Служба на Кавказе - Генеалогический форум ВГД. Тема №120117

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

http://prosvita.ucoz.ru/_ld/0/39_Kub_ukr_2011.pdf

"...28 мая 1863 г. первая партия благополучно прибыла в Хабльский лагерь, ав первых числах июня есаул Д.Подгурский привёл все 182 семейства в лагерь на Абине, где уже обустраивались первые 16 семей. Таким образом, у бывшего Абинского укрепления в течение первого года было поселено 1088 человек:1023 – из Азовского войска и 65 – из станиц бывшего Черноморского войска
(Старощербиновской и Марьянской), а также станицы Царской (ныне Новосвободной) [1, ф.352, п.1, д.12, л.61]. 1июня вторая партия из 206 семейств вступила на берег Хабля и сразу стала размещаться внутри Хабльского станичного окопа на размеченных участках. Немного позже к ним присоединились 2 семьи нижних чинов и семья хорунжего Садлуцкого из Кубанского 209 казачьего войска. Ещё в ведомости «О числе семейств, водворенных в станицах Абинского полка», значится одна семья из государственных крестьян,одна семья из кантонистов и семья отставного коллежского регистратора [1,ф. 252, оп. 2, д. 858, л. 82–84]. Подполковник В.Е.Фролов назначил сотника Кравченко начальником станицы, сотник Сердюков вступил в должность полкового адъютанта, а хорунжий Садлуцкий стал заседателем полкового правления. 7 июня в Хабльский лагерь прибыла самая малочисленная партия сотника Чернова. Часть её отправили, в уже строящуюся станицу Ильскую, где были размещены 131 семья бывших черноморских и 92 семьи линейных казаков воглаве с хорунжим Шелестом [7]. 50 семейств вошло в состав станицы Грузинской. 25 июня 1863г. Абинский полк был окончательно сформирован, и, согласно штатному расписанию, в нём значилось 2 штаб-офицера, 18 обер-офицеров,89урядников и 1756 казаков. Все казаки были распределены по пяти конным сотням. Первая сотня состояла из жителей станицы Хабльской, вторая –Ильской, третья – Антхырской и Грузинской, четвертая – Абинской, пятая –
Шапсугской, Эриванской и Мингрельской [1, ф.352, оп.1, д.1х, л.5–6]. По приказу военного министра Д.А.Милютина станица Хабльская стала военно-административным центром: в ней расположились штаб Абинского полка и полковое правление [2, т. 38. (1863). СПб., 1866. Ст. 40026
]. Об окончательном водворении всех прибывших переселенцев подполковник В.Е.Фролов рапор-
товал в штаб войск Кубанской области 10 июля 1863 года. Но только в середине октября было закончено строительство всех домов [1, ф.252, оп.2, д.858,л.216–218]. "

1881 год. Газета Кавказ.

Увольняются отъ
службы: за болезиию: по ведомству
Главнаго Штаба: бывший Коммисаръ
Александрапольскаго военнаго госпиталя, Коллежский Ассесоръ Садлуцкий,
съ мундиромъ.

Кавказский Календарь на 1877 год.
Управленiе Окружнаго Инспектора Госпиталей.

КА (Коллежский Асессор) Иосиф Игнатьевич Садлуцкий

Кавказский Календарь на 1875 год

Управленiе Окружнаго Инспектора Госпиталей.

Александрапольский госпиталь

ТтС (Титулярный Советник) Иосиф Игнатьевич Садлуцкий

Кавказский Календарь на 1874 год

Управленiе Окружнаго Инспектора Госпиталей.

Георгиевский госпиталь

ТтС (Титулярный Советник) Иосиф Игнатьевич Садлуцкий

Кавказский Календарь на 1878 год

Управленiе Окружнаго Инспектора Госпиталей.

Александрапольский госпиталь

КА (Колежский Асессор) Иосиф Игнатьевич Садлуцкий

Логинова О.П.
К истории 26 (24) полка Кубанского казачьего войска (1863-1870 гг.)

