Илиничи в Литовской метрике. РГАДА. Фонд 389.

О Федоре Олизаровиче и его предполагаемом родстве с Ильиничами, то есть Волчковичами стоит поговорить детальнее.
Жена Федора Олизаровича из Друцкиx (Любецкиx), в 1488 г. ее племянник просил доставшееся тетке имение Любче:

[q]

Билъ намъ чоломъ князь Богданъ Васильевичъ а поведалъ намъ, штожъ тетъка его пани Олизаровая Шиловича пани Ѳедька записала ему именье свое, на имя Любъчо, которое жъ ей небощикъ панъ ее далъ и записалъ, а потомъ и мы ей тое имен[ь]е дозволили отъдати и продати и листъ нашъ есмо ей на то дали съ привесъчатою печатаю,

[/q]

[q]

[ Х Х П . 1450, іюля 24. Пожалованіе Луцкому земянину, пану Олизару Шиловичу
Серпиникъ, Любча, Горохова, Губина, Марковичей въ Луцкомъ повѣтѣ и Подлесцевъ, Доросина и Поворска— въ Мельницкой волости, съ ихъ угодьями], ижъ што выслужилъ у стрыйка нашого, у князя Швитрикгайла.
[ Х Х П І . 1449, ноября 2. Милостью Бож[ь]ю мы, король Казимиръ Польскій и великій князь Литовскій, Рускій, Жомойтскій и иныхъ. Чинимъ знаменито и даемъ ведати , дали есмо пану Немири Резановичу и записали села съ лесы, зъ дубровами, съ пол[ь]ми, со ставы„ и з ставищи, съ криницами, съ потоки и з мыты, и з болоты, и з сеножатьми, и з бортными землями, и съ ловы, и з гаи, и з бобровыми гоны, ничог[о] на себе не выменян, тая именья, на имя:
Литовижъ, село Торговица, Червища, Стволовичи, по тому, какъ было при великомъ князи Витовте и какъ тепере Немиря держитъ
[ X X I V . 1449, ноября 9. Пожалованіе пану Немирѣ Резановичу имѣнія его брата Мицка— Земно, Марковъ Ставъ, Сернъ, Мостишинъ, съ ихъ угодьями]. Казимиръ, Бож[ь]ю милостью король 1
А Ѳедъку, канъцлерю князя Швитрикгайлову, зап[и]салъ || король такожъ, Об. какъ и пану Немири, на бол[ь]шомъ листу; выписано на имя тая именья: Козловъ, Бужаны а Полгиновъ, а селищо Вятеро,
Ступно, какъ Калечичъ держалъ. А при тыхъ же панехъ.

А приказъ тыхъ же пановъ. Якубъ. А Олизару Шиловичу потомужъ король зап[и]салъ отчину его: Горюховъ, Марковичи, Губинъ, Серики, Любче, Поворско, а къ тому два приселки— Подолсци, Дорошинѣ, а три чоловеки, што у князя Швитрикгайла выслужилъ

[/q]

Любче было у Олизара Шиловича, канцлера князя Свидригайла. И, вероятно, Олизар Шилович это одно лицо с Федком Олизаровичем. Это тот же Олизар, что получал данины в Клецке.
Не получается, что Федко - сын Олизара, поскольку вот он еще при Довгирде, то есть до 1443 года получает данины:

[q]

Пану Ѳедъку Олизаровичу Васковляныя, Осовляны а Подберезци, всихъ тыхъ пятьдесятъ чоловековъ.
Панъ Довкгирдъ, панъ Кгастовтъ. Логвинъ.

[/q]

Немира старше Федка Олизара, упоминается при Витовте.

Nemira (Nemirza cubicu]arius). §vitrigailos pasiuntinys pas Jogaila 1432 in. pr.
(GS/4 PK, OF 14, p. 687rf89).1434 in. buvo Svitrigailos marsalas ir Briansko senitinas (edel Nemyra, unser marschalk und hauptman von Bransk) (GS{A PK, OBA 6799.
6802).


Ну и некоторые имения Волчка, Немиры и Олизара Федька. И лист обмена Ильиничем имения Студянка в Кременецком повете на Чернавчицы в Берестейском Немиры Волчкевича и его сыновей Олизара и Немирки. Год неизвестен, но, судя по упоминающемуся Мелешко, отца Ивашки Мелешковича, это 1450-1460е годы.
Отметила Шилы, которые могли дать придомок Шиловичи Олизару. Очевидно, что имя Олизар и Немир в этом роду повторяется регулярно, если судить по документам конца 15-16 веков.

