Станица Александрийская Георгиевского района СК

poltava2012 написал:

[q]

nata770 написал:

[q]

>> Ответ на сообщение пользователя Margo2023 от 3 февраля 2024 15:44

Здравствуйте, подскажите пожалуйста, где можно посмотреть информацию по :

Горбунов Сергей Филиппович, 1899 г.р.
социальное происхождение: казак
мера пресечения: арест 1920 г.
приговор: из под стражи освобожден

Он может являться братом моего прадеда.

[/q]

Здравствуйте! Вы обращались с запросом в ФСБ по Ставропольскому краю?

[/q]

Здравствуйте. Только увидела ваш ответ, спасибо что ответили. В ФСБ не обращалась, а что так можно, и как это сделать, не подскажете?

Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, был ли в Георгиевском округе населённый пункт Львов или Львовский, моя прабабушка родилась там в 1906 году в семье Зайцева Прокофия.

Natashkentciya написал:

[q]

Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, был ли в Георгиевском округе населённый пункт Львов или Львовский, моя прабабушка родилась там в 1906 году в семье Зайцева Прокофия.

[/q]

Здравствуйте. Название населенного пункта и округа есть в официальном документе Вашей прабабушки?

В Алфавитном списке населенных мест Терской области по данным 1900 года ( я нашла только х. Львовых (основан 1888-1895 г.г.) при селении Кази - Юрт . Это сейчас территория Кизилюртовского района Р Дагестан. Ранее эта территория входила в состав Терской области.

1914 год

продолжение
ГАСК Ф.Р-1150 Оп.1 д. 50 «По обвинению Скуменко (Искуменко) Марии, Наумова Василия в выдаче коммунистов».

Протокол допроса свидетелей по делу по жалобе гражданина Василия Тимофеевича Наумова на незаконные действия председателя временного ревкома станицы Свободной товарища Чернова по поводу конфискации Черным имущества Наумова ввиду ареста последнего по обвинению в выдаче советских работников белым бандитам составленной 21 января 1921 года в станице Свободной.
Показания давали следующие лица:
1. Мухортов Иван Антонович, председатель Исполнительного комитета ст. Свободной, 41 г., под судом и следствием не состоял, показал:
Как и при каких обстоятельствах Наумов был арестован белыми бандитами в ночь на 28 ноября 1920 г. и вообще был ли он арестован я не знаю, потому, что я сам был ими арестован (7-ю человек) и содержался под арестом в частном доме одностаничника Флора Комарова за караулов в числе 35 человек. Сам я не видел взят ли был Наумов бандитами и увезли в степь для встречи белого отряда. Но потом узнал от самого Наумова, когда его для допроса привел т. Черный 5 или 6 декабря, что он был взят белыми в плен полчаса двенадцатого в ночь на 28 ноября и увезен встречать основной отряд белых.
Наумова я знаю с 1913 года он у нас работает учителем в ст. Свободной (Букревский хутор). Он всегда был сторонник советской власти еще в 1918 году. Когда в 1919 году была власть кадетов то он оставался на своем посту учителем. При вновь образовавшейся советской власти он служил также учителем нашей станицы и был членом культурно-просветительского общества. Он и сейчас в 1920 г. до ареста всегда был большевиком и всегда держал строй коммунистов. На сколько я знаю он хороший человек и всегда шел на встречу трудовому народу.
Тов. Чернов (Черный) арестовал Наумова 5 или 6 декабря, но за что арестовал не знаю. Когда т. Чернов арестовал Наумова то на второй же день отправил его под конвоем в г. Георгиевск, а жену его с 2-мя малолетними детьми на одном подводе в ст. Александрийскую. На другой день Черный сам уехал в Георгиевск по делам службы и сейчас же приказал уже образовавшейся комиссии приступить к описи имущества Наумовых. Комиссия состояла из граждан ст. Свободной, товарища Кошелева, военного комиссара станицы тов. Кучукова и секретаря Ревкома Шапошникова. Эта комиссия и производила реквизицию имущества Наумова. Действовала эта комиссия по совей инициативе или по настоянию Чернова не знаю, но думаю что по распоряжению Чернова. Это потому, что когда член этой комиссии Кучуков раздавал лошадей Наумова гр. Полину и Харькову и на мой вопрос на каком основании он это делает, Кучуков ответил, что по приказу Чернова. Мне хорошо известно, что все имущество Наумова раздавалось по распоряжению Чернова, который накладывал свои разрешительные резолюции на бумажках. Выдано Черкасову 1 п. муки, военному комиссару Кучукову 1 п., 3 п. для праздника школы, своему секретарю Шапошникову ? п., Черный взял себе два пуда, когда уезжал из станицы в Георгиевск. Затем за несколько дней до отъезда Чернова, Шапошникова, последний приказал учительнице Качинской спечь из Наумовской муки в13 ф. хлеба, что она и сделала- два или три хлеба испекла. По приказу того же Черного я выдал 21 п. 10 ф. пшеницы жене Наумова, а около 11 п. граждане станицы по заявлениям которых положена резолюция. Про остальное мелкое имущество мне ничего не известно. 18 января состоялось постановление станичного Совета о возврате коровы жене Наумова- Устинье Наумовой, а про остальные вещи пока сказать ничего не могу.

