Однодворцы

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Сразу предупреждаю, что сказанное здесь является моим личным мнением, не претендует на истину в последней инстанции, и т.д.
Об однодворцах написано мало, а то, что написано, чаще всего взято из официальных источников типа энциклопедий. Официальные-же источники - довольно скользкая почва. Там всегда есть стремление о вещах сложных написать покороче, т.е. попроще и посхематичнее.

И уж тем более пагубно сказывается на официальных данных политические установки.
Как известно, Пётр 1-ый устроил на Руси большие-пребольшие реформы. Помимо всего прочего, их целью стало создание новой элиты. Но будучи поставлена дословно так, эта цель привела бы к бунту, поэтому объявили о другом - о перевоспитании старой элиты. Т.о. "старая" элита должна была всё-таки откуда-то взяться, чтобы быть перевоспитанной.
В энциклопедиях старую элиту от не-элиты отделяет добавление к "служилым людям" слов "по отечеству", в противовес тем, что "по прибору". Тех, что по прибору, делят на стрельцов, солдат, рейтар, городовых казаков, и т.д, а по отечеству - дворяне, дети боярские, итп. Но реально ли тогда было такое разделение?
Имхо, нет.
Табель о рангах Пётр установил не на пустом месте, ибо понятие "должность, чин, уряд" ещё до петра значило больше чем "происхождение". И если сын боярский или дворянин пошёл в солдаты или рейтары, то кем он становился в этой иерархии "по прибору/по отечеству"? Непонятно. Понятно одно - не от хорошей жизни пошёл, но и только.
И тут мы подходим к реальной границе между элитой и не-элитой. Это хорошая жизнь

. Это поместья, земли, и ессно, крепостные. Причём чем больше - тем лучше жизнь. И, надо признать, у "живших хорошо" с происхождением почти всегда всё было в порядке.

А на окраинах государства разницы между "по прибору/по отечеству" было мало, если была вообще. Ибо жить хорошо там в основном не приходилось, да и с бумагами было туго, с грамотами дворянскими...
В итоге, когда понадобилось создавать новую элиту при Петре, разделяли наверняка, т.е. исходя из имущественного положения. Кое-какая мелочь с грамотами, впрочем, тоже могла попасть, но могла и не попасть во дворянство. Из основной-же массы землевладельческой мелочи сделали сословие однодворцев, причём верстали туда, особенно не вникая, был ли он когда-то "по отечеству" или "по прибору". Если у него трое крепостных, да пять десятин, и документов нет, ну какой он нафиг дворянин, т.е. по-тогдашнему, шляхтич?
Тот факт, что потомков бывшей элиты уже официально не считают элитой, очень заботил и этих потомков, и, соответственно, власть. Именно поэтому, изначально сословие однодворцев "позиционировалось" в общем, где-то невдалеке от дворянства. И только потом, приучив однодворцев всё-таки "знать своё место", их начали приближать к остальным гос.крестьянам.
И это было вполне оправдано, если бы не стояла задача обеспечить переемственность сословий.
Иллюзия переемственности сословий потребовалась, чтобы оправдать табель о рангах и выслугу во дворянство. Ибо более-менее приличным оправданием раздачи гербов и имений явным мещанам и крестьянам могло быть только то, что все "настоящие" дворяне уже как минимум признаны. Тогда, имхо, и появился миф о том, что якобы, однодворцы - в огромном большинстве своём потомки тех, что "по прибору".
Не слишком лепо было бы признать, что однодворцы - непонятная смесь самого разнообразного происхождения людей, которых объединяет только то, что они мелкие землевладельцы, и потомки служилых людей различных типов, а равно и то, что огромное их количество, если не большинство, не попало во дворянство только потому, что московское государство не удосужилось снабдить их предков документами.
Это, в сущности, вечная история - упадок старой элиты и торжество новой. Просто этот конкретный эпизод, по моему, следует слегка проветрить. Мы с готовностью развенчиваем культы личности, идеологические установки и подтасовки недавнего времени, так пора бы попробовать и поглубже копнуть.

P.S. Об однодворцах на присоединённых землях разговор иной. Хоть там всё примерно аналогично, но ещё наглее...

Россия, Центральный округ
» Нижне-Девицкий уезд Воронежской губернии (однодворцы)
» Однодворцы Орловской губернии
Дневник Nathalie » Орловские дети боярские - однодворцы - крестьяне
П » Пы - Пя » Пятых : с. Рогачёвка (Никольское) Воронежского уезда (Новоусманского района) Воронежской области. Однодворцы.
Дневник caxap123. Однодворцы Свияжский уезд Казанской губернии

Виктор Зайцев написал:

[q]
А вот тульские однодворцы перед дворянами шапок не ломали, и вообще - держались с ними на равных, без какого либо заискивания или подобострастия, столь обычного для "барских".
[/q]

А чем свидетельствуете?

Сам барин, сам холоп, сам пашет, сам орет, сам с крестьян оброк берет, +однодворец)

Новосильские казаки как этнографическая группа однодворцев

Новосильские казаки как этнографическая группа однодворцев По материалам книги Д.К. Зеленина "Великорусские говоры с неорганическим и непереходным смягчением задненебных согласных", 1913 год.

Есть на Орловщине небольшой городок - Новосиль. Обычный провинциальный, с первого взгляда ну абсолютно ничем не приметный, особенно для жителя более крупного города. Однако, Новосиль является городом с полноценным историко-культурным наследием, ровно как и прочие городки-сверстники Центрального Черноземья. Этимология названия города не совсем ясна, известно лишь, что в некоторых летописях Новосиль фигурирует как Итиль Черниговского княжества (1155 год). Из этнографических групп Новосильского уезда (до 1925 года принадлежал к Тульской губернии) довольно многочисленную составляют однодворцы, имеющее самоназвание "новосильские казаки". Примечательно, то что уже после расформирования гарнизонов городков засечных черт центрального черноземья эта группа населения дольше всех однодворцев казачьего звания (наряду со стрелецким, пушкарским и т.д.) сохранила за собой такое наименование. Происхождение потомков этой группы служилых людей неизвестна. Местные краеведы отвечают чересчур однозначно - дескать, выходцы либо с Дона, либо с Запорожья, слившиеся позднее с мещанами, в следствие чего не должны вызывать какого бы то ни было этнографического интереса. Длительное время "новосильские казаки" из-за культурной обособленности сохраняли языковые и бытовые особенности. В 1644 году царь Михаил Федорович выдал новосильским служилым - стрельцам, пушкарям, казакам и прочим грамоты на владение землей в "диком поле". В 1765 году новосильские казаки были исключены из управления воевод и находились в ведомстве собственного особого управления, что и обусловило сохранению за "казаками" такого самоназвания, не встречающегося у прочих потомков городовых казаков. Интересно и то, что жители "казацких" (в сельском просторечии) сел вплоть до 1836 года в метрических книгах, земельном генеральном плане и других официальных документах писались "казаками". Профессор Будде приводит несколько мест из актов Новосильского полицейского правления 1783 и 1786 года, где местные крестьяне называют себя и своих соседей "казаками". Церковно-приходские летописи называют казачьими восемь сел и приходов Новосильского уезда: Вышняя Залегощь (по преданию приход образовался из донских или украинских казаков); 2) Нижняя Залегощь - крестьянами жители этого села и прихода стали зваться аж с 1836 года, раньше они писались в метрических книгах и в земельном генеральном плане казаками. По преданию местные казаки происходили из Запорожья; 3) Скородное - прихожане - потомки донских казаков, поселенных здесь еще при Иване Грозном; 4) Воротынцево - местные "казаки" потомки пушкарей и стрельцов времен Петра I; 5) Вышняя Пшевь (Косарево) - по местному преданию потомки запорожцев времен Алексея Михайловича; 6) Галичье - прихожане - из пушкарей, стрельцов и казаков - вёрстанных на службу украинцев эпохи Грозного; 7) Каменка - прихожане - потомки донцов, призванных на службу в Новосиль в то же время, что и в Галичьем; 8) Ямская слобода - образовалась как поселение горожан Новосиля.

