Главноначальствующий Экспедиции Кремлевского строения П.С. Валуев в начале XIX в. сообщал императору Александру I "о славной по истории Цареборисовской плотине", о том, что эта плотина была сооружена "великим иждивением ... по случаю голодного года для пропитания народа в 1600-м году".РГАДА, ф. 1239, оп. 3, д. 5563, л. 5, 73 об.
Плотина царя БорисаВсе началось в 1591 году. Крымский хан Казы Гирей, известный как друг тогдашнего русского царя Федора Иоанновича, поэт, философ и дипломат, позволил навязчивым туркам подбить себя на авантюру: совершить набег на Москву. И сделал он это настолько вероломно, неожиданно и лихо, что под стенами Кремля был самым позорным образом разгромлен и обращен в бегство. Войско его в панике драпало аж до самой Тулы, теряя сотни бойцов под безжалостными сабельными ударами русских конников.
В этой победоносной кампании особо отличился ближайший царский родственник, брат царицы Ирины боярин Борис Годунов. И решил Федор Иоаннович сделать Годунову что-нибудь приятное. Например, пожаловать землю. Долго искать не пришлось: царь подарил Борису хорошо ему знакомые территории — ближайшие к летней царской резиденции в Коломенском угодья, предназначавшиеся для царской и великокняжеской охоты. Сам царь Федор был немощен и к подобным экстремальным развлечениям не склонен, потому и отдал эти земли без особого сожаления.
В результате боярин, а в дальнейшем царь и великий князь всея Руси Борис Годунов получил в свое распоряжение земли по берегам небольших лесных рек Язвенки, Городни и Чертановки, а заодно и расположенные на этих землях деревни Черная Грязь, Шипилово, Овражки и еще штук тридцать больших и малых селений. Получив подарок, скромный Годунов немедленно переименовал особо полюбившееся ему село Овражки в Борисово.
Главной местной речкой, вбиравшей в себя воды многочисленных речушек и ручейков, была Городня. Название говорящее: местные жители на реке постоянно и активно «городили» — то есть использовали водный ресурс, перегораживая его плотинами и создавая таким образом множество искусственных водоемов. А главным потребителем рыбы, пойманной в здешних прудиках и запрудах, был царский летний дворец в соседнем Коломенском.
Задолго до помазания на царство Годунов начал обустраивать пожалованные ему земли. Построил два деревянных дворца: для себя в Овражках (Борисове) и для сестры, царицы Ирины, в Черной Грязи (с XVIII века — Царицыно).
Профиль Цареборисовской плотины. Чертеж начала XIX векаОдновременно Годунов распорядился привести к «общему знаменателю» все пруды, прудики и лужицы, образовавшиеся в результате хаотичного перегораживания речки Городни. Для этой цели возле села Борисово началось строительство большой каменной плотины. Сия плотина должна была решить две задачи: с одной стороны, поднять уровень воды в Городне для создания большого единого пруда, с другой стороны — крутить механизм сельской мельницы посредством энергии падающей воды.
Замысел Бориса очень быстро обрел форму. Уже в 1600 году капитально перекрытая Городня образовала огромный водоем. Уровень воды поднялся так высоко, что Старая Каширская дорога оказалась на дне нового пруда. Пришлось обустраивать паромную переправу, которая просуществовала вплоть до ХХ века.
Судя по описаниям пруда того времени, Борисовская плотина поддерживала такой уровень воды, что изначально водоем простирался вплоть до современного Царицыно! Это обстоятельство позволяет считать пруд не только ценным рыбоводческим объектом, но и важным стратегическим — такая водная преграда могла существенно затруднить продвижение потенциального противника с южного направления на Москву.
Естественно, что уникальную белокаменную плотину тут же прозвали Цареборисовской или Годуновской. Соответственно и образованный ею пруд вошел в историю как Цареборисовский (Царевоборисовский). «Царь» исчез из названия пруда только в годы советской власти.
