Украинцы в Харбине. Дополнение к теме Русский Харбин : ВГД

УНСОЮЗ И ДАЛЬНИЙ ВОСТОК

Написал Иван Свит

(Світ І. УНСоюз та Далекий Схід / Іван Світ // Ювілейний альманах у 75-річчя українського народного союзу 1894–1969. – Джерсі Сіті : Видавництво «Свобода», 1969. – С. 276–279.)

Украинский Народный Союз, известный как Ukrainian National Association (UNA), является одной из старейших и наиболее влиятельных организаций украинской диаспоры в Соединённых Штатах Америки. УНСоюз был основан в 1894 году в Джерси-Сити, штат Нью-Джерси. Его главной целью была взаимопомощь и финансовая поддержка волн ранней украинской иммиграции, в основном выходцев из Галиции и Закарпатья, которые сталкивались с тяжёлыми условиями труда. Изначально это было братское (или страховое) общество, предоставлявшее членам страхование жизни и здоровья.

Помимо финансовых функций, УНСоюз стал важнейшим культурно-общественным центром, играющим решающую роль в сохранении и развитии украинской идентичности, языка и культуры в Северной Америке.Организация является издателем газеты "Свобода" (Svoboda), которая издаётся с 1893 года и является старейшей украиноязычной газетой в Америке. "Свобода" выступала мощным средством объединения диаспоры и распространения национального самосознания. Как упоминается ниже, "Свобода" имела влияние на украинские общины даже в далёких регионах, таких как Дальний Восток.

В настоящее время УНСоюз продолжает свою работу, предоставляя финансовые услуги, а также активно поддерживая многочисленные культурные, образовательные и благотворительные программы. Организация спонсирует молодёжные лагеря, предоставляет стипендии и участвует в деятельности, направленной на лоббирование интересов Украины в американском обществе.

***

Можно утверждать, что Украинский Народный Союз на протяжении своего долгого существования имел значительное влияние на развитие украинских организаций на Дальнем Востоке, в Сибири и других странах Азии, упомянув хотя бы Филиппины.

Это правда, что эти влияния шли не через администрацию Украинского Народного Союза, а через его орган „Свободу". Нам уже доводилось не раз писать о связях редакции „Свободы" с украинцами, рассеянными в далёкой Азии. Только дважды УНСоюз был непосредственно связан с обществом „Просвіта" в Харбине, которое было филиалом материнского общества во Львове. Об этом можно найти интересные сведения в календарях „Просвіти" за 1931 и 1932 годы, в статьях М. Брилинского, который на протяжении долгих лет вёл переписку с Харбином, так же, как председатель „Просвіти" Иван Брик, который всегда интересовался просветительской работой в Азии.

В этой статье не будем упоминать о том, как началась украинская общественная и культурная жизнь на азиатском континенте, в частности в Маньчжурии, в конце прошлого века и как она приобрела организованный вид в 1903 г. с основанием украинской общины в г. Ляо-ян, к югу от Мукдена. Эта община, фактически её члены-организаторы, во время войны была эвакуирована в Харбин. Они были инициаторами создания в 1907 году первой в Азии уставной украинской организации — „Украинского Клуба" в Харбине, одного из четырёх клубов, возникших на территории Российской империи. Харбин был вторым, который получил утверждённый устав Украинского Клуба, первым был Клуб в Петербурге.

О работе харбинского „Украинского Клуба" были статьи и заметки в журнале „Рада", журнале „Киевская Старина", а также в ежедневнике „Харбинский Вестник", официозе Управления Китайско-Восточной железной дороги.

Только в 1918 г. „Украинский Клуб" получил возможность приступить к осуществлению своей давней мечты — постройки собственного дома. В июне того года в т. наз. Новом Городе была произведена закладка фундамента и через два года здание было закончено. Он имел просторный партер и два этажа с большим залом для выставок. Внизу получила помещение украинская православная церковь св. Покрова, основанная Братством св. Покрова. Проект здания не был полностью реализован, потому что обесценивание денег не дало возможности это сделать.

Одним из главных украинских меценатов в Харбине был Иван Шевченко, который со своим братом Патрикием имел большую лесную фирму и считался миллионером. С инфляцией они потеряли много, а их большие лесные концессии конфисковала китайская администрация. В 1932 г. И. Шевченко был первым основателем еженедельника „Маньчжурский Вестник".

