Дочь графика М.А.Доброва подарила более 100 его графических листов.

В 1977 году из Ленинграда была привезена коллекция керамики от Т.П.Знамеровской, в которой представлены предметы из Италии, Голландии, Германии, Польши, Венгрии, Румынии, Грузии, Украины, России и т.д. Из Феодосии в 1979 году, по завещанию, были переданы живописные произведения Н.С.Барсамова.

Украинский Союз художников подарил нашему музею более 60 работ ведущих мастеров.
В 1980 году М.В. Крестовская подарила скульптуру «Лето» И.В.Крестовского, которая является украшением нашего музея.
Благодаря А.И.Богоявленской в 1985 году в коллекцию поступили работы Б.Смирнова-Русецкого, М.Дерегуса, Т.Яблонской, З.Волковинской, Г.Трошкова и др.

Коллекции музея пополняются произведениями пермских и соликамских художников.
Ещё в 1976 году художница Перми Е.Камшилова подарила более 60 живописных и графических работ. Наши щедрые друзья – художники А.Репин, А.Тумбасов. Имеются произведения М.Тарасовой, А.Зырянова, В.Мальцева, В.Кузина, Т.Коваленко Е.Широкова, И.Борисова и многих других художников. Из местных художников первые дарители – Е.Дик, Н.Пономарев, В.Бубнов, А. Мосянин, а затем и другие художники Соликамска дарили свои работы: Г.Ложкин, А.Ворона, А.Атаманов, С.Пятков, В.Кехтер, И.Гришаева и т.д.

Значительный интерес вызывает творчество М.Потапова и его серия работ «Эхнатониана».
Так пополнялась коллекции Художественного музея, включающие живопись, графику, скульптуру и произведения декоративно-прикладного искусства. Музей располагает интересными фотоархивами, эпистолярными материалами, рукописями и книгами деятелей российского и мирового искусства.

Невозможно перечислить всех, кто принёс за годы существования свои дары Художественному музею, и этим помог превращению фондов нашего музея в прекрасное собрание.
С 2020 года работает выставка «Сохранить любой ценой!», которая освещает тему эвакуации музейных ценностей в период Великой Отечественной войны в Соликамск.
Зав. филиалом «Художественный музей» В.П.Пономаренко.

К сожалению, в настоящее время Художественный отдел закрыт для посещения.

Лайк (1)

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 28 августа 2024 11:42 28 августа 2024 11:42

Григорий Акинфиевич Демидов

demidov-grigorij-akinfievich_neizvestn-hud-vtor-pol-18--e1584871508871.jpg

Григорий Акинфиевич Демидов (14 (25) ноября 1715 — 13 (24) ноября 1761, Санкт-Петербург) — русский ботаник, предприниматель, меценат из рода Демидовых.

Родной брат Прокофия — Григорий Акинфиевич Демидов, хотя и продолжил дело отца, построив и реконструировав несколько заводов, больше известен как создатель первого в России научного ботанического сада под Соликамском и как корреспондент выдающегося шведского ученого Карла Линнея.

О саде Григория Демидова, в котором были собраны растения со всех частей России и некоторых зарубежных стран, с восхищением отзывались известный естествоиспытатель академик И.И. Лепехин и участники Второй Камчатской экспедиции Витуса Беринга — ботаник Иоганн Гмелин и адъюнкт Петербургской академии, путешественник и натуралист Георг Стеллер.
Когда Г. Стеллер умер в Тюмени по возвращении с Камчатки, Григорий Демидов позаботился о его коллекции. Основную часть он передал в Академию наук, дубликаты же послал в Упсалу к Карлу Линнею, с которым на протяжении 15 лет Григорий Демидов состоял в переписке и обменивался ботаническими материалами.

***
Летом 1731 года в Соликамске произошло два заметных события - женитьба Григория Демидова на Настасье Суровцевой и посадка молодыми в своей усадьбе большого сада. Никто бы не удивился, если бы сын заводчика и дочь солепромышленника заложили домну или промысел, а то ведь всю весну, лето, осень и зиму, кроме этого сада да ящиков и бочек с растениями, молодая чета ничего знать не хотела. Местных жителей особенно поражало, что для заморских растений ставят избы, прорубают в них невиданно широкие окна, а часть крыши кроют стеклом. И называют эти избы чудным словом - "ранжереи".

В 1735 году в Соликамск из столицы пришло известие о том, что на Васильевском острове в Петербурге Академия наук создает академический ботанический сад. Заведовать им поручено приглашенному на русскую службу энергичному немецкому ботанику, естествоиспытателю И. Амману.
Установить связь с Амманом оказалось для Демидова недолгим делом, и уже вскоре в обмен на соликамские семена пришли на Урал семена разных, очень редких растений, которые были высажены в оранжереях сада.