Наблюдением за состоянием пруда, его рыбными запасами и непосредственно рыбной ловлей занимались специально подготовленные прудовые сторожа. Их было не так уж много, но со своими обязанностями ребята справлялись. Подводы, груженные свежими карпами, щуками и даже стерлядью, регулярно курсировали между прудом и царской резиденцией в Коломенском.
А вот с народным беспределом было покончено: местные крестьяне, несмотря на заманчивую близость к пруду, ловить в нем рыбу не имели права.
В 1605 году, когда род Годуновых уже погиб в огне Смутного времени, в Коломенской великокняжеской резиденции изволил отдыхать Лжедмитрий I, сообразно взятым на себя царским обязанностям. Узнав, что в нескольких верстах к югу находится село, носящее имя его главного исторического недруга, Лжедмитрий направил в Борисово карательную экспедицию. Село Борисово было стерто с лица земли, причем отнюдь не фигурально.
Все живое на Борисовских землях было уничтожено с запасом. Даже через 20 лет после окончания интервенции в этих краях, судя по историческим описаниям, царила «мерзость запустения». Лишь в 1620-х годах сюда переселили несколько крестьянских семей из Коломенского. Они-то и возродили на пепелище новое Борисово.
Прошли десятилетия. События Смутного времени показали, что наиболее опасным для Москвы стало не южное, а западное направление. Пруд потерял свое стратегическое значение и стал обременительной преградой на пути мирных деловых людей: приходилось либо делать огромный крюк вокруг Царевоборисовского пруда, либо коротать время в ожидании хлипкого парома. Поэтому в 1675 году водоем перерезала дамба с плотиной. По этой дамбе и пролегла новая трасса Каширской дороги, совпадающая с современным Шипиловским проездом.
Новая плотина образовала новый пруд, названный Шипиловским или Развиловатым. Действительно, в стародавние времена некоторые заливы (развилки) пруда простирались далеко за его сегодняшние границы. Вплоть до современных улиц Кантемировская и Москворечье. Сейчас этот пруд более известен как Нижний Царицынский.
А если есть Нижний, то и Верхний должен быть? Но увы... К моменту первого посещения этих благодатных мест Екатериной II верхнего пруда как такового не существовало. Было несколько прудиков, каждый из которых имел свою небольшую плотинку. И далеко не всегда по этим плотинкам можно было посуху перебраться на противоположный берег.
Это не удалось даже Екатерине Великой в 1767 году, когда она впервые посетила эти места (тогда это были владения князей Кантемиров). Пришлось задействовать водный транспорт: императрицу и ее свиту переправлял на пароме очаровательный сельский юноша. Так или иначе, здешние края весьма государыне приглянулись. К тому же местные лечебные грязи избавили Екатерину от болей в руке. Кстати, именно из-за этой особой черной глины, выходы которой встречались по берегам окрестных рек и ручейков, получила название эта местность — Черная Грязь.
В общем, выкупила Екатерина у Кантемира понравившиеся земли и отдала приказ немедленно начать строительство временного летнего дворца. Через две недели дворец был готов, и в нем императрица провела лето, наслаждаясь лечебными грязевыми ваннами и водными прогулками по Развиловатому пруду на плавсредствах специально построенной для этого прогулочной флотилии.
…Выйдет, бывало, по утру матушка Императрица Всероссийская, к впадению Городни реченьки в пруд Развиловатый — Шипиловский, а там лодочки да гондолы разные замерли в ожидании, гребцы в одеждах белых весла в руках мозолистых сжимают — команды ждут… И погружены на борт и вина шампанские, и пирожные заморского рецепту… А как взойдет матушка на лодочку востроносую, как платочком шелковым взмахнет, так и налягут гребцы, ухнув, на весла упругие, запоют песню лихую… и понесется по пруду широкому государыня-матушка со свитою аж до самой плотины Шипиловской.
