Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

В Советском Союзе была сконструирована, построена, испытана и 20 октября 1983 года принята в состав ВМФ большая атомная торпедная подводная лодка К-278 685 проекта, под шифром «Плавник». В октябре 1988 года в связи с 70-летием Ленинского Комсомола она получила имя «Комсомолец», которое впоследствии и стало известно не только узкому кругу лиц, но и всему миру. Принципиально новой особенностью корабля, прежде всего, являлась возможность длительно плавать (до 90 суток) в диапазоне глубины погружения до 1000 метров, выполняя при этом все функции, свойственные боевым подводным лодкам. Одним из важных факторов создания этой ПЛА рассматривалось и то, что практически не обнаруживаемая подлодка могла, в случае начала боевых действий, эффективно выполнять функции защищенного командного пункта управления силами флота.

О «Комсомольце» немало написано, и даже снято несколько фильмов. Книги, статьи, очерки представляют историю жизни этой уникальной субмарины. Каждый автор высказывает своё видение и даёт свою оценку тому, что произошло. В публикациях отмечаются заслуги науки, промышленности и флота в создании «Плавника», до мелочей расписаны технические детали эксплуатации, подробно описана гибель « Комсомольца» с 604 экипажем на борту ПЛА К-278.

А ведь чтобы 604 экипаж вышел на этой ПЛА на боевую службу, была проделана огромная работа по испытанию и освоению уникальной подводной лодки. Этим занимались сдаточная команда от кораблестроителей и штатный экипаж подводной лодки от ВМФ. Большая нагрузка и ответственность лежала на плечах экипажа за освоение глубоководной подводной лодки и умение использовать все её возможности. Этим экипажем был экипаж ПЛА К-278, который был сформирован для того, чтобы проверить и реализовать все проектные способности, а главное, вдохнуть «живой» дух в умную лодку.

Формирование экипажа началось с подбора и назначения командира. Командир — главная фигура на флоте и самый главный человек на корабле, где он несёт ответственность за всё! Командиром ПЛА К-278 в конце марта 1981г. был назначен 34-летний Зеленский Юрий Александрович, капитан 2 ранга.

Опыт флотского офицера и будущего командира Зеленский Ю.А. начал набирать с 1970 года, когда после окончания штурманского факультета Каспийского Высшего Военно-Морского Краснознамённого училища имени С.М. Кирова был назначен командиром электронавигационной группы на ПЛА К-38 в 3-ю дивизию 1-й флотилии атомных подводных лодок. Свои первые шаги в профессиональной деятельности Юрий Александрович сделал под руководством командира лодки капитан 1 ранга Чернова Е.Д.

За десять лет он прошёл все ступени карьерного роста, освоил и приобрёл опыт исполнения обязанностей командира ЭНГ, командира БЧ-1, помощника командира лодки. В 1976 году был назначен старшим помощником командира на ПЛА К-517, которой командовал капитан 1 ранга Чугунков А.Я. Эта лодка являлась новостройкой, поэтому пока она строилась Зеленский Ю.А. успел пройти обучение на Высших специальных офицерских курсах (ВСОК ВМФ) и в 1978 году вернулся к исполнению обязанностей старпома.

Свои профессиональные обязанности Ю.А. Зеленский исполнял не только в базе (у причала), но и в дальних походах на боевую службу. Боевая служба — это главный экзамен и итог готовности любого экипажа подводной лодки к решению возложенных на него задач. Именно море стало для Юрия Александровича реальной школой и основным полигоном приобретения опыта морской службы. Свой первый на флоте Новый 1971 год он встречал, находясь на боевой службе, причем этот Новый год был далеко не единственным. О рождении своей первой дочери Юлии Юрий Александрович тоже узнал на пирсе, когда их подводная лодка возвратилась в базу после выполнения задач боевой службы.

