Мир творчества каспийцев

Мир творчества преподавателей Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Алиева Нонна Викторовна. Журналист, писатель. Корреспондент городской газеты «Димитровград-панорама» (ДП) Ульяновская область.
Преподаватель русского языка в Каспийском ВВМКУ им. С.М. Кирова 1980-1982 гг. (факультеты для иностранных курсантов)
С 1998 г. - в Союзе Писателей России.



Публикации

Алиева, Нонна Викторовна. О, Женщины, вам имя… // Свет: Познай энергию света! : Официальный сайт академии Энергии Жизни «Свет» [Электронный ресурс]. – 2006-2011. – Режим доступа: http://www.a-svet.ru/articles/misc/women_contest_alieva.html . - Дата доступа: 24.02.2011.
Статья для конкурса эссе «Женщина в современном мире». Нонна Викторовна Алиева, 2009 г.
Каббала и Агни йога не случайно отдают женщине главную роль в мире. Ведь именно благодаря ей одно поколение приходит на смену другому и продолжается жизнь на Земле. Женщина, бросающая платок между враждующими, женщина, выступающая против войны - она призвана дарить жизнь на генном, на клеточной уровне, а потому знает о бесценности этого дара…
Хорошо это или нет, но миром правят мужчины. Они стоят во главе государств, армий, кино- и шоу- индустрий. Не потому ли на наших экранах так много боевиков и шокирующих новостей, не потому ли наши дети забыли об добрых мишках и куклах и играют с танками, ракетами, примеряют на себя роли хакеров, бойцов и ниндзя? Природа или Творец, создавая нас, наверняка предполагали гармоничное сотрудничество между мужчиной и женщиной. Но цивилизация расставила свои акценты, и женщине не удается перекодировать «мужское» развитие мира, мира, где споры между людьми и странами решают не разум, любовь и сотрудничество, а войны, блокады и террор.
Вся история человечества в каком-то смысле является историей приспособления женщины к правилам игры в этом жестоком мире. Мужской мир внес искажения в судьбы талантливейших женщин, которые могли бы умножить любовь и творчество на Земле, а сеяли смуту и предательство. Спрос заставил талант работать на разрушение. Так, в этом мире появились великая шпионка Мата Хари и интриганка и отравительница всех времен и народов Екатерина Медичи, провозгласившая, что предательство есть не что иное, как умение идти в ногу со временем.
Но были в этом мире и другие женщины, такие как принцесса Диана и мать Тереза. Каким же сильным должно быть светлое начало личности, чтобы произрасти в явь, пробивая холодную почву расчета и вражды? Неся людям свет, прошли по этой Земле и даже немного изменили ее, Елена Рерих и жены декабристов, Фаина Раневская и Надя Рушева…
В этом мире родилась и творила Наталья Бехтерева, умнейшая и добрейшая из женщин, сочетающая в себе мужской ум и логичность с женским приятием мистического начала…
Современные женщины, когда алкоголизм стал едва ли не эпидемией, чтобы спасти фирмы мужей, занялись предпринимательством. И дело их процветает. Я сама знаю женщину, которая в свои 29 лет уже три года возглавляет фирму, открытую и брошенную мужем и его друзьями. А еще она воспитывает сына, ухаживает за больной матерью и занимается благотворительностью. Я знакома с другой, возглавившей газету и телевидение в нашем провинциальном поволжском городке. И с третьей, которая после гибели сына в Чечне руководит комитетом солдатских матерей и оказывает реальную поддержку матерям ребят, воевавших в горячих точках или служащих в армии. Россия всегда была богата такими женщинами…
Нередко на страницах газет и в ток-шоу на телевидении мы становимся свидетелями дискуссий: должна ли женщина принимать участие в общественной и политической жизни, или ее роль определяется немецкой формулой «киндер унд кюхен» («дети и кухня»).
Наверное, там, где начинается такое противопоставление, заканчивается понимание истинной роли женщины, триединства – матери, жены и личности...
Неправы были те, кто пытался отнять у женщины ее социальное назначение. Но является не меньшей ошибкой, загружая женщину работой с утра до вечера, отнимать ее у семьи. Ведь одно только присутствие мамы рядом с дитем делает великое дело – ребенок чувствует себя счастливым и защищенным, а потому растет спокойным и гармоничным. Когда мама участвует в воспитании не урывками, а постоянно, ребенок вырастет не потребителем и дистройером, а человеком, способным любить и созидать.
А чтобы было так, обществу нужно пойти на некоторые реформы: сделать укороченную неделю и короткий рабочий день для женщин-матерей. Такой подход решит массу проблем. И главное – сделает наши семьи здоровыми и сплоченными. А семья, как была основой общества, так и остается.
На Востоке все сущее делят на ИНЬ и ЯН, женское и мужское, активное и пассивное. От того, как они сочетаются, находятся ли в гармони, зависит здоровье организма, здоровье семьи, здоровье общества. Когда же эти две части единого начинают враждовать, то наступает хаос. Ибо ИНЬ и ЯН друг без друга нежизнеспособны. Страна, где у женщины нет возможности раскрыть весь свой потенциал, не может процветать. Так дайте Женщине возможность раскрыть свой потенциал, позвольте ей быть слабой и сильной, свободной, но не одинокой, любящей и любимой… Позвольте ей не искать счастья в равноправии, а радоваться, что есть рядом плечо, на которое можно опереться.

Алиева, Нонна. «Тебя, как первую любовь…» (рассказ-воспоминание): История кино // Кино-Театр.ru [Электронный ресурс]. – 2010. – 30 ноября. - Режим доступа: http://www.kino-teatr.ru/kino/art/kino/1918/ . – Дата доступа: 24.02.2011.

Алиева, Нонна. Зло под солнцем. Чем вредно солнце и защита от солнца: Здоровье // inmoment : Женский сайт. – Режим доступа: http://www.inmoment.ru/beauty/health/harm-under-sun.html . – Дата доступа: 24.02.2011.