2. Анна Иустяновна Качинская, учительница 1-ой ступени Свободненского училища, 29 лет, под судом и следствием не была, Наумовым посторонняя.
При каких обстоятельствах был Наумов арестован белыми я не знаю, был ли он ими арестован в ночь на 30 ноября 1920 г., так как на второй день с 1 -го декабря я видела его на свободе. Он сидел в классе и разговаривал со священником. С политической стороны я знаю тов. Наумова как деятельного советского работника, коммуниста-агитатора ибо он выступал на каждом собрании граждан станицы и призывал каждого из них вступить в коммунисты и кажется он был человеком партии. После ухода бандитов Наумов уехал в Георгиевск за керосином для станицы второго декабря и числа пятого декабря вернулся и в тот же день был арестован Черным, но за что я не знаю… На другой день уехал в город (Георгиевск) и Чернов. Производили опись имущества Наумова секретарь временного Ревкома Шапошников, военком Кучуков и заведующий Собезом Кошелев в присутствии граждан Харькова, моем и жены Наумова -Устинии Наумовой. Опись имущества производилась по распоряжению Черного. Были отданы лошади Полину, а другая Харькову. Корова с телком годовалым отдана мне. Корова не дойная. Наумовой дали пшеницы зерном 22 п., несколько пудов было дано Леону Наумову и ?риковой по сколько пудов не знаю. Муки было два мешка около 10 п. коих 3 п. выдали на детский праздник, 2 п. взял Чернов для себя, ? п. взял его секретарь Шапошников, 1 п. или ½ п. выдали новому учителю Черкасову. Шапошников взял хлеба для себя, а мне выдал муки 11 ф. взамен и еще осталась мука в мешке, которая и сейчас на лицо. Мед больше 2 п. с посудой был взят в потребительскую. Мне было сдано 42 курицы из коих две взято Черным и две Шапошниковым в чем имеются у меня их расписки. До сдачи мне курей издохло от голоду 26 штук, так как Черный Наумову не пустил в дом, где был корм. Пять гусей, две утки, швейная машина и комод у меня на хранении. Где девалась одежда, все белье Наумовых равно и детское, не знаю. Но знаю, что брюки взял Шапошников… Сейчас я живу в доме Наумовых, а вернее в кухне. Просил ли народ за Наумова оставить ему жизнь, не знаю, так как боялась выходить.
Протокол свидетеля
1921 года января 24
Качинская Анна Иульмановна, 29 лет, место жительство ст. Свободная, учительница, безпартийная, заведующая школой 1-ой ступени, социальное положение- пролетарское, до революции учительствовала в Черниговской губ.
Утром 29 ноября я боялась разгрома школы, отправилась туда где застала учителя Наумова и священника Баженова и Полина, которые разговаривали между собой. Наумов был страшно взволнован, очевидно на него разрушительным образом подействовал налет бандитов. После этого я пошла на дом к учителю Наумову и спросила у него привез ли он жалованье, он сказал, что привез и тут же стал мне жаловаться. При разговоре, когда я упомянула о необходимой поездки в г. Новочеркасск Наумов ответил, что пожалуй поедем и дальше Новочеркасска, а на мой вопрос почему, он сказал, что с белыми он уладил, а красных боится. В отношении Искуменко знаю только то, что у нее стоял штаб бандитов. Об остальном я ничего абсолютно не знаю. Кроме того говорила сторожиха школы Трапезникова София, что во время налета бандитов прибежала жена Наумова и пробыла у нее до утра. И на утро пришел учитель Наумов с офицером и успокаивая говорил, что все уже улажено и за тем на чей то отстреливается ли Леснов, Наумов заметил «посмотрим как он будет отстреливаться днем» после этого они все ушли в дом.

3. Баженов Александр Александрович, священник Св. Георгиевской церкви ст. Свободной, 50 лет (54 года), под судом и следствием не был, с Наумовым посторонний.
Наумова я знаю хорошо как политического деятеля за сов. власть ибо он всегда старался быть хорошим и честным работником нашей Советской Республики, был хорошим агитатором и всегда выступал на собраниях станицы во время митингов… За что Наумова арестовал Черный не знаю, слышал от людей, что якобы за выдачу советских работников. При каких обстоятельствах Наумов был арестован в ночь на 28 ноября 1920 белыми не знаю. Я только об этом узнал на утро, когда ко мне прибежала его жена и сказала, что мужа ее арестовали казаки и ему угрожает опасность. Я сразу же направился в станичную школу где был Наумов. Увидев его я спросил как его дело и получил ответ, что скоро вероятно решится его судьба. Я решил обратиться к командиру отряда с просьбой… и начал просить пощадить Наумова ради 4-х детей и жены, но он ответил, что Наумов коммунист. Начальник отряда дал мне слово, что просьба моя будет выполнена и жизнь Наумову будет дарована, также будет дарована жизнь жене застрелившегося председателя Исполкома и военкома Сергея Николаевича Леснова, за которую я также умолял начальника отряда. Расстрел совершился остальных товарищей совершился ночью и я об этом ничего не знал, так как не знал и о приходе белых. Относительно расхищения имущества Наумова мне ничего не известно. Правда часть имущества его (обстановка- мебель, граммофон с пластинками) в настоящее время находится в советской читальне.
Я думаю, что по укладу своих политических убеждений, не мог выдать советских работников Наумов, который был ярым если не коммунистом, то во всяком случае большевиком.

