посад Дубовка

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

а вот что подсказывает romaf

Вдруг Вам пригодится, гляньте вот это сообщение:
https://forum.vgd.ru/post/2849...#pp4330990
В нем упоминаются экономические крестьяне Агафоновы в РС 1835 года в д.Белая Горка Богучарского уезда. Это могут быть оставшиеся родственники тех Агафоновых о которых шла речь у Вас в сообщении. Есть смысл поискать ревизию 1795 года в Воронежском архиве. В ней могут упоминаться Дубовские Агафоновы (по предыдущей ревизии 1782 года), как переселившиеся.
Белая Горка, кстати - единственное место в теме Богучарского уезда, где упоминается фамилия Агафонов (до 1850 года).

Площадь городской земли, занимаемой лесными пристанями и дегтярными балаганами за рекой Дубовкой

продолжение истории

Дубовка славилась дегтярно-смоляной торговлей. Местный уроженец М. И. Агеев сообщает в 1898 г. следующее: дегтярно-смоляной торговли в Дубовке теперь нет; она прекратилась здесь совсем 8—10 лет назад (в конце 1880-х годов). Лучшей порой дегтярно-смоляной торговли в посаде Дубовке считают 1860-ые и отчасти 1870-е года, когда Бакинская нефть не успела еще распространиться в продаже и когда соседний город Царицып не имел еще железно-дорожных линий, особенно Волго-Донской. Вся эта торговля Дубовки, в упомянутое время, находилась в руках трех фирм Зайцева, Лисенкова (Лысенкова) и Растегина, торговые обороты которых считались почти одинаковыми и каждая выпускала из своих балаганов за год дегтя и смол до 3000 бочек (от 40 до 50 пудов в каждой), все же три — до 9000 бочек или до 450,000 пудов. Цена каждого пуда дегтя колебалась между 1 руб. 50 коп. и 1 руб 90 коп., а каждого пуда смолы между 50 и 65 коп. Принимая во внимание, что из всего этого количества дегтя и смолы, на долю дегтя приходилась 1/3 часть, а остальные 2/3 — на долю смолы, можно заключить, что годовой оборот названных трех фирм, а следовательно и всей дегтярно-смоляной торговли посада Дубовки определялся 400—450 тысячами рублей. Дегтярно-смоляная торговля Дубовки способна возбудить интерес, больше всего, не огромностью своею, а той характерной особенностью, которая принадлежит ей, как явление не нашего, а прошлого времени. Деготь и смола шли в Дубовку из северных, или как здесь называют "верховых" городов, главных производителей этих товаров: из городов Уржума и и Слободского Вятской губ., г. Никольска—Вологодской и отчасти из губериии Казанской. Шли оттуда в Дубовку бочки с дегтем и смолою в барках, сплавом, весною в половодье. Прежде, когда дегтярно-смоляная торговля в Дубовке шла бойко, дубовские купцы покупали этот товар на месте его выработки и отправлялись туда за ним еще зимой, в ноябре или декабре, а потом когда торговля эта начала падать, деготь и смолу стали сплавлять в Дубовку уже сами верховые купцы. Поездка "в верхи" в то время составляла целое путешествие, так как она совершалась вся целиком на лошадях, почти не вылезая из саней 800—900 и более верст, чаще всего глухими мало населенными местностями. Из Дубовки ехали обыкновенно на Саратов, Пензу и Нижний. Дегтярно-смоляная торговля в лучшее свое время давала хороший заработок местному населению в особенности извощикам, перевозившим бочки с дегтем и смолою с берега в балаганы и зарабатывавшие на пару лошадей (бочки везли не иначе как парой) от 4 до 5 рублей в день. Промысел извощиков-ломовиков был в то время одним из прибыльных для рабочаго люда Дубовки, почему им занимались тогда очень многие. Около дегтярно-смоляной торговли имели еще не малый заработок — бондари. Дубовка сама, конечно, не могла потреблять того количества дегтя и смолы, сколько их свозилось сюда с "верхов", она являлась только складочным местом, центральным пунктом, откуда эти товары расходились по различным и иногда очень далеким местностям, преимущественно степным, где ходит извощик и фурщик. Так Дубовка посылала деготь и смолу и на Кавказ, и в губернии малороссийские, а также в Курскую и Воронежскую. Бочки с дегтем и смолою шли из Дубовки, в тогдашнее время, на быках; для одной бочки в 40—50 пудов впрягали пару волов. Таким способом переправляли эти товары и в такие отдаленные от Дубовки пункты, как Харьковская губерния; туда фура шла не менее З-х недель. Зимой никаких отправок—транспортов никогда не делалось. По Донским станицам, лежащим на реке, торговали в барках, грузились они в станице Качалинской в 60 верстах от Дубовки, откуда товар везли на фурах. Что касается до ярмарок, то Дубовка посылала деготь и смолу на следующие: Урюпинскую, Нижне-Чирскую и Ростовскую. Развозка дегтя и смолы из Дубовки, — "фура", составляла очень прибыльный промысел для ближайших к посаду местностей: Ерзовка, Лозное и Давыдовка; эти 3 села Царицынского уезда занимались "фурой" преимущественно перед другими. Платили за перевозку дегтя и смолы обыкновенно с пуда: в Харьковскую губ., например, по 55—60 коп. с пуда, - иные более зажиточные фурщики шли с 3—4 парами каждый. Фурой вывозилось из Дубовки почти все количество дегтя и смолы, поступавшее в здешние балаганы; кроме того отправки, в большинстве, приноравливались или до уборки хлебов, или уже после уборки, так что фурщику-крестьянину "фура" являлась вспомогательным промыслом, не отрывавшим его от главного промысла земледелия. Теперь, как сказано выше, дегтярно-смоляной торговли в Дубовке совсем нет и на месте прежних балаганов, где помещались эти товары, стало поле—пастбище для скота. Из трех главных фирм, названных выше, прежде других закрылась торговля Лысенкова, другия две — Зайцева и Растегина прекратились в конце 1880-х годов. Причиной падения этой торговли называют появление на рынке в огромном количестве бакинской нефти, как нового смазочного ма- териала, вытеснившей своей дешевизной деготь и смолу.

