Эмиграция.

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

В уголовном деле моего деда, Пономаренко Ильи Степановича, уроженца и жителя села Забредки Новосанжарского района Полтавской области, есть справка от 1937 года, в которой указано:

"За кордоном в еміграції перебувають його двоюрідні брати, які в часи деникінської реакції приймали активну участь - один Пономаренко Павло Миколайович був деникінським старшиною, другий Федір Миколайович - деникінським офіцером".

ЦЕНТРАЛЬНИЙ ДЕРЖАВНИЙ АРХІВ ВИЩИХ ОРГАНІВ ВЛАДИ ТА УПРАВЛІННЯ УКРАЇНИ
(ЦДАВО УКРАЇНИ)
03110, м. Київ-110, вул. Солом’янська, 24
Що стосується відомостей про перебування Пономаренка Павла Миколайовича та Пономаренка Федора Миколайовича в еміграції, повідомляємо, що у фонді № 3795 "Українська Господарська Академія в Ч.С.Р.", який зберігається в ЦДАВО України, були виявлені їх особові справи.

Итак, что известно из личных дел?

Пономаренко Павел Николаевич, 30.05.1894 года рождения

1902 - 19хх - начальная Ново-Сенжарская школа
19хх (1908???) - 1910 - министерская двухклассная Ново-Сенжарская школа
1910 - 1914 - Кобеляцкая мужская гимназия
весна, лето 1915 - Полтавское сельско-хозяйственное опытное поле, практикант
август 1915 - Русская армия, Севастополь, крепостная артиллерия, вольноопределяющийся 1-го разряда
1917 - 19хх (окончил при Центральной Раде) - Киевская Константиновская военная школа
1918 - 1920 - Украинская армия
1924 - частная работа у ксенза в Польше
28.07.1924 - Украинская хозяйственная академия в Падебрадах (Чехословацкая республика), студент (матурант) экономического подотдела экономического отдела.

Пономаренко Федор Николаевич, 07.02.1898 года рождения

1910 - 1914 - начальная Ново-Сенжарская школа
1914 - 1916 - Кобеляцкая мужская гимназия
август 1916 - Русская армия
1917 - организация украинских частей в Саратове
1918 - 1920 - Украинская армия
1924 - частная работа у ксенза в Польше
28.07.1924 - 02.09.1924 Украинская хозяйственная академия в Падебрадах (Чехословацкая республика), отказано в зачислении из-за недостаточного образования.

Что дальше? Не знаю... В списках выпускников их нет.

А может Павел и не учился, раз Федор не поступил?

КОБЕЛЯЦЬКЕ КОМЕРЦІЙНЕ УЧИЛИЩЕ.

Відкрите 18.07.1906 року у відповідності з положеннями про комерційні навчальні заклади 1896 і 1900. Мало свій статут, затверджений 1907 р. Підпорядковувалося Міністерству торгівлі і промисловості. Давало середню загальну і спеціальну освіту. Термін навчання - 7 років. Приймалися діти 10—12 років обох статей всіх станів і віросповідань з освітою, що дорівнювала знанням за перший клас реальних училищ. Викладалися: закон божий, російська мова і словесність, німецька і французька (за додаткову плату й англійська) мови, історія, географія, математика, фізика, природознавство, комерційна арифметика, теоретична і практична бухгалтерія, комерційне діловодство рос. та іноземними мовами, торгове і пром. законодавство, хімія і товарознавство, комерційна географія Росії, креслення, малювання, каліграфія, гімнастика, музика й танці. Діяли фундаментальна та учнівська бібліотеки, фізичний кабінет, кабінет навч. посібників, музей зразкових товарів, лабораторія для практичних занять з хімії і товарознавства. Утримувалася на кошти Товариства для влаштування Кобеляцького комерційного училища, плати за навчання та пожертв приватних осіб. У Кобеляцькому комерційному училищі навчалися письменники: Юрій Дольд-Михайлик (1903—66; Михайлик Юрій Петрович), І. В. Дубинський (1898— 1989), М. М. Лебідь (1889-1939).

Видимо, мои двоюродные дедушки учились именно в этом училище!

http://histpol.pl.ua/

Малі народні училища

Малі народні училища. Відкривалися у 80— 90-х роках 18 ст. у повітових містах для дітей обох статей згідно з "Статутом народних училищ в Російській імперії" 1786 р. Перші Малі народні училища були відкриті у Кобеляках (1787), Прилуках (1789), Ромнах, Полтаві (1799). Мали дворічний курс навчання, який відповідав першим класам Головних народних училищ. Посібником у навчальному процесі служило розроблене Ф. І. Янковичем "Керівництво учителям першого та другого класів народних училищ". Перебували у віданні місцевих приказів громадської опіки й утримувалися міськими коштами. Методичне керівництво здійснювали викладачі Харківського університету. З 1808 р. Малі народні училища перетворювалися на повітові училища у відповідності з "Попередніми правилами народної освіти" (1803) і статутом навчальних закладів (1804).

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 511

Життєпис Пономаренка Павла Миколайовича:

Весну і літо 1915 року я провів в Полтаві при Сельско – Господарчім зразковім полі, яко практикант, маючи на меті осенію того ж года поступить в Сельско - Господарчій Инстітут в Харкові

http://histpol.pl.ua/

Полтавська нижча школа садівництва і городництва

Полтавська нижча школа садівництва і городництва. Була розташована у с. Павленках Полтавської волості на північ від м. Полтави. Заснована Полтавським губернським земством у 1895 р. на купленій ним садибі полтавського садівника І. Гуссона. У школі навчалися діти селян губернії. Вивчалися теоретичні і практичні питання овочівництва, городництва, садівництва, лісорозведення, хмелярства, а також шовківництва, бджільництва, плетіння кошиків, теслярсько-столярських ремесел та ін. Курс школи був трирічний з обов'язковим річним перебуванням на практиці в будь-якому садівничому закладі. Діяла школа до перших років Радянської влади, коли вона була реорганізована на технікум. У 1929 р. територія увійшла в межі м. Полтави. Тепер належить Полтавському сільськогосподарському технікуму.

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 738-739

Школа садоводства и огородничества в предместье Павленках, для которой еще в 1891 г. губернским земством было приобретено за 11533 р. 40 к. садовое заведете Гуссона площадью 17 дес. 1800 кв. саж. Школа открыта 8 сентября 1895 г., на устройство которой и первоначальное ее оборудование израсходовано 47002 руб. 84 к. Устав школы утвержден министром земледелия и государственных имуществ 20 декабря 1894 г. В 1899 г. преобразована в школу 1-го разряда с четырехлетним курсом преподавания.

Бучневич В. Е. Записки о Полтаве и ее памятниках.
2-е изд. Исправл. и дополн. Полтава. 1902 г. Стр. 319

http://www.kdu.edu.ua/conference/files/section3/krot.doc

Серед спеціалізованих шкіл особливе місце посідає Полтавська школа садівництва і городництва. Вона була заснована і утримувалась на кошти Полтавського губернського земства із щорічною допомогою в розмірі 3000крб. від Головного управління землеустрою та землеробства. Школа функціонувала з 8 вересня 1895 року. Її завданням було поширення серед населення основних знань із садівництва, городництва, хмелярства, шовківництва, вивчали столярне ремесло та лозоплетіння. До школи приймались хлопчики від усіх станів Полтавської губернії, фізично здорові, які склали іспит в обсязі курсу початкової школи. При школі існували великий садок, городні ділянки, виноградник, пасіка.

