О родоначальнике Ильиничей Илье Вячковиче и его братьях. : ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Две работы дали повод вернуться к выяснению родственных связей внучки князя Андрея Владимировича Федоры (Софии) с Друцкими и Збаражскими.
А поскольку к Ивашки Ильинича тоже эти связи обнаруживаются через бабушку Федоры - Марию, то есть смысл поискать в этих работах что-то полезное.

1. Станіслав Келембет. КНЯЗІ НЕСВІЗЬКІ ТА ЗБАРАЗЬКІ: XIII – ПОЧАТОК XVI СТОЛІТЬ .
2. Joanna Wawrzeniuk , Natalia Poczobut , Leonid Koledinskij. Historia dworu i zamku Berezowiec Kmitów Stretowiczów w świetle źródeł pisanych z XVI - pierwszej połowy XVII wieku i badań archeologicznych, część 1.

ПРиведу длинный отрывок из второй работы, немного сократив:

[q]
Литовский историк Р. Петраускас отмечал, что Кмита Стретович был женат на дочери Ивана Александровича Солтана, подскарбия (1473-1486). Жена подскарбия (Анна) называла Кмита своим зятем, а он, в свою очередь, называл тестем подскарбия (это подтверждается записями в ЛМ).
Три документа из Литовской записи позволили нам точно установить родственные связи семьи Кмитов с представителями литовского дворянства. Они показывают, что Кмита Стретович был женат на Зузанне из княжеского рода Прихабских (дочь Андрея Константиновича ПРихабского и внучка сестры жены подскарбия). Благодаря этому браку Кмита в дальнейшем в документах именовался родственнком вдовы Ивана Александровича Солтана – Анной, княгиней Вишневецкой. У Анны была сестра, вышедшая замуж за князя Константина Прихабского.
Иван Андреевич Солтан в своем завещании упоминает своего покойного «зятя» пана Кмиту Стретовича.
... Кмита Стретович, возможно, умер между 1522 и 1528 годами. Следующим владельцем поместья Березовец стал его сын Иван Кмита, но в середине 16 века усадьба сгорела. В 1562 году пан Иван Кмита уведоиляет о сожжении грамот и документов о правах владения имения и замка Березовецкого: «Пан Иван Стретович Кмита Березовецкий со слезами на глазах сообщил своему милостивому господину, что по замок сгорел вместе с имуществом, грамотами, привилегиями. Тогда были сожжены грамоты славной памяти короля Казимира, привилегия, данная моему деду на Березовец и Узду, письмо о Почапове, Гаю, данное от всех предков его величества, от великого князя Витаутаса и других милостивых королей и князей, купчая на имение Олизарово Любаниче от Якуба Ганусовича, проданное ему на вечность".
............................................................
В 1501 году великий князь литовский Александр подтвердил права собственности Кмиты Стретовича и его семьи на имение Березовец в Сервечах Новогрудского повета, которое ранее принадлежало Ивану Александровичу (Солтану), умершему в 1498 г.
В этих двух документах 1501 и 1562 гг. нет противоречия, если предположить, что с конца 15 в. до середины 16 века в Березовце было два имения (Солтанов и Кмитов). В противном случае пришлось бы думать, что Иван Кмита солгал королю Сигизмунду II Августу, что маловероятно. Скорее всего, семья Кмитов расширила свое поместье в Березовце поместьем Солтан из-за тесных семейных связей.
[/q]

Я просмотрела ссылки по тексту на ЛМ и на их основании родственные связи Кмиты Стретовича выглядят немного иначе:
Первым браком Кмита был женат на дочери подскарбия Ивана Александровича, который ни в одном документе не именуется Солтаном, но есть вкладная запись от 1484 г. в Лавришевском монастыре, где он - Иван Александрович Стретович:

[q]
Се я, пан Иван Ѡлександрович Стретович, | подскарбии г(оспо)д(а)рѧ великог | королѧ Казимира, запи|сал есми с своег именьѧ з Бе|резовца тридцат коп жита
[/q]

При этом ясно, что Иван - сын Александра и внук Стрета.
Могла ли закрасться ошибка в написании монастырским писарем имени Стрет? По-моему, могла((. По двум причинам - зять был Стретовичем и второе - был в то время на слуху ковенский городничий Стрет, чье имя встречается в 1480х годах в ЛМ часто. К этому вернемся позже.