4. Амелько Александр Леонтьевич, станичный фельдшер ст. Свободной, под судом и следствием не был, Наумовым посторонним.
При каких обстоятельствах был арестован Наумов белыми и когда не знаю, но утром рано 28 ноября я видел как Наумов в сопровождении одного вооруженного незнакомого казака шел от своего дома к дому Скуменко Марии, где размещался штаб белых. В это время я шел на сход это было приблизительно в часов в семь утра, уже рассветало. Сидел ли он там под арестом я не знаю, но в часов 4-5 вечера его видел свободным. По частным слухам знаю, что якобы за него просили начальника отряда пощадить его жизнь, но кто просил не знаю. Белые уехали, а 30 ноября Наумов уехал в Георгиевск с поручением от станичных властей… Относительно расхищения имущества Наумова не знаю ничего, но слышал от многих лиц станицы, что такое было конфисковано Черным, но кому раздавалось и как не знаю. Но однажды слышал, когда приехали какие-то агенты Сов. власти, Черный отдал приказ пойти к Наумову и взять две курицы для стола, но были ли таковые взяты не знаю…

29 января 1921 г.
5. Русанов Иван Андреевич, 46 лет, под судом и следствием не был, Наумовым посторонним.
Василия Тимофеевича Наумова я хорошо знаю, но как политического работника мало знаю. На митингах с речами выступал и всегда был за Сов. власть. К жителям он всегда относился добросовестно, в особенности к бедноте. Наумов был всегда врагом насилия…. Относительно расхищения имущества Наумова, белья, одежды и прочего, мне не известно. Мед и ящик яиц принесли ко мне Кучуков, Шапошников и Кошелев и приказали принять на хранение. Мед был в 2-х кувшинах и варенье в 2-х кувшинах. Через день или два ко мне поступает требование на мед и варенье от Черного, Шапошникова и Кучукова, но без письменного требования я им не дал ни фунта. Тогда они начали приезжать за медом и вареньем с записками Черного, после этого я им отдал и то и другое, т.е. мед и варенье… За медом приходи для разъяснения Матрена Тетюхина и Анастасия Косых по записке фельдшера с резолюцией на них Черного. От Тетюхиной- свекровь Прасковья Тетюхина, от Косых сам её муж Василий Косых и я отпустил им Тетюхиной и Косых фунт или полтора. Остальной же мед и варенье забрали записками Черного, Шапошникова и Кучукова, так как кроме означенных выше Тетюхиной и Косых никому не отпускал ни одного фунта. Ящик яиц и есть на лицо у меня из коих только отпущено Шапошникову 10 штук по записке, которую он обещал достать, но и по ныне не дал и с тем уехал. Лошадей Черный одну отдал Харькову, а другую Полину, а корову с телком Качинской. Об этом представляю 13 разных расписок. Добавляю, что из взятого меду для детского обеда в количестве одного пуда с посудой возвращено в лавку. Наумов белым меду, которых также хранился в лавке, добровольно не давал, а отдал его под угрозой. Мед этот был Советский, это я знаю со слов самого Наумова. Был ли Наумов арестован белыми я не знаю, так как не видел его под арестом и не знаю о даровании ему жизни. Но я не просил, а просил Семен Глебов командира отряда освободить Наумова от мобилизации ибо хотели мобилизовать. Просили для того, чтобы школа не осталась без учителя.

6. Полин Семен Никитич, 38 лет, под судом и следствием не был, Наумову посторонний.
Наумова я знаю хорошо. За Сов. власть он еще в 1918 году хорошо стоял, всегда выступал оратором на собраниях и митингах. Он враг всяких насилий и грабежей. Всегда относился к народу добросовестно, с любовью, в особенности к беднякам, но был ли он коммунистов не знаю. Из каких обстоятельств был арестован Наумов белыми я не знаю, ибо я был в то время в ст. Александрийской, от куда возвратился в воскресенье вечером. Белые же пришли в 12 часов ночи в субботу на воскресенье 27 ноября. Сейчас же меня стал спрашивать командир белых, о том я коммунист, но я ответил нет. Он спросил коммунист ли Наумов, я ответил тоже что не знаю. И действительно я не знаю, да и вообще что такое коммунизм я не знаю и теперь. Я стал просить не приезжать к Наумову, так как он хороший человек, но он мне ничего на это не ответил и сказал: «можете уйти». При каких обстоятельствах Черный арестовал Наумова я не знаю, а также не знаю, кто и по чьему распоряжению производили реквизицию имущества Наумова . Знаю только понаслышке, что лошади были отданы Николаю Полину и Федору Харькову, а корова – Качинской- живущей в доме Наумова.