Історичні документи подають статистичні дані щодо кількості учнів Полтавської школи садівництва та городництва, їхнього соціального стану, попередньої освіти та розподілу учнів за повітами. На 1 жовтня 1914 року в училищі навчалось 84 учні.
З 1895 по 1914 рік школу закінчило 174 учні. З них 54 працювали інструкторами садівництва, 8 – викладачами в спеціальних школах, 4 – секретарями сільськогосподарських товариств, 3 – завідуючими земськими питомниками та городами, 7 – вчителями в народних школах, 43 – садівниками в приватних господарствах, 4 працювали в земських плодосушилках, 13 займались власним господарством, 4 – продовжували освіту, 3 працювало при училищі, 3 – займались іншими спеціальностями, 11 перебували на військовій служби, 8 – померло, 6 знаходилось на практиці за призначенням Департаменту землеробства і про трьох нічого невідомо. Таким чином, основна частина випускників школи садівництва і городництва працювали за спеціальністю.

http://poltavahistory.org.ua/history10_r.htm

Полтавская школа садоводства и огородничества и ее парк

Вопрос о развитии в Полтавской губернии профессионального образования и основания сельскохозяйственных школ затрагивался на заседаниях губернской земской управы еще в 1885 г. Устраивание таких заведений управа считала первым шагом по делу развития садоводства одной из важных вспомогательных отраслей сельского хозяйства.

Получив разрешение собрания на разработку устава школы, Полтавская губернская земская управа в 1887 г. подала план основания шести профессиональных школ в губернии: трех промышленных, одной сельскохозяйственной и двух школ садоводства - в Градижске и Вороньках. Но через финансовое затруднение были открыты лишь две из них - Лубненская сельскохозяйственная (в 1891 г.) и Миргородская художественно-промышленная им. Тоголя (в 1896 г.). Министерство госимущества вместо 99 десятин земли для Вороньковской школы садоводства в Лохвицком уезде выделило лишь 19 десятин, и вопрос о ее создании отпал. И тогда Полтавское сельскохозяйственное общество ходатайствовало перед губернским земством об основании школы садоводства в Полтаве. Начинается поиск участка для будущего учебного заведения. Предлагалось для этого сдать в аренду городской сад (сейчас парк "Победа"), где уже существовали, хоть и в запущенном состоянии английский парк, фруктовый сад, виноградники, цветники и даже пруд. Однако через определенные формальности городская дума не дала своего согласия.

К выбору места для будущего учебного заведения земство привлекает Полтавское сельскохозяйственное общество. На своем экстренном заседании 6 декабря в 1889 г. оно предлагает приобрести такой участок, который бы отвечал определенным требованиям: находился поблизости Опытного поля и имел бы старый фруктовый сад. Наличие последнего обеспечило бы учеников саженцами, дичками и дала бы возможность немедленно начать практические занятия, на его базе можно было бы также изучать недостатки старого садоводства. Таким условиям отвечал сад И. Гуссона. Сведения об этом полтавском садовнике второй половины XIX ст. достаточно скупые. По воспоминаниям старожилов Гуссон был чешской национальности, другие думают, что происходил из немцев-колонистов. На Павленках в предместье Полтавы он имел частный сад площадью свыше 17 десятин (в официальных документах названный "садовым заведением"), который хозяин продал в 1891 г. губернскому земству для школы садоводства и огородничества за 11533 рублей, строительство помещений заведения поручили купцу Николаю Сарикову; началось оно весной 1892р.

8 сентября в 1895 г. Полтавская школа садоводства и огородничества II разряда открыла свои двери для первых 30 учеников, ее учебным планом предусматривалась подготовка опытных садовников, изучение не только плодоводства, садоводства и огородничества и пчеловодства, хмелеводство, шелководство, ознакомление с лозоплетинием и столярным ремеслом. Курс был, не считая трехмесячного (с октября по декабрь) подготовительного класса, трехлетним с обязательным годовым пребыванием на практике в каком-то садовом хозяйстве. На устройство и первоначальное ее оборудование было израсходовано 47,002 руб. 84 коп. Устав школы утвержден министром земледелия и государственных имуществ 20 декабря 1894 года. На развитие учебного заведения губернское земство ежегодно выделяло 6868 рублей, а Министерство земледелия - субсидию в размере 1500 рублей. Кроме того, предусматривалось, что школа также будет получать прибыль с собственного хозяйства, сада и огорода.

Попечителем школы стал президент Полтавского сельскохозяйственного общества Дмитрий Константинович Квитка. Преподавательский штат в 1895 г. был небольшим. Кроме управляющего Бориса Павловича Налимова работали еще четыре сотрудника.

Известно, что на заказ новооткрытого учебного заведения профессор Харьковского университета А. М. Краснов написал специальный учебник с ботаники и дважды (в 1898 и 1899 гг.) приезжал в Полтаву, где принимал выпускные экзамены у учеников. Когда же ученый переехал на Кавказ и развернул деятельность по созданию Батумского ботанического сада, школа направляла к нему своих выпускников на практику.

В 1899 году была преобразована в школу 1-го разряда с четырехлетним курсом преподавания, а в 1912 году становится низшим училищем садоводства, поэтому увеличивается количество его преподавателей, растут прибыли и расширяется учебный план.

В школу засчитывали ребят 14-15 лет из Полтавской губернии на конкурсной основе. В подготовительном классе ученики изучали общеобразовательные предметы, а начиная с 1-го класса, вводились специальные дисциплины: огородничество, плодоводство, декоративное садоводство, пчеловодство, энтомология, землемерство, законоведение, чертеж и тому подобное.

Интересно, что школа сотрудничала с земским естественно-историческим музеем, который в 1898 г. подарил ей для занятий коллекцию типов ґрунтів Полтавской губернии, гербарий местной флоры и образцы полезных ископаемых.

Теоретические занятия ежедневно длились по 2-3 часа, а практическими работами ученики занимались по 3-4 часа в сутки зимой и 9-10,5 - летом.

Подготовительные работы в школе начались за несколько месяцев до ее открытия. Силами учеников территория приводилась в соответствующее состояние: был сформирован маточник, упорядоченная садовая школка и ягодники, прочищен старый сад, устроены посевные грядки и огород. Также расчистили пруд, сделали дамбы. По границе посадили 200 берестов и кленов, а в садике - 400 шелковиц, несколько тысяч кустов клубники посеяли около пуда разных семян: яблонь, груш, слив, абрикосов, черешен и декоративных деревьев; заготовили живцы винограда.

Практическими занятиями учеников с 1895 г. руководил Иван Адамович Крааг. Достаточно много сделал этот специалист для создания при школе прекрасного парка и образцового садового хозяйства. До Полтавы он работал в садовом заведении Вагнера в Риге и Петровичевской школе садоводства. 17 лет Иван Адамович был садовником, потом старшим садовником Полтавской школы садоводства. Огородом, теплицами и парниками с 1900 г. заведовал младший садовник Франц Федорович Уис, австрийский подданный. Его послужной список включал заграничные садовые заведения и должность садовника Полтавского городского сада. Известно, что усадьба жены Уиса на Павленках граничила на юго-западе с территорией школы. Именно эти мастера вместе со своими учениками заложили фундаменты научной базы школы с плодоводства, огородничества, хмелеводства, виноградарства, шелководства и декоративного садоводства с цветоводством.

Территория школы имела сложный рельеф. Условно ее можно было разделить на три части. Первая, северная, почти горизонтальная (на ней разместились рассадники, усадьба, декоративные участки и цветники) стремительным южным склоном переходила в низину. На второй части находились огород с парниками, два пруда, школка сеянцев, декоративные и ягодные рассадники, хмельник и посадки ив. На пологом склоне росли старый плодовый и молодой грушевый сады, а на крутом - виноградник и пасека. Третья часть - это пологий северный склон, узкой полосой вытянутый в юго-западном направлении. На нем рос молодой яблоневый сад.

