XXIV САВЁЛОВСКИЕ ЧТЕНИЯ Церковные источники по генеалогии :

[q]
12.Котт Виктор Константинович, преподаватель истории церкви в православных учебных заведениях (Москва) «Практические аспекты использования генеалогических методов в церковно-исторических исследованиях. К вопросу о месте генеалогии в круге богословского знания».
[/q]

Тезисы выступления на чтениях

История церкви, как научная дисциплина, является одной из центральных дисциплин в круге богословского знания. При этом она является и богословской, и исторической наукой. Поэтому церковно-исторические исследования всегда междисциплинарны, в них используются и богословские, и исторические исследовательские методы. Среди исторических методов исследования, в ряду вспомогательных исторических дисциплин, используемых в церковной истории, важное место принадлежит генеалогии.
Генеалогия, таким образом, может пониматься, как вспомогательная историческая дисциплина, входящая в междисциплинарную область – историю церкви. И как таковая, генеалогия подчиняется логическим законам междисциплинарных исследований.
К аксиоматике междисциплинарных исследований относится логический закон: если результат междисциплинарного исследования противоречит аксиоматике любой из соответствующих задействованных дисциплин, то он не верен. Это значит, в частности, что если в церковно-историческом исследовании будет получен результат, противоречащий церковной догматике, то он не верен. Таким образом в междисциплинарных исследованиях можно проверять результаты исследования любым методом.

И Л.М. Савелов, и в целом отечественные генеалоги дореволюционного времени, владели междисциплинарным видением и инструментарием в своих исследованиях. Старые генеалоги отличались от современных, в частности тем, что они все без исключения имели богословское образование (речь идет, конечно, не только о выпускниках духовных училищ, семинарий и академий; и не только о Законе Божием в начальных и средних учебных заведениях). Кафедра богословия, имевшаяся во всех высших учебных заведениях дореволюционной России, не говоря уже о кафедре истории церкви, обязательной для исторических (историко-филологических) факультетов, и кафедре церковного права, обязательной для юридических факультетов – тому ручательство.
Как пример различных подходов к решению генеалогической проблемы именно в междисциплинарном церковно-историческом контексте можно привести вопрос о происхождении преподобной Анны Кашинской, из биографических сведений о которой достоверно известно только ее иноческое имя (Анна) и княжеское (великокняжеское) происхождение. (Единственный источник – сновидения пономаря Герасима; обратим внимание на то, что это настоящий церковный источник, качество которого также подлежит анализу).
Существуют два основных решения этого вопроса. Первое решение - идентификация прп. Анны с великой княгиней Анной Дмитриевной Тверской, на основании догадки соловецкого инока-книжника в середине 17 в. (этой позиции придерживаются многие современные исследователи). Второе решение - происхождение прп. Анны Кашинской неизвестно (не считали решенным вопрос об отождествлении, например, В.О. Ключевский и Е.Е. Голубинский).
Можно думать, что ключом к решению проблемы может быть замечание Л.М. Савелова: «Особенностью древне-русского иночества было полное забвение своего светского имени, что является признаком полнейшего смирения, и это забвение было настолько искренним, что и потомство в конце концов запоминало лишь одно иноческое имя. Так например до сих пор неизвестно мирское имя патриарха Гермогена» (Лекции по русской генеалогии, с. 15). Эта, совсем не центральная и не принципиальная мысль великого мастера, представляется безупречной именно с церковно-исторической (междисциплинарной) точки зрения. Если сравнить ее с суждениями современных историков и филологов, придерживающихся первой точки зрения, то можно увидеть, что именно из-за отстранения (отказа) от богословского анализа их аргументация представляется недостаточной для обоснования соответствующего вывода в междисциплинарной области.
Как пример важных задач генеалогического характера в русской церковно-исторической науке можно указать на нерешенные вопросы о происхождении таких святых, как Анна Кашинская, Феодор Острожский, Андрей Смоленский, Тихон Луховский.
Еще более актуально увековечение памяти русских святых ХХ века - около 1700 новомучеников. Практически в любом архиве содержится генеалогическая информация, необходимая для написания жизнеописаний новомучеников. С глубокой признательностью церковными историками будет принята любая помощь от членов генеалогического сообщества, как сотрудников на общей ниве исторической памяти и благодарности (vkott@mail.ru).