Алиева, Нонна. Тронулись! : Проза: Смешные рассказы // Сатирикон-бис: Литературный журнал. – Режим доступа: http://www.satirikon.biz/text/351 . - Дата доступа: 24.02.2011.
Тронулись!
ПРОЗА : Смешные рассказы
Как только вы сели в поезд, и он тронулся - вы тронулись вместе с ним.
Забудьте о сомнительном родовом определении - «человек», теперь вы становитесь пассажиром.
Муркин был маменькиным сыночком и давно от нее не отрывался. А тут вдруг - командировка в Москву...
C нежного возраста он помнил, как мама перед дорогой, напевая «Страна моя, Москва моя, ты самая...», пришивала к шелковым цветастым трусикам внутренний кармашек. Вдевая нитку в иголку, мама лукаво прищуривалась и объясняла: «Не то - выйдешь в туалет или заснешь, а денежки-то под стук колес и сопрут».
Вот и Муркин, собираясь в столицу, пришил к трусам карман, положил туда почти весь дорожный капитал и деловито заколол сверху булавкой. Бросил в сумку по паре пачек лапши, пюре и овсяного печенья. И туалетной бумаги не забыл. А как же: туалет - первое дело. Нет туалета - нет гомо сапиенса, есть - гамадрил.
Поезд был фирменный. А чем фирменнее поезд, объяснил Толян - сосед по купе, с глазами скучающего гиппопотама - тем белее в вагоне дорожка и больше на занавесках оборочек. Ах, да - тем быстрее несется поезд в светлое будущее, и назойливее стучит в ухо по ночам.
Через пару часов Муркин освоился. Разложил все по местам, незаметным касанием руки проконтролировал на трусах наличие припухлости с купюрами, повесил полотенце на шею и отправился в туалет мыть руки. Потом, в купе, глядя в окно, ел скороспелую лапшу и пил чай с печеньем.
Толян смотрел в окно, провожая все убегающее назад, равнодушным взглядом. «Бедняга, забыл взять поесть», - подумал Муркин и предложил:
- Лапша, пюре, печенье?
- Ты ешь, ешь, я после разложусь, - махнул пухлой рукой сосед.
И действительно разложился... На столике сверкала гранями огромная бутыль, в которой плескалась солнечная жидкость. В пластмассовых контейнерах лоснилась нарезка ветчины, колбасы, просвечивающих янтарных ломтей балыка, пушистился куст зеленого лука с крессалатом и еще какой-то зеленью, пахнувшей клопами, топырились четыре куриных ножки в мурашках озноба...
- И почему у курицы только две ноги? - вопрошал Толян риторически, отполировывая косточку. - Был бы я Мичурин - скрестил бы с коровой. Вина хошь?
Муркин вина не хотел. Муркин хотел домой, под мамино крылышко... Толян, не замечая муркинской ностальгии, вытирал большим мятым платком струйки пота, текущие по лицу и ветчинно-розовой шее.
Муркина приперло вернуть природе взятую у нее жидкость.
«Никогда не замечал, - удивлялся он, ожидая, когда откроется заветная лязгающая дверь, - что почки так быстро работают. Да, здесь вам не тут...»
Муркин вспомнил их с мамой квартирку, туалет с кафелем цвета девичьего румянца, запахом лаванды и репродукцией «Последнего дня Помпеи» на потолке, аккурат над унитазом...
Проводница что-то писала, агрессивно покусывая кончик гелевой ручки.
- Чё вам, мужчина? - бросила Муркину.
- Так руки бы помыть, еще чего...
- Еще чего - потом. Санитарная зона.
Муркин через полчаса вернулся, толкнул
дверь в туалет, дверь хрюкнула, но не поддалась.
Постоял несколько минут, глядя в окно на проплывающие в качке родные просторы, с тоской вспомнил автобус городской футбольной команды, снабженный туалетом...
Потом снова постучал в дверь. Интимный кабинет лязгнул ручками, ведрами и совками.
Муркин был стеснительным, и если бы не такая хорошая работа почек, ни за что не отважился бы привлечь к себе внимание в столь деликатном деле...
Прочитав на двери купе имя-отчество проводницы и почувствовав прилив уверенности, он тревожно забарабанил пальцами по косяку:
- Людмила Анатольевна, в туалете не откликаются.
- Как так? - нехотя оторвалась она от тетрадки. - Значит, сидят всерьез.
- Н-не знаю, - пожаловался Муркин, переминаясь с ноги на ногу, - полчаса как. Нельзя быть такими... серьезными.
Проводница медленно встала, подошла к туалету и по-хозяйски подергала ручку:
- Эй, вы что там, заснули?
«Б-р-р-ы-с-сь» - отвечал интимный кабинет, перетряхиваемый поездом на очередном пригорке.
Анатольевна нагнулась и вприщур посмотрела через вентиляционную дверную решеточку. Потом решительно, как опер на «захвате», извлекла ключ из кармана жилетки, вонзила в скважину и распахнула дверь...
Туалет был пуст и мокр, как сад после дождя. Но пахло нашатырем.
Анатольевна шлепнула себя по лбу:
- Так это ж я: забыла открыть после зоны!
- М-м-м... - успел простонать Муркин, скользнув в туалет.
Когда он вернулся, Толян спал, свесив губы и живот в пространство купе. И вагон, казалось, содрогался не столько от быстрого хода, сколько от рулад ядреного Толянова храпа. Из соседнего купе ему вторил «хор мальчиков».
Солнцу надоело пялиться на суету поднебесную, и оно закатилось за горизонт. Муркин решил вздремнуть. Но как ни уговаривал себя воспринимать храп как убаюкивающий фактор, не получалось. Он вспомнил совет из какого-то журнала: посвистите - храпун замолчит.
Муркин свистнул. Храпуну было до лампочки. Муркин элегантно вывел фрагмент из «Интродукции и рондо каприччиозо» Сен-Санса...
- А? Что? - свесил голову с верхней полки другой сосед. - Слышь, Бетховен, не тряси поезд.
- Это я трясу? - удивился Муркин шепотом. - А он... он вам не мешает?
- Он храпит, как все. А у тебя свист какой-то... нестандартный. Ты что, в культурном заведении учился?
Поезд вздрогнул и остановился возле большой станции.
«Выйду, - решил Муркин, - проветрюсь».
Он пощупал, на месте ли его богатство - кармашек с деньгами. И кармашек, и булавка, все было в ажуре. Муркин заглянул к проводнице, чтобы спросить, сколько минут будет стоять поезд. В купе никого не было, а на столе лежало яблочко и раскрытая тетрадка. Муркин прочел:

«Цветут сады, пора любви в разгаре
Интимный жар под ребрами разлит...
А пассажиры, гады, просят чаю,
и хочется налить им цианид».

