Русский Север

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

РГАДА Ф.350-1-104 - Книга переписная черносошных крестьян Двинского уезда (1717)

Волость Куростровская в ней ... на погосте 2 церкви деревянные. Церковь во имя Великомученика Дмитрия Селунского. У тое церкви придел во имя крестные Богородицы Казанские. Церковь по имя Великомученицы Екатерины при тех церквах.

Деревня Мишанинская

(в) Василей Дорофеев сын Ломоносов 36 лет. У него жена Елена Иванова дочь 28 лет у них сын Михайло 5 лет. А в 710 году он писан был у дяди своего вышеписанного Луки Леонтьева подсоседником и он от него отдельной после 710 года.

Младший сын протопопа Аввакума

Работая с документами РГАДА по Мезенскому уезду и её слободам, обнаружил упоминание об Афанасии, младшем сыне протопопа Аввакума, главного идеолога русского старообрядчества. Его мезенская ссылка отлично разобрана советскими историками, но ведь приятно, как говориться, соприкоснуться с историческими персонами такого формата.

В 1664 году Аввакум был сослан в Мезень. В Мезени протопоп пробыл полтора года. В 1666 году он был вновь привезён в Москву, где 13 мая после уговоров на соборе, собравшемся для суда над Никоном, его расстригли. Аввакум же в 1667 году был наказан кнутом и сослан в Пустозерск на Печоре. Жена Аввакума Настасья Марковна после ареста мужа в 1667 году оставалась с детьми в Мезени. Оттуда через доверенных лиц ей удавалось отправлять передачи мужу в Пустозерск. В 1670 году против неё и двух её старших сыновей были выдвинуты обвинения в пособничестве раскольникам, сыновья были приговорены к повешению, но покаялись, после чего их вместе с матерью заключили в земляную тюрьму и со всех троих было взято письменное заверение о том, что они не являются врагами церкви.

📖 Из книги К.Я. Кожурина «Протопоп Аввакум. Жизнь за веру»:

«В 1665 году на Мезени у Аввакума родился младший и последний сын — Афанасий, «мой мизинец», как он его ласково называл. Здесь же Аввакум его и окрестил и, «обедню служа на Мезени, причастил». После Собора 1666 года Афанасий не был заключён в земляную тюрьму вместе с матерью и двумя старшими братьями, очевидно, за малолетством. В 1673 году Аввакум писал из пустозёрской ссылки родным на Мезень: «Спаси Бог, Афанасьюшко Аввакумович, голубчик мой! Утешил ты меня». Местный воевода рассказал протопопу о том, что, когда он спросил у ребёнка о сложении перстов, Афанасий показал двуперстие, а на угрозу посадить его в тюрьму ответил: «Силен-де Бог, не боюся!» Этот ответ тронул не только отца, но и воеводу, который рассказывал о нём, «похваляя» мальчика».

📜 Вот какая информация содержится в Переписной книге* Окладниковской слободки Мезени от 1678 года:

//л. 191 «(двор) Артюшки Леонтьева а тем двором по купчей владеет протопопа Аввакума сын ево меншой Афонка Авакумов»

📖Из книги В. С. Румянцевой «Неизвестные материалы о протопопе Аввакуме»:

«В 1688 году он (Афонасий) совершил побег; как и когда был возвращен на Мезень, пока остается неясным. В 1692 году Афанасий был посажен в тюрьму за пьянство и в нетрезвом состоянии оклеветал своих братьев, будто бы отец (протопоп Аввакум) учил их гробницу царя Алексея Михайловича «дехтем марать».

*РГАДА Ф.1209-1-15055 – Переписная книга черносошных волостей Кевролы и Мезени (1678)

Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Поморы мезенского берега

Жизнь помора всегда была напряженной, а морской промысел - опасным. Смертность рыбаков и промышленных людей на море была не меньшей, чем у порубежных служилых людей Русского государства.
Например, изучая Окладникову слободку Мезени, что у Канина Носа, видишь в описании каждого третьего двора фразу «потонул(и) на море». Одновременно погибали поколениями, т.е. сын и отец, братья, дядья.

Старинное кладбище Мезени хранит в своей земле тех поморов, которым повезло умереть не в морском «царстве смерти».
На одной из таких надгробных плит, которой более 270 лет, написано:

📜«Преставился раб Божий Илия Иванов сын Коткин апреля 4 дня 1751 года».