Через пять лет в каталоге растений, составленном самим Прокофием Демидовым, перечислялось 4363 вида растения, да сверх каталога 3634 вида, всего 8000 видов растений. На территории усадьбы, преимущественно в оранжереях, росли тисы, кедры, лавры, пальмы, самшиты, герани, розы, алоэ (15 видов), фикусы (8 видов), ананасы (5 видов), цитрусовые, арбузы, виноград, разнообразные цветы.

В 1739 году Соликамский ботанический сад приобрел куратора в лице молодого адъюнкта Петербургской академии наук, ученого-натуралиста Георга Стеллера.
К большой удаче Демидова, Стеллер, ожидая свои идущие реками экспедиционные грузы почти три месяца прожил в Соликамске.

За это время ученый привел в должный научный порядок весь ботанический сад, определил растения, семена, помог обрести систему большому гербарию, завел специальные книги учета с краткой характеристикой каждого растения, таблички на грядках, в аллеях и теплицах сада. Стеллеру понравилась демидовская коллекция эндемиков, то есть растений, произрастающих только на ограниченной территории, в данном случае - на Урале.
Стеллер рассказал Демидову в подробностях о создании и деятельности академического ботанического сада в Петербурге, о том, что Амман издает первое обстоятельное, хорошо иллюстрированное описание растений всей России и уже три года переписывается со шведским ученым-натуралистом Карлом Линнеем, который прислал ему в подарок фундаментальные ботанические книги "Система природы", "Лапландская флора" и многие другие, где автор пытается в корне преобразовать всю ботаническую науку. Поддерживал связь с реформатором ботаники и сам Стеллер, пообещавший Линнею доставить гербарий с Урала и из Сибири.

Демидов с готовностью согласился помочь Стеллеру и вскоре после его отъезда собрал и отправил Линнею в Швецию, в Упсалу, большую посылку с засушенными уральскими растениями, семенами и корневищами. Обрадованный проведенной Стеллером в ботаническом саду систематизацией растений, Демидов немедля начал переписку и обмен ботаническими коллекциями с такими известными русскими ботаниками и путешественниками, как главный врач Астраханского корпуса И. Лерхе и доктор медицины из Лейпцигского университета Т. Гербер, основатель и первый директор Аптекарского огорода в Москве.

В 1743 году ученые-путешественники Иоганн Гмелин и Степан Крашенинников, возвращаясь в Петербург, заехали по пути к Демидову, поделились с ним богатыми ботаническими коллекциями семян сибирских и камчатских растений и пришли в восхищение от происшедших в саду перемен.

В 1746 году Г. Стеллер снова несколько месяцев прожил в Соликамске, но сенатским указом ему было предписано вернуться в Сибирь. По дороге в Иркутск он заболел и умер в Тюмени, успев поручить Григорию Демидову распорядиться своими сибирскими коллекциями.

Демидов сохранил бесценные коллекции Стеллера, передал образцы гербария в Петербургскую академию наук, послал дубликаты в Швецию - Линнею.
Сам глава мировых ботаников настойчиво через Гмелина искал связи с Демидовым: Линней в то время работал над капитальным трудом "Виды растений", куда включал все известные ему растения Урала и Сибири. Для реформатора ботаники важно было получить как можно более подробные сведения о растительном мире России - сведения, по крупицам собранные Демидовым, Гмелиным, Крашенинниковым, Стеллером и многими другими ботаниками. В переписке с ними Линней обсуждал не только наиболее острые проблемы систематики растений, но и такие сложные теоретические вопросы ботаники, как география растений, проблема смешения, скрещивания растений, образования разновидностей, гибридов.

Многолетняя переписка Демидова с Линнеем, обмен посылками с растениями и семенами были необычайно плодотворны и для Демидова, и для российской ботаники в целом.
В новую номенклатуру растительного мира земного шара Линней включил около трехсот видов растений, произрастающих в России. Это существенно облегчило и продвинуло дальнейшие ботанические исследования на Урале. Наряду с заметным развитием самой ботаники, ее возрастающей ролью в экономике страны неоценимое значение имела также помощь Линнея в подготовке не только специалистов, прибывших в Россию из-за рубежа, но и русских ботаников.
По приглашению Линнея в 1760 году Григорий Демидов отправил учиться в Упсалу троих своих сыновей. Но ранняя смерть отца воспрепятствовала им, не дала возможность закончить ботаническое образование (в будущем они все-таки стали высокообразованными и известными в России людьми).