- Поезд стоит двадцать пять минут, - зычно бросила Анатольевна вдогонку идущему по вечернему перрону Муркину.
Вдоль перрона сновали бабульки, наперебой предлагая пиво, яйца, манты и соленую рыбку на ужин.
- Откуда я знаю, когда ты эти манты лепила?
- откликнулся на призыв один из пассажиров.
- Да только что, горячие ж, - объясняла бабулька.
- Горячие - это не категория свежести. Можно и мумию из пирамиды подогреть. А если там ящур? А кто и когда снес эти яйца? Я лично не видел.
Муркину стало жалко бабку, он молча извлек из корзинки минералку, оставил денежки и пошел дальше. Только сейчас Муркин заметил, что руки его черны, наверное, от вагонных поручней.
В двух шагах от вокзального буфета призывно светились неоновая «М» и силуэт: голова, а под ней треугольничек вершиной вниз.
«Вот так, - размышлял он, входя, - заплатил пять рублей и сиди себе, ни санитарных зон, ни проводниц с цианистым калием»...
Он открыл кран и стал густо намыливать черные ладони.
- Мужчина, - заверещала из предбанника женщина-контролер, - не тратьте зря воду - народное богатство. В следующем веке воды будет внапряг и с нас спросится.
- С чего вы взяли - что зря? - обиделся Муркин.
- Так я ж слышу - хлещет мимо рук.
- С чего взяли, что вы до следующего века дотянете? Вы что, Мафусаил?
- Прошу не выражаться, - возмутилась женщина.
Муркин домыл руки минералкой и бросил пустую бутылку в ведро перед туалетной контролершей, чувствуя, как интеллигентность медленно покидает его уставшую душу.
Когда поезд тронулся, Муркин пожалел, что не воспользовался туалетом по назначению - за окном плыла санитарная зона. И играла в уставшем организме Муркина минералка, и требовала свободы...
Через пятнадцать минут Муркин направился к заветной двери. Она была закрыта. Постучал.
«Как так? - недоумевал он, - Я ведь смотрел: с самой станции никто не входил. Опять забыла открыть?»
- Людмила Анатольевна, откройте дверь, санитарная кончилась, - взмолился Муркин.
- Давно открыла, - она откусила бочок яблочка и сердито сплюнула червяка вместе с обжитой норкой.
- Вы же помните, как забыли... - упрекнул Муркин.
Анатольевна направилась с ключом к туалету, распахнула дверь...
- Что вы тут... делаете?!
На унитазе, точно васнецовская Аленушка, уронив голову в колени, пригорюнился мужчина со спущенными штанами... и тихо стандартно храпел...
Когда поезд прибыл в Москву, Муркин от радости забыл все дорожные мытарства и, прощаясь, поцеловал проводнице ручку.
- Прощайте-прощайте, господин Муркин, - пропела та, - будьте посмелее и перед вами откроются не только двери туалетов, - она, казалось, искала в памяти проникновенные слова для уходящего в прошлое Муркина. - Мой совет - не будьте кисейной барышней, - и на ухо, - вы ведь мужчина - ваша сила в штанах!
- Откуда вы знаете? - удивился Муркин и решил в ближайшем туалете проверить, не прохудился ли внутренний кармашек. http://www.satirikon.biz/text/351

Алиева, Нонна. Последняя сказка Шахерезады: Сказка моей жизни // Мечты сбываются. – Режим доступа: http://www.magicwish.ru/stuff/...y/2-1-0-22 . - Дата доступа: 24.02.2011.
И наступила тысяча вторая ночь. Высыпали яркие звезды на близком фиолетовом небе. И подумала тогда Шахерезада, взглянув в распахнутое окно: «О, Аллах, прошло почти три года, с той поры, как я, ночь за ночью, рассказываю падишаху сказки, чтобы избежать казни. Прошла тысяча дней, но даже звезды кажутся мне ближе и теплей, чем его сердце. Я ведь женщина, а не книга, которую можно раскрыть или захлопнуть по своей прихоти в любой момент. Я хочу слышать горячие слова и видеть достойные поступки. Даже обреченное животное опытный палач закалывает одним ударом в сердце. А он каждую ночь убивает мою надежду. Кончено! Иссякли мои сказки. Да будет так!» Взглянув в близкие улыбающиеся глаза падишаха, она произнесла: «О, великий! Я хочу сделать тебе сюрприз. Оставь меня на минуту. Я подготовлю финал тысяча второй сказки. Обещаю: она будет незабываема!» Падишах вышел, прикрыв за собой дверь и в нетерпении теребя свои одежды, а когда вернулся... Что это?! Комната была пуста. Лишь прозрачная оконная занавеска трепетала на ветру, точно крыло белой птицы. - Где ты? - Где ты? - отлетело звенящее эхо от сводчатого потолка. - Где ты? - плеснула от испуга хвостом златоперая рыбка в бассейне. Падишах приказал слугам зажечь все свечи и обыскать покои. Но Шахерезады во дворце так и не нашли... Вернулся помрачневший падишах в ту комнату, где оставил ее в последний раз и тут заметил на подоконнике маленький листочек бумаги. Точно перышко, выпавшее из крыла упорхнувшей птицы: «Прощай, свет очей моих, - прочитал он, и буквы запрыгали перед глазами. - Я любила тебя больше всего на свете, но так и не дождалась отклика. Если тебе нужны были сказки, то их у тебя теперь много. Вспоминай по одной каждую ночь, и ты скоротаешь время. Прощай же! Может быть, я растворилась в этой предрассветной синеве и стала последней сказкой. А, может быть, меня просто никогда и не было?..» И взревел падишах, точно тысяча раненых тигров. А глаза его стали влажными, как большие синие озера. Прошел месяц, пролетел другой, и не было ему утешения. Ничто не радовало и не занимало падишаха, даже любимая прежде охота. Каждую ночь он садился у окна и, глядя на мигающие звезды, вспоминал сказки Шахерезады. Но только еще сильнее ныло его сердце. И во всех женщинах он видел только ее. И всюду ему чудился ее голос. Сел падишах на сильного и верного коня и поскакал ранним утром в клубящийся туман. Поднял он глаза к светлеющему небу и сказал: «Прощай, Шахерезада! Я любил тебя больше самой жизни, но сам не знал этого. Нет тебе забвенья, а мне - покоя!» И решил он принять смерть, достойную мужчины. Стегнул коня и поскакал к обрыву. Подул ему в лицо встречный ветер, и поплыли облака тумана от обрыва под ноги коню. И, то ли трава зашелестела, то ли ветер запутался в гриве коня, но послышался падишаху знакомый голос: - Остановись, свет очей моих! Эта ли смелость к лицу мужчине? Разве не ведаешь ты, что конец одной сказки - это начало следующей? - Не нужны мне сказки без тебя, - тяжело выдохнул падишах, потупив глаза. Что было дальше? Чтобы это узнать, надо послушать тысяча третью сказку Шахерезады. Так кто же ее теперь расскажет?...