7. Маслюк Алексей Николаевич, 37 лет.
Наумова я мало знаю. При каких обстоятельствах и когда он был арестован белыми, не знаю, так как в то время был в г. Георгиевске на врачебной комиссии и возвратился в ст. Свободную 29 ноября в часа два дня. После моего приезда белые ушли из станицы часа через три. Я тут же был арестован ими с подводом и был отведен в их штаб в доме Искуменко Григория. Но после опроса был отпущен их командиром как больной. Опрошен я был в том, какой я принадлежу партии. При каких обстоятельствах Наумов был арестован Черным и за что я не знаю.
Относительно конфискации имущества и вещей Наумова скажу следующее: После катастрофы с белыми, Наумов уехал в город, Черный же приехал в Свободную числа 2-го декабря. Наумов уехал в город с женой и 2-мя детьми, а возвратился числа 5-го или 6-го тоже с женой. Черный в их отсутствие взял у Пешковой оставленные Наумовым ключи от первой квартиры, но брал ли он там что из вещей, не знаю. Спустя несколько дней было предложено моей жене Качинской принять на хранение какие-то вещи Наумова и птицу по описи, причем хотя и некоторые вещи были внесены в опись, но взяты по распоряжению в читальную – библиотеку. Когда уезжали из ст. Свободной Черный и Шапошников, то вещи от них принимал по описи, а на те вещи, которых по описи не доставало, выдавали мне расписки о взятии их. Каким образом попали к ним в руки вещи Наумова, я не знаю. Расписки на забранные вещи у меня есть и имеется опись оставшегося имущества. Муки Наумова раздавал Мухортов по приказу Черного и тоже самое было и с пшеном. Словом ничего не делалось без приказа Ревкома и Черного. На сколько мне известно, никакой комиссии по реквизиции вещей Наумова не составлялось.
В настоящее время из имущества Наумова находятся на хранении у моей жены: корова с теленком, две утки, пять гусей и курей 25. Сход постановил выдать расписку Наумову впредь до оглашения над Наумовым суда.

8. Пешкова Пелагея Константиновна, 50 лет.
Наумова я хорошо знаю. Когда его арестовывали белые я не видела, узнала об этом лишь на утро, когда пришла ко мне жена Наумова со слезами и рассказала, что арестовали и наверно расстреляют. Я начала успокаивать. За сов. власть Наумов стоял горой. Слышала от самой Наумовой, что бандиты забрали у них много вещей: простыни, полотенца, юбки, кофточки и его одежду, одеяло, шаль. После ухода белых, Наумов с женой уехал в город, а через несколько дней вернулись в станицу. Подъехали к моему дому, повыскакивали детей, а сами поехали домой и по дороге в Ревком их Черный арестовал. В этот же день, когда Наумовы возвращались из города, часа за два, за три раньше их приезда, Черный прислал ко мне дежурного за ключами от квартиры Наумовых. Я ключи хотя и отдала дежурному, но пошла и сама за ним. Черный отпер квартиру и в моем присутствии взяли всю обстановку, клеенку, вязанную скатерть, граммофон, зеркало и музыкальные инструменты и велел отнести все это в читальню. Взяли также мед и варенье и распродавали. Когда мебель взяли, то квартиру снова заперли на замок и ключ мне отдали обратно. По приезду Наумовых я отдела ключи, да Наумова Черный арестовал и отнял у него ключи от квартиры и погреба и держали их у себя. …

9. Шошин Тимофей Яковлевич, 32 г.
Наумова я хорошо знаю, он всегда стоял за сов. власть. Не знаю состоял ли он в партии….

10. Кучурина Анастасия Ивановна, 51 г.
Наумова я знаю хорошо как человека, но с политической стороны про него сказать ничего не могу. …

11. Кошелев Егор Андреевич, 51 г. б. член совета и теперь зав. Собеза.
Наумова как человека я знаю с хорошей стороны, он мне неоднократно предлагал записаться в партию коммунистов, но сам ли он был коммунистом не знаю. Был ли он арестовал белыми не знаю, я в это врем я отсутствовал в станице. Черным он был арестован в моем присутствии в Исполкоме по решению Ревкома. Черный всячески выражался по адресу Наумова и угрожал ему, что застрели его когда Наумов просил ег дать ему свободу. После ареста Наумов был отправлен в города на 3-и день. А на второй день было взято его имущество на учет. Но комиссии по этому поводу не было образовано, а лишь только Черным было приказано Кочукову (Кучукову), Шапошникову и мне произвести опись, что и было сделано и имущество сдано на хранение тов. Маслюкову и при мне никто из них ничего не взял. Мебель, граммофон, зеркало, книги были взяты раньше по распоряжению Черного. Мед, яйца были сданы в Епо. Меда и варенья было больше 2-х пулов. Лошадей по приказу Черного отдали в распоряжение беднейшим гражданам Николаю Полину и Федру Харькову, а корову с телком и птицу сдали Качинской.