[/q]

Итак, Кмита имеет отношение к имению Березовичи через брак с дочерью Ивана Александровича.
И, судя по тому, что сын Кмиты Иван говорит о том, что имение это было пожаловано его деду, то его дед по матери - Иван Александрович. А никак не Стрет, городничий ковенский.
Но мать умерла, и бабушка Ивана (Анна Васильевна Збаражская) озабочена тем, чтобы в случае повторной женитьбы ее зятя, имение не перешло в чужие руки.
По этой причине брак Кмиты с Зузанной Андреевной Прихабской (золовкой сестры) был вполне удачным решением.
Анна (дочь Василия Збаражского) сыновей своего брата называет сестренцами, то есть сыновьями сестры. Получается, что их мать - одновременно и сестра и жена брата. Соответственно, матери у Михаила и Анны, видимо, - разные. Хотя и в этом случае брак родственный.
Однако, Анна могла быть дочерью не Василия Васильевича, а Василия Федоровича Збаражского.

[q]
В начале 1460-х годов Василий Фёдорович осел в Збараже (наверное произошел раздел имущества с братом или тот уже умер), и с этого времени стал подписываться как князь на Збараже. Князьями Збаражскими стали называться уже его потомки. Умер в июле 1463 года
[/q]

Но нас интересуют родственные связи с Федорой, внучкой князя Андрея Владимировича Ольгердовича и неизвестного происхождения Марии (по версии авторов монографии иб Ильиничах, то ли сестры Ивашки Ильинича, то ли сестрв его жены.
Итак, в 1512 г. Федора умирая, составила завещание. И по этому завешанию Ивану, Федору, Федьку МИхайловичам Вишневецким и дочерям князя Андрея Прихабского отошло имение в Друцком княжестве. Но пани подскарбию это наследство стало интересовать только в 1522 г., когда отец ее внука Ивана был уже вторым браком женат на Зузанне Прихабской. А в 1512 г. она вместе с дочерью и ее мужем Кмитою боролась за имение Берестечко, на которое после смерти Федоры (Зофьи) также претендовал Богуш Боговитинович (его в своем завещании Юрий Иванович Ильинич, кстати, называл братом).
Соответственно, вывод - родство с Федорой (Зофией) было именно у князей ПРихабских. По крайней мере, только их потомки претендовали на имение под Друцком.

Для Анны Васильевны и ее сестры Федора была тетей (так в ЛМ). То есть она - сестра их матери.

Не обязательно сестра родная.

В источниках по непонятно на что опирающихся Берестечко в 15 веке у рода Боговитинов.
Кстати, как и Ильиничи, они относятся к гербу Корчак.
И поскольку и те, и другие православные, то не факт, что герб этот у них Городельский.

[q]
Боговитины (пол. Bohowityn) — православный боярский, позже шляхетский род Великого княжества Литовского герба Корчак
[/q]

И тогда вопрос - а как у Федоры Рогатинской оказалось Берестечко Боговитинов?
После ее смерти согласно завещанию оно вернулось Богушу Боговитину, а через брак его дочери перешло к князьяи Пронским.

По Берестечку нашла я следующее:
1. Оно было в нескольких частях.
2. Одна часть еще до смерти Федоры находилась у Богуша Боговитиновича, и он ее менял на другое имение.
3. Те части, что были у Федоры, видимо, отошли опять Богушу.

Соответственно, сестренцы пани Анны подскарбины, Берестечка не получили.
Только трое сестренцов упоминаются в листе, видимо, четвертый, Александр, был несовершеннолетним.
Женой Михаила Збаражского некоторые источники называют "из Полубинских".
Есть упоминание, что сестра Богуша была замужем за кн. Андреем Полубинским. Не исключено, что это та самая , что первым браком была Полубинским, а вторым - за Михаилом Збаражским.
И тут вспоминаем, что Юрий Иванович Ильинич и Михаила Богушевича, и Василия Андреевича Полубинского называет в завещании братьями.
Что если это родство - через Боговитиновичей? Тем более, что и Ильиничи, и Боговитины одного герба Корчак.
Пока получается такая связка - Боговитины, Ильиничи, Прихабские.

И в каком родстве они с Федорой? Получается, Федора - тетя этой Боговитиной и Анны Васильевны (Збаражской). Но по линии матери Авдотьи Андреевны или отца - Ивана Рогатинского?