Алиева, Нонна. Как загнать лихорадку в «мышеловку»? // Ульяновск. – 2009. – 6 марта. – Режим доступа: http://73.unise.ru/clause/34 . - Дата доступа: 24.02.2011.

Василий Сериков заказывает погоду: Интервью с режиссером-постановщиком многосерийного фильма «Брак по завещанию» / Беседовала Нонна Алиева // Кино-Театр.ru [Электронный ресурс]. – 2010. – 3 декабря. - Режим доступа: http://www.kino-teatr.ru/kino/person/186/ . – Дата доступа: 24.02.2011.

О ней

ДОПОЛНЕНИЕ 11.08.2024.

Алиева Нонна Викторовна (22.03.1952, г. Баку), поэт, прозаик, журналист, член Союза писателей России // Литературная карта Ульяновской области. – Режим доступа: http://litmap.uonb.ru/?page_id=1698 . – Дата доступа: 11.08.2024.
ОГБУК "Дворец книги-Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина".

Мир творчества преподавателей Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Портнов Юрий Андреевич. Капитан 1 ранга. Ветеран подразделений особого риска. С 1971-1977 гг. старший преподаватель в Каспийском ВВМУ им. С.М. Кирова в Баку.



Публикации

Портнов, Юрий. Краткое жизнеописание: Книга 5 // Двенадцать книг о жизни и наших судьбах / Клубков Ю. М. 1997 год [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://airnat.narod.ru/K5_Portnov.html . - Дата доступа: 12.03.2011.

Выдержки из жизнеописания

В начале сентября 1971 года в Палдиски приезжал из Москвы наш кадровик и однокашник, мой старый соперник по классической борьбе и добрый приятель, Володя Гарин. Он предложил мне заменить старшего преподавателя Каспийского ВВМУ Н. Мозгового. У него скоропостижно скончался сын, курсант этого училища. На предложения кадровиков всегда надо давать согласие. И я согласился. Через пару недель уже был приказ Главкома ВМФ. Мы с Мозговым обменялись квартирами. Отдали четыре комнаты за три. Обменялись также равноценной мебелью, холодильниками и пианино, согласовав эти вопросы по телефону. В октябре мы всей семьёй, кроме Андрея, переехали в Баку.

Каспийское ВВМКУ

Климат Баку не подошёл нам, северянам. У Люси обострился аллергический дерматит, у мамы хуже стало с сердцем, а у меня к ноющим костям и головным болям добавились васкулит и аритмия сердца. С этим диагнозом пришлось два раза лежать в госпитале на Баилове.
Преподавал я в училище навигационное обеспечение боевых действий кораблей советским курсантам-штурманам третьего-пятого курсов, иностранным слушателям и курсантам социалистических и развивающихся стран. Это представляло значительные трудности, так как в разные страны нами поставлялись различные руководящие документы и ни в коем случае нельзя было проговориться о существовании других, аналогичных документов. Обстановка на кафедре в основном была доброжелательная.
Трудно складывались отношения только с начальником кафедры Ивановым Ю.М. Он был до мозга костей надводником, высокомерно относился к подводникам, а я на кафедре был первым и единственным из них. Несмотря на мой уже трёхгодичный педагогический опыт, Юрий Михайлович поставил мне задачу написать пробную лекцию по навигационному обеспечению действий завесы подводных лодок. В Палдиски я был допущен читать лекции по плану.
Через месяц я предъявил печатный текст этой лекции и получил замечание от начальника кафедры за неиспользование текста во время чтения пробной лекции. Но моё трудолюбие ему понравилось.
Новый 1972 год встречали дома с нашими друзьями Кутафиными. Женя после аварии реактора на АПЛ К-11 был назначен заместителем начальника штурманского факультета. Знакомы с Кутафиными мы были с 1960 года.
Преподавание в училище проще, чем в учебном центре. Известны все занятия на семестр, в течение недели проводится одно и то же занятие в различных группах. В начале 1972 года я был назначен в штурманский поход на учебном корабле «Гангут» с курсантами 4-го курса по маршруту: Севастополь – бухта Ниппе (Куба) – Кронштадт.
В первом квартале года, кроме учебной нагрузки, занимался под руководством великолепного штурмана Родославлевича Д.М. (он югослав, участник партизанского движения в Югославии) подготовкой к штурманскому походу: подбор и получение карт и других пособий на маршрут перехода на шестьдесят рабочих мест и так далее. Большую сложность представлял пошив формы № 1 всем участникам похода.