А возле плотины сторожа прудовые закинут тонку сеточку да на берег вытянут. Ну а в сетке той рыбы разной не меряно. Ту, что мелкая — обратно выпустят. Ну а из той, что покрупней да пожирней, сварят государыне-матушке уху янтарную. А как солнышко к закату клониться начнет, сядут все на тройки резвые и поедут обратно полями да перелесками — во дворец во Царицынский...
Так Екатерина провела лето. Ей понравилось. И позвала она Баженова строить ей полноценный дворцово-парковый ансамбль. Для строительства выбрали правый высокий берег речки Язвенки — противоположный берегу, где стоял первый, временный летний деревянный дворец. Для удобства подъезда к царской резиденции со стороны Москвы и Коломенского насыпали дамбу, на которой для регулирования тока вод построили новую, Царицынскую плотину. Так образовался Верхний Царицынский пруд. Именно его тихие заводи и живописные острова сейчас так радуют взор нынешних посетителей парка Царицыно.
Вскоре было принято решение привести все плотины на прудах к единому стилю и материалу: камню. Годуновскую плотину на Цареборисовском пруду, которая и так была каменной, отреставрировали, остальные — Шипиловскую и Царицынскую — практически отстроили заново. Переустройством плотин занимался К.И. Бланк (1728 — 1793), один из ведущих московских архитекторов второй половины XVIII века, прославившийся проектом здания Воспитательного дома вблизи Кремля.
На Шипиловской плотине построили уникальную водяную мельницу в виде многоярусной башни, сочетавшей не только мукомольное производство, но и элеватор-зернохранилище. Увы, башня-мельница исчезла с лица земли в послереволюционное время.
За долгие годы своего существования все плотины каскада Царицынско-Борисовских прудов многократно подновлялись и реставрировались. Борисовская плотина была даже забетонирована снаружи, а северное ее «крыло» засыпано землей, для пущей надежности.
В 2006 — 2007 годах, во время знаменитого воссоздания Царицынского архитектурного ансамбля, Царицынская и Шипиловская плотины были отреставрированы. Их состояние в настоящее время особых опасений не вызывает.
Совсем иначе обстоят дела у самой древней, Борисовской плотины. В 2006 году силами специалистов «Эководстройпроекта» и археологов на ней были проведены масштабные архитектурно-археологические исследования. Было частично освобождено от земли «погребенное» северное крыло. Был обнаружен и расчищен водоотводный белокаменный желоб, по которому вода направлялась к колесам мельницы. Найден и фундамент самой мельницы. Были обнаружены фрагменты кирпичной и каменной кладки эпохи Бориса Годунова.
В самом пруду, вдоль береговой линии, были выявлены ряды прекрасно сохранившихся (!) огромных деревянных стреловидных свай, которыми при Екатерине II были укреплены берега возле плотины. И… на этом финансирование проекта закончилось.
Дальше все пошло своим обычным чередом: белокаменные плиты XVI века потихоньку, руками вездесущих гастарбайтеров, растаскивают дачники, по стенам ползают доморощенные альпинисты, а «мастера» граффити уже в несколько слоев расписали массивные контрфорсы…
Иными словами, «мерзость запустения» вновь, впервые со времен польской интервенции XVII века, поселилась на Борисовской плотине — несмотря на то, что уже подготовлен проект настоящей, научной реставрации. И в планах реставраторов не только сохранение единственного в Европе древнего гидротехнического сооружения такого масштаба, но восстановление в первозданном виде водяной мельницы. Однако вместо реализации уникального проекта реставрации на территории парка «Борисовские пруды» (где, собственно, и находится «забытая» плотина) полным ходом идет масштабная реконструкция с известными последствиями.
И все же, несмотря ни на что, старая запруда живет. И, как четыреста лет назад, счастливые местные мальчишки несут домой пойманных в бурном потоке карасиков. Шумит водный поток, разбиваясь о древние камни и новый бетон, и наполняет воздух водяной пылью, маленькими радугами и ни с чем не сравнимым, завораживающим запахом плотины, удивительно похожим на запах моря.
Статья Максима Перевитского 
Посты со "спасибо" и "благодарю" удаляются модератором без пояснения.