РУССКИЙ ХАРБИН (Harbin Russians...To remember)

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Уважаемые читатели Русского Харбина
и блогер HUMUS!

Убедительно прошу!
Если Вы заимствуете информацию
из постов (даже вырезки из газет с комментариями ),
сведения и фотографии из личных архивов участников темы,
пожалуйста,
делайте ссылки только на этот источник-
https://forum.vgd.ru/614/31743/ Русский Харбин. Дневник Gul

Для того чтобы получить точную ссылку на нужный Вам пост, нажмите на решетку в верхнем правом углу нужного вам сообщения!

Харбинские темы в дневнике GUL

Русский Харбин

Архивные и др. источники к харбинским темам

Ищу сведения о харбинцах

Cписки харбинцев и жителей станций КВЖД

Весь Харбин 1926

Эмиграция из Харбина см. Списки

«Аресту подлежат все харбинцы...»

КВЖД ----- станции и участки

Проект Мемориала на кладбище Хуаншань Харбин

Некрологи, опубликованные в харбинских газетах

Научно-практическая конференция, посвященная 120-летию Харбина.. 2018

Список служащих КВЖД 1903-1913

Списки пофамильные уезжающих в СССР после продажи КВЖД в 1935 (по датам и эшелонам)

Всемирный конгресс выходцев из Харбина 2017

Первый пост темы

15 сентября 2010

Форумчане-потомки харбинцев,все, кто интересуется историей Харбина,
расскажем здесь, на форуме,об этом удивительном исчезнувшем городе,
о людях, построивших этот город и живших в нем,
о людях, в тяжелые времена нашедших здесь приют и дом

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
ХАРБИН
Под асфальт сухой и гладкий,
Наледь наших лет,
Изыскательской палатки
Канул давний след...

Флаг Российский. Коновязи.
Говор казаков.
Нет с былым и робкой связи, —
Русский рок таков.

Инженер. Растегнут ворот.
Фляга. Карабин.
"Здесь построим русский город,
Назовем — Харбин"
Милый город, горд и строен,
Будет день такой,
Что не вспомнят, что построен
Русской ты рукой.

Пусть удел подобный горек —
Не опустим глаз:
Вспомяни, старик-историк,
Вспомяни о нас.

Ты забытое отыщешь,
Впишешь в скорбный лист,
Да на русское кладбище
Забежит турист.

Он возьмет с собой словарик
Надписи читать...
Так погаснет наш фонарик,
Утомясь мерцать!

Это отрывок из стихотворения талантливого харбинского поэта
Арсения Несмелова (1889-1945 )
-------------------------
Харбинская икона Божией Матери

Герольд Харбина. Март 1931

Списки лиц, получающих советские паспорта

Эти списки уже были в теме, но плохой читаемости...
Теперь получше...

Под псевдонимом Шило печатался Николай Дионисьевич Шилов.

[q]
Шилов Николай Дионисьевич (псевдонимы: Герцог Лоренцо, Коля Шило;? — 1936, Шанхай).
По профессии горный мастер, служил в военном ведомстве. Сотрудничал в дальневосточных газетах.
В 1918 г. эмигрировал в Китай. Работал в харбинских газетах «Заря», «Рупор» и др. Некоторое время заведовал редакцией «Рубежа».
Писал фельетоны. В 1932 г. переехал в Шанхай, продолжал газетную работу.
В 1934 г. был избран «королем поэтов».
Его стихи печатались в русских периодических изданиях в Китае, в том числе в «Рубеже». Умер от туберкулеза.
[/q]

Список лиц (эмигрантов), вставших на учет при Отделении на станции Пограничная
в период с 15.04 по 01.05. (1937г)