Конечно, важную роль сыграли люди. Юрий Александрович неоднократно подчеркивал, что его становлению, как офицера-подводника, специалиста во многом способствовали командиры подводных лодок: Чернов Е.Д., Томко Е.А., Монастыршин В.М., Чеботаревский. С особой теплотой он всегда вспоминает флагманского штурмана 3 ДиПЛ Батрака Б.Д. и своего первого непосредственного начальника, штурмана подводной лодки Ценина В.М. Они формировали и закаляли его характер, закладывали и развивали его командирские способности.

Характер Зеленского Ю.А. можно описать следующим образом: уравновешенный, выдержанный человек, способный к анализу событий и принятию продуманных и обоснованных решений. Неудивительно, что именно такого офицера кадровый орган Штаба Северного флота выбрал в качестве командира уникального боевого подводного корабля. Не только Зеленский Ю.А. не знал какая задача возлагается на него, но и многие из тех, кто его отобрал на эту должность, не имели представления об уникальной глубоководной ПЛА. Он и не ведал о том, что со своим экипажем выведет из ворот 42 цеха судостроительного завода «Севмаш» уникальный подводный корабль, научится сам, обучит свой экипаж, освоит лодку и приведёт её на километровую глубину, а затем, совершив несколько боевых служб, сделает эту лодку «Отличной»! Он действительно «обладал всем необходимым — отличной штурманской подготовкой, знанием подводной службы — имел горячее желание выполнить предназначенную ему миссию командования уникальным опытным глубоководным кораблём», — оценивал способности Зеленского Ю.А. вице-адмирал Чернов Е.Д., Герой Советского Союза, командующий 1-й флотилии и его первый командир.

Так начался путь командира ПЛА К-278 «Плавника», а впоследствии и «Комсомольца». Первые шаги командирской службы Зеленский Ю.А. — формирования экипажа, ведь подбор людей — один из главных этапов в создании будущей души корабля.

На флоте всегда служили романтики и патриоты, особенно это относится к подводникам. На подводной лодке все равны: по условиям быта, по питанию, по обмундированию, и по опасности, которая на всех одна. Не знаю, как сейчас, но в то время, когда формировался экипаж для новой уникальной подводной лодки, желающих служить на ней офицеров и мичманов было достаточно. Формирование экипажа началось в Гремихе. Командование и кадровики флотилии поработали хорошо и представили Зеленскому Ю.А. большой список офицеров изъявивших желание служить на новостроящейся ПЛА. После собеседования было отобрано только 75 кандидатов для прохождения первичной медицинской комиссии. Медкомиссия проводилась строго и две трети офицеров были «отсеяны» по медицинским показаниям, причем это не мешало им («отбракованным») продолжать службу на атомных подводных лодках первого поколения и выходить в море на 70-90 суток.

Сформированный экипаж, это офицеры и несколько мичманов (основной костяк) прибыл в Ленинград в 1-й Военно-морской госпиталь, где повторно было проведено углубленное медицинское обследование. В этот раз медкомиссия списала только одного человека — командира электротехнического дивизиона («не понравилась» работа сердца). После госпиталя экипаж прибыл в Учебный центр ВМФ для изучения своего нового корабля.

Обстоятельства сложились так, что в учебном центре никакой материальной части, в том числе и тренажеров подводной лодки 685 проекта не было, потому что и самой лодки ещё не было. Все сели за классные столы и стали изучать документацию. Документации по нашей лодке было достаточно, это позволило организовать занятия, получить общее представление о строящемся корабле и определённый объём знаний по каждой специальности. Специалисты каждого подразделения (штурмана, минёры, связисты, офицеры и мичманы БЧ-5, химики и др.) имели своё классное помещение и преподавателя, служившего на атомных подводных лодках, имеющего хорошие знания и опыт эксплуатации оборудования, но абсолютно не знающего ни устройства, ни самого оборудования новой уникальной лодки. Поэтому учились все, в том числе и преподаватели, которые знали принципы и предназначение того или иного оборудования типовых ПЛА, но только не 685 проекта. Отдельное помещение было и у группы командования, куда входили командир Зеленский Ю.А., старший помощник командира (СПК) Ключников В.М. и я, заместитель командира по политической части (ЗКПЧ) Кундрюков В.И.. Старпом уже имел опыт службы на атомных подводных лодках, за его плечами было несколько выходов в дальние походы для выполнения задач боевой службы. Я тоже до назначения на К-278 в течении двух лет служил замполитом на ПЛА К-369 проекта 671 .В новый экипаж я прибыл после очередной боевой службы, зная специфику и имея некоторый опыт ведения политико-воспитательной работы на атомных подводных лодках.