Профессор Будде причисляет к казачьим волостям Новосильского уезда Каменскую, Средненскую, Залегощанскую, Березовскую и Косаревскую. В.Н. Глаголев отмечает 17 казачьих сел: Воротынцево, Галичье, Каменка, Петушки, Голянка, Скородное, Ямская Слобода, Пшевь, Судьбищи, Березовец, Вышняя и Нижняя Залегощь, Дичнь, Казарь, Нижнее Скворчее, Среднее, Гремячий Колодец, деревня Верховье. Однако, здесь Глаголев по отношению к селу Березовец ошибается - село монастырское, принадлежащее Свято-Духову монастырю г. Новосиль. О селе Судьбищи так же есть такие сведения: "Приходское население состоит из крестьян-собственников и казенных крестьян-однодворцев" - здесь под "однодворцами" скорее всего названы те же казаки. Села Подтолстое и Новое Село образовались из приходских деревень села Галичья по всей видимости также населены "казаками". Упомянутый выше В.Н. Глаголев об этнографических особенностях "новосильских казаков" пишет следующее: "Некоторая разница в костюме и говоре, а в остальном он (Новосильский казак) мало чем отличается от коренного населения" (Глаголев относит казаков к некоренному населению уезда). Он также указывает и на некоторые мелкие отличия в одежде казаков и барских крестьян, а костюм новосильских казачек не однодворческий (сарафаны и юбки), а крестьянский. Глаголеву вторит Будде, оба отмечают, что новосильские казачки носили поневы. Кички отсутствовали. Будде встретил в Новосильском уезде только поневы сшивные, из четырех полотнищ, то есть с прошвою. Судя по замечанию Глаголева, новосильские казачки "надевают коротейку только при доброй поневе с прошвою, т.е. когда перед поневы сделан из китайки и отворот поневы подбит цветной материей". Возможно, отсутствие кичек вызвано принадлежностью к казачьему званию. Профессор Будде отмечает и еще одну особенность в одежде новосильских казачек (в Залегощи): обыкновение надевать на ноги по два и по три чулка, чтобы ноги казались толще. Касаемо происхождения новосильских казаков можно предположить то, что они являются те ми же рязанскими или иными военно-служилыми людьми, которые были правительством командированы в Азовскую и Черкасскую службу, за что и получили земли. Быть может это те же самые рядовые казаки, двум сотням коих - Луговой и Дергилевой даны были придаточные деревни за "Озовскую и Черкасскую службу, в Дедиловском уезде, расположенном далеко от Новосильского". Жилище у новосильских казаков типично однодворческое. Глаголев указывает, как на одно из отличий казацкого жилища от барского: "часто встречающиеся избы с прорубленными окнами на двор; на улицу пробито маленькое волоковое окно". Здесь мы имеем бесспорный след старого однодворческого (и вместе полехского) обычая ставить избы среди двора. Автор 1850 года из села Сурова Новосильского уезда сообщает, что у казенных крестьян избы среди двора, а у помещичьих - на улицу окнами; у казенных задворки сзади двора, а у помещечьих - против жилого строения. Глаголев, давая в своей рукописной статье общую сравнительную характеристику новосильским казкам и барским крестьянам, отмечает еще некоторые особенности казаков, главным образом в характере их - это ленность и бесхозяйственность, отсутствие промыслов и зимних работ, строгое соблюдение церковных постановлений и глубокое уважение к духовенству, грубоватость и недоверчивость при отсутствии лукавства и криводушия; барские вообще зажиточнее казаков - у них почти не встречается кликуш, кои очень обычны у казаков. Это последнее обстоятельство подтверждает и другой местный автор, И. Нечаев в 1850 году, по которому кликуши только у казенных крестьян. Говор новосильских казаков по Глаголеву "резко отличается от говора всего населения Новосильского уезда и таким образом "говор Новосильского уезда распадается на барский и казацкий". Новосильским казакам присуще: аканье - вядро, яго, чаво, ряка, не вяликая, купитя, вянес (венец); цоканье ("ц" вместо "с"): курису, яиса, сапля, сарь, атес, у серькве, маладес, лисо, агурсы, лисису, вянес, к вянсу, серса, младенса; кагоканье: яго, маяго, нашаго; третье лицо единственного числа без "т": будя, зная, играя, видя, придя; щё и чо вместо "что"; сабе и сае - вместо себе. По некоторым особенностям быта, а также тому же цоканью, новосильские казаки напоминают рязанскую мещёру.

материал предоставил Ракитин Антон http://dankovkazak.livejournal.com

интересная очень тема. А вот вопрос. Встречаются однодворцы в конце 19 века на территории Московской области?
Например, в направлении Щёлкова, Пушкина, Фрянова?

Интересная статья..

История однодворцев в Северном Приазовье

Опубликовано Редактор сайта в 29 Май, 2013 - 10:31 В середине мая в Донецке состоялся семинар «Религия, как фактор самоидентификации этносов Приазовья», в котором приняли участие краеведы, журналисты Украины.

В ходе мероприятия были озвучены доклады на темы: «Индикатор конфессиональной принадлежности в контексте этнической идентичности», «Мусульмане Приазовья: История, культурные и религиозные особенности», «Участие дагестанцев в боях за освобождение Донбасса в годы ВОВ», «Связь Православия в Средневековой Грузии, Половецкой степи и материальное наследие межэтнической и религиозной связи в Приазовье 12-18 вв.», «Православие времен Иоанна Готского и крепость духовных связей внутри Православного мира», «Святитель Игнатий Мариупольский», «Восток-Запад: история взаимоотношений» и др.

Принял участие в конференции и наш автор Олег Шатух с докладом «История однодворцев в Северном Приазовье», сожержание которого мы предлагаем вашему вниманию.

Среди многообразных народов и народностей Отечества однодворцев, как субэтнос русского народа, долго не замечали.

В России, в силу особенностей национальной политики, о них говорили больше, как о сословии, в которое в 1831 году включили даже часть польской шляхты, не сумевшей доказать своего шляхетства.

Что же до этнографии, то их рассматривали в числе великороссов, представлявших основную часть сельского населения России.

После ликвидации сословия и окончательного перевода всех однодворцев в государственные крестьяне, их потомков, заметно отличавшихся от других великороссов, продолжали именовать однодворцами, подразумевая при этом их особый, исторически сложившийся этнотип русского народа.

Подтверждение верности такого положения находим в трудах советского российского историка-этнолога Л. Н. Гумилёва.

Именно он, в доступной для понимания многих форме, представил в своей пассионарной теории этногенеза этническую систему, т.е. показал соотношения народностей (субэтносов) внутри нации, народа (этноса), а также принципы образования народностей и их взаимное влияние.

К сожалению, только в 90-е годы ХХ века этнология стала современной наукой, изучающей жизнедеятельность этносов, а также этнических общностей. В современном Отечестве, разбитом политиками на государства с титульными нациями, стали появляться собственные классификации народностей (субэтносов).

Причём, если до 1917 года восточных славян рассматривали как единый русский этнос, состоящий из великороссов, малороссов и белорусов, то после - русскими оказались одни великороссы. Малороссы же получили название украинцы и они, как и белорусы, стали рассматриваться как самостоятельные этносы.

Со временем украинские этнологи не без политической тенденциозности прилагают немало усилий, чтобы выявить как можно больше этноисторического несходства внутри некогда триединого восточнославянского народа.

Тем не менее, в самой Украине наиболее известны только этнические группы жителей Западной Украины: гуцулы, бойки и лемки. Что же до других этногрупп, в частности, русинов и полещуков, то о них известно гораздо меньше.

