...Залог семейного счастья в доброте, ...

ДІЛО МАЙСТРА ВЕЛИЧАЄ

Без діла слабіє сила.

Очам страшно, а руки зроблять.

Без роботи день роком стає.

Білі руки чужі труди люблять.

Білоручки – дармоїди та недоучки.

Ранні пташки росу п’ють, а пізні – слізки.

Не кайся рано встати, а кайся довго спати.

Маленька праця краща за велике безділля.

Праця чоловіка годує, а лінь марнує.

Роботящі руки гори вернуть.

Вміння і труд все перетруть.

У вмілого руки не болять.

Коли не тямиш, то й не берися.

Краще на п’ять хвилин раніше, ніж на хвилину пізніше.

Аби розум – щастя буде.

http://ru.wikipedia.org/wiki/Грасиан,_Бальтасар

Бальтасар Грасиан-и-Моралес

(1601, Бельмонте — 6 декабря 1658, Тарасона) — испанский писатель, философ и теоретик литературы, иезуит. Крупнейший представитель литературы барокко.

Родился в Испании в селении Бельмонте около Калатаюда в семье доктора. У него было три брата и сестра. Будущего писателя ещё с детства предназначели к духовной карьере, что было так обычно для тогдашней Испании. В 1619 году в Таррагоне становится послушником иезуитского ордена.

В 1623 году в Сарагосе изучает теологию. В 30 лет ведёт курс «моральной теологии» в каталонской Лериде, а в 32 года начинает читать курс философии в иезуитской коллегии Гандии (Валенсия). Начало литературного творчества Грасиана относится к 1636 г., когда он переехал в Уэску — один из культурных центров Арагона, где получил должность проповедника и исповедника местной иезуитской коллегии. Уже через год выходит его первое значительное произведение, моральный трактат «Герой», который с интересом был встречен в Испании и в Европе. Поскольку в те времена существовал запрет для членов ордена иезуитов печатать что-либо без предварительного одобрения начальства, своё сочинение Грасиан издал под именем своего двоюродного брата Лоренсо Грасиана.

В 1657 году после выхода в свет III Части «Критикона», ректор сарагосской коллегии выносит публичный выговор Бальтасару, его лишают кафедры, запрещают преподавать, высылают из Сарагосы, и приговаривают к строгому покаянию — на воде и хлебе. Последний год жизни Грасиана был переполнен унижениями, бедами и отчаянием.

«Склонность к меланхолии, желчный характер, вечно раздражённый, всеми недовольный, язвительный критикан» — отзыв современников (из обязательных доносов друг на друга в иезуитском ордене).

В России Грасиана публиковали в период 1742—1792 г. — потом 200-летний перерыв. Благодаря Артуру Шопенгауэру, в Германии, начиная с 1861 года уже было 14 переизданий.



Благоразумие в беседе важней, чем красноречие.

В любой неприятности искать смысл — занятие, лишенное смысла.

Вот жизнь человека: в двадцать лет — павлин, в тридцать — лев, в сорок — верблюд, в пятьдесят — змея, в шестьдесят — собака, в семьдесят — обезьяна, в восемьдесят — ничто.

Врагом способен стать любой, другом — далеко не каждый.

Для кого нет злых, для того нет и добрых.

Есть люди, что одним щелчком по весам обращают недовешенное железо в полновесное золото.

Есть такие народы, что желающему чего-то достигнуть, особенно в высоком, лучше уехать на чужбину. Мать — родина порой мачеха даже для людей выдающихся: в ней царит зависть к тому, кого знают с детства; земляки больше напоминают о недостатках, с коими ты начинал, чем о величии, коего достиг.

Не всякую правду сказать можно: об одной умолчи ради себя, о другой — ради другого.

Не умеешь нести бремя невзгод — усугубляешь их тяжесть.

Очень мало есть людей, которые были бы в состоянии делать добро; почти все умеют делать зло.

Учтивый способ не отказывать прямо — переменить разговор.

Худшие враги — из бывших друзей; бьют по твоим слабостям, им одним ведомым, по наиболее уязвимому месту.

Человек стоит столько, во сколько другие его оценят.

Жизнь - игра.

Лучше глупцом быть вместе со всеми, чем мудрецом в одиночку.

Мудрый ценит всех, ибо в каждом замечает хорошее.

Натура и культура - два стержня, на коих красуются все достоинства.