Молодой плодовый сад, начиная с 1898 г., засаживался постепенно, небольшими участками на местах, которые освобождались после корчевания старых посадок. С 1906 г. школа выделяет место вблизи усадьбы для плодовых пестиковых коллекций, которые пополнялись ежегодными посадками новых сортов.

Главной проблемой учебного заведения стало водоснабжение, особенно в верхней, наиболее возвышенной части. Лишь в 1909 г. с приобретением насоса и проведением системы труб от колодца с нижней территории удалось в полной мере обеспечить водой крутые склоны усадьбы.

Практической базой для овладения курса "Декоративное садоводство и цветоводство" были сначала небольшие ученические клумбы, которые не только украшали территорию, но и служили учебе. Каждый ученик лично подбирал ассортимент растений для собственного цветника и создавал из них композиции. С построением теплиц началось изучение курса цветоводства закрытого грунта. Дендрологический сад, или арборетум заложили в 1904 г. перед главными домами хозяйства с южной стороны. Посадка деревьев и кустарников в нем проводилось не за один год, а медленно исходя с рассуждений учебного и хозяйственного характера. Возможно, в состав арборетума вошла и часть деревьев с запущенного парка, который школа получила в наследство от садового заведения Гуссона.

В 1907 г. декоративный участок, кроме места перед помещением школы, был расширен на 1124 квадратные сажени, которые освободились от расчистки старого пестикового сада. На этой площади осенью высадили древесные декоративные виды, биология которых изучалась в теоретическом курсе. Материал для посадок брался частично из собственных декоративных рассадников, а главным образом, его выписали из садового заведения Замойского в Подземче. В этот же период особенное внимание уделяется увеличению количества занятий с цветоводства открытого грунта. Ученические цветники переносятся на участок перед домом школы, где распланировали ковровые клумбы, а на рабатках и цветниках разместилась учебная коллекция травянистых декоративных растений.

Весной в 1913 г. училище расширяет собственную территорию с северо- востока на 2082 квадратные сажени, а дендрологический участок пополняется новыми поступлениями из садового заведения Шпета из Берлина - коллекцией родоначальных форм и диких родственников плодовых деревьев (около ста наименований). Благодаря содействию метеорологического бюро Полтавского губернского земства и его заведующего М. М. Самбикина при училище в 1913 г. организуется садовая сельскохозяйственная метеостанция, где вместе со сбором общего климатического материала начинаются фенологические наблюдения. Метеорологическое бюро предоставило напрокат флюгер, психрометр, термометры и дождемер. Количество оборудования метеостанции постепенно росло. Впоследствии приобрели гелиограф и прибор Каппеллера для предвидения заморозков, а после обноса станции ограждением, проложили термометры на поверхности почвы. Весной 1914 г. заложили специальный плодовый сад для фенологических наблюдений.

В канун 1917 г. под декоративными растениями использовалось 2 десятины 157 квадратных саженей земли. Эту площадь занимали: парк, рассадники, теплицы, парники, расплодный участок, цветники, коллекционные и ученические грядки.

Парк школы садоводства был распланирован в английском стиле и засажен, главным образом, лиственными породами, по 1-2 экземпляра каждого вида. При этом учитывали требования растений к теплу: теплолюбивые виды пытались разместить в более защищенных местах. Деревья и кустарники высаживали согласно с их ростом и декоративными особенностями. К негативным сторонам расположения растений нужно отнести загущенность посадок на отдельных участках парка. В первые годы этот недостаток был незаметным, позже пришлось частично разреживать наиболее густые части насаждений. Все растения парка имели ярлыки с указанием названия, в том числе на латинском языке. На относительно небольшом участке постепенно сформировалась богатая коллекция декоративных растений. Так, в 1908 г. она насчитывала 323 растения которые представляли 154 вида, а в 1913 г. - 685 растений и 272 вида соответственно. Присматривали за парком ученики, которые укрывали теплолюбивые формы на зиму, осуществляли подрез, прививку, упорядочивали газоны, палисады и цветники, окапывали деревья и тому подобное.

Для пополнения видового состава парка заложили декоративный рассадник. Он распределялся на несколько участков, в зависимости от особенностей биологии видов, потому, что определеные формы растений требовали выведения лишь окулировкой, другие - очень медленно росли, а некоторые виды уже через 1-2 года после посева семян можно было высаживать на постоянное место. В рассаднике росли виды 28 родов, это, в частности: клены, каштани, айланти, березы, ясени, липы, дубы, тополя, вязы, рябины, лещины, карагани, робинии, бундук. Класс хвойных был представлен лишь пятью родами: сосна, ель, лиственница, туя и яловец. Ассортимент кустарников насчитывал 9 родов: барбарис, магония, шиповник, сирень, тамарикс, бирючина, снежноягодник и садовый жасмин.

Интересную коллекцию комнатных растений собрали в теплице: плюмбаго, мирт, лавр, разнообразные пальмы, кактусы, агавы, представители семьи ароидних, орхидеи - всего 113 видов.

Подавляющее большинство выпускников учебного заведения стали садовниками и инструкторами садоводства, часть занималась виноградарством или преподавала в школах садоводство, кое-кто открыл собственный бизнес. А Трофим Лысенко, зачисленный в школу в 1913 г. стал впоследствии известным академиком. Лишь в 1905 г. школа осталась без выпускников, потому что их всех уволили за участие в политической забастовке. Всего же за период 1896 -1917 гг. были подготовлены 243 специалиста.

Дендрологическое собрание учебного заведения особенно пострадало в бурные годы гражданской войны (1919-1922). Известно, что в 1928 г. в парке осталось 217 видов и 77 декоративных форм деревьев и кустарников. С этого времени пополнение видового состава не проводилось, а лишь осуществлялся надлежащий уход за коллекцией.

Полтавское училище садоводства, как самостоятельное учебное заведение просуществовало до первых годов советской власти, а в 1923 г. его присоединили к Агрокооперативному техникуму, который, в свою очередь, образовался от слияния сельскохозяйственного и кооперативного техникумов. Новое заведение разместилось на Колонийской улице (теперь улица Сковороды, 18) и заняло весь дом прежнего духовного училища (архитектор И.И. Федоров, в 1876 г.).

Изменив за свою 110-летнюю историю несколько названий, прежняя школа садоводства и огородничества известна сейчас, как Аграрный колледж управление и права Полтавской государственной аграрной академии, ее территория в 1929 г. вошла в пределы г. Полтава и постепенно отошла под городскую застройку. В частном секторе на Павленках еще до 1990-х годов имелась часть зданий школы садоводства: квартира управляющего (улица Опытная, 100), главный учебный корпус (улица Опытная, 102), квартиры преподавателей (улица Опытная, 104) и домик садовника (улица Опытная, 98). Интересно, что в последнем долгие годы жил преподаватель Федор Иванович Берглезов (1882-1972). Он читал специальные дисциплины в училище садоводства и огородничества в 1918-1956 гг. (с перерывами), одновременно работал в Агрокооперативном техникуме в 1923-1940 гг. Но, в последнее время, этот район города был застроен частными "теремками". По-этому ни одно из этих зданий мы уже никогда не увидим.

До нашего времени сохранились лишь пруды, небольшая частица коллекции помологии в пределах усадеб частных владений и парк площадью 2,5 га, который в 1964 г. решением облисполкома получил статус парка - достопримечательности садово-паркового искусства местного значения. На его территории растет дуб - первый в мире живой памятник Т. Г. Шевченко, через это парк одно время носил имя поэта. Дерево посаженое 18 мая в 1861 г., в день перезахоронения Кобзаря на Монашеской горе в Каневе. Неподалеку растет дуб Свободы, посаженый в 1918 г. в честь провозглашение Независимости Украины. Некоторые из полтавских краеведов называют его дубом Революции, утверждая, что посадка дерева была приурочена к годовщине Октябрьской революции.

