Для полноты картины позволю себе привести обширную цитату из книги, ссылку на которую дал уважаемый Konstantin Ivanov в теме:
https://forum.vgd.ru/17/18198/Переселенческое общество Азиатской России: миграции, пространства, со- общества / Науч. ред. В.И. Дятлов, К.В. Григоричев. – Иркутск: «Оттиск», 2013. – 624 с.
"Разочарование чиновников в колонизационных способностях крестьянства привело к установлению имущественного ценза для лиц, переселяющихся в Сибирь. В ноябре 1893 г. Министерство внутренних дел (МВД) уведомило Комитет Сибирской железной дороги (КСЖД) о желательности переселения в Сибирь зажиточных крестьян и мещан,
337
а в 1894 г. обоими ведомствами было принято постановление о выдаче разрешений желающим переселиться в Сибирь только при наличии сбережений не менее 300–500 руб. на семью [450]. Разработка правовой основы для передачи государственных земель в частную собственность заняла более семи лет. В результате были приняты три законодательных акта, регулирующих этот процесс. 22 июня 1900 г. император Николай II утвердил сразу два положения, разработанные в Комитете Сибирской железной дороги: об образовании подворных и хуторских участков для переселенцев и о переселении на казенные земли Сибири дворян-землепашцев, а 8 июня 1901 г. императором был подписан закон об отводе частным лицам казенных земель в Сибири. В отечественной историографии Сибири эти три законодательных акта совместно не рассматривались. Наиболее полно рас смотрено принятие закона от 8 июня 1901 г.,
338
его применение и последствия [454]. Поскольку в историографии закон от 8 июня 1901 г. трактовался исключительно как продворянский, то одновременно с изложением его содержания, историки рассказывали и о правилах переселения в Сибирь дворян-землепашцев от 22 июня 1900 г.
К концу XIX в. положение мелкопоместного и безземельного дворянства, занимающегося сельским хозяйством, резко ухудшается в связи с экономическим кризисом, породившим низкие цены на сельскохозяйственную продукцию. Цены продолжали падать до конца 1890-х гг.,
339
и привели к повышению арендной платы за землю [458]. По подсчетам В.В. Морозан, накануне отмены крепостного права в 1858 г. количество малоимущих дворян в Европейской России составляло 57 854 семьи, что составляло 57,7 % от всех дворянских семей этого региона. К малоимущим или мелкопоместным дворянам В.В. Морозан относит, вслед за своими источниками, «… тех, кто владел не более 20 крепостными крестьянами до реформы 1861 г. или тех, чьи владения не превышали более 100 десятин земли в пореформенные года» [459]. Из этого количества 42,7 % дворянских семей не владели ни землей, ни крестьянами [460]. Подавляющее большинство безземельных дворян (81,5 %) проживало в пяти западных губерниях: Ковенской, Виленской, Минской, Могилевской и Гродненской [461]. По данным С. Беккера, количество безземельных дворян увеличилось с 19–22 % в 1861 г. до 61–62 % в 1905 г. [462], однако неизвестно, сколько из них продолжало заниматься сельским хозяйством. По данным Дворянского Совещания, которые использовались Переселенческим управлением МВД в 1899 г. для изучения целевой аудитории будущего закона о переселении безземельных дворян в Сибирь, в европейской части России проживало 114 716 «русских дворян-земледельцев», из которых 12 % дворян владели участками не более 10 дес., а 37 % обладали имениями от 10 до 100 дес. [463].
Прошения о переселении в Сибирь, подаваемые в МВД дворянскими семьями, поступали преимущественно из Витебской, Воронежской, Курской, Минской, Рязанской, Самарской, Саратовской, Смоленской, Таврической и Херсонской губерний [464.
