Колпино

20 февраля 2019г в Музее истории Ижорских заводов состоялась презентация книги «Еще один блокадный дневник». Издание дневника, который в 1941-1942 годах вел колпинский учитель Иван Яковлевич Попов, осуществлено по инициативе и на средства потомков автора: его невестки Валентины Константиновны Зеленюк и внучки Елизаветы Александровны Поповой. Наша газета уже публиковала отрывки из этого поразительного документа («Ижорец» No1 за 2015 г. Напомним, что автор дневника – И.Я.Попов (1903-1942) – родился на Алтае. Крестьянский паренек долго и упорно шел к высшему образованию. В своем родном селе Шипуново несколько лет был избачем, в Ленинградский педагогический институт поступил уже тридцатилетним. Окончив исторический факультет, несколько лет работал на рабфаке Ленинградского сельскохозяйственного института в Пушкине, перед войной преподавал историю в колпинской школе для взрослых No93. Иван Яковлевич жил с женой и двумя маленькими сыновьями в так называемом Рабочем поселке – окраинном микрорайоне Колпина, построенном в начале тридцатых годов по правой стороне Лагерного шоссе. Семья Попова покинула Колпино в июле 1941 года, а он остался в городе. Первые записи в блокноте сделаны Поповым в начале сентября 1941 года и озаглавлены «Разные записи об Отечественной войне 1941 года», и только с 23 сентября и до последних дней жизни он вел записи сначала в блокноте, а затем в амбарной книге практически каждый день. Иван Яковлевич Попов умер от дистрофии в 5 часов вечера 11 января 1942 года, похоронен, предположительно, в общей могиле Балканского мемориального кладбища. Дневник дает нам картину как прифронтового Колпина, так и блокадного Ленинграда, т.к. автор с 21 октября по 21 декабря 1941 года, по поручению колпинского райисполкома, занимался обустройством семей эвакуированных в Ленинград колпинцев. Несмотря на голод и тающие с каждым днем силы, Попов упорно ходил в Смольный, в райисполкомы центральных районов, другие конторы, хлопоча о пропусках, карточках, выделении электро-энергии в общежития колпинских семей. Самые тяжелые записи о том, как на 1500 эвакуированных удалось добыть только 400 пропусков в столовые: «Дели, как хочешь. Бабы чуть меня не разорвали»; о гибели колпинцев в обрушившемся от попадания бомбы доме No66 на 5 линии Васильевского острова. С 1 декабря 1941 года питание в столовых стали давать по карточкам, и тогда Иван Яковлевич начал хлопотать об эвакуации колпинцев в тыл: «День ото дня мои силы иссякают. От истощения почти невозможно ходить. Был в Дзержинском Райсовете по вопросу эвакуации из Ленинграда эвакуированных из Колпино, но пока что никаких результатов. Завтра поеду на Фонтанку, 66 по этим же вопросам. Надо во что бы то ни стало добиться эвакуировать колпинцев из Ленинграда».В колпинских страницах дневника преобладают записи об варварских обстрелах, которым практически каждодневно подвергался прифронтовой город. Попов отмечает самые обстреливаемые Колпине участки: территорию Ижорского завода и бульвар Свободы. Сравнивая Ленинград и Колпино, Иван Яковлевич написал 21 декабря: «Плохо в Колпино тем, что ничего неизвестно, как дела идут на фронте. Газет и радио нет». Дневники блокадников, как мы знаем, полны записей о голоде первой блокадной зимы. В этом смысле дневник И.Я. Попова удивляет другим: стойким желанием сохранить в себе все те интересы, которыми жил до войны. Почти каждый день он комментирует сводки Совинформбюро, или новости, услышанных в кабинетах, от коллег и друзей. Последние не всегда достоверны, он это понимает и особо оговаривает. Как истинный историк, он конспектирует прочитанные в газетах речи Сталина, Рузвельта, Черчилля, сравнивает голод в Петрограде в годы гражданской войны с переживаемым им; размышляет о судьбе русского народа. Явно не все доверяет бумаге, но думает о многом, пророчески замечая: «Современная война обойдется русскому народу очень дорого. Потребуется 10-15 лет, чтобы залечить раны». О переживаемом им голоде пишет по-мужски скупо: «Систематически голодному человеку 125 грамм хлеба все равно, что слону конфета. День с подтянутым животом кое-как можно терпеть, но очень трудно вечером. Желудок, психика, рефлексы условные и безусловные воют как шакалы. Начинаешь их успокаивать горячей водой и папиросами, но та-кое успокоение ложно: сильно болит голова, никак не заснешь ночью».Неоднократно, как данная самому себе клятва - , повторяется принятое им выстраданное решение: «В случае, если я переживу эти ужасные дни, то обязательно и навсегда покину Ленинград, уеду в деревню либо в Воронежскую область, либо в Сибирь и там до конца своей жизни обоснуюсь в школе и буду работать, работать и работать». Блокадная судьба Попова сложилась трагически. Заготовленный им с риском для жизни картофель (копал под обстрелом на бывших колхозных полях) съели другие. В начале декабря 1941 года у него украли хлебную и сахарную карточки и на их восстановление ушли последние силы 38-летнего мужчины. Как завещание жене и детям, звучит последняя запись его дневника: «Привет, Виктория и сыновья. Желаю успеха в работе и в жизни. Я доживаю последние дни». После войны вдова Попова Виктория Александровна Ивановская вернулась вместе с детьми из эвакуации в Ленинград. Она долгие годы работала учителем в ленинградских школах, воспитала замечательных сыновей, сберегла архив мужа. По желанию семьи Поповых большая часть тиража блокадного дневника И.Я.Попова поступила в Колпино и передана Музеем Ижорских заводов в Центральную библиотечную систему района, в школьные библиотеки и музеи. Сотрудники музея благодарят за помощь в проведении мероприятия педагога школы No461 Дарью Алек-сеевну Гоянкову и учащихся школы Илью Кисляка и Ивана Жарикова, прочитавших для собравшихся на презентации страницы дневника. Лариса БУРИМ

http://www.omz-izhora.ru/uploa...aa9403.pdf

Фотографии, документы и проч.