Развод в России до 1918 года - Генеалогический форум ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Nata98 написал:

[q]
наличие революционных настроений
[/q]

Среди крестьян? В конце 19-го века?

G_Spasskaya написал:

[q]
А откуда сведения про 7 лет? Я сталкивалась только с вариантом расторжения по прелюбодеянию - там четко было: пострадавшей стороне второй брак разрешен без установления сроков, второй стороне - запрещен навсегда.
[/q]

G_Spasskaya написал:

[q]
были "понимающие" + вознаграждение +

А вот это сложнее всего вычислить. И - интереснее всего поэтому же.
[/q]

А как это можно вычислить? Кто ж признается ?

G_Spasskaya написал:

[q]
Долой попов - только через 20 лет появилось.
[/q]

Согласна, погорячилась

обобщила всех крестьян (но были индивидумы, как мой прапрадед)

Nata98 написал:

[q]
А как это можно вычислить? Кто ж признается ?
[/q]

По косвенным признакам. Предполагаю, что если обнаруживается брак в каком-то неожиданно странном месте, деревне, где они не жили или в полковой церкви, в полку которой никто не служил из венчанных и их родни - это намек на такое.
Возможно, что-то еще

Н.С. Нижник. "Женитьба есть, а разженитьбы нет": о проблеме расторжения брака в Российской империи // Вестник Санкт-Петербургского Университета МВД России № 1 (53) 2012. С. 27 – 30.

... Бракоразводными делами до 1917 г. ведала церковь. По существовавшему законодательству развод мог разрешить только Святейший Синод и только по строго ограниченным поводам. Российское законодательство о разводе было намного строже, чем в других европейских странах.
Брак мог быть расторгнут только формальным духовным судом по просьбе одного из супругов на следующих основаниях:
1) в случае доказанного прелюбодеяния другого супруга;
2) добрачной неспособности к брачному сожитию;
3) в случае, когда один из супругов приговорен к наказанию, сопряженному с лишением всех прав состояния, или же сослан на житье в Сибирь с лишением всех прав и преимуществ;
4) в случае безвестного отсутствия супруга1.
Брак не мог быть расторгнут по взаимному согласию супругов2.
Одной из главных проблем было то, что различные стороны семейной жизни контролировались гражданским правом и церковным законодательством. Отсюда возникали противоречия между системами права. Принятие решения о подтверждении окончания брака, официального признания о его действительности или недействительности и развод были в юрисдикции духовных судов, в тоже время личные и имущественные отношения супругов и детей относились к юрисдикции гражданского суда. Бракоразводный процесс мог рассматриваться гражданским судом, например, в случае совершения преступления против государства или исчезновения в "неизвестном направлении", но перед этим исковое заявление должно было быть поданным в духовную консисторию.
Бракоразводный процесс включал в себя несколько обязательных этапов. Иск о разводе подавался в духовную консисторию, т. е. епархиальному начальству. После получения просьбы о разводе епархиальное начальство поручало доверенным лицам произвести увещание супругов, чтобы они стигало цели, начиналось судебное разбирательство, на которое ответчики обязаны были являться лично.
Традиционной была следующая схема: подача прошения от имени одного из супругов, предоставление необходимых документов, официальная клятва на библии, слушание дела в суде, подтверждение решения от Святейшего Синода, возможность подачи апелляции и отказ3.
...

1. Свод законов Российской империи: сб. документов. – т. X. – ч. 1. Свод законов гражданских. – кн. 1. О правах и обязанностях семейственных. – Ст. 45.
2. Там же. – Ст. 46.
3. Устав духовных консисторий: сб. документов. – Раздел III Епархиальный суд. – Гл. VI. О прекращении и расторжении браков. – Отд. 2. О разводе браков по искам супругов. – Ст. 242 – 244.

Источник:
О.Ю. Яненко. Расторжение брака в Российской империи на рубеже XIX – XX вв. // Вестник ЮУрГУ. Серия "Социально-гуманитарные науки". 2013, № 1. С. 192 – 193.