Современный видовой состав парка насчитывает 59 видов и форм древесных екзотов, среди них - самая старая в Полтаве лиственница европейская и старые деревья трех декоративных форм ели колючей, около 20 вековых деревьев дуба обычного. Из первичных посадок сохранились также дубы болотный, северный, бундук двудомный, липы американская и европейская, стифнолобиум японский каштан обычный и его форма Баумана - с махровыми цветами, сосна Веймутова, однолистая форма ясеня обычного. Только здесь в Полтаве можно увидеть рассеченолистую форму липы европейской и рассеченную форму клена остролистого. В настоящее время парк требует постоянного досмотра, санитарных рубок, а также сохранения и размножения екзотов, которые здесь сохранились.

http://histpol.pl.ua/

Міністерські початкові училища

Міністерські початкові училища. Відкривалися згідно з законом від 29 травня 1869 р. і діяли на основі особливої інструкції Міністерства народної освіти від 4 жовтня 1875 р. як зразкові навчальні заклади для отримання підвищеної елементарної освіти. Поділялися на одно- і двокласні. Перші з 3-річним курсом навчання, двокласні — з 5-річним. Більшість Міністерських початкових училищ відкривалося на базі парафіяльних шкіл Міністерства державних маєтностей (Ковалівське, Супрунівське, Решетилівське та ін.). Предмети викладання в однокласних: закон божий, російська мова, арифметика; двокласних — ці ж предмети та історія, географія, природознавство, основи планіметрії, креслення, церковні співи. На 1874 р. в Полтавській губерній діяло 6 міністерських училищ, у 1912 р. — 63, з них 4 — однокласних, 59 — двокласних, в яких навчалося 8005 хлопчиків і 1504 дівчинки. При міністерських училищах відкривалися класи для дорослих (Студениківське), столярно-ремісничі класи (Грунське), закладалися сади та городи для практичних занять (Комишанське, Велико-Сорочинське), організовувалися учнівські хори (Чорнухівське). Містилися в громадських та поміщицьких приміщеннях. Утримувалися коштами земства, держави та громад. Учителями працювали випускники учительських семінарій. Ново-Тагамлицьке міністерське училище закінчив Г. П. Шерстюк — діяч української культури, засновник видавництва "Рідний край".

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 555

http://histpol.pl.ua/

Міські училища

Міські училища — шестирічні навчальні заклади, які відкривалися згідно з положенням Міністерства народної освіти від 31 травня 1872 р. замість повітових училищ. Нові, як правило, відкривалися з ініціативи міських дум. Поділялися на одно-, дво-, три- та чотирикласні. До них приймалися діти дрібних урядовців, торговців, ремісників не молодші семи років. У сучасників дістали назву "тупикових", оскільки до них не приймалися випускники інших типів початкових шкіл, а їх учні не мали права вступу до середньої школи. Навчання можна було продовжувати у нижчих професійних школах і на педагогічних курсах. У 1874 р. на Полтавщині діяло 17, у 1910 р. — 25, у 1912 р. — 29 міських училищ. З них Пирятинське (1868) і Кустолівське (1888) були жіночими. У міських училищах навчалося 3449 хлопчиків і 606 дівчат, з них — 895 дітей селян, 1541 козаків, 870 міщан і цехових, 63 почесних громадян і купців, 24 духовенства, 103 дворян і чиновників та ін. Викладали: закон божий, читання і письмо російською і церковнослов'янською мовами, арифметику, практичну геометрію, географію і історію, природознавство, фізику, креслення, малювання, гімнастику. У восьми училищах вивчалися іноземні мови, в Хорольському — італійська бухгалтерія. У міських училищах бібліотеки; з 2-ї половини 80-х рр. була введена ручна праця. При Кобеляцькому міському училищі було відкрито класи столярно-токарного ремесла коштом поміщиці Савицької, при 5 училищах — дворічні педагогічні курси, в яких навчалося 140 чоловік. З 1877 р. було введено плату за навчання: від 4 до 10 крб. на рік. Більшість міських училищ містилася у власних приміщеннях. Утримувалися коштом держави, земства, міста та від плати за навчання, Карлівське — за рахунок економії великої княгині Катерини Михайлівни. Друге Полтавське — товариства взаємного кредиту. Частині міських училищ присвоювались імена місцевих фундаторів. Так, Гельмязівське міське училище носило ім'я І. Марковича. У Зіньківському міському училищі вчителював К. І. Зеров — батько українського вченого ботаніка, академіка АН УРСР Д. К. Зерова та українського літературознавця, поета і перекладача М. К. Зерова. З 1912 р. міські училища реорганізовані у вищі початкові училища.

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 561

http://histpol.pl.ua/

Земські училища

Земські училища — загальноосвітні початкові школи з одно-, три- та чотирирічним курсом навчання, які відкривалися й утримувалися земствами в сільській місцевості. Діяли згідно з "Положенням про губернські та повітові земські установи" 1864 р. Нагляд і педагогічне керівництво земськими училищами здійснювали члени училищних рад, контроль — інспектори і директори народних училищ Міністерства освіти. Положення обмежувало освітню діяльність земств вирішенням фінансово-господарських питань.

Предмети викладання в земських училищах: закон божий, читання, письмо, церковнослов'янська мова, арифметика, співи. Оскільки для цього типу шкіл не було сталих програм, вчителі користувалися свободою у виборі методів навчання і підручників, збільшували рівень початкових знань, викладаючи природознавство, фізику, хімію, географію та історію. До 3. у. йшли земських училищ працювати випускники прогімназій, гімназій, учительських та духовних семінарій, єпархіальних училищ та приватних навчальних закладів. Як правило, переважна більшість педагогів навчала за книгами Т. Г. Шевченка, К. Д. Ушинського, П. О. Куліша, Л. М. Толстого, М. О. Корфа. При багатьох училищах діяли народні бібліотеки, недільні читання, класи для дорослих, учнівські хори, ремісничі майстерні та класи, проводилися заняття з городництва, садівництва та бджільництва.

Уперше постійні асигнування на школи почали здійснювати Роменське, Переяславське, Лубенське, Полтавське та Миргородське повітові земства (з 1868 р.), які призначали вчителів, оплачували їх працю, наймали приміщення, постачали підручники і посібники. Розміри земських відрахувань залежали від внесків сільських громад. У 1870 р. Полтавське земство на початкові народні училища асигнувало 27 380 крб., сільські громади — 17 663 крб. Прилуцьке повітове земство виділяло 75 крб. (60—70-ті рр.), Золотоніське — 200 крб., Полтавське — 330 крб. (80-ті роки) на кожну школу. На 1910 р. земства в середньому виділяли на школу по 832 крб. Ці кошти у вісім разів перевищували державні асигнування. Утримання ж однієї земської школи в середньому коштувало 6766 крб. В асигнуванні земських шкіл брали участь громадські діячі. Г. П. Галаган пожертвував 40 десятин землі Гнилицькому земському училищу.

Перші земські училища були відкриті у 70-х рр. Гадяцьким земством у Петрівці, Синівці, Плішивці; Кобеляцьким — у Пригарівці, Махнівці, Комарівці; Кременчуцьке земство перетворило громадські училища на земські — у Кринках, Пузиковому, Крюкові, Пустовійтовому, Рублівці, Піщаному, Потоках та ін. селах. Прилуцьке земство спільно з сільськими громадами взяло на утримання 27 шкіл (1875 р). У Лубенському повіті діяли 40 земських шкіл (1900 р.). Пирятинське земство утримувало 75 шкіл (1904 р.). У Полтавській губернії діяло: у 1874 р. — 202, у 1889 р. — 502, у 1890 р. — 574, у 1894 р. — 628, у 1908 р. — 1030 шкіл, одна частина яких повністю утримувалися на земські кошти, інша — на спільні кошти земств і сільських громад. На 1898 р. у сільських земських училищах навчалося 38 417 учнів (хлопчиків і дівчат), з яких 94 відсотки становили діти селян; на 1908 р. у 477 земських училищах навчалося. 85 927 учнів, з них — 14 788 дівчат. Деякій частині земських училищ присвоювалися імена визначних діячів або знаменних історичних дат.