12. Корелин Федор Михайлович, 49 л.
Наумова я хорошо знаю как человека и как политического работника, он даже был внесен в список партийных работников. Когда он был арестован белыми то я даже отправился было с Софией Корелиной к командиру отряда просить за Наумова освободить его от мобилизации, в виду того, что детей нельзя оставить без учителя. По дороге я узнал, что от мобилизации он освобожден. Также ничего не знаю при каких обстоятельствах он был арестован тов. Черным и за что было расхищение его имущества также ничего не знаю.

13. Зиновьев Алексей Алексеевич, 26 л.
Наумова я знаю как человека и школьного работника с хорошей стороны. За власть Советов стоял горой... и был сторонник коммунистов и даже говорил всем, что он сам заделался коммунистом и приглашал записаться в партию наших граждан. При каких обстоятельствах он был арестован белыми я не знаю, так как отсутствовал в Канглах и возвратился от туда как раз когда банда белых выходила из нашей станицы, которые хотели даже и меня мобилизовать, но не удалось. Также не знаю, ха что Наумов был арестован тов. Черным. Относительно конфискации имущества также ничего не знаю. Из дома Наумова во время его отсутствия и отсутствия его жены выносилась мебель в читальню. Дня через три после ареста Наумова, Черный в моем присутствии приказал отдать Леону Наумову 10 или 12 пудов пшеницы, принадлежащей Василию Наумову и Жариковой вдове, но сколько не знаю и получила ли она не знаю. Сколько было муки у Наумова не знаю, но знаю, что Черный написал требование Мухортову об отпуске ему муки, что Мухортов и сделал. Муку эту взял подводчик Полин и отвез его Черного в город и после этого Черный ко мне не приезжал в станицу.

14. Брянцев Матвей Павлович, 48 л.
Наумова я хорошо знаю как политического работника еще с 1918 г. Он всегда был ярым большевиком и всегда стоял за власть Советов и даже за две недели до происшествия в нашей станице записался в партию коммунистов. Всегда выступал на оратором на митингах и старался пропагандировать комсомол и не могу допустить, что он мог выдать бандитам советских работников. В 1919 г. участвовал с администрацией станицы по оправданию причастных лиц к большевизму перед Пятигорской военно-следственной комиссией при кадетах. Относительно ареста его белыми ничего не знаю, так как у меня в то время как раз умерла мать и я никуда не отлучался из дому. Через несколько дней после белых я и Наумов с женой возвратились из Александрии и сейчас же Наумов был арестован, но за что я не знаю. При аресте я не присутствовал, но знаю, что имущество Наумова после его ареста было взято на учет по распоряжению Черного…

15. Трапезникова София Андреевна, 38 л.
Наумова я хорошо знаю как человека. Он всегда был на стороне Советской власти, он смеялся со священника и никогда не ходил в церков. Я не думаю, что он выдал коммунистов бандам. В ночь на 28 ноября ко мне прибежала жена Наумова и говорит, что ее Васю арестовали какие- то бандиты и увели с собой в степь. Через несколько времени ко мне пришел Наумов в сопровождении 3-х вооруженных казаков и взял домой жену. Больше по этому поводу я ничего не знаю и не знаю был ли Наумов арестован белыми. Когда белые ушли из станицы они пробыли два дня, то Наумов в тот час же уехал с женой в станицу Александрийскую и возвратился дней через пять. Когда он приехал по пути же Черный его арестовал, а за что не знаю. При аресте я не присутствовала… До приезда Наумова из ст. Александрийской Черный велел Пешковой отпереть квартиру и велел забрать мебель, граммофон, зеркало и отнести в читальню, что и было сделано. Тогда он же велел поймать 3-х куриц и зарезать. После этого часа Наумов приехал часа через два и сейчас он был арестован. Знаю, что после отправления Наумова в город было описано его имущество. Сколько было у Наумовых муки, не знаю. Черный взял себе 2 п. муки, 1 п. взял его секретарь Шапошников, 1 п. выдали новому учителю, 3 п. взято было для училища на детский праздник, несколько фун. дали Качинской для выпечки хлеба себе и еще кому то раздавали муку. Было ли зерно-пшеница, не знаю. Мед и варенье были взяты в лавку, то что с ними сделали не знаю. Я сама видела как уезжая Черный взял себе 2 п. муки на повозку. Неграмотная.
Протокол
1920 года декабря 8 дня
Я председатель Революционного Комитета Черный сего числа допросил в качестве свидетеля София Андреевна Трапезникова по делу расстрела 17 ответственных работников-коммунистов и налета банд в ночь на 28 ноября…
Когда налетела банда, то ко мне ночью прибежала жена учителя Наумова, которая сказала, что моего мужа кто-то взял. Через некоторое время пришел сам Наумов, который разговаривая женой сказал, что с квартиры Леснова отстреливаются. Наумов с ироний сказал: «Посмотрим как они днем будут отстреливаться». А после Наумов разговаривая с одним из бандитов сказал, что вот коммунисты отобрали у всех как-то муку, зерно, курей и др. продукты с казаков.