Чем старее человек, тем больше он - человек.

http://www.calend.ru/person/1573/

Жан Лабрюйер

родился в Париже 16 августа 1645 года в состоятельной дворянской семье. Благодаря происхождению и хорошему образованию он был вхож в высшие аристократические круги и стал воспитателем внука Конде, юного герцога Бурбонского.

Жизнь среди придворного блеска давала возможность наблюдать развитие человеческих страстей, возбуждаемых интригами, честолюбием, погоней за земными благами, близостью к «великим мира сего». Сам он не стремился к светской жизни и старался держаться вдали от блеска дворцовых событий, проводя время в чтении и работе, а увиденное и услышанное записывал в виде эпиграмм, портретов, афоризмов, которые были полны сатиры и морали.

Свои наблюдения он предложил едва ли не ради шутки издателю, и в 1688 году вышла его единственная книга – «Характеры, или Нравы нынешнего века», которая многократно была переиздана во Франции и почти сразу же переведена на основные европейские языки.

Каждое новое издание дополнялось автором новыми наблюдениями. Успех книги лежал не в ее новаторстве – подход автора к изложению не был новшеством в век «мыслей», «афоризмов», «максим» и «характеристик». Автор тоньше, ярче и глубже других изобразил свою эпоху, наблюдая ее изнутри. Он озвучил проблемы, которые в 18 веке стремилась решить просветительная философия.

Взяв за образец сочинение древнегреческого моралиста Теофраста «Характеры», Лабрюйер поместил его в начале своей книги. Теофраст послужил ширмой для его наблюдений – сатирического изложения нравов современного французского общества. Он показал униженное положение интеллигента третьего сословия, картины крестьянской нищеты, отчасти предвосхитив идеологию Просвещения.

Лабрюйер не стремился проникнуть в тайны человеческой психики, он фиксировал наиболее характерные детали явлений, которые складывались в картины, поражающие своей исключительной выразительностью.

Включенный в состав членов Французской академии, Лабрюйер отнесен к числу «великих классиков».


Может ли даже очень даровитый и наделенный незаурядными достоинствами человек не преисполниться сознанием своего ничтожества при мысли о том, что он умрет, а в мире никто не заметит его исчезновения и другие сразу займут его место?

У многих людей нет иных достоинств, кроме их имени. Посмотришь на них вблизи и видишь, до чего они ничтожны; а ведь издали они внушают уважение!

Я не сомневаюсь, что люди, назначенные на различные должности, каждый сообразно своим способностям и умению, справляются со своим делом хорошо; но все же осмелюсь предположить, что на свете найдется еще немало людей, известных и неизвестных, которые справились бы не хуже: к этой мысли я пришел, наблюдая за теми, что возвысились не потому, что от них многого ожидали, а лишь благодаря случаю, и, однако, необычайно отличились на своих новых постах.

Сколько замечательных людей, одаренных редкими талантами, умерли, не сумев обратить на себя внимание! Сколько их живет среди нас, а мир молчит о них и никогда не будет говорить!

Как бесконечно трудно человеку, который не принадлежит ни к какой корпорации, не ищет покровителей и приверженцев, держится особняком и не может представить иных рекомендаций, кроме собственных незаурядных достоинств, — как трудно ему выбиться на поверхность и стать вровень с глупцом, который обласкан судьбой.

Мало кто станет по собственному почину думать о заслугах ближнего. Люди так заняты собой, что у них нет времени вглядываться в окружающих и справедливо их оценивать. Вот почему те, у кого много достоинств, но еще больше скромности, нередко остаются в лени.

Одним не хватает способностей и талантов, другим — возможности их проявить; поэтому людям следует воздавать должное не только за дела, ими свершенные, но и за дела, которые они могли бы свершить.

Легче встретить людей, обладающих умом, нежели способностью употреблять его в дело, ценить ум в других и находить ему полезное применение.

На свете больше инструментов, чем мастеров, а если говорить о мастерах, то плохих больше, чем хороших. Что вы сказали бы о человеке, которому вздумалось бы пилить рубанком и строгать пилой?