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 290-291

http://histpol.pl.ua/

Вищі початкові училища

Вищі початкові училища - загальноосвітні навчальні заклади підвищеного типу, які відкривалися згідно з положенням Міністерства народної освіти від 25.06.1912 р. на базі міських училищ. Мали 4-річний курс навчання. До училищ приймалися діти 10—13 років, що закінчили початкову школу. Викладалися: закон божий, російська мова і словесність, арифметика, алгебра, геометрія, російська історія з елементами загальної, природознавство, фізика, креслення, малювання і гімнастика. Після закінчення першого і другого класів Вищих початкових училищ учні мали право вступу до другого і третього класів загальноосвітніх шкіл; після закінчення училища — продовжувати навчання в учительських семінаріях і технічних училищах. Станом на поч. 1917 р. на Полтавщині діяло 36 вищих початкових училищ, більшість яких була відкрита у 1913 р. у Гадячі, Гельмязеві, Глинську, Зінькові, Золотоноші, Іваниці, Комишні, Карпилівці, Кобеляках, Костянтинограді, Кременчуці, Лохвиці, Лубнах, Миргороді, Нових Санжарах, Опішні, Оржнці, Переяславі, Пирятині, Полтаві, Прилуках, Рашівці, Ромнах, Решетилівці, Хоролі, Царичанці та ін. З них 20 чоловічих, 15 змішаних й одна для дівчат. У них навчалося 4613 хлопчиків і 728 дівчаток. За соціальним станом учні розподілялися: селян - 1512, козаків - 2457, міщан і цехових - 1067, почесних громадян і купців - 65, духовенства - 38, особистих дворян і чиновників - 73, родових дворян - 98 та ін.

При Вищих початкових училищах діяли бібліотеки, фізичні кабінети та кабінети природничих наук. Відкривалися ремісничі відділення та педагогічні курси. Навчання платне: від 6 до 12 крб. на рік. Утримувалися за рахунок держави, міських коштів та платні за навчання. Училища здебільшого знаходилися у власних приміщеннях. У кожному училищі навчалося від 100 до 200 учнів. Учителями працювали випускники учительських і комерційних інститутів, педагогічних та вищих жіночих курсів, інститутів шляхетних дівчат. Гімнастику викладали унтер-офіцери. Деяким з училищ присвоювалися імена місцевих діячів, які відзначилися при відкритті та пожертвуванні коштів: Гельмязівське - ім. І. М. Гоптаренка, Скопецьке - ім. А. В. Семиградової та ін.

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 129-130

http://histpol.pl.ua/

Повітові училища

Повітові училища — школи другої ланки початкової освіти в дореволюційній Росії, які створювалися на основі статутів Міністерства народної освіти 1804 і 1828 рр. Відкривалися у повітових та губернських містах для дітей купців, міщан, ремісників, дрібних службовців. Спершу їх метою була підготовка до вступу в гімназію. До 2-річного курсу навчання входили: закон божий, граматика, загальна і російська історія та географія, арифметика, початкова геометрія, фізика, природознавство, малювання, правопис. З 1833 р. згідно з статутом 1828 р. вводився 3-річний курс навчання. Повітові училища відкрили: у Кременчуці і Ромнах — 1806 р., Кобеляках — 1808 р., Прилуках — 1812 р., Хоролі, Миргороді, Лохвиці — 1813 р., Пирятині, Лубнах — 1814 р., Гадячі, Зінькові — 1815 р., Костянтинограді, Переяславі — 1816 р., Золотоноші — 1820 р. Кількість учнів у кожному училищ: від 27 до 75 чоловік. На 1864 р. діяло 15 училищ, на 1878 — 11. У 1846 р. у повітових училищах навчалося 740 учнів. При Костянтиноградському та Переяславському земствах у 1868 р. відкрито педагогічні класи для підготовки вчителів початкових шкіл, при Пирятинському земстві у 1860 р. відкрито недільні читання. При училищах відкривалися бібліотеки, зокрема, при Прилуцькому, Хорольському і Лохвицькому повітових училищах в 1864—1865 рр. було відкрито бібліотеки "для публіки"; при Хорольському повітовому училищі діяла недільна школа (з 1861 р.), при Полтавському — педагогічний клас (з 1865 р.). Утримувалися коштом держави та міст. Вартість утримання одного училища в середньому становила 1250 крб. Містилися повітові училища у власних та найманих приміщеннях. У кінці 70-х рр. 19 ст. були перетворені на міські училища.

Полтавщина: Енциклопедичний довідник
(За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 759

http://kvvidkus27.narod.ru/iu.html

Киевское военное училище

Киевское пехотное инженерное юнкерское училище было открыто 1 октября 1865 года и располагалось в бывших казармах военных кантонистов (ул.Московская 45), которые, в свою очередь, входили в состав оборонительных укреплений Новой Печерской крепости.

Это военное учебное заведение было основано императором Александром Освободителем и вначале именовалось Киевским пехотным юнкерским училищем, причем слыло на первых порах "второразрядным". Но первые его выпускники-офицеры получили боевое крещение в сражениях русско-турецкой войны 1877—1878 годов, проявив героизм и мужество. Училище стало гордостью империи. С 1888 года оно в силу обстоятельств (страна много воевала) расширилось. При начальнике училища — полковнике генерального штаба Дюбюке, между 1888 и 1901 годами, батальон училища, состоявший из двух рот, стал четырехротным и общее количество юнкеров насчитывало 400 человек. Оно предназначалось для войсковых юнкеров и вольноопределяющихся с недостаточным образованием.
6.05.1897 г. - пожаловано простое знамя обр.1883 г. Кайма светло-синяя, шитье золотое. Навершие обр.1857 г. (гвардейское). Древко черное. Изображен Покров Пресвятой Богородицы. Судьба знамени неизвестна.

В 1897 г. - училище переименовано из юнкерского в военное и стало называться - Киевское военное училище.
1 октября 1914 г. состоялся последний выпуск юнкеров в чине подпоручика. Училище перешло к практике четырехмесячных ускоренных выпусков. Штат был увеличен до 630 юнкеров. Строевой командный состав, кроме своей непосредственной работы, привлекался к чтению лекций по тактике и топографии. В связи с тем, что с началом Первой мировой войны в Киеве было открыто еще 3 военных училища, 26 сентября 1914 г. училищу было присвоено наименование «1-го Киевского военного училища».
27.01.1915 г. - посещение училища императором Николаем II.
После смерти великого князя Константина Константиновича 10 октября 1915 г. 1-е Киевское военное училище стало именоваться Киевским великого князя Константина Константиновича военным училищем. На погонах появился алый вензель Константина Константиновича в виде буквы «К».
Училищный праздник отмечался 1 октября.