Первое заграничное плавание

В начале апреля 1972 года 4-й курс штурманского факультета училища с назначенными в поход офицерами и мичманами выехал поездом Баку–Севастополь. Путешествие началось.
На УК «Гангут» разместились по кубрикам и каютам достаточно удобно. Курсантов разделили на пять равных смен: четыре несут штурманскую вахту, пятая – расходная для выполнения хозяйственных работ и несения дежурно-вахтенной службы дублёрами вахтенного офицера, сигнальщиками, рулевыми, вахтенными ПДСС и так далее. Одну из смен возглавлял я.
После четырёх лет кабинетной работы я вновь встретился с морем. Главная задача руководителя смены – научить курсантов самостоятельно выполнять обязанности вахтенного штурмана. Поэтому приходилось каждого курсанта контролировать не только по результатам записей на карте и в навигационном журнале. Надо было проверять все действия от астрономической, радионавигационной и других обсерваторий до обработки результатов этих обсерваторий, нанесения их на карту и записи в навигационном журнале. Вначале записи у соседей по рабочему месту совпадали. Списывание – болезнь любого учебного заведения. Забегая вперёд, хочу сказать, что труд мой не пропал даром. Курсанты научились работать самостоятельно, а возглавляемая мной штурманская смена по результатам практики заняла первое место.
Кроме обеспечения практики курсантов, УК «Гангут» во время его стоянки в бухте Ниппе (Куба) пополнил запасы дизельной подводной лодки проекта 629 и организовал отдых её экипажа. Всё это время лодка была отшвартована у борта УК «Гангут», стоящего на якоре.
Отдыхали экипажи и курсанты на пляже в Антилье. Перевозили туда и обратно на автобусах в сопровождении армейских мотоциклистов. На память у меня сохранились кокосовые орехи, кораллы, раковины, добытые собственными руками. Увольнений в город и свободного общения с кубинцами не было, денег не выдавали.
Группе офицеров, в том числе и мне, была организована экскурсия автобусом до военно-воздушной базы Ольгин, далее на личном самолёте Рауля Кастро в Сантьяго-де-Куба – колыбель Кубинской революции. Там мы посетили исторические места от пункта высадки с «Гранмы» Фиделя Кастро с группой революционеров до гор Сьерра-Маэстро. Побывали мы в коттедже, где скрывались революционеры перед штурмом казармы Монкадо.
В казарме Монкадо посетили музей революции, где кубинские пионеры вручили нам бело-голубые галстуки. Обедом нас угостили в ресторане, расположенном в горах, откуда начинался поход кубинских повстанцев на Гавану.
Вечером того же дня мы были приглашены на приём в честь Дня Победы в Академию кулинарного искусства. Есть такая Академия в Сантьяго-де-Куба. В такой изысканной обстановке я больше никогда не находился, начиная от сервировки стола и кончая обслуживанием.
За креслом каждого приглашённого стояла чернокожая официантка, мгновенно убирающая со стола всё, к чему уже коснулась рука. После приёма нас доставили на автобусе к месту стоянки УК «Гангут».
Скрытно проводили подводную лодку. Американский фрегат «своевременно» отошёл от выхода из бухты Ниппе.
А мы продолжили путь на Кронштадт. Это было моё первое посещение зарубежья.
За время похода на УК «Гангут» пройдено 16072 мили.
В сентябре приказом Министра Оборроны СССР мне было присвоено воинское звание «капитан 1 ранга», последнее, если не считать почётных добавок «в запасе» и «в отставке».
Зимой 1972-1973 годов меня уговорили пойти на курсы автолюбителей. Обучались вождению и сдавали экзамены на грузовике. Сдающий экзамен сидит за рулём, очередники находятся в кузове. На мою долю выпал участок улицы Нахимова от тира училища в сторону города, на подъёме в гору. Движение я начал уверенно. При подъезде к КПП училища гаишник дал команду: «Останови!». Я забыл, как это делается. Судорожно стал вспоминать, включил поворотник, сбросил газ, повернул руль вправо, и на подъёме, упершись колесом в поребрик, автомобиль заглох. Спина у меня стала мокрая. Завалил экзамен, думаю. Гаишник же сказал: «Маладэз, там останавливать нэлза, там пэрэход. Сдал!». «У-р-р-р-а!» – это я.
В марте-апреле 1973 года я был руководителем стажировки курсантов пятого курса в родной Западной Лице. Пользуясь добрыми знакомствами, мне удалось обеспечить всем курсантам выходы в море и качественное выполнение программы стажировки. Курсанты во время стажировки во главе со мной привлекались для выполнения работ с радиоактивными веществами и источниками ионизирующих излучений в войсковой части 87511.
В это время ушли из жизни мамины сёстры Александра и Полина, а 15 мая от инсульта умерла моя мама, Мария Семёновна Портнова, в возрасте 68 лет. На похороны приезжали мои братья Виктор и Николай с жёнами. Тяжкий год, столько печали.
В мае – июне я сдал экзамены кандидатского минимума. За мной Ученый Совет училища закрепил тему диссертации: «Экономическое обоснование состава штурманского вооружения перспективных подводных лодок». Всё, казалось, шло хорошо, но выяснилось, что в командировки в Петродворец (24-й НИИ ВМФ), где находилась библиотека методик расчётов, я могу ездить во время моего отпуска и за свой счёт, что меня явно не устраивало. Поэтому пришлось отказаться от карьеры учёного.
Отпуск в июле месяце я провёл в хлопотах в связи с окончанием сыном Андреем ФМШ при ЛГУ. Он не хотел учиться в Ленинградском университете и ВУЗах Москвы. Поэтому я способствовал его поступлению на штурманский факультет училища имени Фрунзе. В ВВМУ Подводного Плавания штурманского факультета в то время не было.
При поступлении Андрея в училище был казус: он, выпускник физико- математической школы, на письменном экзамене по математике сдал чистый (пустой) лист, так как решал варианты заданий своих товарищей, а на свой вариант не хватило времени. Мне пришлось обратиться к начальнику приёмной комиссии, моему хорошему знакомому Глебову Евгению Павловичу (позднее он стал начальником Каспийского ВВМУ, контр-адмиралом) с просьбой о переэкзаменовке. Вопрос был решён просто: устный экзамен с пристрастием. Андрей с честью вышел из этого положения, не опозорил меня. Успешно сдал остальные экзамены и был зачислен курсантом.
В октябре 1973 года я руководил практикой трёх курсантов–египтян в Кронштадте. Был в училище имени Фрунзе. Познакомился с начальниками Андрея. У него были кое-какие грешки по дисциплине, связанные с празднованием годовщины ФМШ.
Это время совпало с первой встречей моих однокашников «53-73», на которой я присутствовал. Это была встреча с юностью. Как мы были молоды и полны сил! Огромное спасибо, Оргкомитет, тебе за твой труд!

