Село Криволучье-Сура (Балаковский район)

Газета «Коммуна» (г. Самара)
№ 296 (2407). Пятница, 24-го декабря 1926 года
http://libsmr.ru/show_preview2...;m=Декабрь

стр. 3
Самарские памятники старины
Что осталось от XVIII века.

После ликвидации в 1921-1922 году отдела охраны памятников старины, существовавшем при самарском губернском музее, учета памятников в Самарской губернии не производилось, и памятники были предоставлены на произвол судьбы.
В настоящее время наш областной музей совместно с обществом этнографии и археологии снова поднял перед губнаробом вопрос о необходимости учета и охраны наиболее ценных исторических памятников, находящихся в пределах нашей губернии.
В первую очередь областной музей считает необходимым принять меры к охране деревянной церкви в с. Криволучье, Пугачевского уезда, чрезвычайно редкой по архитектуре древней деревянной постройки, относящейся к началу XVIII века. По имеющимся сведениям, церковь продается на слом и ей грозит окончательная гибель.
Из других, имеющих историческую ценность памятников, следует отметить каменную церковь в с. Богдановке, построенную в XVIII веке в стиле ампир, барскую усадьбу в с. Никольском, описанную Аксаковым в своих «Воспоминаниях», деревянный храм в с. Тургеневке, постройки 1717 г. и церковь в с. Державине, Бузулукского уезда, построенной в 1772 г. Помимо архитектурного интереса особое значение державинская церковь имеет благодаря находящимся в ней картинам религиозного содержания работы знаменитого художника Боровиковского.
Всего областной музей намечает взять на учет в первую очередь до 15 памятников старины, разбросанных по разным пунктам Самарской губернии.
Докладная записка музея о необходимости охраны памятников губнаробом направляется на рассмотрение Главнауки Наркомпроса.

Журнал «Красная быль»: Сборник Самарского губернского бюро истпарта / РКП(б). – Самара, 1922-1923.