При том, что русины - древнейшее славянское население Восточных Карпат, иногда всё же напоминают о себе, требуя признания их отдельным от украинцев этносом со своими историческими территориями в Карпатах.

А вот полещуки - жители украинского и белорусского Полесья - оказались по разные стороны границ, хотя их народность -отличная и от белорусов, и от украинцев - имеет с ними, как и с палехами, живущими в России, много сходства.

В итоге, особого прогресса в плане поддержки этнокультурного развития субэтносов в Украине практически нет, а государство, готовое «отдаться» Западу, явно игнорирует общность восточно-славянского этнографического единства.

Не намного лучше этнополитика и в России, где при наличии большой научной базы и средств на поддержку этнокультурных организаций, сами русские в этнографическом отношении оказались среди наименее защищённых этносов.

Социальные процессы, вызывающие переселение из мест традиционного проживания народностей в город, неумолимо приводят к уменьшению числа представителей многих субэтносов.

Параллельно, традиционные территории проживания народностей заселяются представителями пришлых этносов, что ведёт к замещению, смене уклада и к культурному перерождению населения.

Тем не менее, среди великороссов, а ныне русских, можно различить не менее 30 этнографических групп. Но наиболее известные субэтносы русских ‑ это казаки, поморы, полехи, мещеряки, сибирские старожилы и старообрядцы.

Различаются они своими этнокультурными особенностями, связанными с регионами проживания, особенностями хозяйственных зон и территорий контакта с соседними народностями и народами.

При этом однозначно, что характерные особенности русских возникали при расселении славян в Восточной Европе и развивались в процессе формирования восточно-славянской государственности при освоении новых земель и вхождении в русское государство других народов.

Образование сословия однодворцев

Очень своеобразна история образования однодворцев, как субэтноса, возникшего из служилых людей, которые представляли лично свободное военное сословие, включавшее в себя преимущественно детей боярских и казаков, несших гарнизонную и пограничную службу в XVI и XVII вв. на восточной и на южной границах Московского государства.

Среди казаков было много выходцев с Дона и запольных речек. Под последними в документах Донских Дел посольского приказа прямо определяются Северский Донец, Хопер и Медведица. Поскольку донцы хорошо знали Поле и военное дело, их охотно брали на городовую, казачью и станичную службу.

Дети боярские, служившие на периферии государства, часто не имели вотчин и были бедны. Поместья же, отведенные за службу, имели в основном дворяне, присланные для службы на украйну государства.

Здесь и жизнь, и служба заметно отличались от таковых в Москве и в ближних к ней городах. Из-за сложностей доставки продовольствия наемные служилые (по прибору) не были заинтересованы лично и относились к обязанностям небрежно…

Чтобы изменить такое положение, правительство стало выделять земли для содержания не только высших, но и низших служилых людей, назначаемых для охраны границы. Земли отводили на месте службы и потому служилые люди укрáинских городов были и воинами, и земледельцами. Некоторые из них имели даже крепостных.

С приходом к власти царя Петра I положение служилых Юга России очень изменилось. Южная граница значительно расширилась в сторону Крыма, и стратегическое значение многих небольших городов Белгородской и Изюмской оборонных линий утратило смысл. Служилые оказались не у дел. К тому же, после стрелецкого бунта, доверия к старой элите у Петра уже не было.

Петру нужна была новая военная элита, и потому, расправившись с мятежными стрельцами, представлявшими значительную часть старого регулярного войска, он занялся формированием полков нового строя.

Регулярная армия росла на глазах. Большинство рекрутов набиралось из числа крепостных и холопов. При этом, отличившиеся на службе могли получить не только унтер-офицерский чин, но даже и дворянство.

В конные полки, однако, в драгуны и рейтары, набирали уже не детей боярских, а представителей вновь появившегося сословия однодворцев.

Это сословие состояло из служилых, не включённых в петровское дворянство из-за бедности или отсутствие грамот, подтверждающих древнее (допетровское) дворянство.

Слово «однодворец» ‑ владелец одного двора ‑ впервые употреблено в указе 12 марта 1714 года. Именно тогда поместья однодворцев приравняли к вотчинам и даже допустили продажу как тех, так и других.

В указе о проведении переписи 1719 года слово «однодворец» применили уже ко всем служилым низших разрядов, когда, обложив, как крестьян,«подушным сбором», их обратили в «податное состояние»,обязанное военно-пограничной службой.

Служба однодворцев в ландмилиции

С 1723 г. с однодворцев уже взимали по четыре гривны с души и «осьмигривенной подушной сбор» для содержания регулярной армии, точнее ландмилиции (пограничного войска), личный состав которой набирался из тех же однодворцев.

Ландмилиция– это поселенные войска, сохраняющие регулярную организацию. Служили здесь по 15 лет. Первоначально рекрутировали всех мужчин в возрасте от 15 лет, но в конце XVII столетия из многочисленной семьи брали 1-2 человека, а третий оставался дома «на пашне»; четверо одиночек считались, как бы за одну семью, и служили по очереди. В зимнее время ландмилиция находилась дома, и только летом собиралась на лагерные сборы.

Ландмилиционерынесли службу по нескольку месяцев, после чего менялись, т.к. у большинства из них были семьи. Более того, с некоторого времени ландмилиционеров даже обязывали быть семейными, полагая, что в этом положении служба станет более качественной.

Снабжение «лантмилицких» полков производилось от местностей, с которых они призывались в набор от того же однодворческого сословия.

В 1729 году ландмилициюусилили до 4 регулярных и 6 иррегулярных полков. Более того, к концу 1729 г. в ней уже стало 4 пеших и 16 конных регулярных полков. Далее, в 1731 г., ландмилицию, находящуюся на укрáинской линии, именовали укрáинской ландмилицией,но через 5 лет, в 1736 г., по представлению Миниха, все 20 полков преобразовали в конные и переименовали наукрáинскийландмилиционный корпус.

Следует заметить, что все «лантмилицы» были экипированы, вооружены и организованы, как и другие рода войск. Характерно, что мундиры ландмилиционеров состояли из белого кафтана, красного камзола и кожаных штанов.

Шляпу носили черную, обшитую и с бантом. Каждому выдавались по две белые рубашки и кожаные перчатки. Сапоги носили с раструбом и с железными шпорами. Для пешей же службы и караулов имелись башмаки, штиблеты, а также серые чулки.

«Ландмилицкие» полки принимали участие во всех русско-турецких войнах времен Анны Иоанновны, а позднее и Екатерины II.

В 1771 - 1786 годах шла постепенная ликвидация ландмилиции. Полки переформировывались в армейские. При этом многие однодворцы добились признания за ними дворянского статуса, причем древнего, а не служилого. Оставшиеся сохранили за собой право «отыскивать дворянство».

Вхождение в состав «Екатеринославского казацкого войска»

Как бы то ни было, в условиях начавшейся русско-турецкой войны, по указу императрицы Екатерины II от 3 июля 1787 г., однодворцы, как и русские старообрядцы, вошли в состав Екатеринославского казачьего войска.

По образу Донского Казачьего Войска был сформирован особый казачий корпус, получивший название «Екатеринославского казацкого войска»или войска «Новодонских казаков».

Корпус составляли 4 конных полка и один пеший.

Русское правительство учло, что несение казачьей службы всегда было престижным в Малороссии и на Юге России и, руководствуясь требованиями военного времени, дополнительно разрешило записываться к войску всем желающим, кроме крепостных крестьян.

Таким образом, в 1788 году, 14 января в Войско включили ещё и старообрядцев, мещан и цеховых Екатеринославской, Вознесенской и Харьковской губерний. А через несколько дней, 18 января, Войску придали и Екатеринославский казачий полк.

