РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

Изучая в архиве ХК дела Главного Бюро, наткнулся на следующий документ с автографом, связанный с К.П. Чесноковой. Здесь в теме не так часто освещались харбинские детские маяки Чесноковой и Тороповой - так назывались тогда по-русски правильно советские "детсады". Особенно нелегко им пришлось в 1940-е годы, как и приюту "Ясли", о чем свидетельствует ряд документов и фото в архиве ХК. Так, в конце декабря 1943 года японской администрацией планировалось закрытие подготовительной школы К.П. Чесноковой, о чем писал 15 декабря 1943 года родительский комитет на имя начальника Г.Б. ген. Власьевского.

Детский маяк (с 1910 года) и частная школа на ул. Гиринской 21 Клавдии Павловны Чесноковой дали путь в жизнь множеству известных харбинцев.
С участием Клавдии Павловны Чесноковой и Елизаветы Владимировны Малиновской проходили все школьные утренники и прочие торжества, особенно - праздничные и Рождественские на сценах Украинского дома или Желсоба. Сценарии их и музыку писали всегда сами Клавдия Павловна и Елизавета Владимировна. Принцип организации был такой: каждому ученику должна достаться роль, пусть и маленькая, или отдельный номер в программе. Главное, чтобы никто не чувствовал себя обойденным, не было пассивных наблюдателей, участвовали все.

[q]
ЕЛЕНА БУЧАЦКАЯ (ПЕТРОВА)
13-ый вып. Гимназии ХСМЛ

ПОДГОТОВИТЕЛЬНАЯ ШКОЛА К. П. ЧЕСНОКОВОЙ В ХАРБИНЕ

Прочитала я теплые воспоминания моих землячек о своих школах и решила, что и
те две харбинских школы, где я училась, заслуживают благодарного слова от своих питомцев.
Ведь это они вывели их в жизнь, вооружили знаниями, приучили к системати-ческому труду,
внушили чувство долга, любви к родине, раскрыли то, что было зало-
жено в детях от природы... Как же не сказать им за это спасибо!... 1-го сентября, в
день, когда мне стукнуло 7 лет, отвела меня мама в мою первую школу.

Это была Подготовительная Школа Клавдии Павловны Чесноковой. Размещалась она на Бульварном
проспекте, вблизи его пересечения с Вокзальным проспектом, в одноэтажном, но до-вольно просторном домике;
было и небольшое зеленое пространство перед ним, где дети осенью и весной
играли во время переменок. В этой школе было всего три класса,
и в одной комнате помещался детский сад.
Зато был большой зал, где стояло пианино, на котором учительница музыки,
Елизавета Владимировна Малиновская, играла польки-бабочки, па д'эспань, па де-патенер, вальсы,
цыганочку, венгерку. Танцевали малыши много и с увлечением. Уро-ков танцев было не менее двух в
неделю, танцевали и на переменках.
Помню: меня, второклассницу, регулярно приглашал первоклассник, семилетний Леня Середа. Однажды я,
уверовав в свои чары, решила под-толкнуть его к признанию и спросила: "Почему, Леня, ты всегда меня
выбираешь?" Он страшно покраснел - и с тех пор я осталась без постоянного партнера. Так была наказана
моя самоуверенность, и так я пол-чила первый урок женской мудрости: никогда без нужды, не смущать
мужчин - они этого не любят.

Я пришла в школу, уже умея читать и писать. Поэтому учительница, которая ве-ла первый класс, старенькая и очень добрая
Бронислава Ивановна, после первой недели занятий решила, что меня можно направить во второй класс. Но во втором классе я не
усидела. Учительницу, которая преподавала в этом классе, звали Ольга Ивановна Недо-брово. Такая фамилия сразу насторожила и
слегка испугала детский ум: я решила, что учительница, видимо, недобрая, потому у неё такая фамилия. К несчастью, я никак не
могла привыкнуть к тому, что слово "сентябрь" пишется без мягкого знака в середине.

А шел сентябрь месяц, и каждый день Ольга Ивановна Недоброво красным карандашом вычеркивала
злополучный мягкий знак из моей тетради. Не помню, ругала ли она меня за
эту постоянно повторявшуюся ошибку, скорее всего нет, но я чувствовала себя страшно виноватой.
Когда на урок Закона Божия пришел священник, отец Александр Кочергин
(впоследствии я узнала его как добрейшего человека), его густая и длинная борода
окончательно испугала меня: я вообразила, что он сейчас станет экзаменовать меня, а
я молитв не знала. Нервы не выдержали, я зарыдала и сквозь слезы твердила одно:
хочу назад в первый класс, к доброй Брониславе Ивановне. Теперь вспоминаю: батюшка
все три года ничего от учеников не требовал, ограничиваясь тем, что рассказывал нам
нравоучительные истории про послушных и добрых детей, которых Боженька награждал,
и злых, которых он наказывал. Так что страх мой был напрасен и порожден был моей
фантазией и отголоском чего-то ранее прочитанного. Дело в том, что, научившись ра-но читать,
еще до школы, я читала все запоем и без разбору, хватала и мамины книжки.

В школе Клавдии Павловны Чесноковой учились как русские дети, так и дети китай -
ских и иностранных граждан. Всех одинаково учили любить Россию, чтить ее писателей
и поэтов, но не помню никакой политики - в этом Клавдия Павловна проводила очень
мудрую тактику. Дети есть дети - у них свое детское мироощущение, их объединяет их
[/q]

Фото 1934 года обнаружил в алюмни ХСМЛ. Процитирую еще пожалуй Г.В. Мелихова о её судьбе:

"А судьба самой Клавдии Павловны? Она осталась в Харбине, никуда не уехала. Ослепла. И за ней ухаживал истопник ее школы китаец Иван. Скончалась в конце 1969 г., в возрасте 85 лет в своей квартире № 3 на Гиринской ул. д. 29.

В одном из своих последних писем И. Архангельскому Клавдия Павловна просила прислать ей гречневой крупы, которой в Харбине не стало. Но оказалось, что за посылку с гречкой ей пришлось бы заплатить такую пошлину, что эта крупа стала бы золотой… В письме были горькие строки: "Прослужила я учителем 57 лет, но не заслужила ниоткуда ни пенсии, ни выходного пособия и не попала на Родину, так как не нашлось для меня жилой площади, а Москва мне ответила, что у меня нет прямых родственников…"

Без комментариев…

Источник: Госархив Хабаровского края, ф. Р830, оп.1, д. 251.

PS Если у уважаемой Гюльнары есть фото К.П. Чесноковой, было бы неплохо опубликовать здесь.

РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ..... Судьба Русского Харбина величественна и трагична