Zabellisa написал:

[q]
10.Малышко-Березовская Елена Евгеньевна, зам. директора музея «Старобелоусский исторический комплекс» (Чернигов, Украина). "Зимняя дорога Елены Протопоповой».
[/q]

«Зимняя дорога Елены Протопоповой»

Малышко - Березовская Елена Евгеньевна, заместитель директора музея « Старобелоусский исторический комплекс».

При работе с архивными материалами иногда встречается находка, производящая, на первый взгляд, поверхностное впечатление. В нескольких своих публикациях я уже упоминала имя жительницы Чернигова А.И. Александровой - учительницы иностранных языков, переводчика, собирателя архива музыковедческих материалов начала - середины XX века, человека незаурядного и в высшей степени интересного. Елена Ивановна вела переписку со многими известными деятелями музыкальной культуры того времени - профессорами Московской консерватории Р. М. Глиером, Д.Р. Рогаль-Левицкий, А.Б. Гольденвейзером, А.И. Кандинским, Е.П. Макаровым, их киевскими коллегами - С.В. Вильконским, Л.М. Ревуцким, Ф.Е. Козицким и многими другими.

Подавляющее большинство этих писем хранится в РГАЛИ, в личном фонде музыковеда, пианиста и композитора Е. Богословского, образователям которого еще в советское время стала Елена Ивановна. Непосредственно в 3 описи этого фонда размещены материалы, с которыми Елена Ивановна не смогла расстаться при жизни, в архив их пересылала уже ее внучка - Нина Георгиевна. Среди имен известных адресатов фактически потерялась небольшая папка с надписью «Письма Е.П. Протопо-повой к Е.И. Александровой ».

Переписку, датированную десятилетием 1960-х, я внимательно просмотрела: они полны уважения и признательности к адресату. Но кто же такая их автор? Погружаюсь в интернет, надеясь хоть что- то узнать о Елене Павловне Протопоповой, интуитивно- человеке из мира музыки…И вот, наконец, обрывок воспоминаний кого- то из выпускников Московской консерватории:

«После войны класс фортепиано преподавала Е. П. Протопопова». И это все ... Позже, по рекомендации знающих людей, удалось посетить архив Московской государственной консерватории, где на постоянном хранении находятся личные дела преподавателей этого учебного заведения. Вся жизнь Елены Павловны «уместилась» на двух анкетных страницах «строгого образца».

Родилась 25 (13) марта 1895 года в Москве, в семье чиновника Павла Васильевича Протопопова. Окончила с отличием гимназию Юргенсона и виртуозное отделения Московской консерватории по специальности "фортепиано". Муж - Евгений Сергеевич Медведев, врач, "дворянского происхождения». В графе «родственники за границей» отмечена двоюродная сестра - О. Катаева, в пункте партийность - «беспартийная». Есть и такая интересная строка - «имею выговор за уничтожение кандидатского удостоверения в члены КПСС в 1941 году» (!?)

Другие образования - Московский техникум иностранных языков: немецкий, французский, английский - свободно. Но более всего меня поразил последний пункт анкеты - «семейное положение при подаче данного документа» (1952 год): «одинокая». Не разведена, не вдова, а именно - одинокая ...

Я вновь обратилась к изучению уже упомянутого эпистолярия. Что же объединяло наших милых дам? Разумеется, не только причастность к кругу »старой интеллигенции».

Основы для переписки наших милых дам были заложены еще в начале 1960- х годов , и если их знакомство и было ситуативным, то со временем переросло в многолетнюю дружбу и взаимную симпатию. Круг интересов Елены Ивановны и Елены Павловны был достаточно широк, но, в первую очередь, касался музыкальных вопросов и уходил своими корнями в далекое прошлое...

В 1916 году во времена учебы Е.П. Протопоповой в Московской консерватории студентам была рекомендована для изучения новая дисциплина, и преподавать «Историю фортепианной музыки» был приглашен известный музыковед и пианист - исполнитель того времени Евгений Васильевич Богословский. Спустя полвека, в 1972 год, Елена Павловна напишет по просьбе Елены Ивановны »Воспоминания о профессоре Богословском», а также передаст в дар музею Музыкальной культуры им. Глинки свой собственный конспект лекций по этому предмету, сохраненный в череде трагических событий XX века - едва ли не последнюю ценность, которая осталась у нее с « прежних времен».

Передо мной - новогодняя открытка без даты, очевидно, пересылалась в конверте, который не сохранился. Судя по контексту и стилю общения – начальный период переписки, Почерк Елены Павловны четкий, энергичный:

«Уважаемая Елена Ивановна! Поздравляю Вас с Новым годом и желаю здоровья и всего лучшего. Видела Гилельса , он говорит, что можнонаписать прямо - Бостон, пианисту Боровскому ...