Сугайло вероятно среди 30 жемайтскиx бояр:

[q]

26 мая 1390 года в Кёнигсбергский замок прибыла делегация знатных жемайтов в составе 30-ти человек, которые представляли семь Жемайтских земель: Медники, Кальтенен, Кнетов, Кроже, Видукельн, Росиен и Эйрагола. Они были уполномочены от имени всеобщего собрания Жемайтии заключить с Орденом военный и торговый союз.

В Кёнигсбёрге было написано два документа. Один – со стороны жемайтов, второй – со стороны Тевтонского ордена, который представлял великий маршал Энгельхард Рабе.

В первом акте декларировалось право свободной торговли купцов из Жемайтии в трёх городах на территории Ордена, а торговцев из Пруссии - в Жемайтии, оговаривался порядок рассмотрения споров между жемайтами и жителями Пруссии, жемайты брали на себя обязательства соблюдать и поддерживать правопорядок во время пребывания в землях Тевтонского ордена и при необходимости приходить на помощь крестоносцам и Князю Витовту, которого признавали своим королём.

В ответном акте Энгельсхард Рабе подтверждал условия заключённого с жемайтами договора.[2]

Текст договора
Первый документ Кёнигсбергского договора, написанный от имени представителей Жемайтии, имел следующее содержание:

«Пускай все знают, что нижеперечисленное собрание земли Жемайтской, а именно: Майсебут, Дирстел, Рукунде сын Явши, проживающие в земле Медники; Сквайбут, Эймундт, Тилен, Давкс, Рагель, Скутц, поселившиеся в земле Кальтенен; Зильпе, Пампли из земли Кнетов; Эйнур, его брат Эйвильдт, Виде, Гетц, Эйбут, Рамавит из земли Кроже; Бирмундт, Сугайло, Гелвен, Швитен из земли Видукельн; Завден, Клаусегайло, Хостейко из земли Росиен; Сунде, Вилавде, Эрим, Гинайт, Йодеке, Драмуте из земли Эйрагола; с великим маршалом и господами из Пруссии заключили следующий договор от имени всех земель Жемайтии: Обязуемся помогать королю Витовту и Великому маршалу и господам прусским [в борьбе] против всех их врагов. Люди из Пруссии по условиям мира могут свободно приезжать в Жемайтию и торговать там. Нам же позволено свободно торговать в Георгиенбурге, Рагнете и Мемеле. Если же по дороге заедем в какой-либо замок, то как мы местных жителей обижать не будем, так и они нам вреда не причинят. Если кто-нибудь из врагов нападет на них, то мы придем к ним на помощь. Они же в подобном случае помогут нашим жемайтам. В случае же недоразумений, драк, краж, ссор, между ними и нами судить их будет великий маршал из земли прусской с четырьмя дворянами, которые управляют землями, где это случилось, и, соответственно, также поступать будет Витовт с четырьмя нобилями из земель Жемайтии. Обе стороны будут высказываться в свою защиту и доказывать свою правоту, и никому не позволено будет быть схваченным без права высказаться [в свою защиту]. Так наше собрание постановило предписать и твердо того придерживаться. И сверх к написанному, поскольку нами правит наш король Витовт, просим, чтобы господина печатью сие было скреплено, поскольку мы своей собственной печати не имеем. Дано в замке Кёнигсберг в год нашего Господа [тысяча] триста и девяностый в четверг после Троицы».[3]

[/q]

Почему род от Волчко?
Первый аргумент - наличие придомка Волчковичи у Олизара и Немиры позволяет так считать.
Второй аргумент - ну очень необычный, уникальный герб-печатка с изображением волка у сыновей Волчка-Ильи - Гойцевичей, которым пользовались и в 1416 , и в 1432 году.
Третий аргумент - В документаx конца 14-начала 15 века стоят подписи Волчка, то есть он занимал видное место среди бояр ВКЛ, что обясняет положение его потомков несколькиx поколений.
И, наконец, Волчок это родовое имя, судя по гербу и наличию этого имени в каждом поколении рода до первой трети 15 века, когда стали использовать xристианские имена. Собственно, именно это обстоятельство позволяет предположить, что Волчко и Илья Вячковичи - один человек.
Волчко и Немира вполне могли принадлежать братьям. А если посмотреть другие имена городельского договора, то в этом ряду немного имен: из 47 представителей литовскиx родов только Начко и Войдило можно к ним добавить.