После смерти Григория Демидова в 1761 году сад перешел во владение к его сыну Александру. При нем часть коллекции наиболее ценных растений была перевезена в Москву старшим братом Григория Демидова - Прокофием, создавшим в 1756 году в своем имении Нескучное богатый редкими растениями ботанический сад. Это место и сегодня хорошо известно: Нескучный сад - достопримечательность столицы.

В 1772 году Соликамский сад вместе с селом Красным купил местный заводчик А. Ф. Турчанинов, владелец большого ботанического сада в центре города, который, однако, не ставил научных целей.

Незадолго до смены владельца сада русский ученый и путешественник И. И. Лепехин, будущий директор академического сада в Петербурге, проезжая в 1771 году через Соликамск в Северную научную экспедицию, подробно описал ботанический сад Григория Демидова в селе Красном, где находилась и его усадьба.
Это описание приведено в книге "Дневные записки путешествия по разным провинциям Российского государства". Лепехин насчитал в саду 422 вида (по другим источникам - 525 видов) растений, и не только деревьев и кустарников Урала и Сибири, но и многих теплолюбивых растений из тропических и субтропических зон планеты, таких, как кофе, кактусы, алоэ, агавы, амариллисы, канны, гиацинты, ананасы, олеандр, лавр, мирт, лимон, банан.

Большое флористическое богатство сада, сформированное по географическому и систематическому принципам, отметил и известный естествоиспытатель и путешественник Н. П. Рычков в своей книге "Журнал, или Дневные записки путешествия капитана Рычкова по разным провинциям Российского государства в 1769 и 1770 годах":
"В нем можно найти собрание большой части трав, растущих в Африке, Америке, в Сибири и в самых камчатских пределах. Сад разделен на множество оранжерей и цветников, из которых каждая особливо заключает в себе растения других стран".

В 1810 году, после раздела всего турчаниновского имения между родственниками и наследника ми, сад прекратил свое существование.

***

Большую часть времени Григорий Демидов жил в Соликамске и Петербурге, где владел несколькими домами и вел обширные дела, являясь одним из крупнейших производителей железа и меди.

У него было три сына — Александр, Павел и Петр, которых в раннем возрасте он послал на десять лет учиться за границу, и семь дочерей.

Одна из дочерей Григория, Пульхерия, была замужем за директором Академии художеств А.Ф.Кокориновым, другая же — Наталья вышла замуж за выдающегося русского архитектора И.Е.Старова, по проектам которого были построены Таврический дворец, собор Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге и осуществлены застройки Екатеринослава (ныне – Днепропетровск) и Николаева на Украине.

Скончался Григорий Акинфиевич в ноябре 1761 года в Петербурге, а похоронен был в Туле в родовой усыпальнице Демидовых при Николо-Зарецкой церкви.

Источники:

Наука и жизнь, БОТАНИЧЕСКИЙ САД ГРИГОРИЯ ДЕМИДОВА.
Международный Демидовский фонд.
БОТАНИЧЕСКИЙ САД ГРИГОРИЯ ДЕМИДОВА
Кандидат географических наук Л. БАНЬКОВСКИЙ,
доцент Соликамского государственного педагогического института.

Лайк (1)

Tina1960

Модератор раздела

Tina1960

Germany
Сообщений: 3343
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 4102

Наверх ## 6 ноября 2024 10:35

Братья Калинниковы (сказ)

«Сказ — это недостоверное свидетельство».
П.П. Бажов

Давным-давно, может, в древней Вологде на посаде или еще где, жили братья Калинниковы. Семья большая, справная: четыре брата с женами и детьми, большими и малыми. Друг за дружку держались, соль варили-продавали. Но как-то в одночасье не заладилось дело.
В сильнейшем пожаре сгорел промысел. Судьба ль виновата, лихие люди — поди узнай. С божьей помощью восстановились. Правда, задолжали, кому не след. За долги первую соль отдать пришлось, потом еще и еще — никак не выправятся.

В ту пору появился в их посаде мужичок один, с виду неказистый: сапоги каши просят, впалое брюхо едва рубахой прикрыто, бороденкакомом. Егоршей звать. Привечали его посадские, подкармливали и слушали рассказы о далеких землях, куда хаживал он с ватагами новгородских молодцов.

— Рыбы, птицы там-от видимо-невидимо! Зверья всякого — голыми руками бери! Камни самоцветные, слышь, под ногой лежат — ступить некуда! А с-под земли ключи соленые бьют…

Слушателей разбирало любопытство:

— Где ж земля такая да как сыскать ее?