Бичурин тагир халикович 22
Белов савелий степанович 45
Бояринов антон яковлевич 31
Булле георгий яковлевич 27
Бортников василий афанасьевич 45
Боровик иван данилович 22
Бржозовски людемир людемирович 29
Булгаков виктор данилович 27
Аржаев федор ефимович 25
Афромеев константин иванович 43
Атавин семен семенович 30
Абрамов николай ильич 25
Вавилов виктор григорьевич 43
Вальчуков «афанасий архипович» 52
Вотов михаил гаврилович
Гладких александр васильевич 40
Галкин василий николаевич 25

Данько илья яковлевич 50
Дириглазов анатолий петрович 20
Жуков алексей николаевич 27
Кудрявцев михаил мефодиевич 35
Косых степан 37
Кузнецов сергей иванович 20
Комольцев алексей андреевич 43
Кривенко иван терентьевич 47
Луньков никифор семенович 51
Мартыненко леонид филиппович 26
Михайлов александр кузьмич 21
Мокин константин михайлович 38
Набродов иван иуанов 47
Назаров сергей алексеевич 52
Новожанов ефрем алексеевич 48
Попов
Матвеев александр павлович 24
Алейников сергей петрович 32
Малкова тамара матвеевна 25
Куликова ольга александровна 49
Кузнецова агафия егоровна 46
Медведева клавдия васильевна 45

keinjunge написала:

[q]
Список лиц (эмигрантов), ставших на учет при Отделении на станции Пограничная
в период с 15.04 по 01.05. (1937г)
[/q]

Укажите пож. источник: фонд, опись, дело (желательно название).

Публикую воспоминания харбинки Наталии Николаевны Лалетиной.
В июне 2018 Наталия Николаевна вновь посетила родной Харбин, приняв активное участие
в научно-практической конференции, посвященной 120-летию Харбина

АХ, КАК ХОЧЕТСЯ ВЕРНУТЬСЯ…

Ах, как хочется вернуться,
Ах, как хочется вернуться в городок…
На нашу улицу в три дома,
Где всё просто и знакомо, на денёк…
Кирилл Крастошевский.

Наша улица, она была действительно в три дома в самом начале ее, не доходя до Владивостокской улицы, нашей Иманской – сначала с краю стоял дом Островских, потом наш дом и третий - дом Сорокиных, наша Иманская, 33.

Прежде, чем найти её, должен быть в качестве ориентира наш известный нам всем самановским жителям своей дряхлостью
в военное лихолетье при японцах мост Си Та чоу.
Он был в рытвинах и колдобинах, и не только ездить по нему, а и ходить было не безопасно.
По нему шел народ, приехавший трамваем, с работы, по нему громыхали телеги, груженые до отказа,
и ходька водитель понукал уставшую лошадку-манголку: «Тё-тё!»
А легковые машины местных русских, занимавшихся извозом, плавно колыхались по рытвинам и коптили своими
газогенераторами на всю округу…

В войну мост был еще примечателен тем, что являлся как бы укрытием для притаившихся полицаев, они подлавливали
незадачливых пешеходов во время «гражданской обороны», посмевших нарушить требования к специальной для этого случая
одежды. Кто-то шел без платка на голове, кто-то - без перчаток, и это считалось нарушением режима и последующим
соответствующим наказанием.
В ранних воспоминаниях перед глазами идущая по мосту женщина в шляпке и в очках, видимо идет с работы.
И вдруг окрик: «Женщина, почему без перчаток, наденьте сей час же!»
Она, не обращая внимания, молча идет. И опять окрик, уже с металлом в голосе!
И только на третий раз она пискнула испуганно: «Ну, я же одею!» И это «одею» осталось в памяти на всю жизнь.

Едем по Большому проспекту, проехали уже с правой стороны проспекта дом-утюг
(Юйцзя говорит, что он с обратной стороны с двумя орлами наверху, для меня - открытие!), здесь сразу за ним вглуби
была аптека и дом Аллы Саркисянц, а слева по проспекту – стройные здания ХПИ, бывшая площадь этого района была
заполонена вплотную районом Зеленый базар.