так же про Папашу Егора Парамоновича Лысенкова из посада Дубовка можно прочитать здесь

И они пошли.

Но куда бы они не пришли и чтобы ни случилось с ними по дороге - здесь, в Зачаровнном месте, под названием Дубовка, на обрывистом берегу Волги, Василий Лысенков, будет всегда, всегда гулять со своими друзьями.

Я сидела в архиве и изучала дела, в надежде найти какие-то упоминания о своих пра. И вот моё внимание привлек адрес. Дубовка улица Шуринская 4.
Если учесть что номера домов четные и нечётные, то это адрес через 4 дома от места, где жила наша семья в далёком 1900. А ещё, это было дело в названии которого, стояла фамилия крестной моего деда. В общем дыхание перехватило. Я стала пробегать страницы в поисках нашей фамилии и передо мной открылись целая жизнь.

Дорогой Папаша! Спешу Вас уведомить, что я жив и здоров.

Я рухнула в мир Дубовки, залитый солнцем с шумными улицами, как Алиса рухнула в кроличью нору.
Мой полет продолжается целую неделю. Я читаю и читаю пачку писем из 1920. 100 лет их никто не брал в руки. Я волнуюсь. Также как волновался человек, который их писал.

27/Х-20 года я проезжал мимо Дубовки на пароходе вверх до Камышина и остановился ___ у Дубовки я смотрел на нее какая она была такая она и сейчас стоит лесу на берегу нет. Берег голый хотел было слезте с парохода и пойти к ___ инее но пароход стоял очень мало, а если отстать от парохода то было это не возможно потому что я ехал с Начэваком и Военком

Я нашла кем был его любимый Папаша, член посадской Думы в Дубовке.
Если мне повезет я найду потомков, если они выживыли. Что-то очень много грусти в его письмах к Мане, Васе, дедушке...

Папаша я хотел говорить с Вами на темы, каие могу говрить только с самым близким человеком

Буддисты верят, что знание можно запечатать и передать будущим поколениям через тысячи лет. Именно это и произошло со мной. Василий Егорович Лысенков нашел меня здесь в 2024 и перадал свои письма из 1920х...