Второе заграничное плавание

В июле-октябре 1974 года опять участвовал в штурманском походе с курсантами 4-го курса на УК «Бородино» по маршруту: Кронштадт – Веракрус (Мексика) – Картахена (Колумбия) – Гавана (Куба) – Кронштадт. В этом походе также участвовали курсанты училищ имени Фрунзе, имени Дзержинского, имени Ленина и Киевского политического училища.
Меня назначили старшим за навигационную подготовку от Каспийского ВВМУ. От нашего училища было три штурманские смены, от училища имени Фрунзе две. Программа практики и её организация были аналогичны практике 1972 года.
Старшим на борту был вице-адмирал Кузнецов, старшим от Каспийского училища был Бек Ю.Ф., от училища имени Фрунзе – Блинов Ф.В., от Киевского политического училища – Киприянов О.К.
С преподавателями училища имени Фрунзе: Скубко Р.А., Апрелевым В.П., Ушаковым Л.Н. и Тузовым А.И., мы, каспийцы, быстро нашли общий язык, выработали единые требования к ведению навигационной прокладки.
В Мексике и Колумбии курсантов во главе с офицерами увольняли в город. Выдавалась местная валюта для приобретения сувениров. Цены, особенно на продукты питания, в 2-2,5 раза выше, чем в Союзе. Соседствуют роскошь и нищета (как у нас сейчас). Таких поразительных контрастов я ранее не наблюдал.
В Веракрусе был организован концерт самодеятельности наших моряков. Отличились киевляне – они весь поход занимались репетициями. Был приём на юте УК «Бородино», но наше гостеприимство мне не понравилось.
При переходе из Веракруса в Картахену, южнее Ямайки, обходили циклон «Кармен», двигавшийся со скоростью 240 километров в час. Был невидимый мной ранее ливень. Вода шла сплошным потоком, трудно было дышать.
В Картахене 10 сентября 1974 года возложили венок к памятнику Симону Боливару. Руководство церемонией возложения венка было поручено мне. Для «разведки местности» мне был предоставлен автомобиль с водителем и разговорник. Общий язык нашли быстро, я с обстановкой ознакомился. Через час с группой возложения венка и почётным караулом из наших курсантов на автобусе приехали к памятнику Симону Боливару. Там нас уже ждал почётный караул Колумбийских ВМС и военный оркестр. Церемония прошла торжественно, при большом скоплении картахенцев, в дружественной обстановке. В Каспийском училище был документальный кинофильм этого мероприятия.
Командующий Атлантическим флотом устроил приём для наших офицеров. На борту УК «Бородино» был ответный приём и посещение жителями Картахены нашего корабля.
На Кубе, как и два года назад, никаких контактов с населением не было. Участвовал в организованном посещении пляжа Варадеро (лучший пляж на Кубе), пляжа Санта-Мария, заведения ночных развлечений Тропикано, и парка Рио-Крусталь.
В школе имени В.И. Ленина, построенной по советскому проекту и подаренной кубинцам, я увидел действительно профессиональное обучение. Нам показали поточную линию по производству радиоприёмников, где все операции выполняли школьники, а роль контрольного мастера выполнял учитель труда.
Неожиданно получил письмо от Люси – дома порядок. На переходе домой в Атлантике пополнили запасы дизельной подводной лодки.
В ночь с 17 на 18 октября любовался огнями молодого города Сосновый Бор. За поход на УК «Бородино» пройдено 16112 миль.

Практика курсантов на Каспийской флотилии

В 1975 году я был руководителем практики советских курсантов второго курса на «ОС-13» на Каспии. По программе основная задача заключалась в приобретении практических навыков в ведении навигационной прокладки и в астрономических обсервациях. А на деле занимались постановкой колад (перемётов) для ловли осетровых, их охране и переработке пойманной рыбы. В штурманском классе был организован цех для вяления рыбы. Таковы были «правила» на Каспийской флотилии. На корабле и дома полакомились вдоволь рыбными деликатесами. Уха из «головизны» была обыденным делом.
В это время произошёл интересный случай. У Люси на участке работала медсестрой азербайджанка Акюма Бинятова. Её средний сын Азер, плохо знающий русский язык, без фаланги на указательном пальце левой руки и не достигший семнадцати лет на первое сентября, изъявил большое желание поступить в Каспийское ВВМУ. А военком не давал направления, так как ему было необходимо выполнить план укомплектования Бакинского общевойскового училища. Для устранения этого препятствия я брал справки для Азера: из строевого отдела по возрастному цензу для поступающих, а из медицинской службы о годности к службе на флоте без одной фаланги на пальце левой руки. Военком был вынужден дать направление Азеру в Каспийское ВВМУ.
Сочинение Азера никто не мог прочесть. Я попросил начальника нового набора Женю Кутафина договориться с комиссией поставить Азеру «балл душевного спокойствия», приняв грех на душу. Остальные экзамены он сдал на пятёрки, и был зачислен в училище. Для скорейшего изучения русского языка посоветовал Азеру общаться только с русскоязычными курсантами. Забегая вперёд скажу, что училище Азер закончил с отличием, выбрал флот и место службы.
Однажды вечером мы с Кутафиными играли в карты. Вдруг звонок в дверь. Пришли родители Азера. Отец – с мешком. Акюма держит речь – мол, бабушка Азера из деревни прислала подарок учителю внука. Я пытался отказаться, но по кавказским обычаям этого делать не следует, о чём мне своевременно напомнил Женя. Мне пришлось принять дар – двух живых индюков, в дальнейшей судьбе которых я не принимал участия. На следующий день Кутафины с Люсей индюков превратили в индюшатину. Так я стал взяточником. В марте-апреле 1976 года я был старшим руководителем стажировки советских курсантов на Северном флоте. Побывал во всех базах флота западнее Кольского залива, на объединениях и соединениях подводных лодок и надводных кораблей. На одном месте не сидел. Встретился со многими добрыми друзьями, прежними сослуживцами, бывшими учениками и дорогими однокашниками.
Курсанты, в основном, ответственно отнеслись к выполнению программы стажировки. В Гаджиево трое моих стажёров у дома офицеров не поприветствовали Командующего Флотилией, вице-адмирала, приняв его за мичмана, и были задержаны патрулём. Пришлось выручать.