(Статья напечатана в «Вестнике архивиста Кубани» 2019 г. № 14 с.121-128).

"...В декабре 1863 г. полковник Пистолькорс направляет в войсковой штаб доклад, в котором выражал просьбу 26 полка, который, «не желая оставаться равнодушным и недействующим зрителем беспримерных трудов и подвигов, которые совершаются войсками Кубанской области, просит, чтобы дозволено было и ему принести развивающие сила свои на пользу Отечества, и, не взирая на льготу, принять хотя какое-нибудь участие в тех делах, которыми заканчивается последняя страница истории славного покорения Кавказа» (4 л.274).
30-31 декабря 1863 г. семь сотен 26 КП совершили поход из ст. Самурской в долину р. Куши. С 8 по 16 января 1864 г. три сотни 26 полка в составе отряда из трех батальонов стрелков, двух горных орудий, четырех эскадронов и 13 сотен казаков под командой генерал-майора Геймана участвовали в походе в долину Тубы. Согласно распоряжением командующего войсками целью похода были исследование подъемов на перевалы, местности в верховьях Пшехи и проверка возможности перехода перевала в зимнее время (8 л.113).
17 января 1864 г. в войсковой штаб был сделан доклад Пистолькорсом, что «26 полк окончательно сформирован в семисотенном составе» (4 л.272). 22 января совершен поход охотников 26 полка от ст. Апшеронской в верховья р. Тухи. 30 января-1 февраля три сотни 26 полка переходили через хребет Черных гор.
Но наибольшую известность получил поход охотников 26 полка, в числе 92 пеших и 30 конных казаков, под начальством сотника Дугина и хорунжего Садлуцкого, выступивших 15 февраля того же года из ст. Самурской вверх по р. Цыце для осмотра местностей в вершинах Курджипса и правых притоков Пшехи. Присутствие казаков было открыто. В первых жe схватках выбыли из строя сотник Дугин и хорунжий Садлуцкий, но, несмотря на потерю начальников, казаки, отражая атаки, смогли соединиться. И на следующий день смогли занять оборону в пещере, куда перенесли всех своих раненых и, завалив вход камнями, держались в этом убежище без пищи и питья в продолжение четырех дней. И только с прибытием войск, приведенных подполковником Пистолькорсом и полковником князем Амилохваровым, к ночи на 20 февраля удалось выручить казаков..."

"...Земельный вопрос в Закубанских станицах было настолько сложным, что окончательное его решение затянулось на несколько десятилетий. Для жителей станиц жизненно важно было закрепление границ полков, юртов, участков офицеров, казаков-охотников общественных станичных участков и хуторов. Еще в мае 1865 г. командующий войсками сообщает командиру 26 полка, что при устройстве хуторов должно быть исполняться правило об отводе таковых в первую очередь охотникам-переселенцам и просил представить списки желающих с указанием мест под устройство хуторов (20 л.1).
Список желающих иметь хуторскую оседлость был представлен в ноябре 1867 г. ...»

"...Для наделения временными участками офицеров командиру полка предписывалось создать комиссию в составе офицеров полка и депутатов-казаков от той станицы, чьи интересы затрагивались. Комиссии выбрать места для наделов офицерам применяясь, если возможно, к желаниям офицеров, соблюдая интересы как будущего владетеля земли, так и общества, в юрте которой отвод производится. При согласии акты об этом объявляются станицам на полных общественных сходах и ими подписываются...

...Уже 20 января 1868 г. в полковое правление в ст. Пшехскую прибыли по два депутата-казака от каждой станицы для работы в созданной комиссии. Учитывая сложность решаемых ей задач, результаты ее деятельности не раз оспаривались. Так «комиссия и г.г. офицеры не смогли войти в согласие с обществом ст. Рязанской» (21 л.95). Курджипское станичное правление: для офицеров есаула Ткачева, хорунжего Ткачева и хорунжего Розенберга акты подписаны, а есаулам Аверину и Рыженкову и сотнику Садлуцкому отказано (21 л.225)..."