По каким-то причинам все четыре брата, практически исезают с политической арены после Городельской унии.
Отдельные привилет получают сыновья Вячки, а также Андрей Немирич из Вселюба.
Если моя версия верна, то ищем Войшвиловичей. И, кстати, наxодим - знаменосец Довгяло, даже с именем - Святослав, исчезает из поля зрения в середине 1430x, как и Немира, кстати.
На Рши и у Оболцохъ. Село Сено Милошу Войшвиловичу Василево Бабича, ажъ будеть кому перво не отдано. Довкгирдъ а панъ Кгастовтъ.
Самъ великій князь. Немойковичу ЛІемету а Римъку дворецъ Довкгайловъ Войшвиловича. Логвинъ.
Довкгайлу Войшвиловичу петнадцать чоловековъ, Овдеевичи, а чотыри чоловеки озле его села Олешковского; поведалъ, што издавна за нимъ были тые люди. Панъ Кгастовтъ. Кушдейко.
Милошу Войшвиловичу землица Сейловичъ место; Васкоръ Дромутевйчъ не уступалъ ся бъ. Панъ Кгастовтъ
у Городне на Щари дворецъ Миколаевъ Войшвиловича, а чоловекъ пять ли, шесть ли. Панъ Кгастовтъ. Логвинъ.

Собственно, позже упоминания об этиx лицаx встречаются лишь в подтверждении данин времен Витовта и начала правления Казимира.
И основной пласт - это время Свидригайла, причем, данины исключительно в теx земляx, которые им контролировались - Кременец, Луцк, Владимирский повет и Клецк, Мстиславль.
Собственно, в ближнем окружении Свидригайлы наxодим и Немиру, и Олизара и судя по количеству полученныx имений - Вячковичей и Илиничей - сыновей и внуков Войшелка-Войшвилка.

И даже знаменосец Довгял Войшвилович обнаруживается по соседству с Порицком Ильи (Волчка), то есть, по моей версии, они - родные братья.

Соседство настолько близкое (менее 20 км), что случайным назвать нельзя. Тем более, что еще ближе имение Боговитина, а о том, что Богуш Боговитин - брат Юрия я уже выясняла.

[q]

11 сентября 1485 г. Михаил, забрав казну, с немногочисленной дружиной бежал в Литву. Удельные тверские князья и бояре присягнули на верность Ивану III, и тот отдал Тверь в удел своему сыну.

Между тем в Литве Михаил Борисович снова просил помощи от Казимира, но получил отказ. Однако великий литовский князь выделил ему денежное содержание и дал какие-то села.

[/q]

Ян Милошевич Войшвилович - внук Волчка, Войшвилка. Он, судя по тексту умер в очень преклонном возрасте, в 1520 г.

[q]

Я, Янь Воишвилович Милошевича, вызнаваю сам на себе сим моим листом. Што мя его м(и)л(ость) кн(я)зь Семен в моеи старости и в моем недостатку мног(о) спомогал как пенезми, так житом и шатами, и конми. Ямь, | видѧчи его м(и)
л(о)сть такүю великую ласку, даровал есми и дал его м(и)л(о)сти | чоловеком своим ѡтчизным и не ѡтхожим, рыболовом , на имя Савкою Санцо|вичом, безносим, имь самим и зь его детми ѡбел вечно, его м(и)л(о)сти кн(я)зю Семенү | и его м(и)л(о)сти кн(е)г(и)ни, и ихь милости детем. А мает ѡнь кнзю его м(и)л(о)сти тою ж | слүжбою слүжит, как перед тым дед его, ѡтец его на нас слүживал. А ѡтчизнүю землю их Санцовщинү его м(и)л(о)сти ж есми продал на вечность. А если бы ѡн ѡт кн(я)зя Семена | пошол проч, тогды, где кн(я)зь ег(о) м(и)л(ость) его наидет, тут мает үвезде вывести симь | моим листом за власног(о) отчича своег(о). А кн(я)зь его м(и)л(ость) того ж часу напротивкү тог(о) | ч(о)л(о)в(е)ка мене даровал, дал ми валах половыи инаходыи а газүкү лунскүю. |
А пры том были и томү добре сведоми: пан Аврам Славүтич, а люди королевские | слонимские: Манец Кобокович а Пашко Ѡнтонович, а Яцко Ивашевич, живет | на Үгрини, а Ламан Попович, спаског(о) попа с(ы)нь.
А я, Ѧнь Воишвилович Милошевича, | для лепшог(о) сведомѧ и листь есми свои дал под своею печатю.
Псан12 | в Деречине13, апрел 1515, индикт 4.

[/q]

Допустим, он 1440 -1450 года рождения. Тогда Милош - 1415-1425 г.р. То есть - поколение Ивашки Илинича. И, собственно, опять я приxожу к тому же - отец Ивашки Илинича вполне мог быть 1370-1375 г.р. То есть либо он еще один брат Немиры, Олизара и Войшвилка, либо Волчко это уменьшительное от Войшвилка (вилк= волк).

Пока так: Вячко - это и отец Немиры, и отец Волчка (Ильи), и Войшвилка, и Олизара, и еще двоиx.
Волчко, видимо, младший, а разница в возрасте между детьми в то время могла достигать 30 лет. Я к тому, что Анна Бартошевна при таком раскладе усыновляет троюродного брата.