⮉

Нарисуйте свое древо. Бесплатно. Онлайн. [х]

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

VGD.ru

РЕГИСТРАЦИЯ

Войти

Поиск

Раздел Дневники участников » Дневники участников » Дневник valcha

Вниз ⇊

Василий (Касперович) Андреевич Дунин (Глушинский)-Борковский

Связи с родом Давидовичей, Полоницких через Пелагею Богуславовну ШИПНЕВСКУЮ - племянницу Василия Д-Б.. по единоуробному брату, смоленская шляхта.

← Назад Вперед →

Страницы: ← Назад 1 2 3 4 5 * 6 7 8 9 ... 12 13 14 15 16 17 Вперед →
Модератор: valcha

valcha

Модератор раздела
https://forum.vgd.ru/349/

valcha

Сообщений: 25444
На сайте с 2006 г.
Рейтинг: 21645

Наверх ## 16 февраля 2010 23:09 24 сентября 2020 12:06

Род Дунин-Барковских происходит от Петра Дунина (сына Вильгельма Швено, датского дворянина, при дворе Эрика Темного, женатого на датской принцессе). Петр Дунин приехал в Галицкую Русь служить Перемышльскому князю Володарю в 1124 г., позже служил польскому королю Болеславу Кривоустому (Источник - "История" Татищева). Швено - вариант слова Лебедь по-датски. Все потомки Дуниных имеют родовой герб Лебедя.
В XI-м томе Всеобщего Гербовника Российсой империи (за 1809 г.) без указания причин используются поочередно два написания фамилии: Дунины-Борковские и Дунины-Барковские.
Василий Касперович Дунин-Барковский (1640-1701) краткое время был наказным (т.е. исполняющим обязанности) гетманом Украины (после Самойловича и перед Мазепой, источник - С. Соловьев, История Российской империи).
Два портрета В.К. Дунина-Борковского находятся в Черниговской картинной галерее. Фамилия Дунин-Барковских вписана в 6-ю часть (древнейшее дворянство) Родовой книги дворян Черниговской губернии.

1672 – 1685

ДУНІН-БОРКОВСЬКИИ ВАСИЛЬ АНДРІЙОВИЧ (КАСПЕРОВИЧ).
Дуніни – польський дворянський рід. їхній предок Петро Дунін, граф Скржішін, був наближений до короля Болеслава Кривоустого. Багато із спадкоємців Петра Дуніна служили воєводами та каштелянами й одержали додаткові прізвиська: Дунін-Борковський, Дунін-Бржезинський і т. д.
Гілка Дуніних прийняла російське громадянство після приєднання до Московії Смоленська у 1665 р. Від неї веде свій початок Василь Касперович (Андрійович) Дунін-Борковський.

---
Платным поиском не занимаюсь. В личке НЕ консультирую. Задавайте, пож-ста, вопросы в соответствующих темах, вам там ответЯТ.
митоГаплогруппа H1b