Вот что рассказывал сын константиновца Сергей Вейгман: "С первого до последнего дня пребывания в училище юнкеров воспитывали в духе рыцарских традиций. Учеба начиналась с принятия присяги, которое, как правило, проходило в начале октября. После церковной службы на плацу выстраивались все юнкера: на правом фланге — старший курс, на левом — первокурсники. Перед строем — аналой с Евангелием и Крестом. Неподалеку располагался оркестр, исполнявший перед присягой традиционный марш "Под двуглавым орлом". Затем по команде юнкера снимали шапки и вслед за священником повторяли слова военной присяги, текст которой оставался в стране неизменным еще с петровских времен: "Обязуюсь и клянусь Всемогущим Богом перед святым его Евангелием защищать Веру, Царя и Отечество до последней капли крови"... Далее следовал церемониальный марш, после которого молодых людей ждал праздничный обед, вечером — бал, а на следующий день — первый отпуск в город. Первое увольнение было очень важным событием в жизни юнкеров, — ведь по тому, как они были одеты, судили обо всем училище. Поэтому к первому отпуску начальство относилось с огромным вниманием: сначала в том, что у отпускника все в порядке, убеждался портупей-юнкер, затем фельдфебель, курсовой наставник и, наконец, офицер — дежурный по училищу. Более того, по свидетельству историка Воробьевой, многие офицеры отправлялись вслед за "вольноотпущенниками" в экипажах, чтобы наблюдать за поведением своих питомцев.

Отдельно стоит рассказать об образовании, получаемом юнкерами-пехотинцами, большинство из которых к моменту поступления в училище окончили реальное училище или гимназию. Помимо тактики, артиллерии, законоведения, воинских уставов, военной географии и гигиены, им преподавали русский и иностранные языки (каждый воспитанник должен был хорошо изъясняться на одном из иностранных языков, а на другом — свободно читать и переводить), а также русскую литературу. Помимо этого, особое внимание уделялось Закону Божьему. Более того, в день производства в первый офицерский чин начальник военного училища дарил каждому юнкеру маленькую серебряную иконку Казанской Божьей Матери, которая издавна считалась покровительницей русских воинов. О том, каким было Киевское пехотное юнкерское училище в те далекие времена, рассказал и такой авторитетный свидетель, как генерал Антон Иванович Деникин, пожалуй, самый знаменитый воспитанник училища, поступивший туда в 1890-м и окончивший его спустя два года. В его замечательном автобиографическом произведении "Путь русского офицера" константиновцам посвящена отдельная глава. "Училище наше помещалось в старинном крепостном здании со сводчатыми стенами-нишами, с окнами, обращенными на улицу, и с пушечными амбразурами, глядевшими в поле, к реке Днепр, — вспоминал боевой генерал, бывший глава Вооруженных сил Юга России. (Массивный старинный корпус сохранился и по сей день — Авт.). — Для всех без исключения воспитанников существовала жизнь, замкнутая в четырех стенах, за которыми был запретный мир, доступный только в отпускные дни. Строгое и точное, по часам и минутам, расписание повседневного обихода. Для людей с воли — гимназистов, студентов — было ново и непривычно это полусвободное существование. Некоторые юнкера поначалу приходили в уныние и, тоскливо слоняясь по неуютным казематам, раскаивались в выборе карьеры. Я лично, приобщившийся с детства к военному быту, не так уж тяготился юнкерским режимом. Но и я вместе с другими в тихие ночи благоуханной южной весны не раз, бывало, просиживал по целым часам в открытых амбразурах в томительном созерцании поля, ночи и волн... Бывали и такие "непоседы", что, рискуя непременным изгнанием из училища, спускались на жгутах из простынь через амбразуру вниз, на пустырь. И уходили в поле, на берег Днепра. Бродили там часами и перед рассветом условленным свистом вызывали соумышленников, подымавших их наверх. А на случай обхода дежурного офицера, на кровати самовольно отлучившегося покоилось отлично сделанное чучело. По тем же причинам отпускные дни (нормально — раз в неделю) были весьма ценными для нас, а лишение отпуска (за дурное поведение или неудовлетворительный балл) — самым чувствительным наказанием. Поэтому лишенные отпуска или нуждающиеся в нем в неурочный день уходили иногда в город самовольно — тайком. Возвращались обыкновенно через классные комнаты, расположенные в нижнем этаже. Случился раз грех и со мной. Вернувшись из самовольной отлучки, стучу осторожно в окно своего отделения. Приятели услышали. Один становится на пост у стеклянных дверей, другой открывает окно, в которое бросаю штык, фуражку и шинель: потом прыгаю в окно и тотчас же углубляюсь в книгу. Потом уже общими усилиями проносятся в роту компрометирующие "выходные" предметы. Труднее всего с шинелью... Одеваю ее внакидку и с опаской иду в роту. Навстречу, на несчастье, дежурный офицер.
— Вы почему в шинели?
— Что-то знобит, господин капитан.
У капитана во взгляде сомнение. Быть может, и самого когда-то "знобило"...
— Вы бы в лазарет пошли...
— Как-нибудь перемогусь, господин капитан.
Пронесло. От исключения из училища спасен.
Возвращались юнкера из легального отпуска к вечерней перекличке. Опоздать хоть на минуту — Боже сохрани. Пьянства как сколько-нибудь широкого явления в училище не было. Но бывало, что некоторые юнкера возвращались из города под хмельком, и это обстоятельство вызывало большие осложнения: за пьяное состояние грозило отчисление из училища, за "винный дух" — арест и "третий разряд по поведению", который сильно ограничивал юнкерские права, в особенности при выпуске. Если юнкер не мог, не запинаясь, отрапортовать дежурному офицеру, то приходилось принимать героические меры, сопряженные с большим риском. Вместо выпившего рапортовал кто-либо из его друзей, конечно, если дежурный офицер не знал его в лицо. Не всегда такая подмена удавалась. Однажды подставной юнкер К. рапортовал капитану Левуцкому:
— Господин капитан, юнкер Р. явился...
Но под пристальным взглядом Левуцкого голос его дрогнул, и глаза забегали. Левуцкий понял:
— Приведите ко мне юнкера Р., когда проспится. Когда утром оба юнкера в волнении и страхе предстали перед Левуцким, капитан обратился к Р.:
— Ну-с, батенька, видно, вы не совсем плохой человек, если из-за вас юнкер К. рискнул своей судьбой накануне выпуска, губить вас не хочу. Ступайте!
И не доложил по начальству. Юнкерская психология воспринимала кары за пьянство как нечто суровое и неизбежное. Но преступности "винного духа" не признавала, тем более что были мы в возрасте 18—23 лет, а на юнкерском курсе и под 30; и что в армии в то время производилась по военным праздникам выдача казенной "чарки водки", да и училищное начальство вовсе не состояло из пуритан... Вообще воинская дисциплина в смысле исполнения прямого приказа и чинопочитания стояла на большой высоте. Но наши юнкерские традиции вносили в нее своеобразные "поправки". Так, обман вообще и, в частности, наносящий кому-либо вред, считался нечестным. Но обманывать учителя на репетиции или экзамене разрешалось. Самовольная отлучка или рукопашный бой с "вольными", с употреблением в дело штыков, где-нибудь в подозрительных предместьях Киева, когда надо было выручать товарищей или "поддержать юнкерскую честь", вообще действия, где проявлены были удаль и отсутствие страха ответственности, встречали полное одобрение в юнкерской среде. И наряду с этим кара за них, вызывая сожаление, почиталась все же правильной... Особенно крепко держалась традиция товарищества, главным образом в одном ее проявлении — "не выдавать". Когда один из моих товарищей побил сильно доносчика и был за это переведен в "третий разряд", не только товарищи, но и некоторые начальники старались выручить его из беды, а побитого преследовали. Ввиду того, что по содержанию нас приравняли к юнкерскому курсу, жили мы почти на солдатском положении. Ели чрезвычайно скромно, так как наш суточный паек (около 25 копеек) был только на 10 копеек выше солдатского; казенное обмундирование и белье получали также солдатское, в то время плохого качества. Большинство юнкеров получали из дому небольшую сумму денег (мне присылала мать 5 рублей в месяц). Но были юнкера бездомные или из очень бедных семей, которые довольствовались одним казенным жалованьем, составлявшим тогда в месяц 22 (рядовой) или 33 копейки (ефрейтор). Не на что было им купить табаку, зубную щетку или почтовые марки. Но переносили они свое положение стоически. Так или иначе, мы кончали училище с достаточными специальными знаниями для предстоящей службы. Но ни училищная программа, ни преподаватели, ни начальство не задавалось целью расширить кругозор воспитанников, ответить на их духовные запросы. Военная школа уберегла своих питомцев от духовной немочи и от незрелого политиканства. Но сама не помогла им разобраться в сонме вопросов, всколыхнувших русскую жизнь. Этот недочет должно было восполнить самообразование. Многие восполнили, но большинство не удосужилось.
В нашем училище начальники приказывали, следили за выполнением приказа и карали за его нарушение. И только. Вне служебных часов у нас не было общения с училищными офицерами. Но, тем не менее, вся окружающая атмосфера, пропитанная бессловесным напоминанием о долге, строго установленный распорядок жизни, постоянный труд, дисциплина, традиции юнкерские — не только ведь школьнические, но и разумно-воспитательные — все это в известной степени искупало недочеты школы и создавало военный уклад и военную психологию, сохраняя живучесть и стойкость не только в мире, но и на войне, в дни великих потрясений, великих искушений. Военный уклад перемалывал все те разнородные социальные, имущественные, духовные элементы, которые проходили через военную школу".

