Попов Павел Капитонович

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Как удивительно и горько похожи судьбы...
Спасибо за этот текст. Просто меняй фамилии и места и получай готовый шаблон для поиска своих.
Соболезную, что все так.

Да ,как похожи судьбы наших предков. Я тоже начал заниматься поисками родословной , найдя в Книге памяти фамилию своего расстрелянного прадеда.Лариса , а по Тюменской обл. у Вас ничего нет ? С ув. Олег.

Спасибо! Вам тоже удачи! Я уже по прадеду нашел его дело. Думал у вас есть что то по Тюменской обл. вообще по репрессиям. С ув. Олег.

Лариса, это очень интересная статья, но странно, что про Вас и Ваших родственников буквально пару строчек.

Тема репрессий и реабилитаций очень непростая. Надо разбираться с каждым случаем. С автором статьи не согласна, где она говорит, "кто сейчас разберет". Надо разбираться.

И обязательно тех, кто осужден невинно, надо отделять от уголовников.

Я бы, честно говоря, с большим интересом прочитала бы статью о Ваших поисках. Только о Ваших, без вот этих вот обобщающих материалов. Но это мое мнение.

KarLa написал:

[q]
Тамара Владиславовна Петкевич
[/q]

Оффтопик: Лариса, сейчас увидела твою тему. Я знала и имела большую честь общаться с Ингой Петкевич-первой женой Андрея Битова . Она к сожалению ушла из жизни 2 года назад вики
Бывала на ее даче в Токсово. "Плач по красной суке" с ее дарственной надписью кочует со мной во всех переездах. Интересно, их связывает какое-нибудь родство?

EkaterinaK написал:

[q]
про Вас и Ваших родственников буквально пару строчек.
[/q]

Здравствуйте, Екатерина!
Спасибо Вам за отклик! Скажу лишь в 2-х словах как это было. Мне позвонила корреспондент газеты "ВБ" Тамара Попова, готовившая материал к Дню памяти жертв репрессий и попросила дать интервью о моих поисках, а так же настоятельно просила разрешения поместить мое фото в газете. Тему мою она нашла в интернете. Фотографироваться я наотрез отказалась, но дала ей разрешение использовать мой материал для написания статьи. Дальше получилось то, что получилось. Не понравились мне в этой истории две вещи:
1. Некоторые факты искажены.
2. Меня даже не известили о выходе этой статьи, хотя обещали. Узнала об этом случайно.

EkaterinaK написал:

[q]
Я бы, честно говоря, с большим интересом прочитала бы статью о Ваших поисках
[/q]

Екатерина, во-первых я совсем не хочу публичности, мне достаточно и того, что я сообщаю здесь на форуме. Самое важное, что удается найти, я выкладываю в дневнике обязательно. Во вторых моя работа едва позволяет находить время на проведение поисков, для меня даже в архив сейчас вырваться проблематично. На статью у меня точно нет времени.
Однако есть у меня родственник журналист, который тормошит меня и заставляет рассказывать о своих поисках. Недавно он снял меня на видео, будет монтировать передачу для телевидения по генеалогии. Ему я отказать никак не смогла

Вот в такую авантюру меня втянули

Lara написал:

[q]
Интересно, их связывает какое-нибудь родство?
[/q]

Ничего себе какие у тебя знакомства, Лар! Насчет родства не знаю, мне тоже интересно. Она тоже питерская, все может быть. Спасибо тебе за отклик!

Видеоролики о Карлаге

Карлаг. Боль и память.

Karlag. White Silence.

Летописец Карлага
(Станислав Мастеров о Екатерине Борисовне Кузнецовой)

Отрывок:

"– Екатерина Борисовна, мне рассказывали трогательную историю о том, как в поселке Актас дружно-мирно жили два глубоких старика-соседа. Их дома разделял простенький штакетник. Один из них был «политическим», а другой – лагерный вертухай, водивший под ружьем на работы своего дорогого соседушку… Жизнь берет свое. Время лечит?