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:31

Первое подобное известие о пленении князя находим у Галла Анонима (Gallus anonimus). Его «Хроника или деяния князей и правителей польских» охватывает историю Польши до 1113 года. Он пишет: «Крепость Накло, где произошло величайшее сражение и откуда полякам всегда угрожала опасность, Болеслав [Кривоуст] уступил некоему поморянину, своему родственнику, по имени Святополк под условием соблюдения верности». Однако Святополк никогда не соблюдал своей клятвы. Поэтому Болеслав решил отомстить за свои оскорбления путём осады крепости. Святополк «стал стремиться к миру и пытался заключить договор через друзей и близких Болеслава, предлагая ему большие деньги вместе с заложниками». Болеслав снял осаду, «унося с собой часть денег и уводя в виде заложника старшего сына самого» [Святополка]. В дальнейшем поляки не отказались от «взятия города даже хитростью».
Известно, что князь Святополк Поморский (1106-1121) в 1113 году вынужден был признать верховную власть князя Болеслава III. Это позволило ослабить положение так называемого «грозного русского соседа (atrox gens Rithenorum)». Что касается «русского соседа», то не только Галл, а и многие авторы исторических западных источников того времени считали начало образования первой Руси, куда входила в том числе и киевская, – это остров Рюген (Русин или Русия). Они также утверждали, «что в древности юг России жил отдельной жизнью, что Киев был столицей не России, а какой-то Рутени…» и считали жителей «грозного русского соседа» язычниками.
Ряд схожих эпизодов, описываемых Галлом, находим и в «Известии о России во времена Владимира Мономаха». Немецкий хронист и историк первой половины XVI века Фома Канцов это известие извлёк из «Померанской летописи», заимствованной «из монастырских и церковных архивов Камина, Букова, Эльдена, Штольне, Гробе, Штаргарда и Рюгена». Эти документы доходят до 1123 года.
На своём нижне-Германском языке Фома Канцов пищет: «В это время Русские, Прусаки и Померане, жившие еще в язычестве, заключив союз против Польского Герцога Болеслава [Кривоуста], вторгнулись в его землю... Герцог Болеслав нанес им такое поражение, что они [русские] принуждены были просить мира и выдать за Болеслава дочь [Сбыславу] Короля своего [Святополка Изяславича], чрез что между ними водворилось на некоторое время согласие. Но дочь Короля их вскоре умерла, а вслед за тем прекратилась, и дружба с Поляками, что весьма беспокоило Герцога Болеслава, потому что он не в состоянии был противостоять им. Тут он, не приступая к делу, выдумал хитрость и велел своему военачальнику (Feldhauptmann) Павлицкому, выбрав сильных воинов, бежать к Русскому Королю [Владимиру Всеволодовичу], как будто бы он Павлицкий был изгнан Болеславом. Русский Король принял их радушно, и так как они во всем вели себя верно, и Король не имел на них никакого подозрения, то однажды, отправляясь на охоту, он взял их с собою. Они только дожидались удобного времени, и увидев, что оно пришло, схватили Короля, увели его с собою и привели к своему Государю Герцогу Болеславу. Таким образом этот последний одержал верх над Русскими без всякого кровопролития и даже не извлекая меча. Когда Король пожелал свободы, то он должен был заплатить за выкуп свой столько золота и серебра, что от того вся земля его обеднела…».

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:34

В Померанской хронике упоминается только одна дата, а именно 1118 год, когда «Бернард, родом Испанец, посвящённый Папою в Епископы, прибыл в Германию, а оттуда отправился в Померанию для обращения в Христианство тамошних язычников». Известно, что Болеслав III Кривоуст одержал победу над поморянами в годы правления Владимира Мономаха, подчинив Восточное и Западное Поморье (1119-1122).
В хронике упоминается также «Св. Оттон, Бамбергский Епископ», который прибыл с «Польским толмачом Павлицием (Paulitius) к Померанам» для принуждения принятия «Христианской Веры» (1124 г.)
Похожий фрагмент из выше перечисленных известий о пленении «русских королей» находим в «Добавлении к немецкой хронике монаха Ортлиба». Оно было написано в 1141 году неизвестным автором, участником германского посольства к Саломее, вдове польского князя Болеслава III, как отдельный сюжет – «Перенесение руки св. Стефана Первомученика» (имеется в виду перенесения из Польши в Цвифальтен)».
В этом сочинении автор, не придерживаясь хронологическому порядку, пишет: «Во времена императора Генриха (Heinricus) IV и Болеслава (Bolezlaus Boloniorum dux) славнейшего герцога поляков, некто из благороднейших греческих вельмож (principes Graecorum) отдал свою дочь в супружество некоему королю рутенов (rex Ruthenorum), и кроме прочего… передал славные останки святых мощей. Среди них особо блистала сиянием святости рука святейшего диакона Стефана Первомученика... Итак, упомянутая госпожа родила названному выше королю, своему мужу, красивую дочь, изящную видом, которую ее отец, после того как она выросла, решил отдать в супруги одному из знатнейших господ (tyrannus) Польши. Дружкой этого брака и обручения был некий богатейший из поляков вельможа (princeps) по имени Патрик (Patricius); но, как позднее выяснилось, вероломный сват решил, чтобы невеста во время обручения обвенчалась с ним, а не с другим. Достигнув этого, он пропитался ядом (ещё одного) величайшего вероломства. Ведь он обошел обманным образом некоего короля Руси (Ruszia), противника польского герцога, своего господина, и после того, как поклялся в верности, после того как он передал себя в его власть, после того как он восприял сына от священной купели, не понимавшего столь коварного замысла, [короля Руси] передал в руки противников, чтобы заключить в оковы и присудить [к выплате] огромного количества сокровищ.
Итак, из-за гнусных подлостей и других преступлений такого рода было приказано господином папой или (и) высшими священниками той земли раздать в честь Христа долго собиравшиеся богатства… они постановили, чтобы он построил на свои деньги 70 или более церквей, среди которых, приказывают они, он учредил бы некоторые монастыри, которым бы он назначил достаточное пособие из своих доходов и денег…».