— Далеконько, братцы, за глухими чащобами. Прозываетсята земля Пермь Великая. В лесах там-от кое-где пермяки живут, остяки да вогуличи — лесной народ. Да все более места безлюдные. Труден путь туда — по рекам, по волокам. Но уж, коль дойдешь, богатство само в руки ложится!

Задумывались братья. В рассказах Егорши занимало их одно — ключи соленые. Расспрашивали подробнее, что да как, много ль их там, ключей, какой крепости рассол, да сильно ли бьет иль тихонько бежит. Мужичок в запале преувеличивал: крепкие, мол, — ажно скулы сводит от солености;одни сильно бьют — ключи, однако, другие едва заметно — теособливо соленые; а и немало их — почитай, на каждом шагу. От таких слов загорались глаза солеваров — всякому захочется рассолу крепкого да побольше. Хоть и понимали братья, что не все в рассказах Егорши правда, но ведь и вполовину — эко богатство!

Уходил прочь рассказчик, а у братьев только и мыслей, что о далеких землях. Рассуждали долго, прикидывали, обдумывали да вдруг решились: по весне собрались двинуться к земле с солеными ключами. Зиму сухари сушили, одежду справляли, железо да инструмент готовили. Отговаривали их жены: куда, мол, от дела налаженного уходить, почто судьбу испытывать? Но взыграла кровь у мужичков, азарт появился — с нетерпением ждали весны.

Чуть только снег сошел, реки вскрылись, отправились братья, помолясь. Егоршу проводником сговорили. По рекам, по лесным волокам, по топям болотным пробирались они в землю незнаемую. Охотой кормились, рыбной ловлей. По ночам у костра вспоминали оставленных дома. Щемило сердце: как они там, все ли ладно у них?

А за младшим братом жена сама увязалась: детей-то у них нет, не с чего ей вековать одной, дожидаясь возвращения мужа. Хоть и не бабье это дело — по лесам пробираться, новый промысел заводить, но пожаловаться на нее братья не могли. Выносливой и отважной оказалась баба: наравне с мужиками несла поклажу, волокла лодку. Одни глаза остались, но ни слезинки не сверкнуло в них за долгую трудную дорогу.

Добрались, наконец, до мест, о которых Егорша рассказывал, до Великой до Перми. Огляделись: леса необозримые. Зверья, и вправду, много, а каменьев самоцветных не видать, и соленых ключей покудане встретилось. Все ручьи перепробовали братья — вода пресная. Пристали к Егорше: тут ли иль подале где? Место, может, забыл-утаил?

Тот оправдывался: за давностью летзапамятовал. Тут-от, вроде, соленые ключи были?Может, в землю ушли, иссякли? А то и впрямь не добрели до них маленько, места глухие, леса да реки схожие — мудрено все досконально запомнить. И спросить некого — не встретилось им покудани единой живой души. Приглядывался Егорша к деревьям, искал на них старые затеси, забирался на верхушки, оглядывал окрестности. Спускался, чесал в затылке и направлялся дальше в полуденную сторону.

Двигались на юг, обходя большие болота. Снова пробовали попадавшиеся в изобилии ручьи — и снова не то. С каждым днем тяжелело на душе братьев. Сомнение родилось: не бросить ли затею? Домой вернуться, наняться в работные на чужие варницы, а там, глядишь, и сами выправятся. Гнали ониедучие мысли, ате снова всплывали, будто нашептывал кто.

Уж осеньскоро — от земли холодом тянет, а все никуда не пристали. И не судьба, видать, им новый промысел в дальней земле завести. Выдумал, поди, Егорша в стремлении потешить привечавших его хозяев. А они-то, дурни, поверили, с места насиженного сорвались в глушь неведомую. Пока смутно,молча, но каждый из братьев подумывал о возвращении.

И вот, когда совсем уже отчаялись, нашлись-таки ручьи соленые. И то — спасибо братниной жене. На очередном привале у неглубокой речки вздумалось ей побродить окрест. Мужики вслед ворчали: «Неужто не устала? Двужильная…»

Не отвечая, побрела она по крутому берегу, ища пологое место. Далеконько ушла, пока смогла, наконец, к воде спуститься. Отогнала желтые листья, зачерпнула пригоршню, ополоснула лицо. Огляделась, заметила в пожухлой траве ручеек и по привычке воду в нем попробовала даот неожиданности плюнула: соленая. «Соленая!» — с радостным воплем побежала она к своим.