В то же самое время переписная книга* 1716 года, находящаяся на хранении в РГАДА, рассказывает нам о роде Коткиных, поморах, промысловиках, хлебопашцах и торговых людях Мезени. Представители этой семьи ходили на промыслы до Норвегии, везли товары до самой Великоустюжской и Сольвычегодской ярмарок.

📜 «Гостиной сотни Иаким Семенов сын Коткин престарелой 70 лет, у него 2 сына Иван 30 лет, Сава полугоду.
У Ивана 4 сына Илья 10 лет, Федор 8 лет, Андрей 4 лет, Иван одного году».
[в переводе только мужчины]

Обратим внимание на Илью Иванова сына. Это и есть тот самый мезенский помор Илья Иванов сын Коткин.

Невозможно сказать, какое у семьи было имущество и плавсредства для промысла. Известно, что у семьи было 6 четей земли. Для этого региона - это крайне много и достойно. Судя по исполнению надгробия и учитывая принадлежность отца к гостиной сотне, можно предположить, что со временем Илья Иванов и сам стал нанимать промысловиков.
Но мы можем точно сказать одно: он умер не на море.

* РГАДА Ф.350-1-237 - Книга переписная Мезенского уезда (1716)

Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Рубрика "Природные таланты от крестьянства" и очередная генеалогическая находка.

Федот Иванов сын Шубин – русский скульптор, крупнейший мастер портретной скульптуры русского классицизма второй половины XVIII века.

Родился в деревне Тючковская Куроостровской волости Архангелогородской губернии, что по соседству с деревней Мишанинской, откуда родом М.В. Ломоносов.
📖 Об этом нам говорит вторая подушная перепись податного населения*, указ о проведении которой вышел в конце 1743 года.

«Деревня Тючковская

(л.895об) Леонтей Афонасьев сын Шубных – 52 года
брат ево Иван – 41 год
(л.896) у Ивана дети
Яков – 11
Козма – 4
Федот – 4 месяца»

От отца научился родовому ремеслу – резьбе по моржовой кости. Михайло Васильевич помог молодому Федоту так же, как и отец Федота, Иван, и дядя Фома, в свое время поддерживали молодого Ломоносова. Ученый помог поступить талантливому двинскому парню в Императорскую Академию художеств.
Федот Шубин окончил Академию в 1766 году по классу французского «орнаментного скульптора». С 1774 года он академик и профессор с 1794.

В его работах скульптура «Екатерина II – Законодательница», бюсты Павлу I, А.М.Голицыну и вышеуказанному Ломоносову, братьям Орловым.

* РГАДА Ф.350-2-164 - Книга переписная черносошных крестьян Двинской уезда (1748)

Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Тема Ломоносова и Русского Севера продолжается

🔍 В процессе работы с документами РГАДА обнаружена запись о троюродном брате М.В. Ломоносова, Никите Федоровиче, служившим подьячим на портовой таможне города Архангельска.

Дело* о переписи посадского населения и пришлых людей в городе Архангельске от 1722 года содержит следующую информацию:

📜 «(л.365) Архангелогородской портовой таможни подьячий Никита Федоров сын Ломоносов сказал рождением бывшей отец Федор и он Никита были Архангелогородской провинции Куростровской волости крестьяне. А приехал он Ломоносов к городу Архангельску своею волею для прокормления в 715 году и архангелогородской таможни бывшим бургомистром Иваном Поповым определен во оную таможню он Никита в рукоприкладчики (1).
... А в нынешнем 721 году бургомистром же (л.365об) Семеном Дудиным с товарыщи определен он Никита в архангелогородской таможне быть молодым подьячим (2) в котором он Никита и по ныне обретаетца. А от рождения Никите дватцать одно лето.
... А после бывшаго отца ево Федора в вышеписанной волости землею владеет и всякие подати и по книге платит дед ево Лука Леонтьев сын Ломоносов».

Информация из Ломоносовского сборника 1911 года позволяет нам ознакомиться с кратким жизнеописанием двух внуков Луки Леонтьева и обоих звали Никитами: Большим и Меньшим.

Никита Меньшой 1700 года рождения: «1719 г. крестьянин д. Мишанинской. Копиист Архангелогородской портовой таможни. С 1722 года – таможенный подьячий в Санкт-Петербурге. Жена - Евдокия. Овдовев, вышла за капитана Архангелогородского гарнизона Григория Воробьева, который в 1730 году в качестве холмогорского воеводы выдал паспорт М. В. Ломоносову».