"...В 1869 г. на действительной службе в 24 полку под командой полковника Венеровского С. А. состояло 29 офицеров (22). Войсковые старшины Аверин Константин Иванович, Гливенко Петр Алексеевич, Корольков Антон Лаврентьевич. Есаулы Долгов Иван Иванович, Дугин Никифор Михайлович, Иванов Владимир Константинович, Каськов Константин Дмитриевич (командир 3 сотни), Рыженков Леофор Епифанович (1 сотня), Ткачев Александр Васильевич
Сотники Беляевский Василий, Беляевский Семен, Венеровский Иван Львович, Ерыгин, Еременко Митрофан Федорович, Захаров Степан Георгиевич, Зубков Василий Прохорович, Левшаков Егор Ильич (4 сотня), Процай Аверьян Матвеевич, Розенберг Михаил Михайлович (начальник пластунской команды), Садлуцкий Иосиф Игнатьевич, Ткачев Николай Васильевич (5 сотня), Цуревский Петр Петрович...

...Большинство офицеров полка имели достойные послужные списки, принимали участие в Кавказской войне и русско-турецкой войне 1853-1856 годов. Есаул Иванов и сотник Цуревский принимали участие в обороне Севастополя. Все офицеры имели воинские награды, орденом св. Георгия 4 степени были награждены есаулы Дугин и Долгов, сотники Захаров, Садлуцкий, Розенберг и Ткачев Николай, а сотник Левшаков и хорунжий Баранченко имели по два Георгиевских ордена 3 и 4 степени.
Часть офицеров были выходцами из бывшего Линейного войска (Корольков, Ткачев, Дугин, Захаров, Левшаков, Дерябин), бывшего Черноморского (Гливенко, Процай), Терского (полковник и сотник Винеровские, Зубков, Баранченко).
При этом их происхождение было различно. Из дворян Терской области Винеровский, Киевской губернии Иванов, Смоленской губернии Каськов, Полтавской губернии Цуревский, Могилевской губернии Садлуцкий. Из казачьих детей – Корольков, Дерябин, Левшаков, Зубков, Процай. Из духовного звания Кубанской области – Гливенко, из вольноопределяющихся Ставропольской губернии – Рыжанков, г. Одессы Логунов. Из мещан Каменец-Подольской губернии Розенберг, из жителей г. Тифлиса Джанкулов, из солдатских детей Терской области Баранченко.
Некоторые офицеры воспитывались при доме родителей (Захаров, Зубков, Процай, Баранченко), в частных учебных заведениях (Иванов, Джанкулов), в бригадной (Ткачев) и кантонистской (Цуревский) школах, в школе Донских урядников (Рыженков), уездном училище (Розенберг), Одесской гимназии (Логунов), Воронежской духовной семинарии (Гливенко), во втором кадетском корпусе (Аверин). Вероисповедования офицеры были православного, кроме Захарова - старообрядческого, Садлуцкого – римско-католического и Джанкулова - армяно-григорианского..."

Сунженское генеалогическое общество ( группа ВК )

Список 1-го Сунженского ЛКП урядников строевых и нестроевых по старшинству их службы
за декабрь 1857г. (л.11-12):

В этом списке под № 24 - Иосиф Игнатов Садлуцкий (1823 г.р.), во время войны, в феврале 1863 г. , попал в плен к горцам, получил множественные ранения. В 1880 году по ходатайству получил 150 десятин земли по реке Кошка и Большая Ганжа (недалеко от ст. Черниговская), где основал хутор Садлуцкий.