– Книгу, которую я написала, называется «Карлаг: по обе стороны колючки». И охранники, и зеки – все они жили за проволокой. В СССР свободы не было ни для кого. Сегодня он – вертухай, а завтра – заключенный. В поселке Долинка я познакомилась с Василием Яичкиным, бывшим охранником Карлага. Он мне сказал про зеков: «Были среди них очень умные, очень важные люди – для меня, простого мальчишки, солдата-краснопогонника, который ничего в жизни не видел, голодал в детдоме. Мог ли я поверить, что это враги? Наверное, нет… Но я боялся об этом даже подумать».

Я познакомилась с Сергеем Бариновым, который был начальником АЛЖИРа – Акмолинского лагеря жен изменников Родины. Можно сказать честно – это был приличный человек. Его прислали в Казахстан из Калининского НКВД. По его словам, он был не согласен с некоторыми вещами, работая в Калинине, и за это отослали его работать в Карлаг. В Долинке он жил вместе с женой в небольшом домике. Его супруга, довольно интеллигентная, в свое время объединяла уже отсидевших женщин в различные кружки по интересам. Она старалась как-то их реабилитировать внутренне. А сам Баринов был человек умный, образованный, трезво смотревший на вещи. По воспоминаниям тех, кто сидел в АЛЖИРе, Баринов был вполне гуманным. Конечно, это был служивый, офицер НКВД, он выполнял все предписания начальства. Конечно, женщины тяжело работали: резали камыш, делали саман, строили, пасли скот. Были они плохо одеты и морально угнетены.

Этого нельзя забывать. Но в то же время было и другое: Баринов не выходил за человеческие рамки. Зечки оставались для него женщинами. Быть может, Баринов не верил в «борьбу с врагами народа», но он был при погонах. Все это очень непросто…
– Вы пытались говорить с ним о Сталине?
– Мы спокойно, мирно беседовали обо всем. Но, как только доходило до вождя народов, – все… Как отрезало. Это была закрытая тема для него. На окраине Караганды в Майкудуке жил начальник охраны Карлага Вайнблат. Заключенные говорили, что «он не был зверем…» В начале девяностых старик рассказывал мне о быте заключенных. Но, как только разговор коснулся Сталина, ставилась точка.

В их сознании была заложена определенная матрица, ограничительная программа. У тех, кто охранял, до последних дней оставалось ощущение: да, все они, люди с оружием, находились по одну сторону колючки от зеков. Однако все вместе были они за проволокой. Достаточно одного неосторожного слова, чтобы из охранников перейти в охраняемые.
Время лечит. Так должно быть

Память о Карлаге оставалась болезненной и для вохры. В начале восьмидесятых, работая в «Индустриальной Караганде», я поехала в командировку в совхоз-техникум имени Мичурина. Уже вышел солженицынский «Архипелаг Гулаг». Один человек дал мне том французского издания на пару дней и ночей. Я читала книгу с тем же психопатическим рвением, как и стенограммы Нюрнбергского процесса. И вот я приезжаю в совхоз, встречаюсь с начальником отделения Каирбековым, пожилым человеком в галифе и армейских сапогах. Контора – саманное здание, бывший карлаговский барак. Мы сели с ним за стол, и я по своей глупости спокойненько ему говорю: «Ну рассказывайте мне, как вы тут живете на своем Архипелаге Гулаге». И вдруг наступила тишина. Я смотрю на Каирбекова – глаза его полны слез. Я перепугалась ужасно, водички в стакан налила: «Ой, может, я вас чем-то обидела, извините, пожалуйста». А он говорит: «Насчет Архипелага Гулага вам скажу: здесь (в том месте, где располагался совхоз, находилось лагерное отделение Карлага) были такие люди! Цвет Советского Союза!» И он мне стал рассказывать. В те времена, еще советские, об этом предпочитали помалкивать… Каирбеков говорит: «Я был охранником, неграмотным, аульным мальчишкой, который плохо знал русский язык. Благодаря этим людям я стал человеком. От них так много узнал, чего нельзя было узнать ни в одной школе. Потом я приехал в Москву несколько лет тому назад лечиться. Лежу в общей палате. И ко мне стали приходить авиаконструктор, профессор, балерина… Люди всенародно известные. Несли мне апельсины, бананы, колбасу. Все больные смотрели на меня и думали: что за старик из Казахстана, знатный такой? Говорят – безвестный, а к нему ходят такие посетители! А этих людей я всех водил под ружьем».
– Все-таки время лечит…
– Так должно быть. Недавно мне позвонила женщина, работавшая в Карлаге перлюстратором писем. На мои публикации она всегда реагировала злобно: «Вранье!» И женщина эта на сей раз меня попросила: «Ты пришла бы ко мне, я тебе кое-какие фотографии дам».