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:36

Неизвестный автор также придерживается выше приведённому посылу о происхождении Руси и её зависимости от Польши, а именно: «rex Ruthenorum» преподносится как некоторый король рутенов, а не русский киевский князь; польский князь являлся «господином» захваченному королю рутенов; Патрик «восприял сына от священной купели», то есть был родственником; одновременно с «господином папой» автор называет «высших священников той земли», а не польских епископов, которые наложили эпитимью.
В известии «Перенесение» явно видны признаки заговора. Во-первых, глава делегации Римской империи к Саломее Отто Штуццелингенский в этом пасквиле предпочёл не называть истинного имени героя («вероломного Patricius»). Господин Отто был весьма богатый человек. Был близок к высшим кругам светских феодалов, в том числе и к императору Конкорду III.
Во-вторых, на совет в Ленчице, владении Саломеи, не были приглашены ни Владислав, ни его главный советник воевода (палатин) Петр, которые правили в это время Польшей. Неучастие первых лиц страны можно констатировать как заговор участников этой встречи.
В-третьих, официальной повесткой так называемого съезда с участием доверенных лиц императора Конрада III и цвифальтенских монахов, было обсуждение возможности якобы только укрепления семейных связей с Римской империей и, в первую очередь с Германией.
Годы правления Владислава II характеризовались постоянной борьбой с младшими братьями. Согласно завещанию отца, известному как «Статут Болеслава Кривоустого», основы которого были разработаны в 1115-1118 годах, Владислав как старший в роду получил сеньоратное (ненаследственное) владение, а в качестве наследного удела досталась Силезия. Он, опираясь на опыт отца, предпринимал попытку убедить сводных братьев объединить Польшу.
В раздробленности страны как видим был заинтересован, прежде всего, император Конкорд, а польские магнаты и священнослужители способствовали этому. Поэтому можно считать, что под предлогом перенесения мощей святого Стефана Первомученика Римская империя вмешивалась во внутренние дела Польши. Следовательно, воевода Пётр в глазах Саломеи, её сыновей и других участников заговора был одиозной личностью, которая мешала самостоятельно утвердиться у власти младшим братьям.
Этот исторический эпизод нашёл отражение в гравюре книги Георгия Самуила, где Владислав II, стоящий рядом с женой Агнессой и палатином Петром (второй план), после победы над младшими братьями, позволяет им по-прежнему править в их районах (1143 г.)».

