Николай Иосифович Садлуцкий

https://pravoumetu.com/2019/12...-zivkovic/

O DR SADUCKOM (slika i priča iz kutije za cipele) – Zoran Živković

"

Kad god bi sebi iz kitnjasto ukrašenog samovara nalivao vrelu vodu za čaj, doktor Nikolaj Sadlucki bi se nanovo pitao: kako to da skoro dvadeset godina zaviruje u duše Beograđana a ne uspeva da pronikne odgovor na jedno pitanje. Zašto Srbi piju čaj samo kada su bolesni ? Za njega je ispijanje pravog ruskog “kopor” čaja bio božanski užitak, kojeg se nije odricao ni u najtežim trenucima svoga života. Svaki gutljaj bio je i svojevrsni vremeplov koji ga je vraćao u postojbinu, na obalu Crnog mora, u sunčanu Jaltu, čiji je vazduh bio ispunjen zvucima Čajkovskog i gde je vetar donosio zanosne mirise slobode, opuštenosti i bonvivanstva. Nažalost, u njegovoj postojbini zaduvali su neki drugi, siloviti vetrovi koji su ga odbacili čak ovamo na Balkan, među njemu slične a, opet, drugačije, prostodušnije ljude.

Kao dobar psiholog brzo je uočio da Srbi, kao i sve slovenske duše, više vole da gledaju u prošlost na koju se često pozivaju, ali ne uče iz nje, a da se pomalo plaše budućnosti, pa bi radije da, pre nego ta budućnost stigne, barem malo u nju prigvire. Da im neko, poput njega, gledajući u dlan, oblik lica ili tumačeći im rukopisne šare, kaže šta ih u skorašnjoj budućnosti čeka, ne bi li je nekako prevarili, ukoliko je nepovoljna.

On im je to i pružao. Kroz njegovu ordinaciju, smeštenu u nekom od salonskih stanova u centru grada, svakoga dana od devet do sedam naveče, promicale su senke ljudi zainteresovanih za svoju karijeru, novac, ljubav, zdravlje. Dolazile su na seanse zabrinute neudate devojke u pratnji svojih majki i nesigurni momci, još nespremni da sami sebi iskroje svoj životni kaput. Svako zainteresovan mogao je kod doktora Sadluckog da izmeri svoju liniju života, glave ili srca, da sazna šta mu je zapisano na Merukrovom, Marsovom ili Venerinom bregu. Svoje sudbine nosili su zapisane u naborima svojih dlanova. Na njemu je bilo samo da im ih pročita i da im, blagodareći svom poznavanju psihologije, kaže upravo ono što bi oni želeli čuti.

Ukoliko bi se neki mladi bračni par raspitivao za pol deteta, osluškujući njihovu želju, čvrsto bi im to i predvideo. Ipak, za svaki slučaj, u svojoj debeloj, radnoj knjizi, crnih korica izlizanih od česte upotrebe, uz ime budućih roditelja i datuma posete, beležio bi i predviđanje – suprotno od onog koje bi im kazao. Računica je bila jednostavna. Verovatnoća pogotka bila je pola-pola. Ukoliko bi pogodio, zadovoljni bi bili i srećni roditelji i on zbog bogatog honorara. Ukoliko bi, pak, pogrešio, većina njih bi odustajala, smatrajući ga šarlatanom, što ga i nije mnogo uzbuđivalo, jer je svoju uslugu unapred naplatio. Za one uporne koji bi tražili pravdu i povraćaj novca postojala je knjiga. Pokazujući im napisano, ubedio bi ih da su od silne želje pogrešno čuli, “jer sve lepo piše a poznato je da knjige ne lažu”. A i ako nisu dobili dete kakvo su želeli, “deca su dar od samog Boga a ko su oni da se protive Božijoj volji” ? Tom prilikom, iz hrpe drvenih krstića okačenih crvenim končićem za lampu na radnom stolu, izdvojio bi jedan i poklonio ga zbunjenim i omađijanim klijentima, poželevši detetu i njima svu sreću.

Otprativši ih do izlaza, vratio bi se u ordinaciju i udobno zavalio u rasklimatanu fotelju, usuvši prethodno sebi čašicu ruma u već ohlađenu šolju čaja.

“Medicina je nauka a psihologija … Eta hudožestvo. Umetnost.” – nazdravio bi sebi.

Zoran Živković je kolekcionar fotografija i dokumenata o starom Beogradu i čuvar lepote epoha koje su predhodile ovom našem vremenu. Jedan je od administratora grupe „Beograd nekad, Stari Beograd, Beograd koga više nema“, koja već više godina postoji na Facebooku i okuplja beonostalgičare. Njihova druženja su prerasla okvire koje nude internet prostori.