Неблагодарное ремесло избрал тот, кто пытается создать себе громкое имя. Жизнь его подходит к концу, а работа едва начата.

http://www.wisdoms.ru/avt/b166.html

НАВАРРСКАЯ МАРГАРИТА (1492-1549)

Наваррская Маргарита, французская писательница, королева Наварры, родилась в 1492 г. Сестра французского короля Франциска I Валуа, дочь Карла Ангулемского и Луизы Савойской, была замужем за королем Наварры Генрихом д'Альбре. Ее свадьба с Генрихом, которая должна была стать символом перемирия между католиками и гугенотами, состоялась 18 августа 1527 г. С 1543 г. самостоятельно правила крохотным королевством, располагавшимся между Францией и Испанией.
Двор Маргариты в городе Нераке был одним из центров литературы, науки и искусства Западной Европы. Она покровительствовала гуманистам и вольнодумцам. Прекрасно образованная, наделенная незаурядными поэтическими способностями, королева привлекала к себе поэтов разных школ, зачастую преследуемых Церковью. Ее покровительством и гостеприимством пользовались светочи европейского Возрождения — Маро, Декарье, Эразм Роттердамский.
Первый сборник стихов Маргариты «Зерцало грешной души» был признан теологами Парижского университета — Сорбонны — еретическим. Только высокое положение спасло ее от суда инквизиции.
Столь же «крамольными» были ее пьесы — моралите, но общеевропейскую известность принесла ей книга «Гептамерон» (по-гречески «Семидневник»), написанная в подражание «Декамерону» Боккаччо в духе французского Ренессанса. «Гептамерон» состоял из 72 новелл, веселых и поучительных, разбитых на семь циклов, охватывающих семь дней недели. Он был издан под названием «История о счастливых любовниках» в 1558 г. В первый день знатные дамы и господа, собравшиеся, как и у Боккаччо, вместе, рассказывали о том, «какие проделки совершали женщины, чтобы обмануть мужчин, и мужчины, чтобы обмануть женщин». Во второй — «о том, что каждому пришло на ум»... В седьмой — «о тех, кто поступил так, как ему не следовало поступать».
Одна из самых образованных женщин своего времени, Маргарита оставила после себя «Мемуары» (посвященные, в основном, самовосхвалению) и письма, отличающиеся изяществом стиля. Умерла в 1549 г.

Как неразумен человек, когда от добра, которое он имеет, он еще ищет другого. Не довольствуясь тем, что у него есть, и гоняясь за большим, человек теряет и то, что имел.

Любовь слепа, и она способна ослепить человека так, что дорога, которая кажется ему наиболее надежной, оказывается наиболее скользкой.

Можно вынести все, кроме безделья.

Настоящая любовь не признает никаких приказаний и никаких обетов.

Не бывает огня без дыма, но зато дым мне много раз пришлось видеть и там, где не было никакого огня.

Обида имеет больше власти над женщиной, чем любовь, особенно если у этой женщины благородное и гордое сердце.

Самым невежественным оказывается тот, кто считает, что знает все.

Труднее всего человеку бывает справиться с досадой и гневом.

Самые тяжелые муки - это муки любви.

Сильнее всего бывают те, кто направляют силы на добрые дела.

Старики привыкли думать, что они всегда умнее, чем поколение, которое идет им на смену.

ГНЕВ, ВОЗМУЩЕНИЕ

Александр Поп: Впадать в гнев - значит вымещать на себе ошибки другого.

Мариан Карчмарчик: Выходя из себя, не хлопай словами.

С. Сегюр: Гнев - оружие бессилия.

Ш. Дюкло: Гнев - это откровенная и мимолетная ненависть; ненависть - это сдержанный и постоянный гнев.

Гораций: Гнев есть кратковременное безумие.

Д. Галифакс: Гнев разжигает фантазии, да так, что можно обжечься.

Марк Твен: Если ты разгневан, сосчитай до четырех; если сильно разгневан, выругайся.

Томас Джефферсон: Если ты разгневан, то, прежде чем говорить, сосчитай до десяти; если сильно разгневан - до ста.

Сенека: Лучшее лекарство против гнева - отсрочка.

Ралф Эмерсон: Мы все закипаем при разных температурах.

В. Конгрив: Никакая ярость не может сравниться с любовью, перешедшей в ненависть.

М. Гауг: Ничего не начинай в гневе! Глуп тот, кто во время бури садится на корабль.

А. Поп: Приходить в гнев - значит вымещать на себе ошибки другого.

Египетская мудрость: Самым мудрым считается тот, кто умеет подчинить свои чувства велению рассудка. Разгневаться может и глупец и мудрец, но глупец, ослепленный гневом, становится рабом своего гнева. В пылу бешенства он сам не ведает, что творит, и все его поступки ему же оборачиваются во зло.

Януш Васильковский: Смело выходи из себя, если другого выхода нет.

Притчи: У глупого тотчас же выкажется гнев его, а благоразумный скрывает оскорбление.

Константин Елисеев: Умейте так хлопнуть дверью, чтобы никто не слышал.