Судя по тому, что Любаничи под Друцком король Жигмонт отдал сестренцам и сестриничам Анны, родство это имело место. Король Жигмонт по смерти Федоры взял имение к своим рукам и отдал на кормление князю Юрию Михайловичу Толочинскому, но по просьбе Анны и ее сестренцов и сестричен вернул им, "как до этого небожчик пан Иван Рогатинский держал, а по нем дочка его пани Пацовая, по близости своее".

И тут самое время поговорить об Иване Рогатинском.
Ну не мог он не быть известного рода, если князь Андрей Владимирович Олелькович отдап за него свою дочь.
И этот род как-то связан и с Боговитиными, и с Ильиничами.
И важно, что как-то они все связаны с Друцкими князьями. Связь эта как раз многое может объяснить, и она - на уровне по краййней мере начала 15 века.

ПРоисхождение Ильиничей рассматривается в монографии по Ильиничам:

[q]
Версии о происхождении рода.
Патроним позволил исследователям считать родоначальником Ильиничей некоего Илью. Никто особенно не сомневался в его существовании, но в историографии существует несколько версий происхождения Ильи: «могилевская», «витебская», «волынская», «стародубская», «смоленская» и «новагрудская». Проблема в том, что никому до сих пор не удалось убедительно связать Илью с первым известным представителем рода – Ивашкой (Иваном) Ильинычем. В начале генеалогии Ильиничей до сих пор есть несколько неясных моментов. Требуют уточнения браки Ивашки Ильинича, есть вопросы о числе его сестер, есть необходимость исправить многочисленные ранние исторические ошибки, а также дополнить неполные биографические сведения о большинстве членов семьи.
[/q]

Все версии базируются на дошедших сведениях об имениях Ильиничей в 15 веке.
Собственно, нас интересуют не сами имения, а возможность на их основании прояснить, кто же все-таки в 15 веке, мог относиться к роду Ильиничей. Были ли у Ивашки Ильинича братья?
Начнем со "стародубской версии".
Она базируется на том, что Великий князь Казимир Ягеллончик до 1447 года подтвердил Яцку Илиничу ряд имений:
“Яцку Илиничу у Стародубе его отчина дедина, да Гримячое с тыми людьми, што к тому слушаеть; пол Знобва, што перво за ним же была; а у Радогосчи Долгин, его ж отчизна; у Клецку селищо Пашенка, што перво за ним же было”.
Из всех имений только стародубское имение "отчина-дедина" досталось ему в наследство, то есть его получил еще Илья, либо отец Ильи. То есть это произошло либо в период наместничества Свидригайлы, либо, что более вероятно, Сигизмунда Кейстутовича. Точно можно сказать, что не сохранились документальные свидетельства о пожаловании стародубского имения Илье. А они были и, надо полагать, это произошло до 1440 года, поскольку с этого года пожалования сохранились довольно хорошо.
Сразу уточню, что Казимир подтвердил и имения на Волыни самому Илье (те, что ему пожаловал Витовт в 1427 году), то есть в начале 1440-х годов он был еще жив

[q]
Ильи Вачковичу сел[ь]цо Борончичи а Перецко. Панъ Петръ.
[/q]

Умер Илья до 1447 года (Казимир еще Великий князь), видимо, этим объясняется появление упоминаний его сыновей как самостоятельных действующих лиц:

[q]
Ивашку Ильиничю ч(о)л(о)в(с)къ Парфенько Толочинского; до воли. Самъ великим кн(я)зь. Панъ Петрашъ, панъ Олехно. Кушлеико.
[/q]

Рассмотрим последовательно версии происхождения Ильиничей в монографии Олехнович, Рыбчонка, Шаланды::
1. Стародубская.