Уважающая Вас Е. Протопопова ».

Историческая справка.

Боровский Александр Кириллович: 6(18).03.1889 - 27.041968.

Российский и американский пианист, музыкальный педагог. Профессор Московской консерватории в 1915-1920 гг. В 1920 г. покинул Россию, гастролировал в Европе, с 1940 г. постоянно жил в США. С 1956 г. приглашен на должность профессора Бостонского университета. Елена Павловна Протопопова, одна из наиболее одаренных и любимых учениц, занималась под его началом в последний год учебы в консерватории, будучи переведенной в класс пианистов - виртуозов. По воспоминаниям самой Елены Павловны, она не теряла связь со своим преподавателем до середины 1930-х…

Гилельс Эмиль Григорьевич: 6(19).10. 1916 -14.10.1985.

Пианист, преподаватель Московской консерватории. В 1945 году дал концерт на конференции в Потсдаме для глав правительств СССР, США и Великобритании. Одним из первых получил разрешение принимать участие в зарубежных гастролях.

Ответное письмо от Елены Ивановны не сохранилось, но не сомневаюсь, что она посоветовала Елене Павловне - так и пишите! И дело здесь не в классическом примере с чеховским Ванькой Жуковым с его письмом «на деревню дедушке». Это уже наше поколение школьников 1970-х тихонько посмеивалось над бедным мальчиком на уроках литературы, а Елена Ивановна, коренная жительница старого Чернигова твердо знала, что никакие номера домов и квартир не нужны, достаточно написать улица такая-то, собственный дом такого-то, чтобы письмо дошло до адресата. Рисуя в своем воображении картину с доставкой такой почты, я бы вновь улыбнулась, если бы не было известно, что в музее музыкальной культуры им. Глинки находится на сохранении достаточное количество писем от проф. Боровского к своей «утерянной » ученице. Т. е, Елена Павловна таки написала и письмо дошло, хотя Бостон 1960-х-нельзя сравнить с Черниговым начале XX века ...

Практически в начальной стадии знакомства наши еще достаточно энергичные дамы начинают важное дело - поиски исчезнувшей во время октябрьского переворота рукописи Е.В. Богословского «Всеобщая история музыки». Многолетний труд был направлен в Харьковское издательство, оттуда передан обратно в Москву на рецензию проф. Кузнецову. Пока рукопись путешествовал, произошли известные события 1917 года ...

Елена Ивановна имела в своем записной книжке адреса музыкальных деятелей «прошлых времен», ее юность проходила в Москве начала XX века: Елене Ивановне посчастливилось учиться в Александровском институте благородных девиц и быть свидетелем ярких культурных событий того времени ...

И вот, спустя полвека, Москва вновь играла важную роль в жизни Елены Ивановны. Заблаговременно уладив свои дела Чернигове, она выезжала в столицу, и наши милые дамы, приветствовав друг друга и едва переведя дух в скромной комнатке коммунальной квартиры Елены Павловны в Малом Левшинском переулке, отправлялись в это необычное в прямом смысле слова путешествие. К сожалению, по многим адресам уже жили другие люди, иногда им даже не открывали дверь. Но, бывало, и везло, и поиски продвигались дальше. Профессора Кузнецова давно не было на свете, но кто-то из посещаемых рассказал, что видел подобные бумаги в шкафу для документов на квартире его дочери, а было это еще до последней войны … Рукопись так и не нашлась, но наградой за труды стала дружба - на долгие годы ...

Елена Ивановна мечтала издать некоторые работы Богословского, которые хранились в ее Черниговском доме, вернуть его имя из небытия. И Елена Павловна была в состоянии оказать ей в этом добром начинании посильную помощь, имея соответствующий круг знакомств.

Из писем от 17 и 20.09. 1965:

«Дорогая Елена Ивановна! Ура!

Александр Кириллович (проф. Боровский, Бостон, США) понял, что надо написать о Е.В.Б, сегодня я опять получила от него письмо, выписку из которого Вам посылаю (далее - несколько предложений на английском, разумеется, без перевода). Я ничего не знала о украинских трудах Евгения Васильевича. Спасибо за его фотографию. »

Из письма от 6.06. 1969: «Дорогая Елена Ивановна! Поздравляю Вас запоздало с днем Ваших именин! Большое спасибо за память! Я не праздную этот день, но все же у меня были моя подруга с 1912 года и моя «дочка», которой я дала образование и которая жила у меня 6 лет. Приходили и мать бывшей ученицы с сиренью и соседка со снопом незабудок. Они и сейчас радуют мне глаз! Очень жалею, что не вижу Вас!»