16. Мелихов Федор Гаврилович, 36 л.
Наумова я хорошо знаю как политического работника…, поэтому не могу допустить, что он мог выдать политических работников. Как он был арестован белыми бандитами и товарищем Черным и за что не знаю. (смотри дополнительные показания).
Дополнительные показания: по приказу Черного во время моего дежурства при Ревкоме, я ходил во двор В.Т. Наумова и с помощью Ма…ка поймал двух курей, которых передал Петру Маликову, который и отнес их на квартиру Черного в дом Сопина. Для кого эти куры предназначались, не знаю. Больше ловить курей Наумовских мне не приказывали.

17. Трапезников Федор Федорович, 2? лет.
Наумова я знаю как человека и политического работника за Сов. власть еще с 1918 г. Как тогда так и в 1920 г. он всегда выступал оратором на митингах и политических собраниях. Был арестован в ночь с 27 ноября белыми бандитами в воскресенье т.е. 28 ноября и я его не виде ибо сам из дома не выходил, а уже на второй день т.е. 29 ноября я его видел на свободе. Слышал от своей жены, что старики просили командира отряда, чтобы Наумова не мобилизовали, т.к. училище останется без учителя. После ухода белых Наумов сейчас же уехал в станицу Александрийскую с женой и 2-мя детьми. Дня через два приехал Черный, а Наумов возвратился почти через неделю. И когда приехал в станицу не успел отпрячь лошадей как был арестован Черным. Я далеко от той мысли что Наумов мог выдать бандитам политических советских работников. После этого ареста и отправления в город видел как имущества часть была перенесена в читальню. Мед, варенье и яйца в лавку. 22 п. пшеницы как корма была дана жене его, муки тоже было пудов 10 или 12, но куда девалась мука и остальная птица не знаю. Брал ли себе муки и курей Черный и разрешал ли брать своим сотрудникам, не видел и не слышал.

18. Глебов Семен Алексеевич, 45 л.
Наумова я хорошо знаю как политического работника еще с 1918 г… Я не могу допустить чтобы Наумов мог выдать убитых товарищей, которые относились к гражданам станицы. Истории ареста Наумова белыми в ночь на 28 ноября 1920 г. я не знаю. Узнал я лишь когда начали собирать на сход граждан. Когда я его увидел в училище на то он был под конвоем и я с перва даже не узнал он положительно не был похож на себя, был страшный день. После схода я пошел с Русановым к командиру отряда в их штаб там увидели священника Баженова и мы все вместе начали просить командира даровать жизнь Наумову и он дал в этом слово. После этого я видел в правлении Наумова уже без конвоя.
Белые пробыли у нас 2 дня. Командир дал распоряжение мобилизовать казаков и в эту мобилизацию попал и Наумов, ноя и Русанов стали Наумова и от мобилизации просить, он был как учитель. Белые уехали 29-го а Наумов уехал с женой и 2-мя детьми в станицу Александрийскую чтобы ехать в город. Дней через несколько приехал Черный к нам в станицу в качестве временного предревкома. Наумов возвратился через неделю и когда ехал был арестован Черным в моем присутствии. Черный ругал Наумова скверными словами и угрожал что застрелит на месте.
Знаю, что когда уезжала жена Наумова в ст. Александрийскую и хотела увезти с собой один мешок муки, то дежурный при Исполкоме, по приказу Черного, велел снять муку и отвезти в лавку, что и было сделано. Я видел однажды как гражданин нашей станицы Петр Маликов нес пару курей. На мой вопрос кому ты несешь этих курей, он ответил, что на ужин Черному, на мой вторичный вопрос чьи это куры и где ты взял их, он ответил, что куры Наумова и взял он их во дворе его. Я слышал от Русанова и многих других, что Черный взял себе в город 2 п. муки, 3 п. было отпущено на детский праздник. Давали Богомоловой и новому учителю и еще кому-то сколько не знаю. По приезду Черного, Шапошникова и доктора в станицу Свободную, два последних остановились у меня на квартире. Когда произошла конфискация имущества Наумова, то Шапошников однажды принес домой, т.е. к себе на квартиру сверток. На мой вопрос, что это за сверток, он ответил и показав мне, что кроенные брюки из азиатского сукна, одна нательная рубашка и одна теплая взяты у Наумова, а также садовы «крючком» поясик, а четыре пары передов взяты у Петра Скуменко. Все эти вещи Шапошников сказал что должен будет предоставить их в полит Бюро в г. Георгиевске, но потом с одного куска товара приказал Михаилу Дорохову сшить себе ботинки, за что заплатил Дорохову 2000 рублей, а остальные 3 куска для передов, рубашки, кроенные брюки увез с собой в город и уже наши граждане видели эти брюки на Шапошникове сшитые «голифе» . Смотреть дополнительное показание в конце.
Дополнительные показания.
Когда граждане станицы узнав, что учитель Наумов арестован и отправлен в город, то много более 50-ти человек пришли в Ревком узнать историю за что его арестовали и когда сказали Черному что его народ просит выйти к нему, то Черный выйти отказался и приказал через посланного Алексея одностаничника разойтись, в противном случае всех поставит к стенке. Во всю свою бытность в станице Предревком Черный обращался крайне грубо, всех запугивал арестом и расстрелами и всегда не давал никому рта раскрыть.