Едем далее, здесь, впереди должна быть улица Кривая, здесь когда-то почти с угла был дом инвалидов с русско-японской войны,
далее томимся в ожидании вожделенного моста, но его нет…
Ну, как же нет, должен быть! Но, вместо него ряд вплотную домов, и вот за последним, предположительно, домом,
влево наконец желанный поворот, как бы с моста! Сворачиваем налево и следуем по над оврагом, которого тоже нет!
Но! На предполагаемой слева стрелке три вагона поезда, слава Богу!
А моя спутница, она же и зачинщица розыскной поездки Юйцзя, охлаждает мой восторг и восклицает: «Это ресторан!»
. А где же тогда поезд, где линия железной дороги, ведущая на восточную линию?
Так она ушла под землю, в тоннель! Вот вам и ориентир!

Н.Н. Лалетина и Юйцзя Цзи у памятника Конфуцию (храм Конфуция)

Проехали еще вперед, мысленно просчитав двести шагов, вот она, моя улица, Иманская!

Повернули на нее, читаем надпись на доме: Владивостокская!
Как же так Владивостокская, она же идет перпендикулярно Большому проспекту, совсем путаница получается!
Успокаивающе произношу, ну строители этого района, когда именовали эти улицы, решили по-своему исправить,
откуда им было знать, что жительница с Иманской будет через много-много десятков лет претендовать на название своей улицы?!

Да, вот они, три дома: простите, но совсем с краю прилепилась маленькая фанза, которую и считать домом-то нельзя,
и она не в счет трёх домов – это фабрика сои, которую обслуживают всего-навсего три человека и … ослик.
Самое маленькое, что может вместить она, это крошечное помещение 3х4 м. площадью, производят помол размоченных
соевых бобов, которые мелит ослик.
Не подумайте, что он такой умный и способный на такое, это он впряжен в процесс размола таким образом, что бесконечно
вращает жернова, сонно двигаясь вокруг них, понукаемый таким же сонным работником, как и он.
А чтобы не упасть в обморок от бесконечного кружения, ему завязали глаза.

Размолотые бобы попадают в холщевый мешок, добавляется вода, варятся, и получается молоко.
Часть его отправляется в лавки для продажи, а другая часть заквашивается и получается так называемый соевый творог «тофу»,
очень питательный растительный белок и очень вкусный.
Здесь же вырабатывают другие продукты из тех же соевых бобов: путем выращивания ростков из них и опять же получают
новый продукт – «туяза» - ростки из сои..
Но и это еще не всё. Из соевого крахмала получают белую прозрачную лапшу «фынтёза», которую с удовольствием
мы также покупаем для многих блюд, в том числе для выпечки пирогов с соленой горбушей и с фынтёзой.
Ну и конечно здесь же делают соевый соус!

Будем считать, что эта фанза-фабрика сои – не в счет!
Первый с начала нашей улицы Иманской стоял дом Островских, державших две коровы на заднем дворе и с небольшим
садиком за домом. Их коровник и фанза-фабрика – это были еще «производители» мух!
Идти мимо них в большом окружении мух и еще запахов в придачу было неуютно.

Вторым домом был наш дом, наполовину разделенный между двумя хозяевами, нами, т.е. моими родителями и Постниковыми: подполковником царской армии и его женой – подполковницей, бывшей фрейлиной императорского двора.
Они тоже держали коровку-кормилицу Красульку.
В нашей половине дома отец пускал квартирантов, а сами мы жили во флигеле, построенном самим отцом не из самана
, а фаршированным опилками. Между флигелем и домом был садик с яблоней-ранеткой, войлочной вишней и цветами
. А на заднем дворе жили две коровы и мелкое хозяйство – куры, поросята, и однажды гуси.