1. Павел Алексеев Волков 33
2. Петр Парфенов Гречкин 38
3. Иван Кирилов Кельин 40
4. Пракофий Алексеев Коршунов 40
5. Алексей Никитин Евсюков 40
6. Кирей Сергеев Жуков 33
7. Виктор Михайлов Слоткин 25
8. Казьма Васильев Качурин 42
9. Фатей Видинеев Бузулуцкий 31
10. Иван Пахомов Овсянников 35
11. Самойла Александров Малышков 32
12. Иван Федоров Крыгин 31
13. Алексей Александров Курьянов 39
14. Евсегней Андреев Отченашенков 32
15. Федор Иванов Рощупкин 34
16. Мартин Григорьев Афонасов 26
17. Емельян Евланов Пеньков 38
18. Дмитрий Васильев Брадзвилов 30
19. Иван Андреев Старицкий 27
20. Семен Данилов Шамордин 34
21. Гурей Савельев Милованов 40
22. Евгений Иванов Хрусталев 23
23. Михайло Карпов Краснов 35
24. Иосиф Игнатов Садлуцкий 34
25. Иван Петров Харланов 30
26. Тимофей Егоров Лунев 35
27. Иван Юдаев Чаплыгин 35
28. Казьма Васильев Михайлов 35
29. Петр Петров Грязнов 31
30. Леонидий Иванов Хрусталев 22
31. Егор Иванов Заводнов 27
32. Василий Казмин Рябикин 38
33. Андрей Михайлов Венеровский 26
34. Сергей Антонов Чекулаев 32
35. Иван Петров Каклюгин 33
36. Спиридон Петров Бирюков 34
37. Хрисанф Федоров Семенов 33
38. Егор Васильев Масковкин 34
39. Андрей Андреев Чумпалов 20
40. Яков Васильев Криволапов 34
41. Ерофей Арефьев Егоров 31
42. Иван Иванов Арчаков 39
43. Николай Яковлев Тюлпин 35
44. Аким Ермилов Старицкий 39
45. Евтей Ерофеев Головлев 36
46. Алексей Константинов Золотарев 32
47. Петр Иванов Кротов 19
48. Пракофий Яковлев Спицын 30
49. Яков Ефимов Волосатов 26
50. Степан Сергеев Мищенков 27
51. Иван Алексеев Алексеев 33
52. Василий Радионов Алейников 23
53. Иван Кирилов Буняев 38
54. Илья Федоров Бельченко 41
55. Архип Мартинов Алексеев 36
56. Никифор Наумов Наумов 35
57. Денис Ерофеев Головлев 31
58. Степан Безпалов 41
59. Андрей Лукьянов Павленко 33
60. Иван Максимов Карнеев 43
61. Радион Арефьев Илюхин 42 (трубач)
62. Осип Ефимов Коробов30 (полк.писарь)
63. Дементий Григорьев Лизунов 29 (полк.фельдшер).

Газета Кавказ, 1859 год

"...Правительственныя распоряжения
Высочайшие приказы
по Кавказской армии
Апреля 2-ого дня 1859 года.

...1-ого Сунженскаго: изъ Хорунжихъ въ Сотники Подколзинъ, съ
5-го апреля 1858 года. Изъ урядниковъ въ Хорунжие:
Садлуцкий, съ 16-го января, и Афонасовъ, съ 27-го Февраля 1858 года..."

http://drevlit.ru/docs/kavkaz/.../text7.php

Воспоминания Амилахвари И.Г. о боях возле станицы Самурской. Упоминается Садлуцкий Иосиф Игнатьевич (записан как Садлутский).

АМИЛАХВАРИ И. Г.

ЗАПИСКИ

Глава XIII.

Новый командир полка граф Граббе. — Перелом в наших военных действиях за Кубанью. — Прибытие графа Евдокимова. — Зимняя экспедиция и участие в ней французских офицеров. — Смерть князя Вахвахова.- Принц Баденский в экспедиции на Шебше. — Беспорядки в Кубанском войске. — Переход полка на Лабинскую линию. — Император Александр II на Кавказе. — Конец 1861 года на Лабинской линии. — Переход полка на р. Белую. — Начало колонизации края.