Том 1, стр. 70-73.
Степанов (Авдей). Из автобиографии.
Я сын бедного крестьянина села Криволучья, Пугачевского уезда, сирота. С девяти до двенадцати лет я воспитывался у дяди, и с двенадцати лет до Октябрьской Революции находился в батраках у кулаков и помещиков.
В первые дни организации Красной гвардии в Прикорменинской волости, Балаковского уезда я в таковую не вступал, ввиду того, что не был подготовлен в военном отношении, а также не имел понятия о самой гвардии. Но потом знакомые солдаты, прибывшие в ту пору с фронта империалистической войны, и изрядное количество прочитанных газет, помогли мне усвоить, что такое Красная гвардия.
Вступил в Красные ряды я в начале февраля 1918 года. Только в течение трех, пяти дней обучали меня строю и после этого назначили в карауле, где я великолепно справился со своими обязанностями. Затем штаб гвардии и Волисполком выдвигают меня в качестве контроля по учету хлеба у местных кулаков. После исполнения этой работы меня опять мобилизуют на ту же работу в уездный город Балаково, где мы с несколькими товарищами заканчиваем удачно возложенные на нас обязанности и возвращаемся на места.
В ночь на 27 февраля 18 года, когда я был дежурным по штабу гвардии, сижу я и читаю газету о борьбе Красных с гайдамаками на Украине; возле меня сидят несколько товарищей и слушают, порой прерывают, - в общем у нас идет оживленная беседа. Один из товарищей еще говорит «да борьба разгорается всё сильнее, нам надо быть готовым пойти на фронт», а другой добавил: «хоть сейчас готовы! Да что они нам толстопузые сделают? Оружие в наших руках, нас много, а их кучка». Чу! Вдруг слышим звон колокольчиков и топот лошадей. «Ямщик наверно пакет привез» - сказал один из товарищей. Но прошло не более 2-3 минут, быстро влетает в избу черненький, худощавый, небольшого роста, в кожаной тужурке и спрашивает: «кто дежурный по штабу?» - «А Вы кто такой и что Вам нужно» - задаю ему вопрос. После этого он мне показывает мандат. Читаю – «Предъявитель сего товарищ Топорков – есть уполномоченный от фракции большевиков, Пугачевского уезда, Сулакского района; разрешается ему вербовать добровольцев на борьбу против Уральского казачества». С дороги угощаем чаем уставшего и продрогшего после ненастной погоды товарища. Потом я быстро поднимаю на ноги Начальника штаба гвардии и предволисполкома, каковые дают мне распоряжение звонить в колокол. Звон в то время у нас означал экстренный вызов. Прошло не больше 2-х часов, как все 180 тов. были на лицо, в полной боевой готовности. В 1 час ночи был открыт митинг, где т. Топорков в своей пламенной речи сказал: «Кому дороги завоевания Октябрьской Революции, кто больше не хочет быть рабом, кто против господ, кто за Советскую власть, тот сейчас же должен записаться ибо время не ждет, а кто останется чуждый призыву, да будет проклят». И вот тут я первый записываюсь, за мной пишется 2 – 3 – 4 – 5… Смятение…. – больше никто. Тогда тов. Топорков снова призывает пламенной речью и только теперь записываются 33 человека, остальные старые и более слабые остаются для внутренней службы. Тов. Топорков уезжает в другие волости, а мы, все 33 человека, на завтра утром в 10 часов верхами отправляемся в гор. Пугачев и 28 февраля по утру размещаемся в казарме, а 1-2 марта получаем обмундирование и вооружение. С этих же дней молодежь начинают усиленно подготовлять к военному строю и числу к 10-му марта они становятся вполне надежными бойцами, с которыми нестрашно идти в бой против врага.
Приблизительно 12-13 марта происходит общее собрание и митинг в казарме, в присутствии т.т. Топоркова, Чапаева и председателя Уисполкома т. Ермощенко, старого члена фракции большевиков, который пользовался в ту пору большим авторитетом среди беднейшего и среднего крестьянства Николаевского уезда. Товарищ Ермощенко в своей речи нам сообщил, что переговоры Саратовской делегации с Уральским войсковым правительством о признании ими Советской власти ни к чему не привели, а наоборот казаки сделали налет на хутор Берандак (коммуну), где и произошло вооруженное столкновение с находящейся там Красной гвардией, в котором несколько товарищей были убиты, и казаки с хутора захватили несколько пудов пшеницы и весь инвентарь. Кроме того были достоверные сведения, что казаки готовятся захватить склады с оружием в городе Николаевске (Пугачеве). Тов. Топорков знакомит собрание, что отряд состоит из 400 пехотинцев и сотни кавалеристов.
Тов. Чепаев говорит, что у нас все готово и завтра или послезавтра мы должны выступить, поэтому необходимо избрать начальника отряда. Большинством голосов начальником избирается тов. Топорков, а командиром т. Чепаев. 15 марта 18 года первый Николаевский отряд в числе пятиста человек под командой т. Топоркова выступает на Уральскую границу по тракту Копиха, Семенихи, Вязовка, Любийские, Жестяниха, хутор Парядин, станц. Озинки, по пути вербуем снова добровольцев в отряд. Снова с врагами идут переговоры, которые не только ни к чему не приводят, но наших разведчиков казаки зверски замучивают. Приблизительно 6-го апреля наш отряд идет в наступление и забирает станцию Семиглавый Мар, Шипово и Зеленый Деркул. Дальше идти нельзя, казаки с тылу захватили станцию Челыклу и таким образом наш отряд оказался отрезанным от базы Николаевск – Саратов. Наши вынуждены отступать до ст. Дергачей, где тов. Чепаев со своей сотней откалывается от нас и уходит в село Малаховку, где формирует второй Николаевский боевой отряд.
В первых числах мая, когда наши хотели провести по деревням мобилизацию, для пополнения наших частей, крестьяне заволновались, не желая давать своих сыновей на фронт. Тогда из нашего отряда были делегированы на места 7 товарищей, обладающих красноречием, - рассказать крестьянам, что такое фронт, кто против нас и чего им нужно. Но во время сна все эти 7 товарищей были выданы Жестянскими кулаками в руки казачьих офицеров, ворвавшихся в ту пору глубоко в наш тыл.
Все 7 товарищей были зверски замучены казаками. Затем наш отряд передвинулся из деревни Дергачи в деревню Балаши, где казаки силою в три раза больше нашей сделали налет, захватив оружие и пулеметы. Мы кто как попало вылетели с винтовками в руках и вступили с ними в жестокий бой, который казаки выдерживали недолго. Орудие, пулеметы, обоз снова остались в наших руках. Потери со стороны противника было: 85 убитых и раненых 130, с нашей же стороны убито 4 и 8 раненых.
Вскоре получаем распоряжение наступать на Уральск. Со станции Семиглавый Мар мы двинулись в числе двух полков и преследовали противника стремительно, так что в 4 часа прошли 35 верст и без сопротивления заняли следующую станцию. Но зато некоторые товарищи задохнулись от жары.
На общем собрании обоих полков командиром Бригады большинством избирается т. Топорков, а тов. Чепаев его заместителем. Командиром 1-го Николаевского полка выбирается тов. Плясунков. Наши полки соединяются с Саратовской группой и все 5 полков, развернутым фронтом наступают на станцию Переметное. Сламливают сопротивление казаков, подходят к Уральску на расстоянии 8 верст, занимают плотильную канаву, окапываются и начинают ждать день, другой поезда с продовольствием и вооружением. Идет сильная артиллерийская, оружейная и пулеметная перестрелка с обоих сторон. Вдруг сообщают нам, что мы отрезаны – казаки заняли Переметное. Самара пала, чехи наступают на Николаевск, казакам патроны и снаряды доставляют из Новой Москвы гужевым путем через Глушицу.
Как только настала ночь, мы все ползком начинаем отступать на расстояние 500 шагов и на заре выбиваем казаков со станции Переметное: но они нас снова настигают между Переметной и Зеленой, окружают стальным кольцом со всех сторон, делают частые налеты и бьют из артиллерии перекрестным огнем. Пять суток без воды, без хлеба, в жару, мы безропотно отступали до станции Семиглавый Мар, где соединились с бронепоездом. Казаки дальше преследовать не стали. В этом отступлении тяжело был ранен наш славный вождь т. Топорков и от ран помер в больнице в г. Саратове.
Отдыхали мы только 1/2 суток, запаслись продовольствием, снарядами, патронами и двинулись на подводах под город Николаевск, на чехо-словацкий фронт. Здесь от нашего полка откалывается 3-й батальон во главе с т. Баулиным, который быстро создает 3-й Николаевский полк, в ряды которого стал я.
Затем наш полк участвует в бою под Таволожкой, когда на нас наступают чехи численностью в 6 раз больше нашей. Благодаря геройству и хладнокровию т. Плясункова мы сдерживаем натиск противника и захватываем военные трофеи и пленных. В бою под Ивановкой, где противник также превосходил нас своими силами в несколько раз из под тов. Плясункова были убиты две верховые лошади и сам он ранен в руку. Мы принуждены были отступать. Несмотря на свое тяжкое ранение т. Плясунков не оставил своего поста до конца боя.
После наш полк участвует в бою под Чернавой, где мы не выдержали натиска и стали в беспорядке отступать. Во время отступления у т. Плясункова снова была убита лошадь, а сам он ранен в ногу. Истекая кровью храбрый товарищ вынес на своих плечах пулемет и седло и стал останавливать бегущих солдат. Только благодаря храбрости т. Плясункова фронт был восстановлен и противник отбит.
В село Раевку к нам на фронт прибыл т. Троцкий, который сделал в присутствии тов. Чепаева смотр полкам и за боевые подвиги переименовал 1-й Николаевский полк в Пугачевский, а 2-й Николаевский – в полк Стеньки Разина.
Затем наш полк участвует по селам Николаевское, Марьевское, Воздвиженское и наконец забирает г. Самару.
Так же участвуем в бою под ст. Соболево, в Таловском поселке, а в декабре месяце 18 г., в сильном бою под Чувашским поселком, где нам пришлось наступать по ровному полю. Здесь я был тяжело контужен в ногу картечью, и, после перевязки, снова остался в строю, и вместе с другими товарищами забирал г. Уральск, за что и был награжден часами от имени Командарма четыре. После я участвовал в бою под Лбищенском и Горященском.