На фотографии изображены бойцы отряда Красной Гвардии Дубовки. Слева направо Беляков Александр - рядовой, Ваиганд Александр Яковлевич - рядовой, Пономарёв Егор - рядовой (погиб). Беляков А. изображён в полный рост, в военной форме, Ваиганд А.Я. и Пономарёв Е. изображены сидя на полу с оружием в руках. Фотография сделана на фоне декорации На обороте штамп Государственного музея Обороны Царицына-Сталинграда. На паспарту на обороте выходные данные фотографии: "Фотографiя Н. Пашанина быв. И.Эрдманъ, пос. Дубовка, Саратов. обл."

На фотографии на фоне декорации изображены трое красногвардейцев села Дубовки. Красногвардеец слева изображён в полный рост с опущенной шашкой в правой руке. Двое других красногвардейцев присели на колено, в руках они держат ружьё, направленное стволом вперёд. Одеты красногвардейцы в военную форму, на голове фуражки. Отряды красногвардейцев выполняли специальные задания по борьбе с контрреволюцией. Красная гвардия стала надёжной боевой силой Советской власти На обороте надпись "Красногвардейцы с. Дубовки 1918 г." (рукопись, чернила фиолетовые) На обороте по горизонталям штамп музея Обороны им. И.В. Сталина

Железно-конная дорога от реки Волги к Дону, близ носада Дубовки, в Саратовской губернии. - лист из Памятной книжки на 1846 год. (№ 10, с.271.)

Картина все больше складывается, появляются новые пазлы.

Метрика о рождении

Троицкая церковь посада Дубовка
26 января 1892 года Мария Дубовский мещанин Василий Петров Степанов и законная жена Параскева Федорова

Восприимники Дубовский мещанин Алексей Дмитриев Хлынов и Дуб. меш. Акилина Захарова Степанова

Позже эта Мария выйдет замуж за старшего сына моей прабабушки Николая Алексеевича Петрухина, родит троих детей. Девочка Тамара умрет во младенчестве, а два сына Александр (не нашли его документов о рождении) и Николай (1912 г) вырастут, их застану и я. Но тогда, в своем детстве, я не не буду ещё знать, что надо воспользоваться моментом и все расспросить.

Но мы найдем безымянные фотографии этой Марии и опознаем ее. Подпишем.

И у Марии было точно уже известные два брата Алексаедр и Михаил Васильевичи, из МК, кто-то из них здесь уже выложен, работал в милиции. И сестра, есть на фото, но пока не знаем как зовут

Фонд 6 опись 1 Дело 249 по наблюдению за деятельностью Царицынской организации РСДРП

стр 13 "Правду" получает конторщик товарищества братьев Нобель Григорий Филиппович Шишлянников на 2 адреса.
1. угол Вятской и Вологодской дом Доломановой
2. контора товарищества братьев Нобель конверт, в котором была прислана "Правда" имел Австро-Венгерскую марку, два номера газеты и прокламации

На Нобелевском заводе существует корпорация в числе 17 человек, которая вносит по 3 рубл\ в год и выписывает различные книги, говорят, что в ней есть и нелегальная литература.

стр 15 литературу от Минина получает по 3-4 экземпляра "Правды" учитель учитель Александр Максимович Синалицкий, ее у него берут читать Разсудов, Агеев, Стрешнев, берет еще прикащик Федор Платонов Зюзин

стр 28 Посад Дубовка. У нас есть человек 300-400 лесопильных рабочих. Лесу в виду урожая закупленно много, и некоторые заводы работают день и ночь. Другие сверхурочно, урывая от обеда и прочего отдыха. Хозяин умудряется за полторы-две неделях уворовать у рабочих 1 совсем неоплаченный день.

Среди рабочих пьянство в поразительных размерах. И это понятно, глухой угол, никаких культурных развлечений, никакой культурной жизни в самом посаде.
Есть однако группа рабочих развитых, интересующихся читающих.
"Правда" была здесь по несколько экземпляров разных номеров.

Копия заметки в издающейся заграницей газете "Правда" Российской социал-демократической партии от 14 января 1910 года за № 9

стр 94 посещали дом Минина девицы из швейных мастерских, устраивали собрания или во флигеле у Мининых или за Дубовкой у родника.

ПИСЬМО НЕИЗВЕСТНОГО АВТОРА, НО ОТРАЖАЕТ ДУХ ЭПОХИ.

Царицынского уезда Саратовской губернии (Волгоградская область)