Такой вопрос, после расторжения брака по причине безвестного отсутствия супруга, с какой фамилией продолжала жить разведённая жена?

... Рассмотрим все основания для расторжения брака по-отдельности. Под прелюбодеянием подразумевалось "оскорбление святости брака" фактом половой связи одного из супругов с лицом посторонним. Устав духовных консисторий утверждал: "Главными доказательствами преступления должны быть признаны: а) показания двух или трех очевидных свидетелей и б) прижитие детей вне законного супружества, доказанное метрическими актами и доводами о незаконной связи с посторонним лицом. Затем прочие доказательства: письма, обнаруживающие преступную связь ответчика, показания свидетелей, не бывших очевидцами преступления, но знающих о том по достоверным сведениям или по слухам; показания обыскных людей о развратной жизни ответчика и другие – только тогда могут иметь свою силу, когда соединяются с одним из главных доказательств, или же в своей совокупности обнаруживают преступление"4.
Здесь мы встречаемся с самым деликатным моментом, на судебный процесс было необходимо представить свидетелей прелюбодеяния. Это условие очень затрудняло процесс, вызывало многочисленные злоупотребления, лжесвидетельство. Кроме того, выполнение условий придавало процессу скандальный характер, что мало сочеталось духовным предназначением церковного суда.
Личное признание вины в нарушении святости брака со стороны ответчика не являлось доказательством5 и не принималось во внимание Духовной консисторией, если оно не соответствовало показаниям свидетелей. Последствия развода по причине прелюбодеяния заключались в запрещении виновному супругу вступать в брак навсегда и в назначении церковного наказания – епитимьи – по церковным правилам6.
К началу XX в. доля разводов ввиду "доказанного прелюбодеяния" возросла до 95% всех
разводов7. Дело в том, что остальные основания для разводов были ещё более трудно доказуемые и менее возможные для симуляции.
Неспособность к брачному сожитию являлась поводом для развода при наличии следующих условий: если эта неспособность естественная ("природная") и существовала до брака, и если со дня заключения брака прошло не менее трех лет8. Личного заявления о половой неспособности к супружеской жизни считалось недостаточным. Консистория во главе с архиереем принимала во внимание только тщательное медицинское освидетельствование такого лица, не избегая внимательного исследования подробностей интимных отношений супругов. Последствием развода по причине признания супруга неспособным к брачному сожительству было запрещение ему вступать в брак навсегда. Венерическая болезнь одного из супругов и различного рода сексуальные отклонения не могли быть поводом к расторжению брака, если в браке были рождены дети.
Показателен в этом отношении бракоразводный процесс княгини Софьи Нарышкиной, которая в 1859 г. подала иск о разводе по недееспособности супруга: "Сношения его со мной во время нашего супружества делались чрезвычайно редко и вовсе не по естественному со стороны его влечению, но чрез возбуждение посредством онанизма… При этом, конечно, я никогда не имела тех ощущений, которые испытывает любящая женщина в браке со здоровым мужчиной... В 1859 году до меня дошли слухи, что муж имеет какую-то дурную болезнь...
Я требовала его объяснений. Упав передо мной на колени, он сознался, что получил болезнь от одной женщины в бытность мою за границей"9. Имелись целых два основания для развода, – бессилие и прелюбодеяние. Но свидетелей последнего не нашлось. Не удалось доказать и бессилие, так как от брака были дети. В результате бракоразводный процесс, длившийся более 20 лет, закончился в пользу ответчика.
...

4. Устав духовных консисторий: сб. документов. – Раздел III Епархиальный суд. – Гл. VI. О прекращении и расторжении браков. – Отд. 2. О разводе браков по искам супругов. – Ст. 252.
5. Свод законов Российской империи. – Ст. 47.
6. Устав духовных консисторий. – Ст. 254.
7. Тольц М.С. Брачность населения России в конце XIX – начале XX в. // Брачность, рождаемость, смертность в России и в СССР: сб. ст. / под. ред.А.Г. Вишневского. – М., 1977. – С. 143.
8. Устав духовных консисторий. – Ст. 245.
9. Максимова Т. Развод по-русски // Родина. – 1998. – № 9. – С. 58.