С самого начала в экипаже сложились дружеские взаимоотношения, которые с каждым годом укреплялись. Спустя более 23 лет, после гибели нашей подводной лодки, экипаж существует, сплочен и дружен. Такие отношения складывались не благодаря панибратству, а в строгом соответствии с требованиями воинских уставов и Корабельного устава. Воспитательная работа основывалась на том, что в экипаже каждый человек – личность. Моё кредо было и есть: «Человека подчинённого по службе за его провинность можно наказать, и даже очень строго, в соответствии с требованиями воинских уставов, но при этом нельзя оскорблять и унижать его человеческое достоинство».

Разница в возрасте группы командования (командир, замполит, старпом и командир БЧ-5) и остальными офицерами экипажа составляла от двух до 6-7 лет и говорила об опыте, который ценился нашими молодыми офицерами, рвавшимися освоить новую технику и покорить глубины мирового океана на уникальной боевой атомной подводной лодке.

Давно замечено, что хорошие результаты работы любого коллектива в полной мере зависят от руководителя. Народная мудрость гласит: «Каков поп, таков и приход!». Такое понимание своей оли на экипаже было и у командира первой, и к сожалению последней, уникальной глубоководной атомной подводной лодки Зеленского Ю.А.. Его спокойствие, вдумчивость и всесторонняя подготовка способствовали формированию настоящего коллективе. Наш экипаж успешно решил все задачи по изучению, освоению, безаварийной эксплуатации материальной части, вооружения и боевой техники нового подводного корабля и покорению океанских глубин. Зеленский Ю.А. никогда не принимал поспешных решений. Всегда выслушивал мнение своих заместителей, помощников, подчинённых, будь это офицер, мичман или старшина. Обдумывал и принимал решение или отдавал приказ. Он никогда не повышал голос, не кричал, в его лексике не было слов: «Я сказал!» (по принципу: «Я начальник — ты дурак»).Его решения были всегда взвешенными и объективны. Но опираясь на коллективно мнение, он лично принимал решение, за которое нес личную ответственность. И нам, экипажу, за всё время совместной службы, никогда не пришлось жалеть, что наш командир такой.

Наш командир был всегда с нами и всегда на полшага, а то и на шаг впереди: в строю, в учебе, в освоении новой техники. Группа командования днём училась в учебном центре, а на ночь ездила на предприятия промышленности — изготовителей корабельной техники, оборудования и приборов для получения практической подготовки. Подобный режим обучения был и у многих наших специалистов. Может возникнуть вопрос: Почему ночью? Дело в том, что днём на производстве велись обычные работы, которым мы им могли мешать, а ночь — спокойное время. Не будем забывать и о том, в какой строгой секретности шло и само строительство уникальной подводной лодки, и подготовка экипажа. О нас никто не должен был знать, тем более видеть. Таковы были тогдашние требования.

К концу 1982 года, закончив обучение в учебном центре с высокой оценкой теоретических знаний, экипаж прибыл в г.Северодвинск на «Севмаш», где строилась наша лодка. Готовность её, на то время, составляла, примерно, 75%. С этого момента у экипажа начался период «сращивания» человека и техники. Подводники обеспечивали живучесть и надёжность своего будущего корабля, совместно с военпредами участвовали в приёмке монтажа и в подготовке испытаний техники; изучали строящуюся лодку, правила использования технических средств, оборудования и средств связи; с помощью разработчиков и заводских специалистов осваивали тонкости эксплуатации. Должен отметить, что и разработчикам и заводским специалистам, особенно последним, нравилась и импонировала заинтересованность подводников. Их не смущало, что за их спиной при монтаже, наладке, испытании приборов и оборудования, всегда находится подводник, которому придётся эту технику эксплуатировать. И если, кто-то из членов нашего экипажа, допускал элементы равнодушия к своему заведованию, заводские специалисты обязательно обращали внимание командования на этот факт. За время строительства, испытаний и опытной эксплуатации у командования лодки, да и у всех членов экипажа, сложились прекрасные отношения с конструкторами-разработчиками, кораблестроителями и с членами заводской сдаточной команды. Особенно тесные взаимоотношения были у нас с главным конструктором Кормилициным Ю.Н., его первым заместителем Романовым Д.А., с ответственным сдатчиком корабля (заказ 510) Чувакиным В.М., сдаточным механиком Леоновым Э.П. и многими другими.