Назрел переезд в Россию

Отпуск в 1976 году проводили в Крыму. Навестили многочисленных родственников в Симферополе, Ялте и Саках. Побывали на праздничных мероприятиях в честь Дня ВМФ в Севастополе. Повидались с нашими друзьями Поникаровскими (Валентин Николаевич был НШ ЧФ), Рензаевыми (Николай Фёдорович уже в запасе), Мазюками (Игорь Аркадьевич был главным радиологом ЧФ), Дубовскими (Юрий Александрович преподавал в инженерном училище).
Встретился с начальником Черноморского ВВМУ по поводу перевода на службу в это училище. Согласие получил, но без перспектив на получение жилья. Это меня не устраивало. Я отказался от перевода при таких условиях.
Побывали в Петропавловском соборе, поклонились могилам великих русских флотоводцев: Корнилова В.А., Истомина В.И. и Нахимова П.С. Были на Графской пристани, в панораме «Оборона Севастополя 1854-1855 годов», у памятников «Затопленным кораблям», экипажу брига «Меркурий», «Героям штурма Сапун-горы», П.С. Нахимову, Э.И. Тотлебену, П.М. Кошке, П.П. Шмидту, на мемориальных сооружениях на Малаховом кургане, в морском аквариуме.
В этом году на штурманский факультет Каспийского ВВМУ поступил мой племянник Михаил, старший сын брата Николая. Занятия нового пополнения училища проводились в 500-х метрах от нашего дома, в пределах видимости с балкона. Дочь Татьяна в течение недели освоила флажный семафор, переговаривалась с его помощью с курсантами и была в курсе всех училищных новостей. Михаил встретил 1977 год, стоя на посту в карауле.
В начале мая 1977 года мы с Люсей и Татьяной были на свадьбе Андрея и Гали в Ленинграде. Познакомились с новыми родственниками, повидались с друзьями, съездили в Сосновый Бор. Я встретился с начальником Учебного центра Кудрявцевым Виктором Фёдоровичем, моим старым и добрым знакомым, ставшим позднее начальником училища имени Дзержинского, вице-адмиралом. Получил от него согласие на перевод в Сосновый Бор.
В 1977 году Татьяна вполне успешно (с одной четвёркой по химии) закончила среднюю школу. Из-за меня она не получила золотую медаль, получив по моему совету четвёрку по химии, чтобы исключить бытующее мнение о покупке в Баку документов об образовании и медалей.
После выпускного бала Татьяна при моём сопровождении поехала в Ленинград для поступления в ЛЭТИ имени Ульянова-Ленина. Она легко прошла конкурс и поступила в институт по избранной специальности.
После отпуска я руководил катерной практикой советских курсантов третьего курса в Бакинской бухте. Одновременно заканчивал написание закреплённых за мной глав учебника «Тактическое маневрирование кораблей» и учебного пособия «Сборник индивидуальных заданий по кораблевождению при ведении боевых действий». Вот уже более двадцати лет этими пособиями пользуются преподаватели и курсанты не только Каспийского училища.
http://airnat.narod.ru/K5_Portnov.html


Об авторе подробнее

https://forum.vgd.ru/585/55473/140.htm?a=stdforum_view&o

Мир творчества каспийцев

Проект "История КВВМКУ в лицах... "


Лёлик Павел Петрович. Капитан 1 ранга. Старший преподаватель кафедры «История КПСС и партийно-политическая работа» Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова.




Публикации

Лёлик, Павел Петрович. Школьная тетрадь: Сборник стихотворений: [На правах рукописи]. – Рязань, 2009. - 72 с.

Лёлик, Павел Петрович. Морская душа: Сборник стихотворений: [На правах рукописи]. – Рязань, 2009. - 84 с.

Лёлик, Павел Петрович. Короткие записки родным, друзьям и близким: [На правах рукописи]. – Рязань, 2009. – 84 С.

Лёлик, Павел Петрович. Автономка: Сборник стихотворений : [На правах рукописи]. – Рязань, 2004. - 16 с.

Лёлик, Павел Петрович. Стихотворения.

День ВМФ
День военно-морского флота –
Праздник Славы и гордости нашей.
Только люди высшего сорта
Синь морей и глубины их пашут.

Мореманы – народ бесстрашный.
Нас враги и стихии боятся.
Пусть нас мало, но мы в тельняшках!
В этом суть мореманского братства.

Всех, с кем вахты делили, помним.
Славим тех, кто сегодня в дозоре.
И бокалы полней наполнив,
Пьём за нас и за наших в море!

Сон ветерана-подводника.
Мне часто снится сон,
Что я в подводной лодке,
Вокруг – мои друзья,
Мой славный экипаж.
Родной атомоход
Готовим к автономке,
Уже к исходу дня
Назначен выход наш.
Сквозь сон я сознаю,
Что я больной и старый,
Об этом знаю я
На лодке лишь один,
Для всех же – я в строю,
Здоровый, сильный, бравый,
Просоленный в морях,
Всё тот же командир.
Вот дан турбинам ход,
Вот плавно пирс отходит,
Все шире полоса темнеющей воды.
И с мостика никто
Уже меня не сгонит.
И вовсе я не стар
Глубины бороздить.
Во сне, как наяву,
Отсеками шагаю,
Корабль летит вперед,
Турбинами звеня.
Я – счастлив!
Я – живу! ...
Но тут я просыпаюсь…
А мой атомоход
Уходит без меня.