30.07. 1969: ".. не писала Вам долго, т.к. второй раз в этом году болела адено - вирусной инфекцией с осложнениями на печень. Я очень ослабела, а тут еще так много огорчений и неудобств. На лето все мои ученики и их родители разъехались, и я осталась без всякой помощи, при том, что уже год, как не выхожу на улицу. Побираюсь от случаю к случаю, т.к. никого нельзя найти за плату, да и на мои 74 рубля не разойдешься...

Большая неприятность вот какая- наш дом ставят на капремонт и, значит, нас будут переселять куда-то на длительный срок. Видно лучше было бы умереть! Большое спасибо за присланную статью Е.В. Богословского. Для дореволюционного времени она очень передовая! Как жаль, что мы с Вами едва ли встретимся еще когда - нибудь. Шлю Вам привет и наилучшие пожелания!

Ваша Е. Протопопова. »

Следующие сохранившееся письмо датировано 30.12.1969 г. "Дорогая Елена Ивановна! Простите, что долго не писала. Ремонт дома перенесли на 1970 год. Добрые люди пока еще приносят мне еду, я по-прежнему хозяйничаю. Жду учеников, а пока вслепую вяжу носки и.т.п нужные мне вещи. Вот так мы с Вами и живем. Были у меня мои старые 65-летние ученики.

Крепко Вас целую, Ваша Е. Протопопова. »

Последнее письмо к Елене Ивановне я нашла уже в архиве - музее им М.И. Глинки, оно почему - то было отделено от основного массива. Датировано оно ноябрем 1972 г. как и воспоминания о Е.В. Богословском. На прилагаемом конверте совсем другой адрес: г. Химки, ул. Правобережная, комната ... Едва ли не бегу к заведующей читальным залом Елене Владимировне Фетисовой, которая не только выдает документы для ознакомления, но и вместе со мной сочувствует делам моих «бабушек». Выясняется, что адрес этот в Москве известен: в Химках расположен дом Престарелых для лиц творческих профессий ...

Елена Ивановна не оставила свою подругу наедине с одиночеством, не позволила уйти до срока ... Уже сама старенькая и немощная, она несколько раз навещала Елену Павловну в новой ее обители, заручившись поддержкой внучки.

Жизненный путь Елены Павловны окончился 14 декабря 1973.

В последний путь на Ваганьково морозным декабрьским утром ее провожал любимый ученик Михаил Парфентьев. Михаилу Вениаминовичу Елена Павловна доверила и свой небольшой семейный архив - документы, фотоальбомы, несколько старинных стульев, бывших до революции частью интерьера столовой усадьбы барона Н.К. фон Мекк, большого почитателя музыкального таланта юной студентки консерватории. Часть этого архива - сегодня в коллекции музея музыкальной культуры имени М.И.Глинки.

У Елены Ивановны остались письма Елены Павловны, которые она время от времени перечитывала, вспоминая дни былые ... И в последние дни своей жизни, осенью 1979 г., попросила внучку Нину переслать в РГАЛИ на хранение - для нас.

Она удивительным образом предугадала, что эра беспамятства и неуважения к прошлому минет, и их с Еленой Павловной деяния будут интересны потомкам. Несомненно, мы могли наблюдать и осязать такой интерес во время Савеловских Чтений 2017 года. Приятно отметить, что в зале в качестве почетных гостей присутствовали правнучка Елены Ивановны Александровой - Марина Луцкина и названные внучки Елены Павловны Протопоповой, дочери ее любимого ученика Михаила Вениаминовича Парфентьева - Вера Романова и Мария Паленова.

В память о героинях доклада прозвучал авторский вальс: » Именины Елены: за чашечкой чая в Малом Левшинском переулке» в переложении для скрипки и фортепиано.

XXIV САВЁЛОВСКИЕ ЧТЕНИЯ Церковные источники по генеалогии

(к 100-летию восстановления Патриаршества в России).Москва, Исторический музей,15–16 декабря 2017 г.

(к 100-летию восстановления Патриаршества в России).
Москва, Исторический музей,
15–16 декабря 2017 г.