Русские пленники XVII века

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Yaroslav_Don написал:

[q]
бывший в Крыму с посольством Никиты Лихарева
[/q]

Мой предок:

Извиняюсь за офф-топ. Дам более полное дерево:

«Русский пленный сын боярский на службе у польского короля»

5 марта 7144 (1636) года в Москву, в сопровождении путивльца Кирилла Бунякова, прибыли 3 человека выходцев из Речи Посполитой: Михаил Федоров сын Елчанинов и два его «пахолка» Ивашка Якубов и Ивашка Федоров. Все трое вышли на царское имя в Путивль из Литвы 22 февраля 7144 (1636) года и первоначально были допрошены путивльским воеводой Семеном Волынским. Перед воеводой Волынским в Путивле Михаил Федоров сын Елчанинов сказал, что он бывший литовский пленник, родом русский и был захвачен в Суздальском уезде во время Смуты ещё ребёнком, затем служил польским королям. То же сказал Елчанинов на допросе в Москве в Разрядном приказе, добавив только, что взяли его в плен литовские люди в 7120 (1612) году в Суздальском уезде в поместье его отца (в деревне Костиной) вместе с родным братом Путятой. С тех пор он был сначала в войске Сапеги, затем у немца полковника Вилима, потом начал сам служить, сначала в «хлопцах», а со временем в «товарищах» и «сотником» у других польских людей. 8 лет назад (в 1628 году) Елчанинов стал ротмистром в «королеве роте» и служил «…на 4 кони а в роте у нево было казаков 218 человек». Бывший пленник успел повоевать со шведами на суше, ходил морем на шведов. Но после заключения мира между польским и шведским королями его роту распустили, а он сам, «…помнячи православную крестьянскою веру и родимцов своих бил челом королю чтоб ево отпустил к Государю к Москве на вечную службу и корол ево отпустил и лист ему дал». О своем родном брате Путяте Михаил Елчанинов ничего больше не знал…

В Москве начали искать родственников Елчанинова, кто бы мог подтвердить его личность. Оказалось, что в Москве находился родной брат матери Михаила Елчанинова, а ему дядя, ростовец Василий Федоров сын Мячин. Нашлись и родственники по отцу – сын двоюродного брата, а ему племянник в третьем колене, Иван Степанов сын Елчанинов. В Ярославле нашелся в Спасском монастыре устроитель, родной брат покойного отца Михаила Елчанинова, а вернувшемуся на Русь дядя родной, старец Антоний. В Суздале же нашлись младший брат Михаила – Максим Федоров сын Елчанинов и двоюродный брат Дорофей Карпов сын Елчанинов. Таким образом, происхождение бывшего пленника было подтверждено.

Бывший литовский пленник представлял большую ценность, поскольку знал многое происходившее в Речи Посполитой из первых уст. Вот что он рассказал в Разрядном приказе:

«А вестей сказал сойм был у короля в нынешнем в 144-м году перед Рожеством Христовым пол 3 недели и вершился а на соиме приговорили меж Московского Государства и полского короля земли быт на межеване от Путивля бискупу киевскому да воеводе Черниговскому пану Колиновскому и Песочинскому и Желковскому и Казановскому и князю Вешневетцкому а как землю розведет того он не ведает
С шведы у полского короля учинился мир в нынешнем в 144-м году перед Покровом Пречистые Богородицы на том что швецкой король поступился полкому пруской земли. А полской корол поступился шведу на 25 лет лифлянские земли городов Риги с товарыщ а на чом после 25 лет приговорили того он не ведает. И после соимы вскоре полской корол поехал в прускую землю городов приимат которые городы отдал швецкой корол а хотел корол быт в Вилну к Велику дни а на весну хотел быт в Киев а для чево будет в Киев того не ведает
С турским у полского короля перемире а на сколко лет того не ведает. И в нынешнем де во 144-м году перед Рожеством Христовым как он ехал от короля к Москве и завозил королевскую грамоту гетману Конецполскому в город в Брод и у гетмана при нем был турского посол а хто имянем того не ведает а людей с послом з 20 человек а слышел он от гетмана и от дворян что пришол посол что мир подтвердит и гетман писал х королю тут ли тех послов отправит или послат х королю
А запороским черкасом на море ходит заказано и на Днепром против порога Кадак велел корол для береженя от черкас чтоб на море не ходили поставит городок а быт ныне в том городке с людми князю ковалиру Радивилу а людей с ним будет немец и поляков 1000 человек
А от крымского царя прежние послы были засожены сидели з год а для чего засажены того не ведает и ныне на сойме были новые крымского Царя послы а слышел он что полской корол с крымским помирился и послы крымские старые и новые ис Полши отпущены
А иных никаких вестей не ведает и не слыхал»