Время должно лечить. Нельзя все время воевать. Ни у тех, кто охранял, ни у других, заключенных, – ни у кого не было нормальной жизни. И тем и другим товарищ Сталин сломал жизнь. В любой момент они могли поменяться местами и поняли это, когда постарели."
Источник http://www.proza.ru/2013/01/30/1147

Отрывок из публикации Е. Б. Кузнецовой:

ГДЕ ЛАГЕРЕЙ ЧАДИЛИ АДЫ... (Из блокнота журналиста)

Автор: Екатерина КУЗНЕЦОВА, почетный журналист Республики Казахстан
Дата: 24-05-2014

"А в 1989-м я с ними ездила в Долинку, все было еще узнаваемо, еще живо в памяти, и они показывали мне: «вот тут была школа, а это клуб, в нем была отличная библиотека, а это больница для заключенных, здесь работал профессор-кардиолог, бывший министр здравоохранения РСФСР, «враг народа» Колесников...».
После августа 1991 года, когда власть в СССР переменилась, потянулись сюда иностранные корреспонденты, и на экранах и телеэкранах, на газетных полосах всего мира замелькало слово Dolinka.
Из «Daily Mail» приехала Миранда Инграм, приехал Робин Найт, корреспондент «U.S. News» – оба из Лондона, их живо интересовала судьба Хеймо Раутеайнена. Тоже сразу – в Долинку.
Микаэл Йордан из Словакии, профессор Адам Добронски из Польши (Варшава), Анна Петрачек, журналистка с польского ТВ, Бруно Максвиллиамс из «The Chronicle of Hingher Edukation».
С кем только не ездили мы в Долинку, кто только не фотографировал бывшее главное управление Карлага, не топтал досок в его коридорах, травы в заросшем парке перед зданием...
Я перечисляю далеко не многих из тех, кого привело в наши края отнюдь не простое любопытство, а профессиональное желание в полный голос рассказать миру о постигшей советский народ трагедии с тем, чтобы не дать ей повториться вновь."
источник

Письмо-ответ, полученное мной из Музея памяти жертв репрессий в Долинке
(майл: Музей памяти жертв репрессий museumdolinka@mail.ru )

"Здравствуйте, уважаемая Лариса Валентиновна!
Архивные материалы в том числе карточки на заключенных Карлага, хранятся в Управлении Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры Республики Казахстан по Карагандинской области, расположенном по адресу: г. Караганда, ул. Жамбыла, 97. Вам необходимо написать письмо на имя руководителя Абу-Али Анарбайулы Саттар с просьбой о предоставлении копии личного дела Попова П.К. (родство подтверждается).
Личные дела содержат в себе следующую информацию: анкета арестованного (Ф.И.О., дата рождения, место рождения, социальное положение, кем работал до ареста, состав семья на момент ареста и др.), выписки из протокола Тройки ОГПУ (статья и срок заключения), карточки с зачетом трудодней(где и кем работал в Карлаге), справка об освобождении или о смерти (где умер, причина смерти), акт о захоронении (не всегда есть), карточка заключенного (анкетные данные, статья и срок заключения, передвижение по Карлагу (в каких отделениях отбывал наказание), дата освобождения или смерти).
Мы будем очень благодарны, если вы пришлете сканированные материалы дела Попова Павла Капитоновича. Данные материалы пополнят фонд музея и будут выставлены в экспозиционном зале "Имена и судьбы". Если есть возможность, то от руки напишите воспоминания о своем прадеде, историю вашей семьи (всё то, что когда-то рассказывали вам). Также мы будем рады встретить вас в музее, показать Долинку.

С уважением, Клеттер Александра, научный сотрудник"

Сайт Управления Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры Республики Казахстан по Карагандинской области
http://pravstat.prokuror.kz/rus/sub/krg/questions

Сегодня направила туда еще один запрос, теперь уже по электронке.

Здесь я буду собирать материал о моем прадеде по отцовской линии, а так же ссылки и материал, касающиеся темы репрессий