Никита Больший также был подьячим на таможне и, возможно, именно он и проложил дорожку для младшего брата. К сожалению, документ 1722 года не содержит информацию о нем.

Во всём этом интересен факт: оба Никиты Фёдоровы дети и их троюродный брат Михайло Васильев сын владели грамотой с молодого возраста. А дети Фёдоровы ко всему прочему владели документооборотом и имели связи с региональными чиновниками.
Используя свой природный талант и явную целеустремлённость, эти толковые двинские парни смогли успешно воспользоваться данными им возможностями в полной мере.
______

1. Рукоприкладчик – человек, подписывающий документ вместо одной из сторон сделки, если последняя не может сделать это самостоятельно по какой-либо причине..
2. Молодой подьячий - самый низший административный чин в Русском государстве, иначе: младшей статьи подьячий.

* РГАДА Ф.350-2-153 «Сказки канцелярских служителей, отставных солдат, пономарей, ключников, трапезников, детей церковнослужителей, дворовых людей, монастырских служебников, пришлых крестьян, посадских людей, бобылей, сторожей, воротников, дворников г. Архангельска» (1721-1722).

Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

«Кассовая книга о приходах и расходах по заготовке леса для Ивана Ивановича Вульфсберга служащим Андреем Рудаковым» от 1911 года.

Несколько лет назад соседка моей бабушки из деревни Мануиловской Красноборского района Архангельской области отдала ей «старинную книгу», которая валялась где-то в серванте. Бабуля, конечно же, передала её мне на изучение.

🖋 Книга имела кассовое назначение. Некий служащий Рудаков вел учет прихода и расхода финансовых средств по заготовке леса для господина Ивана Вульфсберга. Почитал, посмотрел, ознакомился с географией, всё наши места по Северной Двине: Красноборск, Белая Слуда, Черевково, Верхняя Тойма. Мужики валили лес, тесали шпалы, что-то сплавляли. Служащий пересылал почтовую корреспонденцию, вел учет выплаты жалований, оплаты работы посредников и транспортных расходов.
Бросился в глаза одинаковый пункт общих трат за разные периоды и в разных объектах валки леса: «рабочим на водку на ½ ведра», «на водку рабочим при заключении условий на вывозку леса» или «водочный расход». Вероятно, подход вполне обоснованный. Лучше держать этот процесс под контролем, чем каждый раз видеть, как бегают «за очередной».

Книга достаточно интересная, дает описание целой отрасли региона, косвенно предоставляет информацию о быте местных крестьян. Обязательно изучу ее в ближайшее время.

Немного о самом Иване Вульфсберге.

Он оказался гражданином Норвегии. По нелепой случайности ему довелось стать жертвой антинемецкой пропаганды в годы Первой мировой войны.
Иван Иванович Вульфсберг, Герман Августович Пец и Эрнест Геппович Шмидт были арестованы как подозреваемые в военном шпионстве 6 июня 1915 года в Архангельске.

📖 Из книги Уильяма Фуллера «Внутренний враг. Шпиономания и закат императорской России»:

«Вот, что по этому поводу пишет прокурор Архангельского областного суда: “Дело о норвежском подданном Иване Вульфсберге и архангельском мещанине Германе Пец возникло действительно по округу Архангельского окружного суда. Означенное дело велось первоначально в порядке положения об охране и возникло по заявлению одного уволенного от должности служащего Вульфсберга, что он подслушал, как Вульфсберг и Пец сговаривались между собою затопить в реке Маймаксе шаланду с углем и заказанный для этой же цели в Голландии пароход «Голландия» по приходе его в Архангельск, с целью преградить доступ к Архангельску судам, везущим военные грузы”.
В итоге нелепость обвинения вызвала протест прокурора и задержанных освободили».

Вывод: небольшая кассовая книжица на 75 листов 1911 года при детальном изучении является серьезным краеведческим источником. А сколько таких «старинных книг» до сих пор лежат в сервантах у бабушек …

✏ Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Рубрика «Природные таланты от крестьянства»

⚓ Кузнецов Николай Герасимович - Адмирал Флота Советского Союза. Уроженец Вотложемской волости Великоустюжского уезда Вологодской губернии, ныне – Котласский район Архангельской области.