В феврале 1788 года сформировали Екатеринославский корпус передовой охраны. В его составе были старшина, 2400 казаков и 1016 калмыков. И, наконец, 1 мая того же 1788 года была создана Екатеринославская армия, включавшая в свой состав Екатеринославское казачье войско.

Во главе этого войска вместе с донской старши́ной нижних чинов стоял донской атаман Матвей Иванович Платов. Под его руководством Екатеринославское казачье войско, называемое ещё и Новодонским, покорило турецкие крепости Очаков и Измаил.

Новодонцы при этом не посрамили славы своих служилых предков, и двое из них ‑ хорунжие Леон Гречишкин из Ново-Айдарской и Дмитрий Трунов из Боровской слободы ‑ отмечены в Росписи отличившихся «храбростию на штурме Измаильском» среди «старшин и прочих чиновников войск козацких Екатеринославского и Донского».

Кроме того, героям пожалованы награды«за личную храбрость», звания сотников и «личнаго дворянина»

О личностях других земляков-участников русско-турецкой войны нам пока неизвестно, тем не менее, факт службы их в качестве екатеринославских или ново-донских казаков несомненный, подтверждённый историческими и краеведческими данными.

В частности, об этом свидетельствует и «Жизнь и творчество крестьян Харьковской губернии» под ред. В.Иванова, где указано:«Боровской слободы жители назывались казаками Ново-Донского полка и призывались по положению Донских казаковъ»

По окончании турецкой войны в 1791 году казаков Ново-Донского полка вернули в прежнее сословие однодворцев, что заметно при изучении«Перечневой ведомости 1792 г.» В ней, в частности, обозначено число однодворцев в Бахмутском и Донецком уездах (соответственно: 1798 и 3667 душ мужского пола). Населены однодворцами и слободы Славянского уезда, среди которых Веревкина, Берека, Шебелинка и Лозовенка, относящиеся ныне к Харьковской области.

И всё-таки, наибольшее число однодворцев проживало в западной части Воронежской губернии, в уездах Задонском, Воронежском, Землянском, Нижнедевицком и Коротоякском.

Статус однодворцев закреплялся, и в указе от 16 августа 1798 года, где объявлялось, что однодворцам, имеющим поместья, «которых предки из давних лет в отбывательство от военной службы в звание сие вступили», повелено «оставаться навсегда в сем состоянии».

Тем не менее, как сказано у донского историка Е.Савельева, значительная часть бывших казаков Екатеринославского казачьего Войска не пожелала примириться со своим новым положением и утратой казачьего звания, и потому в 1800 году обратились к Государю Императору «с всеподданнейшей просьбой» о возвращении им казачьего звания и дозволении переселиться на Кавказ, чтобы нести там казачью службу.

«Просьба бывших казаков была рассмотрена Сенатом и по утверждении Государем Императором, разрешена в том смысле, что бывшим казакам Екатеринославского Войска возвратили казачье звание с условием переселения на Кавказ, но без какой-либо поддержки со стороны казны»

Но и материальные трудности не остановили казаков. Многие из них переселились со своими семьями на Кавказ, где основали станицы: Темижбекскую, Казанскую, Ладожскую и Тифлисскую. В частности, станица Тифлисская заселялась переселенцами из Старобельского уезда, а станица Воронежская - из Славянского.

Особый конный полк, составленный этими казаками, находился в составе Кубанского казачьего Войска и назвался Кавказским.

Жизнь и служба после Русско-турецкой войны

Оставшиеся в слободах новодонцы продолжали жить как прежде, увеличивая свои семьи и осваивая непаханые прежде земли Дикого Поля. К счастью, после покорения Крыма военной угрозы со стороны степи уже не стало, отпала необходимость в служебных обязанностях, и потому жизнь однодворцев всё больше напоминала таковую государственных крестьян.

Тем не менее, свойства характера и природа потомков служилых людей не оставались без внимания Русского государства. Особенно ценилась их способность к военной службе.Однодворцы по-прежнему составляли костяк русской армии. Большинство унтер-офицерского состава было именно из них.

Многих определяли на службу в гусарские полки.

В частности, в книге «Воронежское Дворянство в Отечественную войну» (Издание Губернского предводителя дворянства 1912) удалось найти интересные данные по однодворцам Старобельского уезда. Приведено количество рекрутов из общего числа однодворцев «мужеского полу» по каждой из слобод, призванных в связи с Отечественной войной 1812 года:

Сл.Боровской из 488 м.п. – 10; д.Айдаровой Старой из 540 м.п. – 11; Айдаровой новой из 995 м.п. – 20; Сл.Бахмутовки м.п. из 459 м.п. – 9;

Сл.

Сл.Богдановки м.п. из 313 – 6;

Демьяновки м.п. из 144 – 3; Сл.Трёхибенской 1118 – 22; Сл. Райгородки м.п. из 231 – 5;

К сожалению, имена воинов-участников этой войны, как и многих других войн, пока не открыты.

После победы России в войне с наполеоновской Францией театр военных действий вновь переместился на Кавказ. Кубанскому войску для усмирения горцев понадобилось пополнение. И это пополнение снова пришло от однодворцев.

В Ревизской Сказке однодворцев Боровской слободы за 1835 год в отдельной графе «Изъ того числа выбыло» в отношении членов каждой переселённой семьи следовала запись: «Перечислены в (число) душахъ Слободско-Украинской казённой палатой на Кавказскую линию в казачье звание с 1(2)-й половины 1831 году».

В итоге из Боровской слободы на линию переселенно: всего 53 «души мужеского полу».

Таким образом, потомки стрельцов и служилых казаков, как Боровской, так и других однодворческих слобод Подонцовья, не однажды имели возможности вернуться в ряды казачества.

Возможности восстановления во дворянстве

Были и возможности восстановления во дворянстве,даже в «древнем». Так, с 1801при наличии старых грамот сделать это было несложно. Потомки московских порубежных ратниковбережно хранили и передавали ихдетям вместе с ностальгией о допетровских временах, а попытки царского правительства уравнять однодворцев с крестьянами почитали за бесчестье. Своих дочерей выдавали только за однодворцев своей или других слобод и даже провинций.

Временами однодворцы хлопотали о том, чтобы их не смешивали с крестьянством и причислили к дворянам.

В конце концов, император Павел I предоставил однодворцам право «отыскивать и доказывать потерянное предками дворянское достоинство».

Увы, чем дальше от столицы жили потомки служилых, тем меньше шансов было на удачу.

Едва ли однодворцы Шеховские, Аненковы, Оболенские, Пушкины и прочие, живших в Боровской и других слободах Подонцовья имели реальную возможность получить дворянство; неспокойные и нелёгкие времена пережили они на дальней «украйне», чтобы сохранить грамоты или добиться дворянства службой.

Как бы то ни было, но уже через 3 года, в 1804 году, с тем, чтобы не допустить в дворянство утративших его «за вины и отбывательство от службы», было велено рассматривать доказательства «со всею строгостью».

Но в 1816 году даже и доказательства наличия дворянских предков стало недостаточным; Государственный совет решил, что необходимо ещё и достижение дворянства через службу.

Для этого однодворцам, представившим доказательства их происхождения от дворянского рода, предоставлялось дополнительное право поступления на военную службу с освобождением от повинностей и производством в первый обер-офицерский чин через 6 лет.

И наконец, после введения в 1874 году всеобщей воинской повинности, однодворцам предоставили право восстанавливать утраченное предками дворянство (при наличии соответствующих доказательств, подтвержденных свидетельством дворянского собрания их губернии)путем поступления на военную службу в качестве вольноопределяющихся и «получения офицерского чинав общем порядке, предусмотренном для вольноопределяющихся».

Возможно, что последнее нововведение вновь увеличило возможность получения дворянства, но едва ли и оно имело какой-либо практический смысл для жителей Боровской, как и других однодворческих слобод.