С оккупацией Сибири и Дальнего Востока большевиками, в частности после появления красных в Харбине, когда им удалось взять в свои руки администрацию Китайско - Восточной железной дороги путём тайного договора с правителем Маньчжурии Чжан Цзо-лином, они вернули железную дорогу своей империи, хотя в 1918 году объявили, что отказываются от всех царских захватов.

Большевики повели активную кампанию за ликвидацию всех эмигрантских организаций в Маньчжурии. „Украинский Клуб" был в то время ярко антикрасным. В связи с выборами управления Клуба разгорелась упорная борьба, и в 1926 году китайская администрация, используя его внутренние заботы, забрала в свои руки здание, объявив, что в правлении Клуба есть много большевистских агентов. Правда же заключалась в том, что правление Клуба обращалось к китайским властям с просьбой защитить их от левых элементов, которые пытались пролезть в администрацию здания.

В 1925 году правление Клуба решило повести активную акцию за возвращение здания в свои руки. Эти события подробно описаны в журнале „Украинская Жизнь", который печатался в японской типографии за подписью японца как издателя, чтобы обеспечить его защиту от китайской цензуры. В то время все украинские организации, украинская начальная школа, а также украинская гимназия были уже закрыты.

Красные, чтобы получить большинство, ввели незаконно в члены Клуба 74 своих лиц, среди них 49 русских, 9 евреев, татарина, латыша и поляка.

В 1927 году группе членов Клуба удалось добиться от китайцев возвращения здания с разрешением провести общее собрание на „новых основах жизни". Но это был очень короткий период. Вскоре здание было снова конфисковано. После того на протяжении лет группа „клуб'ян" предпринимала меры, чтобы вернуть в украинские руки здание Клуба, но без успеха.

В это время в виде кружка при YMCA была создана организация „Просвіти". Возникла идея отобрать у китайцев здание и спрятать его под американский флаг. Такие дела проводились на всей территории Китая достаточно легко, потому что большие государства имели в Китае отдельные права, в частности право экстерриториальности, то есть неподсудности китайскому суду. В Шанхае, Тяньцзине, Циндао, Вэйхавэе, Ханькоу и др. существовали иностранные концессии со своими собственными администрациями, полицией, охранными войсками и др.

Тогда от имени т-ва „Просвіта" были написаны письма в Украинский Народный Союз в Америке. В этих письмах представлена история „Украинского Клуба", конфискации здания и, что самое важное, разъяснена возможность согласия харбинского американского консульства взять его под свою охрану.

К сожалению, не имеем точных сведений, кто именно и какие в этом деле проводил разговоры. Автор этих строк был членом т-ва „Просвіти" в те первые годы, а перед тем принимал участие в нескольких совещаниях группы „старых клуб'ян", хотя фактически никогда не был членом клуба. Правда, в 1923 году ему предлагали вступить в членство клуба, но г. Недилко-Борковский, который бежал в Харбин из Владивостока, отсоветовал от этого, мотивируя тем, что в делах Клуба не всё ясно в политическом отношении. Это было отчасти правдивым утверждением.

После продолжительной переписки Украинский Народный Союз согласился на то, что имущество „Украинского Клуба" может быть записано как его собственность, и сообщил, что соответствующие письма отосланы в американское консульство, видимо, по договорённости с Государственным Департаментом.

Поднятие над Клубом американского флага и регистрация его недвижимого имущества, как американского, была делом консульства США.

На собраниях „старых клуб'ян" всё это дело было обсуждено, все возможности обдуманы и просмотрена переписка, которую вела „Просвіта". Перед „клуб'янами" стояла ещё одна трудная формальность: консульство требовало, чтобы официальным администратором Клуба был американский подданный, потому что только так можно было удовлетворить все китайские претензии.

Не знаем, почему не были использованы другие возможности, в частности почему не записано имение на имя материнского общества „Просвіти" во Львове, тогда кто-то из наших галичан мог быть её представителем. Но, видимо, этот вопрос даже не возникал, потому что то было время большого в Галиции напряжения. Кроме того, Польша не имела в Китае прав экстерриториальности.