Миновало время. С того раза, когда старший брат, указав корявым пальцем в землю, утвердил: «тута жить будем»,прошел год. Наперво раскопали ручеек на глубину, чтоб рассол копить. В яме укрепили колодезныйсруб, возлесладили столб с воротом — рассол подымать. До зимы успели небольшую варницу соорудить, кузницу поставить да малый цырен склепать из железныхполиц, что с собою из дому принесли. Долго ли, скоро ли, наконец, помолясь, варить начали.Рассол, что из колодца черпали, сперва вымораживали, после варили, остатоксушили. Добрая соль выходила, белая да мягкая. Не обманулись, стало быть, в своем стремлении — не зря дом покинули.

Не раз наведывались к ним местные охотники-пермяки. Поначалу недоверчиво приглядывались к пришлым: с миром ли явились да чего замыслили? Убедившись в добрых намерениях поселенцев, оставались на их промысле погостить. Были среди них и такие, что понимали русский язык и могли выступать толмачами. Узнав о цели работ, пермяки рассказывали, будто древние люди в здешних местах тоже соль добывали: камни раскаленные бросали в рассол и с тех камней прикипевшую соль соскабливали. И соль та была дорогущая — по многу белок за кисет отдавали.Потому как соленые мясо и рыба обретали новые свойства: их можно было оставлять на долгое хранение, не боясь, что испортятся. И раны солью той лечили, чтоб не гноились. И в других делах сей белый порошок — знатное подспорье.

Охотники пробовали первую вываренную соль, важно кивали головами и предлагали за нее шкурки белок и куниц. Так появились у нового промысла покупатели. После повелось: со всей округи, из ближних и дальних мест, инородцы потянулись за солью. Расплачивались они пушниной, приносили и оставшееся от древних людей и невесть где хранившееся серебро.

Постепенно разведали братья округу — надо знать, где поселились да куда семьи привезти. Оказалось: южнее, в дне пути, тоже соленые ключи бьют, даже большей крепости, чем у них. Но с места обжитого покуда сниматься не стали, как ни уговаривал меньшой брат, нашедший те ключи.

Еще время прошло. Прочно утвердились братья на новом месте. Промысел свой Усольем Боровым назвали, а речку — Боровою, потому как кругом рос глухой еловый бор.
Старшие братья семьи свои перевезли — баб с ребятишками,скоро новых народили. Средний брат домой вернулся старый промысел восстанавливать — не по душе ему пришлись дикие земли. А в Усолье Боровоеприбыли новые поселенцы: Русь большая, везде пытливые да непоседливые есть. Всех тут принимали, всем дело нашлось. Еще колодцы поставили, варницы завели.

Тридцать лет миновало с тех пор, как братья соляные ключи распробовали. Одряхлели старшие, остепенился меньшой. Не покидала его мысль о южных ключах, что нашел когда-то и к которым не раз наведывался. Глядя на своих выросших детей, стал он подумывать о собственном промысле. И однажды всем семейством перебрался меньшой брат на новое место. Кое-кто из поселенцев за ним последовал. Поставили колодцы, построили варницы, тоже соль варить стали.

Рассолы у тех ключей, впрямь, оказались крепче и соли давали больше. Видя такой прибыток, и старший брат к меньшому перебрался. На Боровой остался средний брат. Но не было меж ними недовольства, и поддерживали братья друг друга по-прежнему, а в трудную минуту спешили на помощь. Соляные караваны на Русь отправляли вместе и торговали солью-пермянкойсообща, с нового и со старого промысла. Вместе и богатели.

Новый промысел Усольем Камским назвали, по близости к реке Каме. А речушку, на берегу которой промысел находился, нарекли Усолкой. И сто, и двести, и больше лет на Усолке соль варили — уже правнуки правнуков первых солеваров. И город большой да знатный из малого промысла вырос — Соль Камская.

А все с братьев Калинниковых началось.

Вот и весь сказ. То ли было, то ли не было? Недостоверное свидетельство…

Автор: Савенкова Нэлли Михайловна, зав. отделом истории.

Лайк (5)

Страницы: ← Назад 1 2 3 4 5 ... 20 21 22 23 24 * 25 26 Вперед →
Модератор: Tina1960

Генеалогический форум » Дневники участников » Дневники участников » Дневник Tina1960 » Соликамск. Прикамье. » Соликамск и район. [тема №101361]

Сайт использует cookie и данные об IP-адресе пользователей, если Вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт
Пользуясь сайтом вы принимаете условия Пользовательского соглашения, Политики персональных данных, даете Согласие на распространение персональных данных и соглашаетесь с Правилами форума
Содержимое страницы доступно через RSS
© 1998-2026, Всероссийское генеалогическое древо
16+ Правообладателям