25 января 1921 года

19. Полин Федор Степанович, 26 л.
Когда Черный и Шапошников уезжали совсем из станицы Свободной в город, я и одностаничник Яков Ракитин были подвозчиками. На моем подводе ехал Шапошников и один красноармеец кажется по фамилии Бугаев, а на подводе Ракитина ехал Черный , инструктор и еще кажется красноармеец, фамилии которой не знаю. На подводе была положена мука в двух мешках. ..и туша барашка без одной ноги. Узелок в котором я не знаю что было и папка с книгами. Что было на подводе Ракитина я не знаю. Когда приехали в город, то сперва я поехал в квартиру Черного, Ракитин же после заехал к Черному, где и ночевал. Когда я ехал к дому Черного , то Шапошников зашел к последнему и был там минут пять , выйдя я его отвез в его квартиру и ночевал. Шапошников унес мешок с мукой в котором было около пуда, тушу барашка, а мешок в котором было два пуда муки я отвез на квартиру Черного и Ракитин взял эту муку и отнес в квартиру Черного и кому передал не знаю. Истории ареста Наумова белыми и тов. Черным не знаю, так как в это время отсутствовал в станице.
Добавляю: при выезде из станицы Свободной ко мне на подводу принес мешок с мукой Федор Пешков, где он их взял не знаю. Тушка барашка была положена на мою подводу во дворе Василия Сопина, где стояли на квартире Черный и Шапошников, а мешок с мукой около пуда или больше, когда подъехали к дому Наумова то Шапошников слез и пошел в дом и от туда возвратился с мукой. Там уже жила учительница Качинская.

20. Сопина Евдокия Яковлевна, 43 г., неграмотная.
У меня на квартире остановились Черный и Шапошников и были дней 20. За это время они выгоняли из станицы подводы ? раза. Привозили из Бондаренкина хутора овец. Один раз ездил мой сын Пантелей и привез четыре живых овцы и одну зарезанную. Живые были пущены к моим овцам, а туша разделанной овцы была подвешена в кладовой. А дня через ? всех живых отец и разделанную отправили в город на подводе кажется Дмитрия Русанова и Никиты Жабина с которыми Черный и Шапошниковым они и двух индюшек взятых также из хутора Бондаренко. Этих индюшек также возил мой сын вместе с овцами. Овец и индюшек привозили каким-то товарищам. А ночью Шапошников привез еще овец , но на чьей подводе не знаю. Шапошников говорил, что эти овцы тоже взяты на хуторе Бондаренко. Этих овец я и Шапошников порезали у меня на дворе и отвезли также в город. Отвозил один Шапошников. Шапошников также развозил в город уже один гусей и двух уток. Гусей и уток говорят покупал в станице нашей… В мед и варенье Наумова прямо плевали Черный и Шапошников, они его даже разбрасывали по полу и на окнах. Других вещей у них я не видела. Про дело Наумова ничего не знаю.

21. Шошина Евдокия Васильевна

22. Дорохов Михаил Никитич, 54 года, судим в 1897 году Владикав. Окруж. Судом и приговорен на один год тюрьмы за растрату чужого имущества.
Наумова я хорошо знаю. Советский работник он добросовестный. Про историю его ареста белыми, а также тов. Черным ничего не знаю, а равно не знаю про судьбу его имущества.
Относительно товарища Шапошникова, секретаря б. временного Ревкома. Он однажды, кажется через неделю после ухода белых, принес мне кусок кожи с пол листа бумаги из которых вытащил союзки- большие. Кусок этот оказался знакомым ибо такие куски видел у Петра Искуменки. На мой вопрос Шапошникову где достал кожу, он ответил, что в городе. Этим куском кожи я …ботинки, за что получил от него 2000 рублей.

23. Маликов Петр Иванович, 26 л.
Однажды я шел в Правление, встретил Федора Мелихова, который нес пару кур живых. Он отдавая мне этих кур сказал, чтобы я отнес их к Черному. На мой вопрос где он взял курей Мелихов ответил, что Черный приказал взять их во дворе Наумова. Я их отнес Черному на квартиру Сопина Василия. Относительно Наумова скажу: его я знаю как политического работника еще с 1918 г….