Потомков однодворцев перевели в крестьяне

В ревизской сказке 1850 года однодворцы уже записаны как «казённые крестьяне», а из прозвищ, вызывающих исторические ассоциации в Боровской слободе остались только Пушкины, у которых, кроме известной древней фамилии, едва ли сохранились древние грамоты, собственно, как и сословные амбиции…

В 1858 годы жители однодворческих слобод были записаны как «государственные крестьяне».

Реформа 1871 года в армии и начало крушения устоев

Следует отметить, что участия России в Крымской войне 1853-1856 годов негативно сказались на жизни однодворцев.

Правительство России, проанализировав причины поражения, провело военную реформу. В 1871 году утвержден новый воинский устав, согласно которому рекрутская повинность заменена на всеобщую воинскую обязанность.

В армию, на 6 лет, призывались все молодые люди, отвечавшие по состоянию здоровья необходимым требованиям, достигшие 20-летнего возраста или немногим старше. При этом предусматривалась система льгот, среди которых были и обусловленные семейным положением.

Этим самым, заботясь о сохранении семьи, государство не брало на себя заботы о стариках, осиротевших детях. Мол, пусть их кормит единственный сын, внук или брат пользующиеся льготой от призыва.

Но это были частные случаи в огромной державе, где романовская монархия доживала последние десятилетия, а изменения в обществе вели к постепенному разрушению России, пережившей своё историческое величие.

Перемены в отношении к этносам

Капиталистические отношения стирали не только сословные, но и этнические особенности населения. Титульная нация государства входила в свой кризис. Отстаивание великороссами собственной народности не редко именовали «шовинизмом».

Тем не менее, в науке субэтносы русских всё-таки изучались и описывались, как бы в предчувствии начала их исчезновения.

В советский период слово великороссы заменилось на русские, а малороссы, как якобы уменьшающее достоинство народа, заменили на украинцы, которое никогда прежде не было самоназванием данного этноса.

Более того, государство практически не обращало внимания на существующие отличия народностей внутри каждого этноса. Однодворцев среди русских могли определить лишь этнографы, но это требовало серьёзных исследований, связанных с изучением конкретных архивных, исторических и этнографических материалов.

К сожалению, в период массовых переселений, миграций и смене традиционного уклада сельских жителей на колхозный, говорить об этнографии русских становилось почти невозможно.

Особое значение в стирании этнических особенностей стала урбанизация населения и запустевание местностей традиционного проживания народностей, идущее параллельно с постоянно убывающей рождаемостью в постсоветское время.

В России, как никогда, стали замечать резкое убывание титульной нации, причём не только в сельской местности, но и в городах.

Потомки однодворцев в настоящее время

Тем не менее, областями традиционного расселения народности однодворцев по-прежнему являются преимущественно Белгородская, Воронежская, Курская, Орловская, Тульская, Рязанская, Брянская в России, а также Харьковская, Донецкая и Луганская в Украине.

В частности, в Донецкой области потомки однодворцев, точнее, этнические однодворцы, проживают в Славянском районе.

В Луганской области это п.г.т. Боровское, Трехизбенка, Новый Айдар, Старый Айдар, Краснянка, Бахму́товка и другие.

Несмотря на исторические катаклизмы и влияние государственных режимов на сознание и менталитет потомков однодворцев, самосознание их как одной из народностей русских живо до нашего времени.

Более того, факты, подтверждающие это, существуют даже в современном устном народном творчестве, в частности, в некоторых анекдотах, созданных самими боровщанами, неотъемлемой чертой характера которых и поныне является чувство юмора.

Боровщанина вместе с другими советскими солдатами взяли в плен. Фашист, допрашивая его, спрашивает: «Ты кто, русский?!»...Боровщанин говорит: «нет». «Украинец? ‑ Тоже нет». Белорус, грузин и даже еврей – всё «нет». «Так кто же ты, наконец?»‑спрашивает разозлённый немец. На что пленный гордо отвечает: «Баравшанин».

Боровщанина вместе с другими советскими солдатами взяли в плен. Фашист спрашивает у каждого из пленных национальность и действует по приказу: одних отправить в концлагерь, других расстрелять, а боровщан - бить в морду и отпускать. Так вот, спрашивает голубоглазого русоволосого солдата: «Ты кто?». тот гордо отвечает: «русский». Немец: «Расстрелять!» Спрашивает чернобрового кареглазого украинца: «Ты кто? ‑ Українець.‑ В концлагерь его». Доходит черёд до боровщанина. «Ты кто?» - снова спрашивает фашист. Боровщанин смотрит ему в глаза и с достоинством говорит: «Ну, чиго там…ляпи!»

А вот пример духовной преемственности от донцов насельников Боровского городка до однодворцев «п.г.т.Боровское»

Дело в том, что донские казаки, основавшие Боровской юрт, а позже и Боровской городок были православными христианами. Под давлением же московского правительства они, как и все казаки в Войске Донском, вынуждены были принять никоновскую церковную реформу.

При этом отношение к ней у донцов было неоднозначно. Многие из казаков, как говорят архивные документы, склонны были вернуться к старым церковным традициям. Но их прежних священников, не поддержавших реформы патриарха Никона, преследовали и высылали в Москву, где подвергали пыткам и казням.

Донцам строго воспрещалось принимать для совершения треб в часовнях бродячих попов. Это вызывало недовольство казаков, готовое разразиться неповиновением новому порядку.

В своих челобитных казаки писали : «за дальним разстоянием от церквей Божьих православные христианские души помирают без покаяния и причастия св.тайн»

Учитывая назревшую необходимость включить донцов в обновлённую православную церковь, а тем самым и крепче привязать к себе, Московское правительство способствовало росту числа церквей и священнослужителей в донских городках, в том числе и донецких.

Об этом (1889) подробно писал в своём исследовании Раскол на Дону в конце XVII века русский историк В.Г. Дружинин: «Патриарх давал антиминсы, а великий государь деньги на строение, иконы и утварь».

Далее тот же источник указывает на «Антиминсы, выданные донским казакам для новопостроенных церквей (кроме вышеуказанных) в следующие городки: в Боровской 27-го февраля 1694 г. (л.63); Луганский – 9 марта 1695 г. (л.106 об.)»

Примечание:Антими́нс (греч. άντι —вместо и лат. mensa — стол, «вместопрестолие»[1]) — в Православии четырёхугольный, из шёлковой или льняной материи плат со вшитой в него частицей мощей какого-либо православного святого и надписанием архиерея; является необходимой принадлежностью для совершения полной Литургии. Освящается только архиерейским чином.

И это при том, что «Черкасский собор был построен впервые в 1650 г., и с тех пор до 1689 г. освящена была лишь одна церковь, в 1670 г., в Межигорской пустыне, близ Усть-Медведицкой станицы (Донск. Войск. Ведом. 1852 г., №42)»

Из этого следует, что церковь в Боровском городке не только самая древняя из освященных на Донетчине, но и в числе первых на исторических землях Войска Донского и Донской епархии (исключая церкви Святогорского монастыря).

Следует отметить и данные из истории Белгородской епархии, учреждённой в 1667 году. В историческом труде архимандрита Анатолия (А. Ключарева) «Белгород и его святыня»представлены первоначальные границы этой епархии, включавшие не только курские, белгородские и слободско-украинские земли, но и «новоназдаемые за Чертою грады» в числе которых иБоровской, о котором сказано: «[71] Ныне слобода Боровская Старобельск. уезда Хар. губ.»

Более того, до 1799 г. церкви Слободской Украйны находились под ведением Белогородского архипастыря, а сама Слободская Украйна в гражданском отношении находилась под ведением Белогородских воевод и Белогородской губернской канцелярии.