"Воинская дисциплина стояла в училище на большой высоте так же, как и строевое образование. Военная муштра скоро преобразовывала бывших гимназистов, студентов и семинаристов в заправских юнкеров, создавая ту особенную выправку, которая не оставляла многих до смерти и позволяла отличать военного человека под каким угодно платьем."
29 октября 1917 года киевские большевики, по примеру своих петроградских однопартийцев, также попытались "установить диктатуру пролетариата". Именно юнкера-константиновцы, вместе с учащимися Киевского Алексеевского инженерного военного училища, 1-й школы прапорщиков и студенческими дружинами, в течение трёх дней сражались с превосходящими "силами революции". 29 октября юнкера сумели отбить яростные атаки солдат, рвавшихся к складам оружия, расположенным на Печерске, но, к сожалению, их контратака, направленная прежде всего на завод "Арсенал", захлебнулась. А 30 октября расположенная в Дарнице артиллерия открыла ураганный огонь по зданию Константиновского училища . Юнкера были вынуждены отойти...

После того как бои в Киеве закончились, власть в городе перешла к Центральной Раде, чьи войска не участвовали в уличных сражениях. С её разрешения большинство уцелевших константиновцев выехало на Дон, в зарождающуюся Добровольческую армию. Здесь юнкера приняли участие в боях на подступах к Екатеринодару (январь-февраль 1918 года) и в первом кубанском Ледяном походе (февраль - август 1918 года), участие в котором было лучшей рекомендацией для воинов белой армии. С августа училище возобновило свою учебную деятельность в Феодосии, однако, через несколько месяцев вновь приняло участие в боевых действиях в Крыму и на Кубани. Отличились юнкера и в боях за Перекоп, героически отбив наступление красных и потеряв при этом до 50 процентов личного состава. Кстати, за участие в боях, училищу были пожалованы серебряные трубы с лентами ордена св. Николая Чудотворца.
В ноябре 1920 г. ввиду полной эвакуации Крыма училище покинуло Родину.Последний — 69-й — выпуск училища состоялся уже в эмиграции, в Болгарии, в 1923 г.

Знак 1-го Киевского Константиновского Военного Училища , периода временного правительства . Белый металл, бронза , золочение , серебрение , эмали , редкий .

http://21kvvidkuc.ru/kvistoria.htm

ОСНОВНЫЕ ДАТЫ ИСТОРИИ КИЕВСКОГО ВЫСШЕГО ВОЕННОГО ИНЖЕНЕРНОГО ДВАЖДЫ КРАСНОЗНАМЕННОГО УЧИЛИЩА СВЯЗИ ИМЕНИ М. И. КАЛИНИНА

01 октября 1865 г.. День основания училища. В этот день было открыто Киевское пехотное инженерное юнкерское училище (Киев, Московская, 5).
1897 г. Училище переименовано из юнкерского в военное и стало называться - Киевское военное училище.
1914 г. Училище переименовано в 1-е Киевское военное училище.
26 января1914 г. Высочайшее утверждение Знака 1-го Киевского военного училища.
01 октября1914 г. Произведён последний выпуск юнкеров в чине подпоручика.
27 января1915 г. Посещение училища Его Императорским Величеством Государем Императором Николаем Александровичем (Николаем II).
10 октября1915 г. Училище переименовано в Киевское Константиновское военное училище (в честь Великого Князя Константина Константиновича).
01 марта 1919 г. День основания училища Советами. Революционным Военным Советом Республики (РВСР) утвержден штат и созданы Инженерные курсы по подготовке командного состава Рабоче-крестьянской Красной Армии (Москва, Арбат, 2/1 – помещение гостиницы "Прага", ныне ресторан "Прага").
11 октября1919 г. Курсы переехали в здание Императорской Практической Академии коммерческих наук (Москва, Покровский бульвар, 5).
01 декабря1919 г. Произведен первый выпуск Инженерных курсов.
23 апреля 1920 г. Отправление Инженерных курсов на двух эшелонах из Москвы в Киев - к новому месту дислокации.
08 августа1920 г. Курсы прибыли в Киев и размещены в здании Киевского Константиновского Военного Училища (Киев, Московская, 5).
11 августа1920 г. Инженерные курсы переименованы во Вторые Киевские военно-инженерные курсы.
сентябрь 1920 г. Произведён первый выпуск курсантов Курсов в Киеве.
21 января 1921 г. Курсы переименованы в 3-ю Киевскую военную инженерную школу.
25 ноября 1922 г. 3-й Киевской военной инженерной школе присвоено имя Главного начальника военных учебных заведений Д. С. Петровского (это имя школа носила до 07.04.1924).
23 апреля 1923г. В. И. Ленин избран почётным курсантом-инженером 3-й Киевской военной инженерной школы.
1 ноября 1924г. Школа реорганизована и получила новое наименование - Киевская военная школа связи.
20 декабря 1926г. Киевской военной школе связи присвоено имя Председателя ЦИК СССР Михаила Ивановича Калинина.
5 февраля 1931г.Революционный Военный Совет Украинского военного округа вручает Школе Революционное Красное Знамя и присваивает звание - "Ударная школа связи имени М. И. Калинина".
февраль 1934г. Делегация в количестве пяти курсантов на приеме у М. И. Калинина
май 1936г. Первый выпуск лейтенантов
6 марта 1937г. Переименование школы в Киевское военное училище связи имени М. И. Калинина
июнь-июль 1941г. Личный состав КВУС принимает участие в обороне Киева от фашистов.
август 1941г. Училище эвакуировано в Красноярск. (В 1975 г. в Красноярске, на базе музея боевой славы школы №97, создан музей КВУС).
28 февраля 1944г. В ознаменование 25-й годовщины со дня основания, за выдающиеся успехи в деле подготовки офицерских кадров и за боевые заслуги перед Родиной, училище награждено боевым орденом Красного Знамени и переименовано в "Киевское военное Краснознамённое училище связи имени М. И. Калинина". с марта 1944г. Реэвакуация училища в г. Киев
июнь 1945 г. Училище переведено на трёхлетний срок обучения с присвоением выпускникам звания "лейтенант" и вручением диплома техника связи.
1957 г. На учебную базу училища переведены Центральные ордена Александра Невского офицерские курсы войск связи.
23 июня 1962г. Произведен 100-й выпуск офицеров
04 декабря 1965г. Училище переименовано в Киевское высшее военное инженерное училище связи имени М. И. Калинина и переведено на 5-ти летний срок обучения
01 сентября 1966 г. Набор первых двух неполных на пятилетний срок обучения (в дальнейшем, с 1968 года - это 16 и 26 курсы).
01 сентября 1967 г. Набор первых двух полных рот на пятилетний срок обучения (каждая рота из шести взводов).
декабрь 1968г. За особо значительные заслуги в поддержании высокой боевой готовности войск и успехи в деле подготовки офицерских кадров, училище награждено вторым орденом Красного Знамени. С этого времени училище именуется - Киевское высшее военное инженерное дважды Краснознаменное училище связи имени М. И. Калинина.
23 февраля 1969г. Училище награждено Почетной грамотой Президиума Верховного Совета УССР
март 1969 г. Училище первый раз награждено Почётным Красным Знаменем ЦК ЛКСМУ.
13 декабря 1972г. Награждение Юбилейным почетным знаком в честь 50-летия образования СССР
март 1979 г. Училище второй раз награждено Почётным Красным Знаменем ЦК ЛКСМУ.
19 август 1992 г. Вышло постановление Кабинета Министров Украины №490 о ликвидации Киевского высшего военного инженерного дважды Краснознаменного училища связи. В этот же день на учебной базе ликвидированного КВВИДКУС и Киевского высшего инженерного радиотехнического училища ПВО имени маршала авиации О. И. Покрышкина создан "Киiвський вiйськовий iнститут управлiння та зв'язку".