Третий по счету с угла улицы Иманской стоял дом Сорочихи, мы так за глаза ее называли, Анну Сорокину!
Они, весь дом женщин – хозяйка и четверо дочерей, тоже держали корову и курочек и поросят.
Все мы были тогда коровники, у всех было свое молочко, а когда своего не было, брали по очереди у соседей.
Жили много лет вместе, знали всё друг о друге, помогали во всем по соседству, как и подобает всем, живущим годами рядом соседям.

Особенно годы войны с 1941 по 1945 сплотили и сроднили нас, у Постниковой умер до войны муж подполковник,
сыновья работали в Тямусах и не часто навещали родителей,
Сорокины одна за другой девочки подрастали, было не мало проблем с работой, здоровьем, да и нужда заставляла
в военное время изо всех сил выкручиваться, когда дом без хозяина, и женщине одной пришлось поднимать четверых девочек.
Особенно дружба была двух наших – второго и третьего домов, постоянное общение, во всем подсобить, когда есть нужда,
выражалось в добром соседстве многие годы, пока не начали разъезжаться по очереди.

В самом начале прихода Красной Армии, в самый первый день забрали и увезли сыновей Постничихи, как работавших в японской типографии линотипистами в Тямусы.
Она осталась одна-одинешенька со своими болезнями и надвинувшейся старостью.
Вскоре средняя дочь Сорочихи Марфа уехала в Тяньзинь к старшему брату, окончив Северо-маньчжурский университет.
Сама хозяйка, оказавшаяся советской гражданкой (мы ни сном, ни духом об этом не знали) получила казенную квартиру в железнодорожном доме на Технической улице и переехала, продав свой дом китайцу-сапожнику, открывшему свою сапожную мастерскую.
Осталась наша семья, да и то в год окончания школы я укатила в Дальний замуж.

Так наша улица осталась в снах.... В году кажется 1997 я побывала в нашем районе, в Саманке, но уже не было никаких
следов ни на одной из наших самановских улиц, не было никаких признаков старых домов. Т

Только на Владивостокской улице угол Амурской одиноко стоял старый дом Панневиц-Перетолчиных, готовый к сносу, как сказал житель китаец, вышедший из него и ответивший на мой вопрос.
И вот, на предполагаемом месте стоявшего когда-то нашего маленького дома, такого маленького, но теплого со своим уютным и добрым мирком, с добрыми и мирными соседями, дружно жившими когда-то, - большое высокое здание с множеством жителей в нем…

Разворачиваемся обратно, дальше искать бессмысленно.

Продолжение следует

Так получилось, что первый рабочий день открывшейся научной конференции в Харбине по случаю
его круглой даты образования 120-летия, руководство конференции решило начать это мероприятие обзорной экскурсией по городу.

За короткий и без того промежуток времени нахождения в родном городе не хотелось тратить драгоценное время на уже состоявшиеся
по случаю Конгресса в прошлом году экскурсии.
Поэтому, подумали и решили это драгоценное время следует потратить на те места,
в которых не удалось побывать в прошлый год.

Итак, едем в Новый город искать дорогие сердцу места - искать улицу Почтовую, по пути больничный городок КВЖД.
Вот и больничные корпуса, выходящие на Новоторговую улицу.
Вот оно приземистое одноэтажное здание родильного отделения.
В нем в 1952 году родился мой сын Вовочка. Это был високосный год, и мы боялись, что родится он 29 февраля, пронесло!
2 марта на свет появился еще один харбинец, чему мы с моими родителями были несказанно рады.
Но вот незадача: в Консульстве СССР при регистрации ребенка решили по-своему: видите ли, сказал секретарь, вы работаете
в городе Чаньчуне, и значит, ваш сын – чаньчунец!
И эта помета в паспорте моего сына была вечным преткновением вопросов: а что такое Чаньчунь, почему не знаем?!
А этот город в прошлом был столицей марионеточного государства МаньЧжуГо при императоре Пу И и назывался он Синьцзинь.