Вся организация экипажа была подчинена одной цели: изучить, принять, освоить и научиться управлять сложной техникой уникального корабля, обеспечить выполнение всех задач стоящих перед уникальной глубоководной подводной лодкой. Распорядок жизни подводников зависел ни от времени суток, ни от дня недели, а от заводских планов строительства и испытаний корабля.

И вновь о Зеленском Ю.А.
Юрий Александрович, в этот период, успевал быть везде: и на совещании у генерального директора завода или у начальника цеха; на докладе у командования бригады строящихся кораблей; у руководства военно-морской базы или на планёрке у ответственного сдатчика заказа. Он нужен был всем. Однако, его рабочий день, начинался и заканчивался с экипажем: решал возникающие проблемы, а они появлялись постоянно, ведь мы принимали первую в мире, глубоководную подводную лодку, выслушивал доклады, принимал решения, ставил задачи и многое, многое другое. Кто не имел опыта приёма кораблей от судостроителей, тому не понять всех сложностей с которыми сталкиваются подводники на новостройках, особенно головных, а те, кто прошел новостройку, тот помнит об этом всю жизнь.

30 мая 1983 года подводная лодка К-278 была выведена из цеха, а 3 июня 1983 года, освободившись от понтонов, спущена на воду. Красавица–лодка самостоятельно закачалась на морской глади Беломорья. Традиционно была разбита бутылка шампанского, после торжеств посвященных спуску лодки на воду и подъему на ней государственного флага, начался этап швартовых и ходовых испытаний. Ходовые испытания обеспечивались сдаточной командой, состоящей из заводских специалистов и экипажа подводной лодки. Зеленский Ю.А. командир экипажа подводной лодки, одновременно являлся и сдаточным капитаном. Государственные испытания к концу 1983г. были завершены. Все что можно было испытать на Белом море, где глубины позволяли погружаться не более 300 метров, было испытано. Были проверены все системы и механизмы, включая совершенно новую систему газогенераторов твёрдотопливных (ГГТТ), обеспечивающих всплытие с больших глубин. Экипаж получил хороший опыт эксплуатации технических средств и обслуживания оружия. Выявленные недостатки оперативно устранялись заводскими специалистами при непосредственном участии экипажа в этих работах.

Не обошлось без ЧП. 1 ноября 1983 при проведении заводских ходовых испытаний на перископной глубине произошло не санкционированное отделение всплывающей спасательной камеры, однако и это не помешало продолжить испытания. Была проверена работа гидроакустического комплекса, штурманского оборудования, проведены замеры скорости, как в надводном так и подводном положении и еще выполнено ряд проверок возможности подводной лодки. 28 декабря 1983 года Государственной комиссией по приемке кораблей ВМФ был подписан Акт о передаче подводной лодки К-278 Военно-Морскому Флоту в опытную эксплуатацию с зачислением в состав 1-й Краснознаменной флотилии атомных подводных лодок. Опытная эксплуатация предусматривала два этапа. На первом этапе ПЛ находилась в Северодвинске, продолжались некоторые испытания, затем ревизия всех механизмов и технических средств с устранением заводом выявленных замечаний. В августе 1984г. на подводной лодке К-278 был поднят Военно-Морской флаг СССР. В декабре 1984 года подводная лодка К-278 прибыла к месту своего постоянного базирования- губу Западная Лица Мотовского залива.