Подробнее об авторе

https://forum.vgd.ru/585/55473...iew&o=

Мир творчества каспийцев

Проект "История КВВМКУ в лицах... "

Чупрун Евгений Романович (1927 - 2005). Художник маринист, исторический живописец, пейзажист. Был членом Санкт-Петербургского Союза художников (до 1992 г. – Ленинградской организации Союза художников РСФСР) с 1980 г.
В 1949 году окончил Каспийское высшее военно-морское училище в Баку.




Публикации

Ленинградские художники. Живопись 1950—1980 годов. Каталог. СПб., 1994. с.6.
Peinture Russe. Catalogue. Paris, Drouot Richelieu. 1991, 26 Avril. р.11-12.
Ленинградские художники. Из собрания С. Иванова. Каталог выставки. С-Петербург: 1994.
Peinture Russe. Auction Catalogue. - Paris: Drouot Richelieu, 1991.
Чупрун Евгений Романович // Выставка произведений художников - ветеранов Великой Отечественной войны. Каталог. - Л: Художник РСФСР, 1990. - С. 15.
Чупрун Евгений Романович // Ленинградские художники. Живопись 1950-1980 годов. Каталог. - Санкт-Петербург: Выставочный центр ПСХ, 1994. - С. 6.
Чупрун Евгений Романович // Лирика в произведениях художников военного поколения. Выставка произведений. Каталог. - Санкт-Петербург: Мемориальный музей Н. А. Некрасова, 1995. - С. 6.
Чупрун Евгений Романович // Этюд в творчестве ленинградских художников. Выставка произведений. Каталог. - Санкт-Петербург: Мемориальный музей Н. А. Некрасова, 1994. - С. 6.
Чупрун Евгений Романович // Иванов С.В. Неизвестный соцреализм. Ленинградская школа. — Санкт-Петербург: НП-Принт, 2007. — С. 21, 47, 172, 372, 400-402, 404.


Полным ветром. Барк «Крузенштерн». 1989



Заря. 25 октября 1917 года в Петербурге. 1982


Подробнее об авторе

https://forum.vgd.ru/585/55474/90.htm?a=stdforum_view&o=

Мир творчества каспийцев

Проект "История КВВМКУ в лицах... "


Лапинский Игорь Сергеевич. Капитан 1 ранга. Ветеран подразделений особого риска. В 1956 г. окончил Каспийское ВВМКУ им. С.М.Кирова.



Публикации


Лапинский, Игорь Сергеевич. Моя семья. – М., 2011.- 352 с., схема «Древо жизни».





Опаленные в борьбе при создании ядерного щита Родины / Дьяченко А.А., под общ. ред. Михайлова В.Н. – М.: Полиграф-Сервис, 2008. – 596 с.: цв. иллюстр. – 16 с.
Глава 4. Ядерный полигон в Арктике. С. 471. 4.10. Воспоминания. Лапинский Игорь Сергеевич.

После окончания Каспийского Высшего Военно-Морского училища имени Кирова в декабре 1956 года я был назначен на должность командира БЧ – П–Ш большого охотника за подводными лодками БО-155. 20 бригады охраны водного района, 20 дивизии Северного флота. В период май-октябрь 1957 года БО-155 в составе бригады кораблей был направлен на Новую Землю для участия в обеспечении испытаний ядерного оружия. Весь этот период корабль принимал непосредственное участие в указанном обеспечении: охрана побережья в зонах проведения испытаний, высадка групп на ОС (опытные судна) для замера уровня радиации, высадка и снятие групп с пробами радиации с
береговой местности. В указанный период в сентябре 1957 года я был откомандирован (примерно на одну неделю) для выполнения обязанностей штурмана на МПК-410 (командир корабля – капитан-лейтенант Михельсон).
Этот корабль был направлен в бухту Черная, где принял участие в обеспечении стрельбы ядерной торпедой с подводной лодки. В этот день стояла ясная, тихая погода. Около 12 часов была плюсовая температура, и защитную одежду я одевал на китель. Корабль находился за скалой у входа в бухту. Наблюдал взрыв ядерной торпеды, а через 30 минут после взрыва МПК-410 был уже в бухте, измеряя уровни радиации и высаживая группы на ОС (на рейде бухты находилось около 15 кораблей и судов разных классов) для производства замеров и осмотра повреждений. Корабль и личный состав в это время работы подвергался радиоактивному загрязнению. В районе стрельбы других военных кораблей не было.
В октябре 1957 года, будучи уже на МПК-155 , мы высадили, перед очередным испытанием, группу на полуостров Ямал. В Карском море несли дозорную службу, а после испытания сняли группу с радиоактивными пробами грунта.
При возвращении в базу по Карскому морю корабль попал в сильнейший шторм.
Ветер достигал предельных показаний. С ходового мостика корабля кругом
была видна только вода, а вертикально над головой черное море. Корабль бросало, как щепку, но, учитывая удивительные ходовые качества корабля и морские навыки командира корабля капитан-лейтенанта Кушпеля С.Л., мы не перевернулись. Умело и грамотно осуществлялись все маневры, выбирались оптимальные курсы. На верхней палубе были повреждения, перевернуло шлюпку, которая заклинила люки во второй и третий кубрики. Волной разбило иллюминатор во втором кубрике, куда стала поступать вода. Дежурный по кораблю командир носового орудия Пантелеев, находясь в кубрике, пытался выскочить через люк кубрика, крича: «Откройте, я дежурный!» Переход продолжался всю ночь и только утром, при подходе к проливу Маточкин Шар, мы
смогли уточнить свое место и с трудом войти в него. Обеспечение испытаний для
нас стало будничным делом.
В 1958 году меня перевели на другой корабль, а в 1961 году назначили командиром корабля, командиром корабельной поисково-ударной группы. С 1963 года проходил службу на кораблях Балтийского флота, а с 1972 года в Главном штабе ВМФ. Уволился в запас в 1988 году. http://www.iss-atom.ru/book-23/opalenn.pdf

Лапинский, И.С. Нам не прожить без морей // Международное военное сотрудничество Военно-Морского Флота. – М., 2003. – С. 169 – 175.
Автор капитан 1 ранга, заместитель начальника отдела 10-го управления в 1986 – 1988 гг.


Подробнее об авторе

https://forum.vgd.ru/585/55474/60.htm?a=stdforum_view&o=