352
…землеустройстве на основании 5 статьи этого закона, предусматривающей наделение дворян-землепашцев семейными участками до 100 десятин. Однако в Иркутской губернии не предполагалось открытие дворянских переселенческих участков, а в Енисейской губернии в 1903 г. обмежевывался Усть-Иршинский участок на 69 семей [518], но местные крестьяне, издавна арендовавшие земли этого участка под пашни и сенокос, активно сопротивлялись проведению землеустроительных работ [519].Сами польские дворяне не желали переезжать на специальные участки, считая подобные переезды разорительными для своего хозяйства. Губернские власти предложили вариант решения сложившейся проблемы, требующий отступления от правил 22 июня 1900 г., который и был утвержден центральными властями. Было решено предоставить амнистированным дворянам земельные участки в тех населенных пунктах, где они проживали наравне с крестьянами, исходя из нормы 15 десятин на душу мужского пола [520]. В поземельном устройстве польских дворян в Сибири оказались заинтересованы не только сибирские власти, но и начальство Северо-Западного края. В частности, виленский, ковенский и гродненский генерал-губернатор кн. П.Д. Святополк-Мирский в своем письме к министру внутренних дел В.К. Плеве от 9 декабря 1903 г., рассуждая о земельной политике в отношении польского дворянства в вверенных ему губерниях, писал: «Допуская… стеснение шляхты в ее землевладении в Северо-Западном крае, я не могу не остановиться на мысли о том, что это стеснение, производимое в видах достижения правительственных задач, должно было бы уравновешиваться предоставлением лицам шляхетского происхождения некоторых новых прав, если лица этой категории и являются, в виду их национальных традиций, нежелательными в Высочайше вверенном мне крае, то причисление их, как трудоспособного землеобрабатывающего класса, в другие местности России не только возможно, но во многих отношениях и желательно. Поэтому, по моему мнению, представлялось бы правильным распространить на шляхтичей все права,
353
присвоенные крестьянам о наделении их казенной землею на правах переселенцев в пределах Азиатской России или иных местностей, отведенных под заселение. Эта мера, оправдывая известное стеснение шляхты на месте их родины, содействовала бы отливу значительного контингента шляхетских землевладельцев из пределов Северо-Западного края и способствовала бы расширению землевладения крестьян русского происхождения и православного вероисповедания» [521]. Исполняющий должность начальника Переселенческого управления МВД А.В. Кривошеин согласился с заключением кн. П.Д. Святополк-Мирского, заметив, что поскольку в Сибири переселенческих участков для дворян-землепашцев заготовлено еще мало, то действует решение по ограничению переселения дворян из европейской части России за исключением некоторых центральных губерний [522]. Тем не менее, А.В. Кривошеин допускал применение закона 22 июня 1900 г. к мелкой шляхте западных губерний в отдельно взятых случаях и с личного разрешения «Главного Начальника края» [523]. В архивных делах фонда Комитета Сибирской железной дороги сохранились тысячи прошений безземельных дворян о наделении их землей в Сибири на основании закона 22 июня 1900 г. Согласно данным В.Г. Тюкавкина, по количеству заселенных дворянских семейных участков, к концу 1916 г. в Иркутскую и Томскую губернии и Акмолинскую область переселилось 516 семей безземельных дворян, большая часть которых (307 семей) разместилась в Акмолинской области [524]. Несмотря на отсутствие данных по Тобольской губернии, можно говорить о более чем скромных результатах дворянской колонизации Сибири. Рассмотренный сюжет вроде бы вторичен в общей волне переселений – потому как дворяне численно и экономически не являлись основой для реальной колонизации Сибири и при всех благоприятных обстоятельствах не могли ею стать. Тем не менее
354
он очень полезен при анализе такой специфической сферы, как установки и представления различного уровня властей. Интересно, что правительство явно боялось совершить самый лёгкий шаг – причислить разорившихся дворян к крестьянам – даже тогда, когда первые прямо просили об этом. Возможно, потому, что перед членами правительства маячил образ падения сословного общества и, соответственно, русской монархии. Хотя сами обстоятельства после 1861 г. уже приговорили прежнюю сословную структуру, и размывание дворянского сословия по самым разным классам было неизбежным, правительство полагало, что сможет с этим бороться. Это хорошо почувствовали некоторые дворянские семьи, которые выжимали из государства средства, эксплуатируя стереотипы правительства".
От себя добавлю: терминология здесь традиционно принятая, но нужно иметь в виду, что под польскими дворянами Северно-Западного края подразумеваются, как правило, белорусская католическая шляхта -- как утвержденная, так и неутвержденная Герольдией.