http://belrussia.ru/page-id-154.html

Уроженцы Украины в белом движении на раннем этапе Гражданской войны (октябрь 1917 – Первый Ледовый поход).

Автор: Евгений Трощак

В этой статье я не открываю новых источников, не провожу радикально-новых политических концепций. На мысль её написать меня сподвигло два факта из личной биографии. Во-первых, истфаковский опыт, когда чиновники от науки отказали делегировать нашего преподавателя на конференцию, посвящённую гражданской войне 1918-1921 гг. Объяснение было следующим «в Україні не було громадянської війни, у нас була національно-демократична революція та... російська інтервенція». Очевидно абсурдное утверждение однако проводиться в умы людей настолько активно, что чуть позже у меня случился следующий разговор с коллегой: Я - Мой двоюродный прадед был белым офицером и украинцем по национальности. Коллега – Белый офицер – украинец!?!

В самом деле, согласно исторической схеме, бытующей в нашей официозной исторической науке, ничем, кроме «національно-визвольніх змагань» этнические украинцы в период с 1917-1921 гг. просто не занимались. Каждое движение в «идеологически-правильном» направлении рассматривается современной исторической школой Украины разве что без помощи лупы – будь то «повстання полку полуботківців» или «украинизация» очередной разложившейся воинской части (которые, в большинстве своём потом так же быстро «большевизировались»!). Таким нехитрым образом создаётся иллюзия что белое движение – явление, Украине абсолютно чуждое (тут же любят цитировать и булгаковского Турбина с его пассажем о «гнусном наречии, которого и в природе не существует...). Но простой обзор источников показывает - были уроженцы Украины, считавшие своим домом всё российское государство, оказавшееся в 1917 году сразу под несколькими ударами – и были среди них те, кто не побоялся защищать его с оружием в руках.

«Белым движением», как неотъемлемой частью русской истории занимались и занимаются многие видные историки. Но на роли украинцев, или, скорее малорусов (поскольку термин «украинцы» в те годы часто носил политизированный характер – так называли самостийников) в самые первые и трудные месяцы его существования никто из них не акцентировал внимания. «Белая» Украина словно бы не существовала. Но она была.

В дни октябрьско-ноябрьских боёв в Киеве неприятие большевиков и Центральной Рады выказали почти все учащиеся военных заведений города. Соответственно, все военные училища Киева – Николаевское военное, Николаевское артиллерийское, Алексеевское инженерное были закрыты новой властью. Две роты юнкеров Константиновского военного училища участвовали в боевых столкновениях с большевиками, несколько десятков из них было убито, само училище было переведено в Екатеринодар.

На Харьковщине для защиты Временного правительства сторонниками Временного правительства был создал штаб, в состав которого входили губернский комиссар Кузнецов, штабс-капитан Ладнов, бывший морской министр Временного правительства Лебедев. Среди сил, на которые рассчитывал штаб, были юнкера Чугуевского военного училища, а также драгунский полк в Балаклее, запасной польский полк в Белгороде и 29-й бронедивизион в Харькове. 30 октября юнкера Чугуевского училища выдвинулись на Харьков но когда стало ясно, что город и железнодорожные пути уже заняты Красной Гвардией, а надежда на другие части не оправдалась, то наступление захлебнулось. Часть юнкреров разоружили красноармейцы, часть ушла на Дон – некоторые из них приняли участие в Первом Ледовом походе.

Отдельной и особо трагичной была судьба третьей Киевской школы прапорщиков. В ноябре 1917 г. она была переведена из Киева в Таганрог, где она вошла 11 января в состав Добровольческой армии. Начальником школы был полковник Мастыка, командирами рот – подполковники Дедюра и Макаревич. Однако история её как отдельной единицы стала короткой и печальной – во время мятежа в Таганроге 17-22 января 1918 г. большинство офицеров и юнкеров школы были убиты.

Особый и очень любопытный случай упоминается в энциклопедической работе Волкова «Энциклопедия гражданской войны. Белое движение» - о противобольшевистском восстании в Бердянске силами местных ветеранов из «Бердянского Союза увечных воинов», во главе с неким унтер-офицером Панасенко. Тогда попытку красных отбить Бердянск удалось отразить – хотя сам Панасенко погиб. Позже бердянские ополченцы оказали помощь отряду полковника Дроздовского, 70-75 из них присоединилось к этому белому формированию.

Ранняя история белого движения на Дону хорошо известна и описана. Беглецы из различных частей России, в том числе из Украины – юнкера, офицеры, студенты составили костяк Добровольческой армии. Ключевым моментом, который определял – быть или не быть белому движению на Юге России – был Первый Ледовый поход.

Остатки третьей киевской школы прапорщиков, не погибшие во время таганрогской резни, вошли в состав Сводно-Офицерского полка и Особого Юнкерского батальона.

В первый кавалерийский дивизион полковника Гершельмана входили офицеры ч-го Харьковского уланского и 11 Изюмского полков.

Часть юнкеров из Константиновского военного училища, переведённого в Екатеринодар, вошла в созданный там добровольческие формирования – в частности в пешую сотню «Отряда спасения Кубани».

В первом конном полку существовала Полтавская сотня.

В качестве отдельного чисто малорусского по составу формирования нужно вспомнить «карпато-русский отряд». На волне интереса к русскому движению Прикарпатской Руси о нём уже вспоминалось немало, укажу только основные факты. Создан он был в Ростове-на-Дону на базе общества эмигрантов из Австро-Венгрии «Червонная Русь». По призыву товарищей председателя общества Г.С. Мальца и Л.Ю. Алексевича ряд эмигрантов из Прикарпатской Руси, прежде всего – студентов, записались в Добровольческую армию. На момент Первого Ледового похода численность отряда составляла 44 человека. Организационно он входил в Чехословацкий инженерный батальон. Первыми командирами были Б.Н. Яцев, с 9 марта В.Р. Ваврик, который и выступил его летописцем, издав во Львове в 1923 году книгу «Карпаторусы в походе генерала Корнилова и Добровольческой армии».

http://aw-o.com/item.php?pid=10

Знак об окончании 1-го Киевского Константиновского военного училища , временное правительство, № 828 . Серебро , 84 проба , именник мастера В.Р. , золочение , эмали .

Деникинский офицер и деникинский старшина. "Українська сільськогосподарська академія» в Подебрадах.