[q]
В свое время Вячеслав Насевич высказал мнение, что Ильиничи могли происходить из Стародуба. Единственным аргументом в пользу такой версии является факт подтверждения отчины в Стародубе Яцку Ильиничу. Неизвестно почему Вячеслав Насевич считает Ивашку Ильинича братом Яцка Ильинича, ведь упомянутая в дарственная грамота не указывает на какую-либо связь между Ивашкой и Яцком Ильиничем.
[/q]

Тут у меня комментарий - при наличии взрослых сыновей у Ильи по его смерти уже произошел раздел имений и, соответственно, подтверждались они каждому сыну отдельно, без упоминаний братьев. Это обычная практика.
Косвенным подтверждением наличия у Ильи нескольких сыновей служит практически в одно время (1447 г.) получение подтверждения имений Ильиничам от Великого князя Казимира, а именно: Яцку Ильиничу, могилевским боярам Ильиничам (без имен) и Ивашке Ильиничу - у Друцка человека Толочинского и , видимо отчины у того же Друцка, которая упоминается в более позднем пожаловании:

[q]
Ивашку городничое у Витебъску а селцо Дерлинъское, его жъ отчинъна
[/q]

.
Однако авторы монографии в качестве аргумента против существования братьев Ильиничей приводят такой:

[q]
Наличию братьев у Яцка Ильинича противоречит следующая запись 1452 года :
У Стародубе. Янку Даниловичу призволил король поняти вдову, Яцкову жону Ильинича, а и сама деи за него хотела, а и имене ему ж Яцково по тому ж, как Яцко держал, со всим с тым. Дан в Троцехе, 11 февраля, 15-й Индикт. Монивид, воевода.

Вдову Яцка взял себе в жены Данилович, и так как у нее было детей от первого мужа, то ей перешло право собственности на все имения, что свидетельствует о том, что братьев у Яцка Ильинича также не было. Поэтому версия Вячеслава Насевича вряд ли выдерживает критику. Против нее свидетельствует и тот факт, что стародубских вотчин у магнатов Ильиничей неизвестно.
[/q]

Тут все аргументы выглядят неубедительно. Первое - мы не знаем, какие имения получила вдова Яцка Ильинича, также не знаем, были ли у нее дети, поскольку речь в пожаловании Даниловичу идет только об одном имении Яцково, которое, судя по названию, не было отчиной, а выслужено им. Остальные имения, включая имение под Клецком, Даниловичу точно не перешли.
Так же можно указать на обычность практики, когда вдова наследовала часть имений за мужем, помимо его братьев. ПРимер - вдова Ивана Юрьевича Ильинича по завещанию получила часть имений Ильиничей, которые потом перешли к ее второму мужу Радзивиллу.
При этом, мы не имеем сведений, кому перешли остальные имения Яцка, в том же Клецке. Вполне возможно, что к его братьям.

Что касается отсутствия упоминаний у магнатов Илиничей стародубских имений, то Стародуб еще в 1507 году отошел к Москве. И если кто-то из Ильиничей наследовал стародубские имения , то где-то в эти годы они могли получить имения в Литве вместо утерянных отчин в Стародубе. И очевидно, что потомки Яцка, хотя и Ильиничи, не были магнатами, этот "статус" применим только к потомкам одного сына Ивашки - Юрия. Так что мы еще поищем тех Ильиничей, которые в 1507-1509 г.г. получали имения "заместо отчин".
Однако нужно заметить, что столь обширная география владений Ильиничей в первой половине 15 века и довольно высокое положение представителей этого рода говорит против версии их происхождения из Стародубских бояр. Имения в Стародубе получали представители многих литовских родов, но это не стало основанием для появления версий их происхождения из Стародуба. Обычная практика - пожалование земель в русском порубежьи.

По Яцку Ильиничу нужно уточнить, что мы не знаем судьбу его имений под Клецком.
И еще по Яцку:

[q]
Глебку Вяжевичу Копотовичу: до воли, што Яцко держалъ. Кн(я)зь Юри, панъ Кгастовтъ, Ивашко Монивидъ. Сопега.
[/q]

[q]
Яцку Роздерипиво у Кремянох 4 ч(о)л(о)гв(е)ки против Простеи и Чючолова.
[/q]

[q]
А Яцку потверженье, на имя: Березовичи а Ускереви.
[/q]

[q]
Ивашку Вяжевичу деветь ч(о)л(о)в(е)ковъ, што за Яцкомъ Ильиничомъ были, да три земли Мокрянъских. Панъ Монивид.
[/q]

[q]
Глебку Вяжевичу Копотовичу: до воли, што Яцко держалъ. Кн(я)зь Юри, панъ Кгастовтъ, Ивашко Монивидъ. Сопега.
[/q]

Отметим пока некую связь между Вяжевичами и Ильиничами, хотя происхождение Вяжевичей тоже не ясно, но, возможно, эта свячзь где-то еще проявится..