Первая половина 1985 года посвящена подготовке к выполнению основного испытания подводной лодки — погружению на предельную глубину. Готовясь к этому ответственному мероприятию, экипаж тщательно отработал и успешно сдал все задачи курса боевой подготовки, выполнил практическую проверку отделения на глубине и всплытия аварийной спасательной камеры с личным составом. Контрольные проверки качества отработки задач показали высокий уровень теоретических и практических знаний и навыков, высокую квалификацию корабельных специалистов. В экипаже дисциплина и сознательность были нормой поведения. Конечно, нельзя говорить об абсолютном отсутствии дисциплинарных нарушений, но они никак не влияли на приобретение твердых знаний и уверенных навыков управления техникой корабля и борьбы за живучесть. Экипаж был хорошо сплочен и «сплаван». Должен обратить внимание, что это не просто мое мнение. Данные факты были подтверждены актами контрольных проверок готовности нашего экипажа комиссий штабов 6 дивизии, 1 флотилии и Северного флота. Ах, эти контрольные проверки! Кого не проверяли, тот не поймет. Кого проверяли, тот о них никогда не забудет.

При проверке готовности ПЛА К-278 к выходу и погружению на глубину 1000 метров, контрольной комиссией штаба Северного флота, экипажу была дана высокая оценка. Однако при опросе офицеров и мичманов проверяющему от политуправления флота не понравилось высказывание членов экипажа о том, что экипаж не был в отпуске более двух лет. А на подведении итогов этот проверяющий вынес вердикт: «Экипаж морально не готов к выполнению глубоководного погружения». И только благодаря аргументированным возражениям командира Зеленского Ю.А. и поддержке его со стороны командующего 1 флотилии Чернова Е.Д., командира 6 дивизии Фалеева О.М., заключение о не готовности экипажа было отклонено. И экипаж получил «добро» на спуск в глубины океана. 4 августа 1985г. подводная лодка К-278 в Норвежском море провела историческое погружение на глубину 1020м. Тысячеметровой глубиной были проверены новые конструкторские решения, технические средства и устройства. Прочный корпус показал несомненную надежность. Командир первого дивизиона БЧ-5 нашего экипажа Тужиков М.В. посчитал, а он увлекался математикой, что на километровой глубине погружения на корпус подводной лодки давит более трёх миллионов тонн. В действии были проверены все системы, оружие и вооружение корабля. И первая в мире глубоководная подводная атомная лодка подтвердила свою способность действовать на предельной глубине погружения. На глубине 1000 метров мы находились почти час (51 минуту). Затем погрузились еще, по одним манометрам это была глубина 1040 метров, но по общему согласию была официально зафиксирована глубина 1020 метров. На борту подводной лодки, кроме членов экипажа находились офицеры штаба 1 флотилии, 6 дивизии, конструктора и заводчане. В центральном посту ПЛ рядом с командиром Зеленским Ю.А, были председатель комиссии по опытной эксплуатации ПЛ вице-адмирал Чернов Е.Д., главный конструктор ПЛ Кормилицин Ю.Н., его первый зам. Романов Д.А., ответственный сдатчик корабля Чувакин В.М., а сдаточный механик Леонов Э.П. всё это время провел в 7-м отсеке( вниз головой), регулировал работу дейдвудного сальника. Как было заведено у нас в стране, каждое важное событие отмечается митингом.

И мы провели митинг. Митинг длился 30 минут. Было сказано много справедливых благодарственных слов в адрес конструкторов, кораблестроителей и экипажа за разработку, создание и освоение уникальной глубоководной подводной лодки. Много было сказано о перспективах данного подводного корабля. Особые слова благодарности вице- адмирал Чернов Е.Д. высказал в адрес командира подводной лодки, отметил его заслугу в подготовке такого экипажа, который способен «сказку сделать былью», а мечты претворять в жизнь. Каждому участнику глубоководного погружения было вручено «Удостоверение». На бланке, в тексте, в связи с секретностью, глубина погружения (1000 метров) не была указана, однако мы зелёным цветом нанесли цифру 3411,2 ф.(футов).