Исходя из этих несколько неожиданных для исследователя данных, можно думать, что Боровской городок, до освящения его церкви в 1694 году, уже находился всоставе новооткрытой в 1667 годуБелогородскойепархии.

К тому же этот факт свидетельствует о духовном единстве верховых донских казаков и служилых южно-русских земель, входивших в Белгородскую епархию, с которых шло основное заселение донских городков Подонцовья.

В очерке В.Лютова из редкой в наше время книги Иванова В.В. «Жизнь и творчество крестьян Харьковской губернии. Очерки по этнографии края. Харьков, 1898.» сообщается, что «Селение сначала было расположено вблизи Донца. Донецъ въ то время имелъ другое направление и былъ не широкою рекою, а когда сталъ увеличиваться и, изменивъ русло, заливать жилища, то жители перешли дальше отъ реки, къ востоку версты на две, куда въ 1730 г. была перенесена и церковь. Это видно из летописи, имеющейся при Боровской Николаевской церкви».

Но и после этого святое место на берегу Донца, где изначально стояла первая Боровская церковь, забыто не было. И, как известно из того же труда Филарета, «на месте городка, появилось в те годы кладбище».

Причём, «Благоговение жителей к святости прежнего места и уважение к могилам предковдолгое время ежегодно вызывали жителей новой слободы – с крёстным ходом посещать старую родину и творить там поминовение об усопших»

Интересно, что даже в нынешнем Боровском, когда говорят, что «понесли не кладбище», иногда употребляют старинное выражение«П’нясли на гарадок»,

Уже из этих данных заметно явное почтение к прежним православным жителям, населявшим Боровской городок, среди которых могли быть и родственники переживших Булавинское восстание.

Тем более, что и в документе, цитируемом Филаретом в описании соседней Боровеньки, говорится о старожилах бывшего Староборовского юртá, казаках Боровской слободы: Алексее Топилине и об Афанасии Гончарове хорошо знавших прежние границы юртá.

В частности, имя одного из них известно по списку служилых Боровской слободы от 1717 года из Ф-1802 (ЦД І А У)

«Козачей служивый Алексей Максимов сын Тапилин П 80 лет

У него дети

Λ * 30 лет

Петр

Селиван Κ 20 лет

ΦΙ 19 лет

Осип

Василей Φ 9 лет»

*Дореформенное буквенное обозначение чисел )

Таким образом, выходит, что в выделившуюся Боровскую слободу перенесли церковь, служившую казакам до Булавинского восстания, и, возможно, ту самую, что была «новопостроенной 27-го февраля 1694 г.»

В этом случае деревянный храм, переживший сожжение городка и смену его жителей, мог бы послужить ещё, но, как сказано у Филарета:

«На новом месте число жителей со временем умножилось, и старый храм, перенесённый с прежнего места его в новую слободу, стал тесен. Потому он продан был в слободу Петропавловку Славяносербского уезда, а новый храм, обширный, освящён во имя Святителя Николая 1795 г.»

Ближе к концу XIXвека в 1885 году в Боровской слободе по проекту архитектора И.Ф. Данилова была построена дошедшая до нашего времени каменная Николаевская церковь.

Прекрасному храму, являющемуся центром духовного единения коренных боровщан, пришлось пережить период большевистского безбожия и уничтожения православных ценностей. Тем не менее, эта святыня всегда была и будет одним из символов несломленного духа потомков служилых и однодворцев Боровской земли.

Храм – это визитная карточка Боровского, переживающего не лучший этап своей истории. Но, скажем с надеждой, и не самый худший, потому что и городок, и слобода всегда возрождались. А жители - казаки и однодворцы не переводились.

Вот и сейчас, похоже, снова грядет возрождение, и пойдёт оно с храма. В прошлом, 2012 году на собственные средства прихожан, главным образом коренных потомков однодворцев, построена надвратная колокольня. Отчасти отремонтирован и сам храм.

К сожалению, из-за недостатка средств пока нет возможности восстановить прежний вид храма, предусмотренный проектом И.Ф. Данилова. Для воссоздания светового барабана, купола и шатровой колокольни, предусмотренных в проекте Данилова, необходимы большие средства, не менее миллиона гривен…

Удивительно, право, что во времена наших далёких скромных и смиренных прапрадедов не только на ремонт, но и на строительство новых храмов деньги были…

Заключая тему, следует заметить, что однодворцы, представлявшие наиболее многочисленную часть русских, по сути, являлись знаковой народностью России.

Именно они, лично свободные воины и земледельцы, кормившие и защищавшие Русское государство, покорявшие необжитые и прежде дикие земли и страны, были элитой народа, твёрдо стоявшей на основах православия и передававшей из поколения в поколение характерные особенности русского быта, традиций и культуры. Именно они, однодворцы, в своём устном народном творчестве ‑ сказках, поговорках и обрядовых песнях ‑сохранили характерные образы древней и христианской Руси, среди которых князья, бояре, цари, а также образы дохристианской мифологии.

Наиболее точное высказывание об однодворцах принадлежит современному российскому этнологу и антропологу, ученику академика Б. А. Рыбакова - Чеснову Я.В. в его «Лекциях по исторической этнологии»:

«…Один из таких примеров —однодворцы, расселявшиеся в южнорусских губерниях, довольно сложного происхождения, но ведущим компонентом которых были потомки низшего разряда служилых людей (стрельцы, «боярские дети»). Характерно, что однодворцы, экономически будучи крестьянами, землею владели на поместном праве. Единое дворянское происхождение, если не всех, то большей части бывших однодворцев, одинаковые условия жизни в «степи», на окраине государства, однородная военно-полевая служба с частыми кочеваниями и с постепенным передвижением все дальше в глубь степи — все это привело к тому, что сословие однодворцев постепенно выродилось в этнографический тип».

Шáтух Олег Иванович,

историк-краевед (экс-доцент каф.ин.языков ДИТБ)

Да уж, Олег Ш. в своём репертуаре. И как обычно выдаёт желаемое за действительное. В этом сбивчивом докладе из аргументов в пользу субэтничности только пара анекдотов, явно перелицованных, первый из анекдота про криворожан, второй - про белоруссов. Кроме того, доклад полон грубых исторических ляпов, один пример приведу, что сразу бросился в глаза:

"Более того, до 1799 г. церкви Слободской Украйны находились под ведением Белогородского архипастыря, а сама Слободская Украйна в гражданском отношении находилась под ведением Белогородских воевод и Белогородской губернской канцелярии."

Похоже Олегу невдомёк, что в 1765 году была создана Слободско-Украинская губерния, куда вошла почти вся т.н. "Слободская Украина". А более южные земли с начала XVIII века входили в состав Бахмутской провинции Азовской, потом Воронежской губернии.

Околичная шляхта (другое название застенковая шляхта) — мелкопоместная шляхта, представители которой владели приусадебными хозяйствами, но не имели крестьян и поэтому сами трудились на своей земле. Представители этой шляхты образовывали целые шляхетские поселения – так называемые застенки или «околицы», обособленные от остального мира. [1] Околицы представляют собой некое собрание сёл, составлявших одну общину. [2] .

География проживания околичной шляхты

Название «околичная шляхта» было характерно для всех земель Великого княжества Литовского. [1] По данным исторических источников, издававшихся в Российской Империи, география проживания околичной шляхты это север Киевской и Волынской губерний [3] , что соответствует северу современных Житомирской и Киевской областей Украины. Имеющиеся сведения о географии проживания представителей этого сословия позволяют утверждать, что околичная шляхта являлась сословием повсеместно распространенным в Великом княжестве Литовском. Например, околичная шляхта Мстиславского воеводства ВКЛ

География заушской околичной шляхты

В Заушской волости (за рекою Уж) Овручского уезда околичная шляхта имела и другое название — заушская шляхта. Она включала такие районы современной Житомирской области, как Овручский район, Коростенский район, Народичский район, Малинский район, Лугинский район, Олевский район.