Так дело и тянулось без конца с написанием заявлений, переводами их на китайский язык и ожиданием ответов, в большинстве негативных.

Положение резко изменилось после японского выступления в сентябре 1931 года в Мукдене. Это было начало военных операций, ликвидации китайской администрации и создания нового государства Маньчжоу-Го под контролем японцев.

Тогда автору этих строк пришлось принимать активное участие в переговорах с японцами в Харбине, вести переписку с Правительством УНР, главным образом с ген. В. Сальским. Надо отметить, что предпринимались ещё меры через министра иностранных дел УНР Александра Шульгина в Париже, который встречался с китайским послом в Женеве. Результатом тех встреч было распоряжение центрального китайского правительства в Харбин вернуть имущество украинцам. Но местная власть этого никогда не провела, потому что тогда в Китае был большой хаос, а национальное правительство ещё не было достаточно консолидировано.

В результате почти двухлетних переговоров с японцами в 1933 г. в ноябре здание „Украинского Клуба" было передано японской Военной Миссией в Харбине в руки украинских представителей. По этому случаю был объявлен в прессе и через телеграфное агентство Кокоцу специальный меморандум миссии за подписью полковника Комацубара. Автору довелось быть одним из членов той „четвёрки", которая вела с японцами переговоры.

Надо упомянуть ещё один интересный момент. Накануне вступления японских войск в Харбин пригласил „четвёрку" на встречу секретарь японского консульства г. Сугихара. Он нас спросил, не имели бы украинцы ничего против, если бы японские войска временно забрали в своё распоряжение здание „Украинского Клуба", где в то время размещался китайский департамент образования.

После того состоялось „историческое" совещание „клуб'ян", среди которых были В. Опадчий, И. Горовой, И. Паславский, автор этих строк и ещё несколько человек, имена которых не задокументированы. Приняв во внимание ещё и предварительные разговоры в представительстве японской Южно-Маньчжурской железной дороги, которая играла большую экономическую и политическую роль в жизни страны, все согласились на оккупацию японским войском украинского имущества в надежде, что позже его получим в свои руки. Немедленно был по телефону уведомлен об этом г. Сугихара, который подтвердил, что имущество будет передано украинцам после того, как в нём не станет надобности.

На второй день мы узнали, что первые японские части прибудут в Харбин где-то после полудня. В 4-ом часу появились первые японские дозоры, уставшие долгим маршем, и под командой старшины пошли прямо к нашему зданию. Там поставили двух солдат при дверях, а остальные вошли внутрь.

Китайские чиновники департамента образования ещё с утра покинули свои канцелярии и, кажется, кроме сторожей, там никого не было.

Стояли мы группой на улице и долго не знали, что делать дальше. Кто-то предложил добраться до здания и повесить на его крыше украинский флаг, но это было излишне: на мачте поднялся белый японский флаг с красным солнцем.

С того момента вопрос украинского имущества в Харбине стал предметом дипломатических разговоров в Париже и Варшаве, где их вёл ген. Сальский с начальником японской миссии полк. Янагита, с которым нам довелось познакомиться уже в 1935 году в марте после тюрко-татарского конгресса в Мукдене-Курултае, который состоялся под председательством известного деятеля Аяз Исхаки. Он дал нам рекомендационную карточку к полк. Янагита.

Вот такова была история с попытками вернуть и сохранить величественное здание в Харбине, которое с ноября 1933-го года до августа 1945 года было известно как „Украинский Клуб".

История администрации этого дома за два года описана в книжке, напечтанной в 1936 году силами Украинского Издательского Союза.

После окончания второй мировой войны украинцы Дальнего Востока имели только один раз письменную связь с УНСоюзом, когда было получено из Америки поздравление и пожелание по случаю десятилетия существования Украинского Представительного Комитета в Шанхае.

Но моральную поддержку мы всегда имели через Пан-Американскую Конференцию в наших заботах о выезде из охваченного войной Китая. Эта центральная украинская организация предпринимала всевозможные меры, чтобы нам помочь. В частности, проявил свои дипломатические способности редактор англоязычного еженедельника „Свободы" Ст. Шумейко, как представитель Пан-Американской Конференции, а всю переписку вёл её секретарь В. Шандор.