Был переведен и привезенный «проезжий лист», выданный от короля Михаилу Федорову сыну Елчанинову. Проезжий лист был написан белорусским письмом, на нём имелась подпись бискупа Якуба Жадика и королевская коронная печать. Лист был написан в Варшаве 17 ноября 1635 года. В листе говорится о «многих рыцарских службах Речи Посполитой» Елчанинова, который назван «шляхетского роду боярином Михайлом Елчемиловским». Всем урядникам и подданным короля польского следовало пропускать и помогать предъявителю этого листа. Однако, из листа не следовало, что Михаил Елчанинов был отпущен королем Владиславом IV в Русское государство навечно, цель его поездки указана следующим образом: «…а ныне едет в Государство Московское чтоб там вотчину свою и родителей своих навестить а мы для его яко человека рыцерского и в добрых военных речах живущих даем ему сей наш лист». По всей видимости, такой вопрос был задан и в Разряде, на что Елчанинов сказал: «А что в полском листу написано для виданя и то де они написали по своему полскому обычаю». Но русский человек выехал из Речи Посполитой на Родину…

Сербский князь Степан Милорадович приехал служить государю от гонения басурман-турок

Выезд на государево имя православных «иных земель» особенно ценился в 1-й половине XVII века. 20 ноября 7149 (1640) года из Путивля стольник и воевода Григорий Пушкин прислал с отпиской и в сопровождении путивльца сына боярского Ивана Щетинина иноземца, который представился выходцем из сербской земли Цвеем Павловым. Прибыв в Москву, приехавший иноземец был допрошен и вот что он сказал о себе: «…сербские земли княжово роду отец де ево княз Павел княж Ильин сын Милорадов в сербех служит турскому царю с поместья а ему царевичю прямое имя во крещене княз Степан».

Причину и историю своего выезда на Русь сербский князь Степан Павлов сын Милорадов описал так: «…тому де ныне 4-й год свели из сербские земли во Царьгород турские люди обманом брата ево родново меншово князя Юрья и в Царегороде ево обусурманили и онде княз Степан для сыску брата своего ходил во Царгород и сыскав де брата своего из Царягорода с ним ушол и как де они пришли в мултянскую землю и брат ево княз Юрьий умер и он де княз Степан бояс турских людей в сербскую землю к отцу своему не пошол и пошол во Афонскую гору и был во Афонской горе в Хилондарском монастыре с пол года и проведал де про нево отец ево княз Павел пришол к нему в тот же в Хилондарской монастырь а в то де время в Хилондарском монастыре был иеросалимской патриарх Феофан и бил де челом отец ево патриарху Феофану что он хочет ево князя Степана отпустит на Государево имя на вечную службу бояс турских людей и чтоб патриарх Феофан дал к Государю об нем свою грамоту и патриарх Феофан грамоту ему дал и отец де написав к Государю свой лист отпустил ево из Хилондарсково монастыря на Государево имя во 148-м году в великой пост и шол он княз Степан в Московское государство через мултянскую и волоскую землю и пришол в литовскую землю шол он мимо городов Хотина и Каменца Подолсково и из литовские земли пришол он в Путивль и в Путивле воевода роспрося ево и дав ему отписку отпустил ево в Государю к Москве».

В Разрядном приказе им были поданы два письма. Первое – написанное его отцом 8 августа 7147 (1639) года, сербским князем Павлом Ильиным сыном Милорадовым, в котором со всей полной титулатурой обращался к русскому царю, называя его «поборником Божественных церквей» и «вторым Константином Богохранимого Царствующего граба Москвы», извещал о потере младшего сына и выезде на службу в Россию второго сына. Со скорбью старый князь писал об отступничестве от православия умершего младшего сына: «…злочестивые агаряне к Костентинеграде опоиши сына моего младейшего и обаснословиша лукавым обаянем… младенцеский разум… потуречища его увы грех ради». Второе письмо было от Иерусалимского патриарха Феофана III. В своём письме патриарх уведомлял царя о церковных делах на Востоке и рекомендовал молодого сербского князя Милорадова как «от доброго и честнаго роду человека». Письмо патриарха Феофана было написано 20 февраля 1640 года. 22 ноября 7148 (1640) года в Разрядный приказ был вызван «прежнего выезду иноземец» из Сербии князь Михайло Родионов сын Милорадов, который сказал перед дьяками думным Иваном Гавреневым и Григорием Ларионовым, что «…он сербенина князя Степана Милорадова знает отец де ево князь Павел в сербех чесной человек». Также, по словам Михаила Родионовича Милорадова, князь Степан приходится ему двоюродным братом (их отцы – родные братья). На обороте листа присутствует автограф Михаила Родионова сына Милорадова: «К сей сказке Михаило княж Родиванов сын Милорадов руку приложил».

4 декабря 7149 (1640) года состоялся царский указ о пожаловании сербского князя за приезд в Россию. Князя представили царю, пожаловали серебряный ковш весом в 2 гривенки, камкой в 10 аршин, 30 рублями денег и поместным окладом в 550 четвертей. Сохранилась и запись, как при дворе царя Михаила Федоровича нужно было представить выехавшего князя, что говорить, как князь будет у царской руки.