География барской околичной шляхты

На севере Подольской губернии на водоразделе Буга и Днестра в Барском старостве отмечено проживание околичной шляхты. В Барском старостве во второй половине XVIII века отмечено 12 сел (околиц), в которых проживала околичная шляхта: Елтухи, Глазуницы, Волковницы, Радзеевцы, Васютинцы, Петрани, Лопатницы, Коростовцы, Сербиновцы, Степанковцы, Поповцы, Гальчинцы и Буцини. По переписи шляхтицких околиц 1739 года число околичной шляхты простиралось до 230 лиц мужского пола, которые распределялись среди околиц крайне неравномерно. [4]

География лидской околичной шляхты

В Лидском повете Виленского воеводства Великого княжества Литовского (затем — Речи Посполитой) проживали представители околичной шляхты в населенных пунктах Эйшишки, Радунь, Лида, Нача, Заболоть. [5]

Известные роды околичной шляхты

По данным В. Антоновича вокруг Овруча жило около 50-и родов околичной шляхты. Наиболее многочисленные роды: Барановские Белошицкие Геевские Кобылинские Макаревичи Пашинские Чоповские Бехи Васьковские Гошовские Кончаковские Меленевские Сынгаевские Швабы Болсуновские Верповские Дидковские Коркушки Мошковские Толкачи Шкуратовские Булгаки Волковские Каленские Костюшковские Невмержицкие Ущаповские Можаровские Белоцкие Выговские Закусилы Левковские Недашковские Ходаковские
Люстрация 1683 года указывает на Левковских, как на самый многочисленный род околичной шляхты. [6] .

По данным М. Грушевского вокруг Бара жило более 100 родов околичной шляхты. Упоминаемые М.Грушевским фамилии околичной шляхты: Радзеевский Елтуховский Коростовский Волковинский Шмиль Гуць Гава Крымец Снигур Бацюра Рябченко Касьяненко Глаузинский Скоропис Мазепа Васютинский Пантенко Поповский Тарас Карпченко Йозепенко Петренко Кобченко Мордас Сечинский Ляховецкий Кариченко Гаврышенко Вольский Родванский Васильковский Немиш Возненко Лопатинский Холевинской

По данным М. Нарбута среди лидской шляхты встречались фамилии Едка, Чапля, Вильканец, Болтич, Сонгин,
Поветовский. [5]

Происхождение, быт и нравы околичной шляхты

Источники, описывающие околичную шляхту, весьма скудны и в по некоторым вопросам дают противоречивые свидетельства о происхождении, быте и нравах околичной шляхты.
В статье "Об околичной шляхте" из "Архива юго-западной России", 1867 года [7] приводятся сведении по истории и географии околичной шляхты, которая, это особо подчеркивается, имеет древнее русское происхождение^ "... народонаселение это чисто русское по своим семейным и историческим преданиям, по вере, языку и сознанию народности".

5 декабря 1838 года волынский генерал-губернатор О. Маслов после ревизионной поездки по краю, направил рапорт государю Николаю I об околичной шляхте. Царь пишет на полях: «Строго изучить». В донесении говорилось:
«На Волыни есть много бедных шляхтичей, которые в отличие от остальных, живут целыми сёлами, которые называются околицами и не отличаются от крестьян ни ментальностью, ни способом жизни, не платят налогов, не подлежат государственной службе, пользуются дворянскими привилегиями. Эти люди говорят по малороссийски, однако, несмотря на бедность, живут достойно и чисто». [8] .

М. С. Грушевский подчёркивал, что «околичний шляхтич стояв значно ближче до тубільної селянської маси, ніж справжніх польських дворян, сповнених визнанням своїх суверенних прав і привілеїв, своєї незмірної переваги над „хлопством“, яку ми зазвичай уявляємо собі, кажучи про польську шляхту». [9] .
Кандидат исторических наук, директор школы из города Малина Житомирской области Тимошенко В. пишет:
«Вчені в цілому сходяться на думці, що овруцька околична шляхта — це боярство XIV ст. (цим терміном позначався увесь спектр соціальних рівнів), віддані слуги останніх київських князів, які на нижчих ієрархічних щаблях вельми нагадували дружину колишнього Київського князівства, а переживши монгольську навалу, володіли на момент переходу під руку великого князя литовського більшою чи меншою земельною ділянкою. Київський князь Володимир Ольгердович (1363—1394) розселив її в одному місці, виділивши землі, призначені під ординську службу. Зауські шляхтичі під час військових походів були зобов’язані ставити намети для київського воєводи.» [10] .
По свидетельству очевидца Михалона Литвина природа на тот момент была гораздо богаче нынешней, что давало возможность, пользуясь её плодами, нормально жить:
«У лісах і полях достаток таких тварин, як зубри, онагри, олені; їх у такій кількості вбивають заради шкіри, що все м’ясо через надмірний достаток викидають, крім філейних частин. На диких кіз і кабанів вони не звертають уваги. Антилоп, коли вони переходять узимку зі степів у ліси, а влітку — у степи, така безліч, що кожен селянин убиває тисячу. По берегах рік раз у раз зустрічаються доміки бобрів. Разючий достаток птахів, такий, що діти навесні наповнюють цілі човни яйцями диких качок, гусей, журавлів та лебедів, а потім їхніми пташенятами заповнюють пташники. Орлят тримають у клітках заради пірря, щоб потім робити оперення для стріл. Собак годують дичиною і рибою. Адже ріки рясніють невірогідною кількістю осетрів та інших великих риб, які піднімаються з моря нагору по річках у прісну воду.» [11]

Даже после третьего раздела Речи Посполитой, околичные шляхтичи в большинстве своём не платили налогов и были свободными людьми: служили в армии и в уездных учреждениях, в охране Овручской тюрьмы, были чинами жандармского корпуса, а их делегаты заседали в дворянском уездном собрании в Овруче. Имея собственную землю, выращивали хорошие урожаи, держали много худобы, коней, занимались бортничеством, охотой, рыболовством. [12] .

Околичной шляхте была присуща клановость, замкнутость развития, разделение по принципу «свой»-«чужой». Для экономических отношений характерна патриархальность и общинность — по принципу русской сельской общины XIX века. По мнению Владимира Антоновича они придерживались православной веры и сопротивлялись католицизму и полонизации [13] , хотя это не всегда отвечало действительности. Так, Левковский мужской базилианский монастырь Антонович называл православным, хотя церковь и монастырь в Левковичах-Немиричах принадлежали василианам. [14] Греко-католическими были церкви и во многих других сёлах заушской околичной шляхты. [15]

Свидетельства из истории заушской шляхты

Имеются свидетельства, что во взгляде околичных шляхтичей на степень и силу обиды преобладал народный взгляд над шляхетским. Так сильнейшими обидами считали:
1. Если оскорбление действием или словом случалось в церкви или в церковной ограде.
2. Если родственник вытащил родственника за воротник из дома на улицу.
3. Если женщине сбивали повязку с головы, «чинячи простоволосою». Особенно непримиримы и продолжительны были тяжбы в последнем случае. «Как бы изменницу какую вёл он меня за шею, сбросив мне публично намитку с головы» — жалуется Ефросиния Редчицевая на Фёдора Думинского. А тяжба Невмерицких с Левковскими продолжалась 20 лет (1693—1713) за то, что Левковские «намитку (женскую головную повязку), сорвав с головы Феофилы Невмерицкой, учинили её простоволосою» [16] .

Свидетельства из истории барской шляхты

М.С. Грушевский отмечает, что барская шляхта подобно овручкской шляхте до конца дней Речи Посполитной сохраняет южнорусский туземный облик и стоит близко к народной массе. Этнографическая основа туземная. На основании данных люстрации 1565 исследователь М.Ф.Владимирский-Буданов пришел к выводу, что туземный элемент в Барском старостве составлял свыше 90% сельского населения и около 80% всего населения. Туземцы составляют главную массу в среде местной шляхты, а иноплеменные элементы незначительны.