Примечание от Бюро Истпарта:
Бюро помещает отрывок из автобиографии тов. Степанова, без точной проверки отдельных фактов и деталей. Верные в общем и целом воспоминания т. Степанова к сожалению являются очень краткими: но Бюро не представилось пока возможности получить от него более полных воспоминаний.

Архив г. Балаково, ф. Р-120 Исполнительный комитет Криволучье-Сурского волостного совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов с. Криволучье-Сура, Криволучье-Сурской волости Пугачевского уезда Самарской губернии (1918-1928)
https://forum.vgd.ru/post/472/32014/p3011274.htm#pp3011274

Центральный государственный архив Самарской области, фонд 150 Самарская казенная палата, опись 1, дело 161а - Списки церковно-служителей и их семейств по уездам Самарской губ. за 1858 г. (925 листов, 986 файлов)

л. 915 - 917 (файлы в электронном читальном зале ЦГАСО - 976 - 977)

Ревизская сказка
1858 года марта месяца 1 дня, Самарской епархии, Николаевского уезда Слободы Криволучья, Ильинской Единоверческой церкви, о состоящих при оной священно-церковно-служителях и их семействах.

Штатные
1. Священник Владимир Андреев Покровский – 36 лет.
Его сын Феодор, обучающийся в низшем отделении Вольского Духовного училища – 12 лет.
Священника Владимира Покровского жена Мария Дмитриева – 34 года.
Его дочери:
Анна – 7 лет.
Александра – 5 лет.
Ольга – 1 год.

газета «Огни коммунизма» (г. Балаково)
http://ballib.ru/periodicheskie-izdaniya.html

Деревянченко А. Мятежный восемнадцатый: [подавление контрреволюционных мятежей на территории Балаковского уезда]//Огни коммунизма. 1977. 19 июля, № 114 (8410). С. 2
http://ballib.ru/txt/pdf/газеты/1977/1977%20114_8410.pdf

В книге «Легендарная Чапаевская» приводится сводка боевых операций в районе Балакова.
«Отряды Николаевской группы (Сулакский, Покровский, Балаковский) 9 июля после боя заняли село Кормежку. Выбитые из села белые вновь захватили Балаково. В 5 часов 11 июля они повели наступление на село Криволучье. Завязался упорный бой. Противник был отброшен. В этом бою отличились Павел Тонконогов, Николай Ловцов, Николай Ахметов, Василий Горин. Между тем угроза Николаевскому уезду с каждым днем нарастала. Белые и чехи, двигаясь со стороны Самары, уже заняли Николаевку, Ивантеевку и Ивановку. Другая группа белых, продвигавшаяся по левому берегу Волги, заняла Балаково, Криволучье и Наумовку».