📖 Биографическая книга Владимира Булатова «Адмирал Кузнецов» из серии книг «Жизнь замечательных людей» сообщает нам следующие подробности жизни будущего адмирала Кузнецова:

«Пятнадцатилетним юношей, приехав в Архангельск, он решил посвятить себя военно-морской службе и на всю жизнь остался верен сделанному выбору. В 26 лет Кузнецов стал командиром крейсера, в 33 года – командующим Тихоокеанским флотом, а в 34 – наркомом ВМФ. Самый молодой командир крейсера и самый молодой нарком Военно-морского флота. За тринадцать лет он прошел путь от матроса до вершины флотской службы и еще четырнадцать лет возглавлял советский Военно-морской флот, в том числе все 1418 дней и ночей Великой Отечественной. В 1939–1946 годах он являлся наркомом ВМФ и главкомом ВМС СССР, а в 1951–1953 годах – военно-морским министром. С 1953 по 1956 год Кузнецов был первым заместителем министра обороны СССР, председателем Главного военного совета ВМФ, главнокомандующим ВМС».

Ниже приведены архивные документы о роде Кузнецовых. Из них мы узнаем, что род Кузнецовых сменил несколько деревень проживания перед тем, как окончательно поселиться в деревне Медведки.

📜 В исповедной ведомости Троицкой Вотложемской церкви за 1914 год [1] написано:
«л.15об – деревня Медведки
Двор/дом № 144
Вдова Анна Ивановна Кузнецова – 43 года
дети ея Савватий – 13
Николай – 10
На исповеди были».

В разное время, в том числе в писцовой книге 1623 года и ландтратской переписи 1717 года, деревня Медведки фиксировалась вместе с деревней Бурмасово: «деревня Бурмасово а Медведково тож».
К Бурмасово примыкала деревня Заболотье. Возможно, это два названия одной деревни, вопрос к краеведам. Но для удобства будем считать их разными деревнями на период 18 века. В документе 1762 года - это именно разные населенные пункты в отличии от 19 века. Обе деревни были вотчинами Никольского Прилуцкого и Троицкого Гледенского монастырей. Со временем в официальных документах их стали фиксировать как единый населенный пункт, после 1786 года они перешли в ведение Казенной палаты. А вот деревня Медведки была за рекой Ухтомкой и была выделена. Например, в списке населённых мест Российской империи по сведениям 1859–1873 годов указано: д.Заболотье (Бурмасово) при реке Двине, 43 двора, и д. Медведка при речке Ухтомке, 5 дворов.

📜 Писцовая книга 1678-1683 годов [2] дает нам следующую информацию:

«л.165 деревня Варавино на кряжу, на реке на Двине, а в ней крестьян
(двор) Гришка Терентьев Кузнецов, у него дети: Сенка, Васка.
(двор) Ивашко, Васка Степановы Кузнецовы, у Ивашка сын Якимко.
(двор) Никитка Степанов Кузнецов, у него дети: Пронька, Якушко. В том же дворе Петрушка Терентьев //л.165 об. Кузнецов, у него сын Васка.

//л.165об - деревня Пустошь, а Мокеево тож, на речке на Пустошице
(двор) Петрушка Терентьев (Кузнецов) прозвищем Роспутка. Длина двору полдесяты сажени без трети, поперек 4 сажени»

📜 Информация о Кузнецовых дублируется в переписной книге Устюжского уезда 1678 года [3]:

«л.208об – д. Пустошь, а Мокеево тож, на речке на Пустошице
(двор) Петрушка Терентьев Кузнецов. У него сын Федька четырех лет.

//л.209 д. Варавино на кряжу на реке на Двине
(двор) Гришка Терентьев Кузнецов. У него дети: Сенка десяти лет, Васка осми лет.
(двор) Ивашко, Коземка Стефановы Кузнецовы. У Ивашки дети: Васка десяти лет, Екимко осми лет, Коземка трех лет».

Деревни Варавино и Пустошь являлись государственными. Но климатические проблемы 17 века и последующие неурожаи заставляли крестьян постоянно передвигаться на более удобные и плодородные места, коими были земли монастырских вотчин. Крестьяне становились половниками на монастырских пашнях, т.е. обрабатывали землю за половину урожая, а со временем и вовсе становились зависимыми от монастырей.

📜 Об этом нам говорит ландратская перепись 1717 года [4]:

«л. 348 - Деревня Пустошь, а Мокиево тож, при речке Пустошице.
Двор, а в нем в переписных книгах 186го году написан был Петр Терентьев сын Кузнецов с сыном Федором.
А по скаске той волости приходцких священников и соцкого с товарыщи и крестьян и посторонных людей они: Петр Кузнецов умре в 206м году, а сын ево Федор сшел безвестно».