"...Однажды, майор Пистелькорс (впоследствии один из наших лучших боевых генералов, тогда командовавший казачьим полком, поселенным на Курджипской линии) получил известие, что невдалеке от Самурской станицы пасутся тубинские стада и выслал в набег 30 конных и 120 пеших пластунов, под командой бравого сотника Дугина. Казаки не нашли добычи там, где ее ожидали; но Дугин не хотел возвращаться назад с пустыми руками, а потому, отправив конных назад, задумал вторгнуться в Тубу с одними пешими пластунами. Как он добрался туда — не знаю, но только добрался и заночевал в одном из аулов, разоренных Макаровым. Едва стало светать, как Дугин отправился на поиски. Но тут случилось то, чего никто не ожидал: тубинцы уже знали о появлении охотников и, устроив засаду, напали на них в значительных силах. Дугин был убит; другой офицер хорунжий Садлутский изранен и захвачен в плен. Из казаков едва спаслось 50 человек; но эта горсть, выбрав себе в начальники казака Евтушенко, пробилась сквозь неприятеля и засела в ближайшую пещеру, решив защищаться до последней капли крови. Подвиг пластунов достоин внимания тем более, что во всей команде не было ни одного старого казака. Это были все переселенцы, недавно прибывшие из России, и даже сам Евтушенко не был природным [336] пластуном. Он жил до этого времени частным человеком в Черноморьи, а когда его родители переселились из Малороссии в Самурскую станицу, он переехал туда же и был приписан в казаки. Есть пословица, что «не тот казак, кто родился от казачьего отца и матери, а тот, кто казак по духу, по крепким нервам и железной воле». Таким именно и оказался Евтушенко.

Четыре дня и четыре ночи, без пищи и питья, казаки выдерживали блокаду и, укрепившись в пещере, отбивали штурмы, не помышляя о сдаче. Но, наконец, стали падать и их железные силы; сам Евтушенко был ранен, но продолжал командовать и ободрять казаков надеждой на близкую выручку. На общем совещании решили, наконец, послать несколько человек, которые, пробравшись по разным дорогам, должны были дать знать о их положении в Самурскую станицу. Большинство из этих людей погибло, но двое — Кубанов с простреленною рукою и еще один казак-малоросс успели добраться до линии и подняли тревогу. Пистелькорс тотчас собрал небольшой отряд и двинулся с ним в Тубу со стороны Маиортупского поста. Но едва он достиг до входа в узкое ущелье Пшехи, как должен был остановиться: ущелье было занято горцами и пробиться через него без громадной потери было нельзя.

Все это происходило в то время, когда я находился в Ставрополе, куда был вызван Евдокимовым и только на обратном пути к Майкопу узнал о тревоге, охватившей линию. Я тотчас взял три эскадрона драгун и, присоединив к ним две сотни казаков и роту пехоты, поспешил к Пистелькорсу. Спасти остаток казаков было главною задачей отряда, а потому ни разливы рек, ни темнота ночи, ни усталость людей, — ничто не могло остановить движения. Я шел без привалов и к десяти часам утра был уже у теснины, где стоял Пистелькорс. Оставив [337] пехоту в засеках для прикрытия своего отступления, я со всею кавалериею двинулся дальше и, миновав ущелье, уже покинутое неприятелем, вступил в Тубу. Как ни расспрашивали мы двух-трех казаков, спасшихся каким-то чудом от общего истребления, никто из них не мог даже приблизительно определить место, где происходила битва. Эта неизвестность была неодолимою преградою для розысков. Куда направить войска? Где искать погибших? Большинство было убеждено, что пластунов, которых шли искать, давно уже нет на свете, что несоразмерно превосходный неприятель и голод сделали уже свое дело, и нам предстояло разве только предать поруганные тела их честному погребению. Положение было трудное тем более, что войска, выступившие по тревоге, не взяли с собою сухарей и теперь буквально голодали. Долго все поиски оставались тщетными, и Бог знает каков бы был дальнейший результат, если бы счастливый случай не вывел нас из затруднения. Наездники, рыскавшие по сторонам, увидали вдали двух пробиравшихся людей в татарской одежде и, кинувшись в погоню, узнали в них пластунов, вновь высланных Евтушенко. Когда их привели ко мне, они сообщили, что все казаки без малого живы, но находятся в страшном положении. — «Идите скорее, говорили они, Евтушенко велел сказал, что у казаков пятый день, как нет хлеба, — едят снег; патроны также на исходе; вчера их оставалось по десяти на брата.» Казаки прибавляли, что горцы предлагали им сдаться, но Евтушенко отвечал: «Когда перебьют всех, тогда и берите наши тела, а живыми никто из пещеры не выйдет.» Трудно описать то чувство священного братства, которое охватило всех нас при этом известии; все позабыли усталость и голод, и все рвались скорее спасти погибавших.