Источник:
О.Ю. Яненко. Расторжение брака в Российской империи на рубеже XIX – XX вв. // Вестник ЮУрГУ. Серия "Социально-гуманитарные науки". 2013, № 1. С. 193.

Malus_domestica написал:

[q]

Если, согласно названию темы, до 1918г., то с фамилией мужа.
[/q]

Спасибо

... Для того чтобы безвестное отсутствие супруга стало поводом для развода, должны были быть констатированы три факта: должно было быть установлено, что между просителем супругом и отсутствовавшим действительно был заключен брак; что супруг находится в безвестном отсутствии (поэтому пребывание даже многие годы в отсутствии известном и даже намеренное оставление супруга не являлось поводом); а также что отсутствие длилось установленный законом срок – 5 лет10.
Просьба о расторжении брака должна была подаваться в духовную консисторию по месту жительства просителя с приложением метрической выписи о браке. В просьбе проситель обязан был указать: где проживали супруги, совместно или раздельно жили, где и когда последний раз виделись, когда и при каких обстоятельствах началось безвестное отсутствие супруга, когда и откуда получены были последние сведения о нем, какое имелось у обоих супругов недвижимое имущество, из какого сословия оба происходили, каковы были занятия или служба отсутствующего супруга11. кроме того, проситель был обязан назвать поименно всех известных ему родственников, как своих, так и отсутствующего супруга и их место жительства. Он мог представить также любые другие имевшиеся в его распоряжении доказательства, удостоверявшие безвестное отсутствие супруга.
Приступив к производству дела о расторжении брака, консистория рассылала через полицейские управления повестки ко всем родственникам и лицам, которые могли иметь сведения об отсутствующем, а также могла обратиться в губернское правление для разыскания сведений. Объявление о предъявленном иске должно было публиковаться в газете, рассылавшейся по всем приходам. Если в результате всех этих мер были получены известия о пребывания супруга, то дело прекращалось, и брак оставался в силе. И только в том случае, если сведений об отсутствующем супруге не поступало, консистория, по ходатайству просителя, приступала к рассмотрению обстоятельств дела12.
Особым образом регламентировался развод при ссылке. При этом только ссылка в каторжную работу, на поселение и житье, дают по закону право на расторжение брака, но при том непременном, главном условии, чтобы ссылка эта была определе на судебным приговором в Сибирь. В этом случае, если другой супруг не последовал добровольно за осужденным, он имел право просить свое духовное начальство о расторжении брака по истечении 2 лет со дня вступления в силу приговора13. Если же супруг последовал за осужденным к месту его ссылки, то он терял право на развод по этой причине14.
Соответственно и супруг, приговоренный к каторжным работам или ссылке на поселение в Сибирь, сам имел право, подавать прошение о разводе и разрешении вступить в новый брак по истечении определенного срока, если второй супруг не последовал за ними.
Жесткость законодательства о разводе вызывала многочисленные нарекания в обществе и насмешки над неповоротливостью российского законодательства. Получить развод было очень сложно.
В 1913 г. по всей Российской империи на 98,5 млн православных был оформлен 3791 развод (0,0038%). конечно, эти цифры свидетельствовали не о благополучии в семьях, а о жесткости законодательства15.

10. Свод законов Российской империи – Ст. 54.
11. Eстав духовных консисторий. – Ст. 234.
12. Там же. – Ст. 234 – 237.
13. Там же. – Ст. 233.
14. Там же. – Ст. 232.
15. Белякова Е.В. Церковный брак и развод в России в XIX в.

Источник:
О.Ю. Яненко. Расторжение брака в Российской империи на рубеже XIX – XX вв. // Вестник ЮУрГУ. Серия "Социально-гуманитарные науки". 2013, № 1. С. 193 – 194.