Деревня Тимошкино при речке Черной. Пустые дворы.
//л.350 А по скаске той волости приходцких священников и соцкого с товарыщи и крестьян и посторонных людей он, Аника Епифанов умре. А после Епифанова жил в том дворе Федор Петров сын Кузнецов и он, Кузнецов съехал в Усольской уезд в 1706м году и с того году тот двор пуст. Запустели те дворы от скудости, от хлебного недороду и в переписных книгах 1710го году написаны впусте ж.

Деревня Бурмасово, а Медветково тож.
//л.345об Во дворе черносошной крестьянин Яков Михайлов сын Паутов.
У него ж Якова подворник Федор Петров сын Кузнецов 52 лет, детей два сына: Никита 10 лет, Максим 6 лет, племянник Моисей Ларионов сын 9 лет.
Родом Федор Кузнецов, той же Вотложемской волости деревни Тимошкина крестьянские дети».

📜 В первой ревизии податного населения 1722 года [5] тот же Федор Петров сын Кузнецов с сыновьями Максимом и Никитой зафиксирован в соседней деревне Заухтомье как половник Никольского Прилуцкого монастыря:

«л. 882 - В деревне Заухтомье при речке Ухтомке тогож (Прилуцкого) монастыря
Половник Федор Петров сын Кузнецов – 45 лет
у него дети Никита – 14
Максим - 8 лет
Племянник Моисей - 10».

📜 И только позже, в третьей ревизии 1764 года [6], уже Максим Федоров сын Кузнецов с племянником Иваном Никитиным сыном живут в вышеуказанной деревне Заболотье вотчины Никольского Прилуцкого монастыря:

«л.24 - деревня Заболотье
Написанной в прошлую ревизию в одном семигривенном окладе
Максим Федоров сын Кузнецов – 52 лет /.../
Иван Никитин сын Кузнецов – 35 /.../
у него Ивана брат Яков – 27 лет
у него жена Надежда 28 лет
у них же дети рожденные после ревизии
Андрей – 3
Василей – 2 лет».

После секуляризационной реформы 1764 года монастырские вотчины, деревни Бурмасово и Заболотье, были переданы в ведение Коллегии экономии, а затем, в 1786 году, – в ведомство Казенной палаты.

Давайте снова заглянем в биографическую книгу Владимира Булатова:
📖 «Обратимся вновь к метрическим книгам. На начало XIX века в деревне Медведки можно обозначить две семейные пары, которые стали родоначальниками больших семейств. Это Андрей и Епистимья Матвеевна Кузнецовы и Ефим и Ирина Ивановна Кузнецовы. Последние и были прапрародителями Николая Герасимовича Кузнецова».

К сожалению, в тексте не приведено отчество Андрея Кузнецова и нельзя утверждать, является ли он вышеуказанным сыном крестьянина Якова Никитина сына Кузнецова. А Ефим Кузнецов еще явно не родился. Но это и не является целью. Важно установить, что род Кузнецовых проживает на территории Вотложемской волости Вологодской губернии, а ныне - Архангельской области, более 400 лет.

Целью же является очередная возможность поднять вопрос-тезис, что был поставлен в посте о министре речного флота З.А.Шашкове: много ли государств, где выходцы из низших слоев населения имеют возможности дойти до уровня министра благодаря своему труду и талантам, а не по принципу «кум, сват, брат»?
🌏 Могли ли знать те крестьяне из дикого «медвежьего угла», что их потомок станет целым министром государства планетарного уровня...

Источники:
[1] ГАВО Ф.1063 оп.1 д.187
[2] РГАДА Ф.1209 оп.1 д.15047
[3] РГАДА Ф.1209 оп.1 д.513
[4] РГАДА Ф.350 оп.1 д.436
[5] РГАДА Ф.350 оп.2 д.3757
[6] РГАДА Ф.350 оп.2 д.3769

✒ Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Фотография, деревянное зодчество и изобразительное искусство как косвенный инструмент в поисках предков. История раскрытия семейной легенды рода Тропиных длиною в 50 лет.