В монографии есть фотография печати Юрия Ивановича Ильинича на документе 1514 года. Интересна тем, что на печати - четырехчастный герб, то есть вверху в левой части - герб отца, справа - матери, внизу слева - герб бабушки по матери, справа - бабушки по отцу.
Вот как его интерпретируют авторы:

[q]
Герб: щит разделен на четыре части, в 1-й и 4-й — три полосы (родовые «врубы»), во 2-й и 3-й — голова льва с высунутым изо рта языком («Задора» — ( мать из Кяжгайлов)
[/q]

Очень сомнительно, что на щите есть "Задора" - нет ни характерной гривы, ни языков пламени из пасти.
Вообще, это, скорее, не городельский герб, он очень похож на голову волка с печатки Ивашки Гойцевича, наместника полоцкого.
Ну и очень любопытно, что мать Ивашки Ильинича под гербом "Корчак" ("Вребы"). тут вспоминаем, что Юрий Ильинич называет братом Богуша Боговитиновича, у которого тоже герб "Корчак".
Ну и "голова зверя" дает очнование для версии, что жена Ивашки и ее мать из Гойцевичей.
С одной стороны, это подтверждает, что матерью Юрия была Анна Довгирдовна Юшкова Гойцевичева, она могла в принципе оставить герб первого мужа.
По идее тут мог быть герб Довгирдов. Однако, у Довгирдовичей как бы нет единого герба и, точно , не одним из более поздних, не пользовался Ян Довгирд (У него на печатке точка в треугольнике, то есть знак, а не герб).

Единственные из известных в 15 веке гербов, подобные гербам жены Ивашки и ее матери, принадлежали Гойцевичам и Довойновичам. Ну и князьям Одинцевичам.

О сходстве гербов Гойцевичей и Довойновичей, на которых "голова зверя (пса), повернутая в сторону" тут :

[q]
B. Możejko, Starosta bielski Iwaszko Dowojnowicz w sporze z mieszczanami gdańskimi, [w:] Społeczeństwo Polski Średniowiecznej, t. VIII, 1999
[/q]

А Герб Одинцевича 1530х годов такой:
Конечно, отличия существенные, хотя это изображение и ближе, чем герб Задора, но отличия - ушек у зверя не два, а один, и направление высунутого языка другое. Ранние знаки Одинцевичей не имеют такого изображения, так что пока самое вероятное, что бабушка по матери Юрия Ильинича из Довойновичей.

Поскольку мне видится версия, что мать Юрия Ивановича это Анна , дочь Яна Довгирда, по первому мужу Гойцевичева, то жена Довгирда - из Довойновичей. Возможно, сестра Олехны Довойновича.
При этом, Довойновичи и Гойцевичи, вероятно, имели общего предка в конце 14 века.

К этому же роду, возможно, относятся и Хребтовичи герба Одровонж.
Тут такие основания - этот герб в Городле получил Wyszegerd, а в 1401 г. упоминается Dowojna Wissigerdonisa (Dowogin Wizgerdowicz[. СОлехно, Иван и Андрей Довойновичи упоминаются начиная с 1430х годов уже при серьезных урядах, то есть вполне могли быть детьми этого Довойны. Однако они пользуются догородельским гербом.
Мы не знаем, каким гербом пользовались Хребтовичи в первой половине 15 века.
Однако на мысль о родстве Хребтовичей и Довойновичей наводит это:

[q]
Хребтовичомъ всимъ Свортву дано, их отчизну, и со всимъ по тому, какъ отсц ихъ держалъ, и по тому, какъ небощик панъ Олехно Довоиновичъ держалъ. А што
будетъ н(а)шого занято, у то ся имъ tie надобе уступовати ся. А п(и)са// у Городне, мар(та) 13 день, инъдик(т) 12. Панъ Михайло, восвоб(а). Писая Янушко
[/q]

Последовательность владения Своротвой тут такая: отец Хребтовичей, после него - Олехно Довойнович.
Отсюда можно понять, что отец Хребтовичей - Ивашка Олехнович:

[q]
У Новгородскои волости. Олехну Довоинови Свороват двор а Тулчевци, што Олехновичъ Ивашко держалъ. Сопега.
[/q]

Видимо, именно он был среди поручителей в 1431 году:
6 сентября 1431 г. датировано поручительство за пленных, выданное князьями и боярами «земель Литвы и Руси». Из девяти поручителей как минимум четверо были волынскими землевладельцами (князь Андрюшко Федорович Острожский, бояре Юрша, Гринко Клюкович и Боговитин). Прочие либо были в числе мало влиятельных лиц в окружении Свидригайла (бояре Андрюшка Немирович, Рагоза, князья Иван Корибутович и Иван Андреевич — сын Андрея Ольгердовича Полоцкого), либо не известны по другим источникам или не идентифицируются (Ивашко Олехнович).
Что это за поручительство и за кого:
Собственно, это событие стало началом Литовско-польской войны 1432—1438 годов.