24. Сопин Пантелей Васильевич, 17 л., неграмотный.
Недели через полторы после приезда Черного в нашу станицу, Черный послал меня вместе с одним красноармейцем или агентом фамилии не знаю, на хутор Бондаренки, стоящий от нашей станицы в 6 или 7 верстах. Это было днем. Мы приехали и зашли в дом Бондаренки. Агент велел хозяину поймать овец, что и было сделано. Четыре овцы положили на подводу живыми, и одну зарезал. Одну тушу без кожи и пару живых. Я не видел чтобы за все это агент плотил деньги. Черный с нами на хутор в этот раз не ездил. Живых овец пустили на баз к своим овцам, тушью баранью подвесили в кладовке, а индюков пустили в амбар. На другой день Черный с тем же человеком ездил со мной за овцами. Эту тушу баранью и индюков отвез на двух подводах Никиты Жабина и Дмитрия Русанова. Больше я никуда не ездил. За подводу я ничего от Черного не получил.

25. Жабин Никита Григорьевич, 25 л., неграмотный.
За неделю перед Рождеством я был запряжен в подводы в г. Георгиевск от тов. Черного. Утром я заехал во двор Сопина где стоял на квартире Черный. Был запряжен в подводы и Дмитрий Русанов. Намою подводу было положено две живых овцы пару индюков, мясо и 5-ть штук курей. По приказу Черного я ездил к Стефану Русанову, живут в нашей станице. Курей выносил сам Русанов и мальчик их. На моей подводе в город ездил только Черный, а на подводе Русанова каких-то два товарища фамилий которых я не знаю. В городе Черного я подвез к его квартире, где живет он сам и его тесть. Там я оставил овец, индюков, курей и мешок. В мешке было что-то вроде мяса. Куда повез Дмитрий Русанов трех товарищей не знаю, так как с ним разъехался в городе на ярмарке около бассейна. У Русанова на подводе тоже было две овцы живые и такой же мешок, тоже кажется с мясом.
Об аресте Наумова белыми так и тов. Черным, а равно о вещах Наумова по его политической деятельности ничего не знаю.

26. Русанов Дмитрий Абрамович, 50 л.
За неделю до Рождества Христова по распоряжению Черного я был наряжен в подводчики в город. Приехав во двор Сопина было рано утром где стоял на квартире Черный. По его приказу я поймал на базу две овцы и две овцы поймал Жабин , который тоже был в подводе. Я положил на подвод две овцы, Жабин тоже положил на свой подвод две овцы и мешок. Какие то два товарища фамилий и имен их не знаю – один низкого роста , другой высокого. Этих товарищей я отвез в город. Когда подъехал к ярмарке, то на площади один из товарищей пересел на подводу Жабина на которой ехал Черный. А другого товарища вез дальше на какую то улицу и дом. Там я сбросил овец и мешок, в котором было мясо-баранина. Относительно Наумова скажу, что в 1918 г. был сторонник советской власти.

26-го января 1921 года

27. Русанов Стефан (Степан) Андреевич, 53 года, Наумову доводится двоюродный дядя (по жене Наумова)
…Ареста его как белыми так равно и Черным, а также и о реквизиции его имущества, ничего не знаю ибо много страха пережил вследствие того, что белые долго осаждали мой дом, в котором жил покойный товарищ военком Леснов. Дом сделали наподоби решета. Я слышал от многих, что когда Наумова отправляли под арест и когда народ и замолвить за него несколько слов хороших, тов. Черный приказал разойтись, в противном случае поставит к стенке. Когда после всего немного успокоилось, то однажды Черный обратился ко мне с просьбой продать ему ягненка к празднику Рождеству Христову, после чего он уехал в город, а по возвращению обратно в станицу, Черный начал просить продать ему не одну, а две овцы. Я долго колебался, но он уговорил меня, что одной овцы мало для него, так ка одну он должен зарезать для праздника для себя, а другую для глав. Его Начальника Полит Бюро, которому обещал привезти из станицы и просил сказать цену. Я сперва колебался как мне быть, но потом объявил цену за две овцы ? руб. и Черный не сказав ни слова вынул и уплотил мне 1000 руб. Затем также спросил продать ему несколько курей для завода в подарок своей жене. Этих овец Черный отправил в город с подводчиком Федором Михайловичем Карелиным, который положив на свою подводу моего сена пудов 10-ть, конечно с моего на то согласия. Положил овец на сено и уехал. Чернов просил назначить цену за курей и просил продать штуки четыре. Я сказал, что денег не возьму ибо не знаю цены на курей, сказал, что даю без денег, это подарок его жене. Когда он уехал из нашей станицы совсем то приехал Никита Жабин на подводе и я вместе с ним поймал четыре курицы и одного петуха. И Жабин уехал к Черному на квартиру.