Наш род Тропиных происходит из цивозерского куста деревень, что на правом берегу реки Северная Двина Красноборского района Архангельской области, ранее - Сольвычегодский уезд Вологодской губернии. Самое ранее общеизвестное упоминание Цивозерской волости – писцовая книга 1623 года Великоустюжского уезда.
Местность примечательна тем, что на ней находится шатровая колокольня, построенная в 1658 году при Флоро-Лаврской церкви. Еще молодой художник Иван Яковлевич Билибин запечатлел ее в 1904 году, когда путешествовал по русскому Северу по заданию этнографического отдела Русского музея. Помимо этого здесь были построены дома крестьян Тропина и Шестакова, находящиеся сейчас в Музее-заповеднике «Малые Корелы» в Архангельске.

В нашей семье уже много десятилетий существует легенда, что была родовая книга Тропиных, «написанная пращуром» в 19 веке.
И вот тут начинается эта история.

В недалеком, но и неблизком 1968 году в деревню Большой Двор, что в Цивозеро, с рюкзаком за спиной приехала 18-летняя студентка, окончившая первый курс московского Художественного института. Она шла по пути Билибина и делала зарисовки объектов деревянного зодчества. Отважная девушка, сразу снискала уважение среди местных жителей. Жила она у моей прапрабабушки Пелагеи Ивановны Тропиной (урожденная Заозерская). Ей давали ключи от старых домов, хозяева которых уехали в Мурманск или Архангельск. За неделю, что она там прожила, сделала множество набросков и зарисовок.

Когда молодая художница уезжала обратно в Москву, то Пелагея Ивановна сказала: «Возьми эту книгу, она тут пропадет, а ты - сохранишь». Так гласит семейная легенда. Спустя некоторое время, на семейном застолье прапрабабушка сказала об этом случае семье. Ее «поругали-поругали», да и забыли. В последующие годы мало кто серьезно вспоминал эту книгу. Упоминали лишь тогда, когда говорили о бабушке Пелагее. Говорили что-то вроде: «Наверное, это была наша родословная. Как жаль, как жаль…».

Новая глава этой истории началась тогда, когда мой отец с мамой переехали в Подмосковье. За ними, в 2007 году, перебрался к ним и я. Отец сразу вспомнил про эту книгу и сказал: «Где-то тут в Москве живет та самая художница». Все, что у нас было – фотография художницы с ее детьми, которую когда-то передала моему деду Пелагея Ивановна. На фото была женщина, трое ее детей и художественные работы, выполненные в графике. На обороте написано имя художницы – Марина и надпись: «С благодарностью и любовью к вам». Вот и все скудные данные, что у нас были для поиска.

В 2017 году я встал на путь изучения своей родословной. Писал в Московский союз художников и иные организации подобного рода. Но везде были неудачи. И, как говорится, отпустил ситуацию.
А тем временем регулярно общался с красноборскими земляками, краеведами, музейными сотрудниками и реконструкторами деревянного зодчества.

И вот в один вечер 2022 года, когда был погружен в работу над архивными документами, мне внезапно позвонила Дарья Михайлова из Фонда спасения деревянных памятников Русского Севера «Вереница». Она сказала: «Мы с коллегами в гостях у одной художницы, консультируемся по вопросу работ по цивозерской колокольне. Она там была и знает Пелагею Тропину. Не твоя ли она родственница?». Понимаю, что это именно тот самый момент; мысли туманно путаются, пульс зашкаливает, говорю «да» и выезжаю без раздумий. Приезжаю в район Коптево города Москвы, вижу улыбающуюся художницу и реставраторов. Обнимаемся, начинаем разговор, напоминающий повесть.

Марина Всеславна Белькевич. Решила она на летную практику поехать на север. Взяла свой рабочий инструмент, рюкзак, кирзовые сапоги, армейскую плащ-палатку и – вперед. Ехала, шла, плыла, снова шла. Дошла до Цивозера, разместилась в доме Пелагеи Ивановы. «Всё облазила, всё зарисовала». Заходит в дровяник дома Пелагеи, там стоит ящик с гвоздями и вместо крышки её накрывает старинная книга. Спрашивает Пелагею: «Бабушка, что за книга?». Та и ответила, что и не знает, читать тот текст никто не умеет. И предложила ей взять книгу в Москву для сохранения. Марина уехала и взяла с собой книгу.