[q]
В польском плену оставались подданные Свидригайла, попавшие туда в результате сражения под Луцком 31 июля 1431 г. После польско-ливонской битвы под Наклом (13 сентября) к ним добавились рыцари из Ливонии. Польское требование поручной грамоты, составленной от имени вельмож ВКЛ, стало для Свидригайла неожиданностью, и его пришлось выполнять уже в то время, когда наиболее влиятельные вельможи уехали из военного лагеря. Как следует из хода дальнейших переговоров, это первое поручительство за пленных поляки отвергли. Вскоре к литовцам в польском плену добавились ливонцы, среди которых был и ливонский ландмаршал Вернер фон Нессельроде648. Не позже начала декабря было составлено новое поручительство, на этот раз и за литовских, и за ливонских пленных, от имени Свидригайла, его князей и бояр. Оно, однако, было отвергнуто польской стороной: об этом великий князь узнал 15 декабря, когда к нему вернулся из Польши его секретарь. Поляки дали понять Свидригайлу, что готовы на некоторое время (до ближайшей Пасхи — 20 апреля 1432 г.) отпустить из плена его вельмож. В тот же день было составлено поручительство за Румбольда, Гаштольда и других пленных, не названных поименно, за которых поручился сам Гаштольд. На этот раз документ был выдан от имени Свидригайла: он стремился окончить это дело как можно скорее, а сбор печатей его вельмож, вероятно, требовал определенного времени650. 26 декабря, после того как документ был доставлен в Краков, сами пленные Румбольд и Гаштольд выдали грамоту с обещанием (за себя и прочих пленных) вернуться в плен к 21 апреля следующего года651. Вскоре король подтвердил их временное освобождение652, а к середине января они вернулись в Литву653. Летом 1432 г. их отпуск из плена был продлен до 25 декабря того же года.
[/q]

Тут связь Ивашки Олехновича с имением Волма, которое было у Монивида, а позже оказалось у Петра Сеньки Гедиголдовича:

[q]
Ивашку Олехновичу полтора устава меду, што къ Волме привернуто было. Панъ Кгастовтъ.
[/q]

Более интересно, что бабушка Юрия Ильинича, то есть жена Ильи Вячковича - герба Корчак.

В 15 веке среди известных представителей - Солтаны, Боговитиновичи, Мелешко, правда, Мелешки как род это уже 16 век.

[q]
Известные нам печати Боговитинов содержат изображение птицы, которую можно трактовать, скорее, как герб Лебедь, но рядом с ним иногда случаются также брусья Корчака 10 (рис. 1). Решить загадку помогает реестр бумаг одного из потомков Боговитина. В этом документе 1576 г. упомянуто «привилегии, что царь Максимианъ предоставил дому нашему гεрбы, которые сут нарисεваны в том же εлистε»11. Судя по изложенному, первобытным был герб Корчак, а с начала XVI в. параллельно с ним (иногда вместо него) род пользовался другим знаком, предоставленным императором Священной Римской империи Максимилианом I (1493—1518)
[/q]

Про Боговитина в ЛМ не густо. 1440-1452 г.г.:

[q]
Боговитину Непли, што Пятъковским держал, а другое Козерады, што за Сестренцомъ было. Панъ Петрашъ, || [бЗѵ] панъ Кгастовтъ. Кушлеико
[/q]

Сестренец тут может быть именно сестренцом, то есть сыном сестры.
В 15 км Цицебор:

[q]
У Берестеиской волости. Цецебор" двум а братеником а Овлашку а Юшку; со всимъ, какъ Стромило держалъ
[/q]

Предположу осторожно, что Стромило (дед Станислава Петровича Кишки) - сестренец, то есть сын сестры Боговитина.