Въезжаем на предполагаемую Почтовую улицу.
Старожилы говорят, когда-то здесь стояло здание почты и на нем была четкая надпись: ПОЧТА.
Но, давно нет ПОЧТЫ, как нет и здания, хотя название улицы носит ее имя.
С этой Почтовой улицей связаны мои воспоминания и моих сверстников, с которыми мы начинали свой школьный путь
именно в школе на Почтовой улице.
Я помню, зимой в лютом январе привела меня моя родительница в первое отделение, т. е в первый класс.
Я в то время была уже грамотной, хорошо читала и писала печатными буквами, а в классе начали с того, что стали писать
палочки и крючочки и рисовать морковку! Мне это не очень понравилось, я уже бегло читала, а тут такое!
Учительница Агния Ильинична подумали с мамой, что мне здесь нечего делать и пересадили меня во второе отделение.
Но, не тут-то было! Здесь дети уже были «взрослые», и это мне не понравилось, и я запросилась обратно!
Здесь я стала «королевой-всезнайкой», и учительница назначила меня надзирать над малышами-неумехами,
не умеющими даже писать палочки!

Вот как вспоминала, уже ушедшая, моя младшая соученица, она училась на два класса ниже, Таня Пешкова (Флейшер):
В городской одноэтажной начальной школе на Почтовой, здание было как бы вросшее в землю.
Перед школой был довольно большой двор с огромными вязами.
Каждое утро учащиеся собирались в вестибюле на молитву, в этом же тесном помещении делали гимнастику
под руководством преподавателя физкультуры В. Анфиногенова (очевидно, зимой, а летом – во дворе).
Директором школы был Петр Алексеевич Матросов».

Это был конец тридцатых. Когда школу в 1940 году перевели на улицу Таможенную, то в ее прежнем здании разместили
в общежитие директора Матросова с семьей и некоторых учителей.

Еще улица Почтовая была замечательна тем, что, не доходя до этой городской школы, был Женский монастырь.
О нем не осталось какой-либо памяти, кроме той, что соученицы из этой школы, несколько девочек, ушли в него и впоследствии
уехали в Австралию вместе с архимандритом Филаретом Вознесенским.
Примечательно одно обстоятельство: Хотя Женский монастырь и находился рядом со школой, но молиться и говеть в пост нас водили почему-то в церковь Покрова, что на Большом проспекте, хотя это для нас, маленьких, было довольно далеко.
Я думаю, мы со своей детской непосредственностью были нежелаемы в тихом Женском монастыре, да и настоятель Покровской
церкви о. Николай Труфанов был еще и нашим учителем Закона Божиего.

Далее Таня пишет:
«Через 40 лет в 1996 году мы с мужем вновь оказались в Харбине.
При первой же возможности побежали искать нашу школу.
С трудом обнаружили то место, где когда-то было многим знакомое здание школы.
Заходили почти в каждый двор между Почтовой улицей и Бульварным проспектом.
Среди многоэтажных домов в одном из дворов увидели флигель, который когда-то был во дворе школы.
К нам сразу подошли китайцы, поговорить по душам оказалось легко и просто…».

Сегодня улица Почтовая застроена высокими зданиями и вся утопает в зелени деревьев.
И никаких примет, но название ее, как Почтовой улицы осталось навсегда!
Новый Город или по-китайски всегда был Нань Ган – это было постоянное место пребывания.
Это магазин Чурина, Покровское кладбище с церковью, куда ходили строем и с Почтовой улицы и с Таможенной,
пока учились опять же в Новом Городе. Э
то и кладбище Успения Божией Матери, завсегдатаями были с мамой на все поминальные дни, особенно на Радуницу,
когда половина города съезжалась и сходилась на его территории.

На месте бывшего Успенского кладбища парк культуры

Продолжение следует

Эти уникальные фотографии заимствованы из книги А.А. Хисамутдинова
Русские волны на Пасифике

Гимназия М.А. Оксаковской
(Музей русской культуры в Сан-Франциско)