Явити Государю выезжево князя Степана княж Павлова сына Милорадова а молвити:
Великий Государь Царь и великий князь Михаило Федорович всеа русии Самодержец и многих Государств Государь и обладател выезжей сербские земли княз Степан княж Павлов сын Милорадов крестьянские веры поискал вашие Государские милости приехал из сербские земли служити тебе Государю на вечную службу от гоненя бусурман турских людей и не хотя отбыт крестьянские веры

а после тово молвити:
Княз Степан Милорадов царское величество жалует к руке

а как княз Степан у Государя у руки будет и князю Степану сказати:
Князь Степан Милорадов великий Государь Царь и великий князь Михаилов Федорович все русии Самодержец и многих Государств Государь и обладател жалует тебя своим царским жалованем за выезд ковш в пол 2 гривенки камка куфтер 10 аршин дороги денег 30 рублев да поместного окладу 550 четий денежного жалованя из чети 30 рублев

а после тово молвити:
Великий Государь Царь и великий князь Михаило Федорович всеа русии Самодержец и многих Государств Государь обладатель выезжей княз Степан Милорадов на вашем Царском жаловане челом бьет князю Степану сказат Царское величество жалует тебя своим Государским жалованем в столам сто корм

Как карачевский стрелец попал в магометанскую неволю на турецкую каторгу

27 июня 7174 (1666) г. в Москву пришли русские люди, бывшие гребцами-невольниками на каторгах (галерах) в Средиземном море. Среди выходцев оказался и стрелец из города Карачева Иван Леонтьевич Рудаков, который подал на имя царя Алексея Михайловича челобитную следующего содержания:

«…в прошлом Государь во 169-м году посылал меня холопа твоево ис Корачева воевода Козма Василевич Бегичев за твоим великого Государя делом в Корачевской уезд в Сомовскою волость высылать уездных людей в осаду в город в Корачев и меня холопа твоево в Карачевском уезде в Сомовской волости в тое пору взяли в полон татарове и в Крыму продали меня холопа твоево в турки на катаргу на Белае море и на каторги я холоп твой живот свой мучил полпята года и милостию Божиею твоим великого Государя счастьем на каторге твои великого Государя люди мы неволники многия люди кондалы обламав две каторге разбили на которге турчан многих людей побили ис полану вышли»

Таким образом получалось, что стрелец Иван Рудаков попал в татарский плен в 1661 г. в Сомовской волости Карачевского уезда, был отведён в Крым и затем продан туркам в неволю. В неволе Рудаков пробыл 4,5 года, будучи гребцом на турецкой галере («каторге») в Средиземном море. Но русские люди, которых оказалось слишком много на турецкой каторге, подняли восстание, смогли снять кандалы и перебить турок, угнав галеру. В деле о вышедших из тяжкой магометанской неволи оказались собраны и печатные «проезжие листы», выданные бывшим русским пленникам в Венеции для дальнейшего следования в Россию. На листах изображен символ Венецианской республики – лев с крыльями и нимбом, держащий лапой книгу с надписью «PAX/TIBI/MAR/CE-EVAN/GELI/STA/MEUS» («Мир тебе, Марк, евангелист мой»). Под эстампом надпись «Noi Proueditori all’Armar» («Суперинтендант по вооружению»). В пустых строках выполнены надписи рукой – имена пленников и дата выдачи: 28 мая 1665 года.

До поездки в Москву с просьбой о даче денег за «полонное терпение» Иван Леонтьевич побывал в Карачеве, где обратился через воеводу Григория Петровича Сафонова с просьбой на царское имя о своём приезде в Москву.

Иван Леонтьевич Рудаков принадлежал к живущей в Карачеве корпорации стародубских выходцев, очутившихся после Смуты сначала в Брянске, а затем переведённых в Карачев в 1620-х годах. Его отец, Леон («Левон») Рудаков известен по сметной книге Карачева 1644 года и был записан «стародубским казаком». Сам же Иван Рудаков фигурирует в смете Карачева с 1636 г., что даёт основание считать его зрелым 45-летним человеком на момент подачи челобитной.

Как бы тяжело не было русским людям, в какие бы сложные жизненные ситуации и чужие страны они не попадали, в XVII веке Россия ими воспринималась как «единственная православная страна» с праведным царём, куда они хотели вернуться, окончить свой земной путь.

>> Ответ на сообщение пользователя Yaroslav_Don от 12 октября 2025 16:08

Дорогой Ярослав! Читала Ваши посты с челобитными русских людей , попавших в плен в 17 веке, о том, что после 20 лет плена простые люди стремились на свою Родину, преодолевая расстояния , пересекая много стран, терпя издевательства татар, турок и литовцев, они умереть хотели на своей земле. А у меня в голове все это время звучали слова уже из нашего времени: « летят перелетные птицы ушедшее лето искать. Летят они в жаркие страны , а я не хочу улетать. … Не нужен мне берег турецкий , чужая земля не нужна. Не нужно мне солнце чужое и Африка мне не нужна» Спасибо Вам!!! За работу в архивах, за гражданскую позицию и патриотизм!!! С уважением Валентина Петровна. 2210.2025г гСПБ

Истории пленения, жизни в неволе, побегов и выхода обратно на Русь