Sa ovim tekstom smo, uz njegovu dozvolu, zavirli u, kako on sam kaže, „kutiju za cipele“. "

О док. Садуцком (фото и рассказ из обувной коробки) - Зоран Живкович

Прим. - в заголовке в фамилии пропущена буква "L", в тексте фамилия написана правильно.

В статье есть фотография. Вероятно, это и есть Николай Иосифович Садлуцкий.

Перевод (при помощи электронного переводчика):

" Каждый раз, когда он наливал себе горячий чай из богато украшенного самовара, доктор Николай Садлуцкий снова спрашивал себя: почему он почти двадцать лет заглядывает в души белградцев и не может найти ответа ни на один вопрос. Почему сербы пьют чай только тогда, когда они больны? Для него пить настоящий русский «укропный» чай было божественным удовольствием, от которого он не отказывался даже в самые трудные моменты своей жизни. Каждый глоток был своеобразной машиной времени, которая возвращала его на родину, на берег Черного моря, в солнечную Ялту, воздух которой был наполнен звуками Чайковского и где ветер приносил чарующие ароматы свободы, расслабления и приятного времяпровождения. Живой. К сожалению, в его существовании подул какой-то другой, сильный ветер, который бросил его даже сюда, на Балканы, среди него похожие и, опять же, другие, более простые люди.

Как хороший психолог, он быстро заметил, что сербы, как и все славянские души, предпочитают смотреть в прошлое, к которому они часто обращаются, но не извлекают уроки из него, и немного бояться будущего, поэтому они предпочли бы что будущее раньше, хоть немного заглянуть в него. Если бы кто-то вроде него, глядя на их ладонь, форму лица или интерпретируя их почерк, сказал им, что их ждет в ближайшем будущем, разве они не обманут ее, если она неблагоприятна.

Он дал им это. Через его офис, расположенный в одной из квартирных салонов в центре города, ежедневно с девяти до семи вечера продвигались тени людей, заинтересованных в своей карьере, деньгах, любви, здоровье. На занятия приходили встревоженные незамужние девушки в сопровождении своих матерей и неуверенные в себе мальчики, все еще не готовые к тому, чтобы разрезать свой спасательный жилет. Любой желающий мог измерить свою линию жизни, голову или сердце с доктором Садлуцки и узнать, что было написано на Меркурии, Марсе или Венере. Они несли свои судьбы, написанные в сгибах ладоней. Ему оставалось только прочитать их им и, благодаря своим познаниям в психологии, сказать им именно то, что они хотели бы услышать.

Если бы молодая супружеская пара поинтересовалась полом ребенка, прислушиваясь к их пожеланиям, он твердо предсказал бы это для них. Однако на всякий случай в своей толстой тетради с черной обложкой, изношенной от частого использования, вместе с именем будущих родителей и датой визита он делал предсказание - противоположное тому, что он говорил. их. Расчет был прост. Вероятность гола была половиной. Если он угадает, то и его счастливые родители, и он будут довольны из-за богатого гонорара. Если же, с другой стороны, он допустил ошибку, большинство из них сдались бы, считая его шарлатаном, что его не сильно волновало, потому что он заплатил за свои услуги заранее. Это была книга для тех, кто настойчиво ищет справедливости и возмещения. Показывая им написанное, он убеждал их в том, что они услышали неверно из-за сильного желания, «потому что все написано красиво и известно, что книги не лгут». И даже если они не получили желаемого ребенка, «дети - это дар от самого Бога, и кто они такие, чтобы противостоять воле Бога»? В этом случае из груды деревянных крестов, висящих на столе с красной нитью для лампы, он вынимал один из них и раздавал сбитым с толку и очарованным клиентам, желая ребенку и им всего наилучшего.

Проводив их к выходу, он возвращался в офис, удобно откидывался в шатком кресле и наливал себе стакан рома в уже охлажденную чашку чая.
«Медицина - это наука, а психология - это искусство». Изобразительное искусство. " - он произносил тост за себя."

Зоран Живкович - коллекционер фотографий и документов о старом Белграде и хранитель красоты эпох, предшествовавших нашему времени. Он является одним из администраторов группы «Белград в прошлом, Старый Белград, Белград, когда его больше нет», которая существует в Facebook уже несколько лет и собирает белые ностальгики. Их общение переросло рамки, предлагаемые интернет-пространствами.

Этим текстом, с его разрешения, мы заглянули, как он сам говорит, в «коробку из-под обуви». "

Сын Иосифа Игнатьевича Садлуцкого