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:37

Пасквиль «Перенесение руки св. Стефана Первомученика» (добавление к «Цвитфальтенской хронике» Ортлиба)» лег в основу рассказа о пленении русского князя воеводой Петром, написанного германским монахом Гербордом в «Беседе о житии Оттона Бамбергского» (1159 год).
Монах монастыря Михельсберга в Бамберге Герборд свой рассказ писал со слов живых свидетелей – участников миссий, то есть монахов Оттена. Знакомство учителя Оттоно с Петром в молодые годы и во время его миссий, возможно, и явилось причиной включить отдельный рассказ о нём в «Житие». Известно, что «Оттон (ок. 1060-1139) – епископ Бамбергский с 1102 года. В 1080 году прибыл в Польшу где основал школу для знатной молодёжи, был капелланом Владислава Германа» (годы правления 1079-1102).
В своём сочинении Герборд, прежде всего, основывался на рассказах Тимона, который в течении пятнадцати лет неотступно следовал за Оттоном. Последний хорошо знали померанскую легенду о пленении русского короля; и Герборд почти дословно изложил её в «Житии».
Описываемые события Гербордом также тесно связаны с рутенами с острова Рюген. Поэтому автор также называет Сбыславу Святополковну дочерью рутенского князя и связывает рассказ о коварном захвате в плен русского князя с победой и подчинением острова Рюген. Большой выкуп за освобождение князя он связывает с данью, выплаченной рутенами Болеславу III и указывает на то, что «Русь зачахла от непривычной скудости», что было следствием захвата Рюгена. В своём рассказе Герборд заменяет только «военачальника (Feldhauptmann) Павлицкого» на воеводу (militiae ductor), некто Петр «Petrus». При этом делает от себя добавление: Пётр – «муж острого ума и крепкий телом, взяв с собой около 30 самых сильных мужей»; драгоценности и имущество вывозилось в Польшу «на возах и верблюдах»; русский князь, против которого применял хитрость Пётр, был в союзе с поморянами («habent etiam Pomeranos»).
Таким образом, в изложении Герборда по-прежнему фигурирует: великий киевский князь «король» (rex) Руси»; остальные «все русские князья» – как (principes); «дочь этого короля» русская (Ruthenissa) – жена Болеслава. При этом автор в западной традиции негативно показывает образ «русского короля», называет его тираном (tirannus) и настойчиво употребляет эпитеты из арсенала «варварского» клише («gens crudelis, aspera, effera»).

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:39

Такой подход к русским ярко проявилось и в «Польской хронике» Кадлубека (1160-1223). Он создал глубоко национальное произведение политической и идеологической направленности: возвеличивание сильных краковских вельмож (можновладцев) и значимости духовенства в жизни страны. Что касается русских-русин, то «Хроника польская» Магистра Винцентия Кадлубека характеризуется антипатией и враждебностью со стороны автора. Он подчёркивает, что русины «не пропустят и единой возможности…, дабы яростное ожесточение их ненависти и закоренелую жажду мести не насытить польскою кровью». Автор хроники называет русинов-русских «варварскою дичью», «свирепейшими из разбойников», сравнивает их с «алчущими крови львами». Эти эпитеты и сюжеты зверства русских стали штампом для авторов других хроник и «каноническим стилем в идеологической польской литературы». Таким он представляет поступок сына Владария, который выкупает отца и мстит за него. «Лестью и одариванием уговаривает «некоего паннонца» (Pannonius) войти в доверие к Болеславу, чтобы в нужный момент мог открыть ворота города. Войдя в город сын Владария потопил жителей в крови, забрал богатства, а венгра «почти в тот же момент, что и возвысил, низвергает, и низвергнутого лишает зрения, вырывает язык и оскопляет». Следует отметить, что такая оценка русских вытекает, скорее, из политической и идеологической конъюнктуры, а не продиктована интересами истории объективно отразить достоверность известий.
Сочинение Кадлубека о пленении русского князя вошло в новую историю благодаря тому, что он из ранее приведенных легенд отбросил «всё необычное, присущее мифам, и заимствовал то, что более или менее соответствовало реальному в представлении людей».
В этом рассказе он от себя показал воеводу как «Некий знатный муж древнего рода, близкий достоинством к князю (princeps), муж благородного великодушия, столь же энергичный в действии, сколь и находчивый разумом, наиславнейший Пётр Влостид (Petrus Wlostides), а также несуществующего русского князя (principes) «Владария» (Wladarius, Wladiridam или Laodarius) и его сына (Wladarij filius). Этот князь, тем не менее, обладал властью великого киевского князя, который мог объединить всех удельных князей и составить угрозу Польши. «Он [Владарий] встречается с каждым в отдельности, подстрекает всех вместе, всем настоятельно напоминает о благородном происхождении». Поэтому анонимное имя пленённого князя «Rusie princeps Wladarides» одни авторы хроник восприняли как «Володарь» (Wolodar), другие – как Владимир (Wladiridam, Wladimir).