В начале XVII века по данным люстрации 1615-1616 годов среди местной шляхты было также много туземных родов хотя польский элемент значительно усилился. Туземное ядро это продолжало держаться весьма устойчиво и позднее. К туземной основе примешивались разновременно в значительном количестве иноплеменные элементы (в этом отношении барская околичная шляхта значительно отличается от овруцкой, куда иноплеменная стихия проникает очень мало). Самым многочисленным ингредиентом был польский, приходивший в виде поссессоров, заставников, покупщиков земли. Среди пришлого отмечен также южнославянский и татарский элемент хотя в меньшей степени.

Акты велись на официальном польском языке. Обычным языком барской околичной шляхты был малорусский. Барская шляхта как и большинство населения подольское население во второй половине XVIII века официально принадлежала к греко-униацкому обряду. [4]

Письменные памятники и свидетельства околичной шляхты

Грамота Сигизмунда Августа заушским боярам

Сигизмунд Август 4 февраля 1570 года Каленские, Ходаковские, Багриновские, Бялошицкие и другие от имени заушской шляхты получили грамоту Сигизмунда Августа с подтверждением шляхетских прав и освобождением от замковых повинностей и суда овруцкого старосты: «... с братьею своею земянами киевскими з Заушья, бьючи нам челом о том: иж яко с давних часов, за славной и святой памяти предков наших, королей Польских и великих князей Литовских, всяких прав, свобод и вольностей шляхетских уживали и службу нашу земскую военную, за потребою припалою... заровно с иншими земянами... служили, и покладали перед нами листы наши, с канцелярии нашей великого княжества Литовского до Воеводы киевского и каштеляна киевского писанные, россказуючи, абы ни в чом не нарушаючи стародавних прав, вольностей и свобод шляхетских, ни до яких иных повинностей и послуг замковых им незвыклых, также и послушенству и присуду замковому не притягали... после Унии... присягу к Короне учинили и в реестр межи иными земянами и обывателями земли киевской... перед нас господаря принесены... — на чоломбитье их, яко верных подданнных наших, учинили, а их при всяких правах, свободах и вольностях шляхетских... зоставили и заховали, и их жоны, дети, потомки и щадки обоего поколения... служачи нам господару и речи Посполитой, службу нашу земскую, военную... водлуг потребы... албо рушенья посполитого, а иных повинностей и послуг замковых, полнити и чинити не повинни. Дан в Варшаве. Реляция вельможного Валентого Дебинского з Дебян.» [17]

1. ↑ 1 2 шляхта — ..складские помещения Утенского замка.. Нальшаны 2. ↑ В. Антонович «Содержание актов об околичной шляхте», стр. 1. Из книги:Архив Юго-Западной России. Часть IV. Том 1. Акты о происхождении шляхетских родов в Юго-Западной России. Киев, 1867 3. ↑ Google Books

4. ↑ 1 2 Барская околичная шляхта до к. XVIII в. : Этногр. очерк / М. Грушевский, [Киев] : тип. Г.Т. Корчак-Новицкого, ценз. 1892

5. ↑ 1 2 Серия люди ВКЛ, статья "Шляхта околичная" Нарбут М.Б. 6. ↑ В. Антонович «Содержание актов об околичной шляхте», стр. 3, 16. Из книги: Архив Юго-Западной России. Часть IV. Том 1. Акты о происхождении шляхетских родов в Юго-Западной России. Киев, 1867 7. ↑ Google Books (см. С.1 книги - С.65 pdf файла) 8. ↑ Бовуа Д. Шляхтич, кріпак і ревізор. Польська шляхта між царизмом та українськими масами (1831–1863). – К., 1996 9. ↑ Грушевський М. С. Твори у 50-ти т.- Т. 5. Львів, 2003 0. ↑ Тимошенко В. У лещатах двоглавого орла (Овруцька околична шляхта XIX-на початку XX ст.) 1. ↑ Михалон Литвин. О нравах татар, литовцев и москвитян. — М., 1994. — C. 58-106. 2. ↑ Бондаренко С. Д. Земля Древлянська. Історичний нарис про Овруччину. Житомир «Полісся», 2003 . 3. ↑ Архив Юго-Западной России. Часть IV. Том 1. Акты о происхождении шляхетских родов в Юго-Западной России. Киев, 1867, разд. XXI 4. ↑ Franciszek Rawita-Gawroński. Studya i szkice historyczne. Nakl. Tow. Wydan., 1900, S. 202 5. ↑ Олександр Васянович. РЕЛІГІЙНЕ ЖИТТЯ ОКОЛИЧНОЇ ШЛЯХТИ ЖИТОМИРЩИНИ (ЗА МАТЕРІАЛАМИ РОДУ МЕЛЕНІВСЬКИХ) 6. ↑ Книга земская Киевская № 135, лист 383. 7. ↑ Российский государственный архив древних актов (РГАДА), «ЛИТОВСКАЯ МЕТРИКА» Ф. 389, Оп. 1, ч. 1. Книги записей. Волын. Коронные. кн. 305, лист 4—5 об.

Налогообложение мазылов и рупташей в Бессарабии при царском режиме (1812-1847)

Анализ неопубликованных архивных документов позволяет сделать вывод, что мазылы представляют собой социальную категорию, а рупташи - налоговую, обе были унаследованы Бессарабией от Молдавского княжества. На протяжении многих лет представители этих категорий были вынуждены прилагать значительные усилия для подтверждения титулов и социального и налогового статуса, которыми они обладали до аннексии этой территории Российской Империей. Хоть мазылы и обладали рядом привилегий, имперская администрация сделала все возможное, чтобы устранить их как привилегированное сословие, видя в них национальный буржуазный элемент (т.е. рассматривала их как национальную сельскую буржуазию).

Царизм пытался проводить политику, начатую еще Константином Маврокордатом, по ограничению количества привилегированных социальных групп, особенно тех, которые не происходили из аристократических кругов, к которым в то время принадлежали мазылы и рупташи. Эти меры совпали с проводимой имперской политикой ликвидации местных особенностей социального управления и административной унификации на аннексированной территории. Мазылы постепенно лишались административных и хозяйственных функций, а также своего социального статуса. Со временем права мазылов были ограничены; они должны были выполнять некоторые повинности и платить налоги наряду с другими категориями. Это становится очевидным во время налоговой переписи населения, когда мазылы и рупташи были обязаны предоставлять документы, подтверждающие их социальный статус. Несмотря на эти ограничения, царизм все же прибегал к услугам мазылов. Благодаря особым личностным качествам -честности, мастерству, знаниям, безупречному поведению и способности справиться с любой ситуацией, которые отличали мазылов от других сословий, мазылы привлекались к работе в различных отраслях, чем они гордились, считая это своей привилегией. Они пользовались авторитетом среди местного населения, и в случае беспорядков они, по просьбе властей, устраняли их без кровопролития.

Архивные документы свидетельствуют о том, что царская администрация предпринимала конкретные меры по ограничению прав и привилегий мазылов и рупташей в Бессарабии, разместив их на нижних ступенях иерархической лестницы - вначале включив в категорию однодворцев, а позднее - в категорию свободных крестьян. В результате некоторые из них, из-за отсутствия документов или из-за каких-то совершенных ими нарушений, были переведены в категорию крестьян, другие же распались и вошли в состав других категорий, близких к крестьянству. Тем не менее, мазылы продолжали сохранять отличительные социальные и духовные особенности и после их перехода в 1847 году в категорию однодворцев.

Термин «однодворец» впервые официально употреблён в применении к служилым людям низших разрядов в указе 1719 года о всеобщей переписи