Улица первая. Тормасова. Улица вторая. Красноармейская

МЕЖДУ ПРОЧИМ, обычно говорят про князя Ивана, как лидера в этой паре. И присловием, как про серую тень при нем, - жену Феодору. Действительно, Иван Кобринский - родственник королей, носитель знаменитых корней, удельный князь, а она - из каких-то Рогатинских. Кто такие, кто про них слышал?
А давайте обратимся и к ее корням. Почему бы нет.
Оказывается, не все так просто. Во-первых, Иван и Феодора были в родстве. Не очень близком, ведь тогда вообще не смогли бы обвенчаться. Когда перевести на современные подсчеты, их назвали бы четвероюродными братом и сестрой.
Прадед Ивана Семеновича князь Литовский Ольгерд Гедиминович был богатым на детей: от двух жен имел восемь сыновей и двух дочерей. Одним из старших братьев Федора Ратненского был Владимир, князь Киевский, а потом - Слуцкий. От его сына Олельки пошла династия наибогатейших магнатов Олельковичей-Слуцких, от Ивана - московские бояре Бельские. Андрей, младший Владимирович, хотя и не имел удельного княжества, но обладал многочисленными землями. Его дочка Евдокия (Юдаксия) стала женой господина Ивана Рогатинского и соответственно матерью Феодоры.
Получается, что и по знатности рода, и по богатствам князь и княгиня Кобринские соответствовали друг другу. А достаточно все же близкая степень родства, возможно, и стала причиной бездетности этой достойной пары.
После смерти в 1490 году князя Феодоре перешло владение княжествам. Но буквально через год-другой она вступила в новый брак с Юрием Пацем. Наверняка, не по собственному желанию -- "сосватал" ее на это замужество король Александр. Через некоторое время Феодора опять овдовела, а примерно в 1507 году приняла католичество (взяла имя Софья) и вышла замуж за 77-летнего виленского воеводу и канцлера ВКЛ Николая Радзивилла.
Сестра князя Ивана Анна Семеновна, последняя Кобринская княгиня, также приняла католичество. Не из-за этого ли ее мать Ульяна разгневалась на Анну и возжелала забрать у нее подаренные ранее 1000 коп - доходы со своих вотчинных владений? Дело даже дошло до королевского суда.
Но у Анны расчет тоже был матримониальный: своим вторым мужем после уехавшего в Московию Федора Бельского она выбрала католика Вацлава (Венцлава) Костевича. Юный и хваткий Костевич - на время вступления в брак ему было всего 20 лет - помогал княгине в управлении землями, а незадолго до смерти Анны в 1518 году король Сигизмунд I Старый пожаловал ему наследственное владение княжеством, переименованным в Кобринское староство (еще с момента второго замужества Феодоры Ивановны оно было присоединено к королевским владениям) на правах аренды. И вот в 1522 году в Пружанах появился первый костел. Он был назван в честь Сигизмунда и Вацлава (а какое еще ему могло быть предназначено имя с таким королем и таким инвестором?).
А жена Сигизмунда королева Бона Сфорца, которая начала управлять этими землями в 1532 году, когда умер Костевич, с самого начала, как понимаете, была католичкой.

ИЗВИЛИНЫ ЖЕНСКОЙ ЛОГИКИ
НО про это ли начинали мы разговор? Да, вовсе не вопросы "чистой" веры занимали умы наших далеких предков. Имущественные вопросы, вокруг которых разгорались судебные споры и междоусобные войны, власть, за которую дрались братья с братьями и дяди с племянниками... Родовое наследство, которою делили с помощью дружины. Политические происки, в результате которых княжества, волости и целые государства переходили из рук в руки, объединялись и разграничивались, "дружили" друг против друга.
Ох, уже это жестокое XV столетие, эти средневековые нравы... Ничего они вам не напоминают в сегодняшней жизни?


Фото: памятник князьям Кобринским Ивану и Федоре появился в Кобрине в прошлом году.

Shumelkin
Почему вы так считаете? Конечно, в Пружанах.

Также прошу строго меня не ругать, но я набрался наглости разместить три фотоснимка с Вашей ветки в фотогалерее на вышеобозначеном портале г. Пружаны в разделе старый город. Если Вы против - сообщите, и я их тут же удалю.

Газету районную не читаю, как и другие государственные печатные издания. нет интереса в них. Но переодически в руки районка все же попадает. Отрывки да, действительно припоминаю. читал. А на счет архивов редакции и музея, так сами знаете, как порой все стопорится из-за отсутствия инициативы. Продолжаю ждать Вашего ответа.

В НАЧАЛЕ XV столетия, как мы знаем, Польша и ВКЛ сражались с Тевтонским орденом. В Грюнвальдской битве, 600-летие которой отмечается в этом году 15 июля, Ягелло и Витовт в союзе с татарами одержали над рыцарями-крестоносцами убедительную победу. Среди многих прочих участвовали в этой битве берестейская, как подчеркивается обычно местными историками, а также кобринская и ратненская хоругви. Так что вполне достоверно, что и предки добучинцев-пружанцев участвовали в битве с тевтонами.
Тем более, кажется, недавно найдено подтверждение, что наш город существовал задолго до первого упоминания Прушанской волости в 1433 году. Также как и Ружаны - задолго до "официального" 1490 года. Все - благодаря летописцу Тевтонского ордена, который, говоря о маршруте движения крестоносцев на восток в 1401 году, оставил таинственную запись: "Фон Пружин хин кен Русин". Действительно, это вполне может означать: "Из Пружан на Ружаны".
Но по-моему, этот тевтонский писарчук с таким же успехом мог ориентироваться не по названиям населенных пунктов, а, например, по речкам. Тогда это будет звучать: "от Пружанки к Ружанке". Или брать за "маячки" прежних обитателей здешних земель. А мы знаем, что ими могли быть племена пруссов (которые в XIII-XVI столетиях бежали от насильственной христианизации теми же тевтонами) и русинов (которые расселялись из Карпатской Руси - территории современной Украины). Не зря ряд историков объясняет название Пружаны, как "поселение пруссов". А прежняя речка Пружанка теперь называется Баба.

ЧЕРЕЗ определенное время после Грюнвальда в Европе разгорелись национально-освободительные, антикатолические войны, стали широко распространяться вольнодумные идеи и протестантские учения.
Франциск Скорина в первой четверти XVI столетия "привез" свободолюбивые идеалы Реформации и на свою родную землю (в значительной степени содействовал этому перевод им Библии на белорусский язык). И вот уже в протестантские церкви начали переходить известные в стране люди и государственные деятели. Берестейский староста Николай Радзивилл Черный даже основал в Бресте (это было в 1550-х, а Кобринский уезд с середины 1560-х вышел из Подляшского и вошел в новосозданное Берестейское воеводство) кальвинистский храм и издательство, где в 1563 году была издана Брестская Библия на польском языке.
Но только католическое духовенство не спало в шапку. Была проведена контрреформация - и протестантизм постепенно начал искореняться. А скоро Польская Корона, где католицизм был основной конфессией, и ВКЛ объединились в Речь Посполитую. Не от хорошей жизни назрело такое объединение: обессиленные 25-летней Ливонской войной, страны вынуждены были искать поддержки друг у друга (такой вот получился вариант «союзного государства»).
Наконец закончилось тем, что после Брестской унии 1596 года православная церковь в Речи Посполитой была вообще подчинена римскому папе Климентию XVIII и получила название униатской - греко-католической.

Николай Радзивилл Чёрный