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:40

Кадлубек писал «Польскую хронику» во время правления краковского князя Казимира Справедливого (1138-1194) и по его инициативе. Последний был живым свидетелем деяния Петра.
Как видим, Кадлубек совершенно не показывает роль воеводы, который был сторонником сильной власти Владислава Изгнанника и объединения Польши.
Но с другой стороны, он подробно показывает роль других палатинов: Сецеха (Cethegus – Wladislae Herman comes palatinus); Скарбамира (Scarbimirus comes palatinus Poloniae); Николая (Nicolaus palatinus Cracoviensis). Подробно описывает присоединения некоторых русских областей (Russiae provinciae): «Перемышльскую (Premisliensis) с прилежащими городами, Владимирскую (Wladimiriensis) – целиком со всем княжеством (ducatus), Берестье (Brescze) со всем его населением, Дорогичин (Drohiczyn) со всем, что к нему относится».
Кроме того, Казимр Справедливый в 1190 году был сторонником Владимира Ярославича (правнука Володаря) в получении последним утраченного галицкого престола. «Казимир отправил с Владимиром своего воеводу Николая с войском. Когда галичане узнали о приближении своего бежавшего князя с польским войском, то вышли ему навстречу, провозгласили своим князем, а венгерского королевича Андрея изгнали».
Таким образом, Кадлубек только по политическим соображениям не затронул деяний Петра и выдумал имя неизвестного русского князя. Как видим, он повторяет легенду пленения, изложенную другими авторами, с некоторым от себя добавлением.
Неизвестный автор (аноним) продолжил историю Польши после 1202 года. В сочинении под названием «Великая польская хроника» (Chronica poloniae maioris) автор опирается, прежде всего, на труд Кадлубека. Имя пленённого Владаря он воспринял как «некий князь русских «Володарь», который «созывает русских князей». Они «полагают нарушить своё повиновение Болеславу и составляют против него заговор». В хронике, хотя и назван русский князь как «Володарь», но не показно его перемышльское владение и имя его сына. Последний не выкупает отца, а хочет только отомстить Болеславу.
«О пленении какого-то русского князя» эта хроника говорит: «Некий могущественный рыцарь (princeps milicie), человек благородной крови и по достоинству очень близкий к королю, отважный, деятельный комит Петр Влостек из Ксонжа… неожиданно входит в дом Володаря, его, обедавшего, оттаскивает от стола, повергает на землю, побеждённого заключает в оковы и связанного доставляет королю Болеславу как знаменательный дар». Автор не показывает дату этого события, но в следующем известии «об измене города Вислицы» сказано: «В год 1135 от Р.Х. 8 февраля Вислицу разрушают. Сын Володаря (Wladarij filius), хмельной от пролившейся крови этого народа, безбожно бесчинствует. Его жестокая свирепость больше возбуждалась человеческой кровью, нежели пресыщалась разбоем, и он возвращается домой без какого-либо ущерба для себя…сын Володаря лишает [панницу] обоих глаз, отрезает язык и детородные члены, дабы от змеиного и нечестивого рода не родился бы ещё более вероломный».

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:42

Таким образом, известие «О пленении какого-то русского князя» по имени Володарь неким Петром Властовичем из Ксонжа имеет историческую ценность как художественное произведение, героями которых являются реально существующие лица. В отличии от предшествующих хроник автор показывает и даты некотрых событий.
Польский историк Ян Длугош (1415-1480) в «Истории Польши» (Historia Polonicae) приводит два случая пленения поляками русских князей. В первом случае Длугош пишет о похищении русского князя Ярополка Владимировича (1082-1139), великого князя киевского (1132-1139), взятого в плен той же хитростью Петром Влощовичем (Petrus Wlosczowicz) в 1134 году. Выбор Длугошем Ярополка с идеологической точки зрения является вполне закономерным. Правление князя характеризовалось обострением внутренних неурядиц; споры князей он пытался решить путём переговоров. В конечном счёте, при Ярополке Владимировиче Киевская Русь как единое государство распалось.
Первоначально в тексте идёт речь не о Ярополке, а о некоем Владимире. Выкуп за него заплатил «Василько, сын князя Ярополка; собственноручно исправляя «Владимир» на «Ярополк Владимировича» Длугош оставил в рукописи несколько упоминаний без исправления. А заканчивается рассказ тем, что именно «Князь Руси Ярополк наградил предателя [венгра] ещё щедрее, чем обещал: сначала отрезал язык, потом ослепил на оба глаза, наконец, чтобы предательское семя не произвело никакого потомства, кастрирует и лишает детородных органов».
Как видим, поступок князя Ярополка является по-прежнему идеологическим клеше показа «варварства русских». На Руси достоверно известен только один случай, когда князь Давид Игоревич, владевший Волынью, предательски ослепил князя Василько Теребовльского в 1097 году.
Во втором случае Длугаш пишет о «перемышльских» князьях Володаре и Васильке: «Год господня 1122-й. Польские воины… идут против Володаря, грабящего польские пределы, начинают сражение и, победив его и убив его лучших воинов, отбирают добычу, которую он вёз из Польши, преследуют бегущего, настигают его в месте под названием Высоке и пленным приводит в Краков к польскому князю Болеславу, где некоторое время его держали в оковах.
По происшествии времени в Краков прибывают послы перемышльского [теребольского] князя Василька и ведут переговоры о выкупе Володаря с польским князем Болеславом, который требовал за освобождение Володаря восемьдесят тысяч марок серебра; сговариваются, что за свободу Володаря заплатят двадцать тысяч [марок] серебра, и, заплатив немедленно двенадцать тысяч [марок] серебра, в [залог] остальных выплат оставляют заложником сына [князя] Ярослава [ внука Володаря], а впоследствии выплачивают полный выкуп, собрав пятьсот серебряных сосудов, а именно, кубков греческой работы. После освобождения Володарь примиряется с польским князем Болеславом и, заключив и скрепив клятвою союз как с ним, так и с <братом> венгерского короля Коломаном, Володарь двадцать второго июля возвращается в Перемышль». В этом известии автор исключает причастность Петра Власта к пленению перемышльского князя Володаря.