В последующие 15 лет она переписывалась с Пелагеей Ивановной. А та в свою очередь высылала посылки с северными вкусностями: брусника, клюква, сушеные грибы. Эта продуктовая помощь помогала Марине и её четверым детям (на нашей встрече были и двое из них), поскольку муж скончался.
Но после смерти бабушки Пелагеи связь прервалась. А все эти 50 лет Марина бережно хранила книгу, как будь-то бы знала, что этот день настанет.

Торжественная передача книги состоялась в октябре 2022 года в мастерской художницы. Присутствовал мой отец, Олег Владимирович, дети и внуки Марины Всеславны, реставраторы фонда «Вереница».

Книга эта оказалась Киево-Печерским патериком начала XIX века, напечатанной на церковно-славянском языке.
Подписана государственным крестьянином Егором Михеевым сыном Тропиным, как дополнение к духовному завещанию своим сыновьям: Александру, Григорию и Николаю не ранее, чем в 1872 году.
«Сия книга Цивозерской волости деревни Семунинской государственного крестьянина Егора Михеева Тропина». Именно он и его сын Александр были строителями вышеупомянутого дома Тропина из музея «Малые Корелы».

Книга, конечно, была в ужасном состоянии, половина обложки отсутствовала. А Марина Всеславна, как человек с опытом реставрации, вдохнула в неё немного жизни для сохранения.
Недавно книга была передана на реставрацию в мастерскую «Ваш реставратор» .

В апреле 2021 года в Цивозере случился пожар из-за оторвавшегося с крыши от ураганного ветра железного листа, что упал на провода. Дом бабушки Пелагеи сгорел, как и вся деревня. Сгорела бы и та забытая книга, если бы одна москвичка в 1968 году не посетила эти места.
15 лет книга пребывала всего лишь в 5 километрах от нас. 54 года бережно хранилась человеком, который теперь стал частью нашей семьи.

Что я понял после этого всего. Если что-то суждено найти в истории своей семьи, то это будет найдено, если это будет «не гордыни ради, а пользы для». Далеко не все родословные ситуации решаются с помощью архивных документов и научного подхода. Многие генеалоги пытаются найти в своем роду великих людей, глубокие корни, часто теряют разум в порыве страсти.
На самом деле выводов очень много и о них так просто не расскажешь. Главное – честно трудиться и уметь ждать результата.

Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Космонавт №10 из вологодских крестьян

Павел Иванович Беляев уроженец деревни Челищево Рослятинского района. Ныне - Бабушкинский район Вологодской области, ранее – Зеленцовская волость Никольского уезда.

Исповедная ведомость* Воскресенской Юзской церкви 1914 года дает нам информации об отце и деде будущего космонавта:

«л. 67 деревня Челищево
л. 70об двор 699 (нижняя запись)
Пармен Федоров Беляев – 46 лет
жена его Варвара Федосиева – 44
дети их ИВАН -19
Павел - 11
Семен - 8
л. 71 Никифор – 5
Анна – 1»

Павел Иванович родился 26 июня 1925 года. Когда ему было7 лет, его семья переехала в село Миньково соседнего Леденгского района.
В 1943 году поступает в авиашколу. В 1960 году проходит отбор в отряд космонавтов. 18 марта 1965 года состоялся первый полет вместе с космонавтом Леоновым. В открытом пространстве был Алексей Леонов, а Павел Беляев руководил первым человеком в космосе.
Павел Иванович умер 10 января 1970 года от интоксикации организма вследствие гнойного перитонита. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

* ГАВО Ф.1063 оп.1 д.1216.

Денис Тропин, генеалог
denis-tropin@yandex.ru

Караван голландских купцов во Великоустюжских землях

Все знают о голландских мореходах-торговцах, но не все знают о голландских караванах на Русском Севере.
Из Таможенной книги* Великого Устюга 1650 года:

«Декабря 2 дня»
📜 «Галанские земли Кондратей Терентьев сын Клинкин да с ним прикасчики руские люди Семен Тимофеев, Дмитрей Иванов да иноземец Мартын Марков. Да иноземцов же два человека да с ним ж людех дворовых четыре человека явились. Поехали к Вологде на сте на двацати на девяти лошадех с товарною кадью. Из своих дву дощаников платил от гозжые пошлины по пяти алтын по две денги с воза. С себя и с прикасчиков и с иноземцев по два алтына с человека, с людей своих дворовых по шти денег с человека».

*РГАДА Ф.137 (В.Устюг) д.100 – Таможенные книги Устюжской таможни (1650-1651)

Генеалогические находки по Русскому Северу