Между тем с гор спустился туман такою густою [338] пеленою, что не было возможности видеть окрестности. Казаки сбились с дороги и никак не могли отыскать направления. Бродили долго и опять выручила всех счастливая случайность. Один из казачьих разъездов, отбившись недалеко в сторону, увидел на земле носовой платок Дугина. Бросились искать в этом направлении и действительно, наткнулись на тела побитых казаков, лежавших среди таких трущоб, где двигаться верхом не было уже возможности. Я собрал всех трубачей и приказал трубить сбор, а затем сделал три залпа, по которым Евтушенко должен был заключить, что к нему идет выручка. Прошло несколько томительных минут — и вдруг, где-то далеко влево, прогремели три ответные залпа. Пещера стало быть находилась в том направлении. Я тотчас отправил туда 200 пеших драгун и казаков с майором Умаровым, а остальной кавалерии приказал остаться на месте. Между тем наступила ночь; туман и снег с дождем продолжались по-прежнему. Тихо и мертво было кругом. Но вот вдали, здесь и там, сверкнули огоньки бивачных костров, по которым легко было определить расположение неприятельских пикетов. Тубинцы не стали однако ожидать нашего приближения и, рассеявшись, открыли подступ к пещере. Но казаки, томившиеся в осаде, стали крайне недоверчивы, и Евтушенко первый выразил сомнение в том — нет ли какого-нибудь подвоха со стороны тубинцев? — «Чего доброго!» отвечали казаки, и в ответ на русскую речь курки винтовок защелкали. Умаров поспешил вступить в переговоры. «Живы ли вы?» спросил он громко. — «Слава Богу, живы, хотя есть убитые и раненые. А вы кто такие?» — «Мы пришли спасти вас; выходите, братцы, скорее.» Голос казакам был незнакомый, и они усомнились. — «Не верим, что вы наши — сыграй в трубу!» отвечал несговорчивый Евтушенко. Трубач заиграл. [339] — «Нет,» крикнул Евтушенко, вспомнив вдруг, что при гибели казаков была отбита у них и труба, — «скажите сначала, кто у вас начальник?» — «Князь Амилахвари», отвечали ему. — «Знаем его. Ну, а кого вы знаете из наших?» — «Ты Евтушенко, и теперь за старшего.» Но Евтушенко придумывал уже новый вопрос, и экзамен по всей вероятности продолжался бы долго, если бы, наконец, не появился Кубанов, остававшийся где-то позади. — «Я, братцы, Кубанов, которого вы послали и привел вам выручку,» крикнул он казакам. Казаки признали его голос и только тогда кинулись разламывать каменную стенку, которою загородили пещеру. К утру спасенные пластуны были уже в отряде, и мы приветствовали их дружным «ура», — общая дань восторга и удивления их геройской защите. Расспросам и рассказам с обеих сторон не было конца, и даже на этот раз позабыта была пословица, что соловья баснями не кормят. «Спасти-то мы, братцы, вас спасли, а покормить вас нечем,» шутили драгуны и казаки, «сами почти ничего не евши несколько дней сряду.» — «Ничего, перетерпим,» — отвечали им пластуны. Но уже через несколько часов с Белореченской линии прибыл полковник Макаров со своим полком и целым транспортом провианта. Он узнал, что мы выступили, не успев ничего захватить с собою и поспешил на помощь..."

Примечание:

Князь Иван Гивич (Егорович) Амилахори, (Амилахвари, Амилохваров) (груз. ივანე გივის ძე ამილახვარი, 6 января 1829 — 29 августа 1905, Гори) — генерал-адъютант, генерал от кавалерии, один из выдающихся боевых деятелей Кавказа.