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:44

Длугош повторяет, ранее выдвинутую оценку русскому вероломству и лицемерию: «Ведь русины непостоянны, легко меняют своё мнение, и ревностное сохранение тайны встречается у них крайне редко; этот лицемерный народ делает одно, а в мыслях держит что-то иное». Такая оценка будет повторяться в течение всего нового времени во многих литературных произведениях и политических высказываниях.
Все выше приведенные известия (легенды) о пленении русского князя не поддаются вероятностной оценки достоверности как исторического факта по причине разночтения всех восьми рассказов.
Об этом говорит и профессор Дерптовского Университета Крузе (в 1821-1853 годах преподавал историю): «Вот какие различные показания сообщают нам иностранные Писатели об этом обстоятельстве; Русские же Летописцы почти совсем о том не упоминают».
Что касается Петра Власта, то вымышленные сочинения о знаменитом польском воеводе имеет вполне объективную историческую потребность того времени, исходя из политических и идеологических установок.
Миф о воеводе Петре уникален прежде всего тем, что он начался ещё при его жизни в «негативной» своей версии. Тем не менее, рассказы в «позитивной» версии после смерти воеводы оказали большое влияние на процесс развития идеологически направленной «художественной литературы», отраженной в польских хрониках. Но наличие неопределённости в польских источниках и нехватка подтверждённых исторических фактов создаёт проблему определения достоверности именно реальных событий в жизни мифического рыцаря.
О противоречивых недостоверных или ярко тенденциозных источниках исследователь Андрей Горвенко пишет: «Повествование в пределах «русских сюжетов» подчинено идеологической сверхзадаче воспитания будущих поколений польских интеллектуалов в духе презрения и ненависти к православной Руси, которая настойчиво изображается как естественный объект для польского завоевания».
Один из важнейших для поляков мифов – «захват поляками Киева» и установления на польских воротах пограничного знака. В действительности поляки не захватывали Киев. Приглашённые Ярополком польские войска (1018 год) принялись только «грабить и разворовывать всё что только под руку попадётся».

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:44

Миф о пленении русского великого киевского князя также не имеет для истории никакого значения, что касается реального положения дел.
Этот миф повторяется и у Длугоша под событием 1123 года, в котором сказано: «Польский князь Болеслав, решив восстановить своего родственника владимирского князя Ярославля [Святополковича], проведшего в Польше около четырёх лет, в его княжествах и владениях, собирает войско из польских воинов и идёт… к столице Руси Киеву для одоления Владимира [Мономаха]».
Выше приведённые идеологические приёмы возымели эффективность в навязывании польским писателям взглядов на исторические события: пленение великого киевского князя, завоёвывания Руси и её столицы Киева.
Исследователи старины отмечают, что легенды, которые эволюционировали в действительность в процессе развития искусства летописания, ранее присущие мифическим (придуманным) героям, позднее стали реальными в представлении историков и писателей.

DuninVA

Москва
Сообщений: 88
На сайте с 2019 г.
Рейтинг: 5

Наверх ## 27 августа 2019 9:48

Легенда о происхождении ЛжеПетра, прозванным впоследствии Великим
В «Великопольской хронике» происходит подмена воеводы князя Болеслава Кривоустого в одном случае на «Петра из Дании», а в другом – на «Петра Властовича из Ксонжа».
В «известии о Петре из Дании» сказано: что «…некий знатный юноша по имени Пётр пришёл из королевства Дании и был весьма радушно принят королём Болеславом… А в это время король Дании был зверски убит своим братом. Отец вышеупомянутого юноши Петра, знатный человек, припрятал много сокровищ уже умершего короля данов и известил сына, чтобы тот поспешно прибыл к нему и распорядился королевским добром, так как сам он уже старец и предвидит свой скорый конец.». Об этом Пётр сообщает Болеславу. В 1124 году польский князь завоёвывает Данию. «Будучи в его свите, Пётр привёз с собой в Польшу (Poloniam) королевские сокровища, подаренные отцом. На них он приобрёл для себя и для своих детей многие владения и, кроме того, благодаря щедрости короля Болеслава и его сыновей имел также некоторые наследственные владения в различных областях Польши. Этот Пётр, прозванный впоследствии Великим, женился по распоряжению Болеслава на дочери какого-то князя русских, родственнице жены Болеслава…».
На известие, что «король Дании был зверски убит своим братом» у Саксона Грамматика (1140-1216) – датского летописца, читаем: «Магнус [сын короля Нильса (Niels, правящий в 1104-1134 годах)], «очернил себя позорнейшим преступлением предательства и братоубийства» (имеется в виду обвинение в смерти Кнута Лаварда).
Что касается войны с Данией, то «Померанская летопись» утверждает: «Когда Померане отдалены были Болеславом от союза с Русскими, то он, Болеслав, вооружившись против Померан всею своею силою, соединился с Датским Королем Николаем». Далее Летописец разсказывает, что Померане заключились в крепостях своих, а Николай, Король Датский, появившись на море с большим флотом, соединился с Болеславом, осадил и взял Узедом: после чего Болеслав, по другим причинам «отозван был назад».
Сочинение о «Петре Влостовиче из Ксонжа» подтверждает время написания известия о Петре из Дании, а именно: Ксёнж (ksiaze – князь, принц) – крупнейший замок Силезии, который находится в 70 км от Вроцлова; в XIII-XIV веках служил резиденцией свидницко-яворских князей из дома Пястов; его строителем считается Болько I Суровый, который правил в 1287-1301 годах.
В эти годы перед потомками Петра возникла необходимость идентификации своего княжеского происхождения и легализации большого богатства. Национальной особенностью польской знати и рыцарей Польши в конце XIII века явилось установление равноправия между всеми членами знати, объединённых одним «гербовым родом, братством». В одном «гербовом роде» может находиться несколько семей. Персоны одного генеалогического происхождения прибавляют после своего имени (прозвища) название родовой местности (замка). Поэтому не случайно в «Великопольской хронике» появилось «Известие о Петре из Дании». Объективная необходимость появления такого известия в последней четверти XIII века была вызвана прежде всего переменами в экономической, социальной, политической и других сферах общественной жизни польской знати.

← Назад Вперед →

Страницы: ← Назад 1 2 3 4 5 * 6 7 8 9 ... 12 13 14 15 16 17 Вперед →
Модератор: valcha

Генеалогический форум » Дневники участников » Дневники участников » Дневник valcha » Василий (Касперович) Андреевич Дунин (Глушинский)-Борковский [тема №27936]

Сайт использует cookie и данные об IP-адресе пользователей, если Вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, пожалуйста, покиньте сайт
Пользуясь сайтом вы принимаете условия Пользовательского соглашения, Политики персональных данных, даете Согласие на распространение персональных данных и соглашаетесь с Правилами форума
Содержимое страницы доступно через RSS
© 1998-2026, Всероссийское генеалогическое древо
16+ Правообладателям