Василий (Касперович) Андреевич Дунин (Глушинский)-Борковский

За успешные действия эскадрона в ходе второго сражения (29 июня) при Феодосии (Кафе) Дунину было присвоено звание премьер-майор, что соответствовало должности первого заместителя командира полка в отсутствии последнего. С августа 1771 года Дунин командует 4-мя эскадронами после убытия одного подразделения во главе с командиром полка на Кубань для агитационной работы среди мурз татарских орд.
В середине августа Прозоровский со своими войсками вышел из Крыма в низовья Дона на зимние квартиры. Борисоглебский драгунский полк без одного эскадрона был оставлен в Крыму в распоряжении генерал-поручика Е.А. Щербинина для наблюдения за морем и действиями противника; Дунин получил приказ «следовать в Козлов на смену бывшего там Брянского полку».
1 ноября 1772 года в Карасубазаре крымский хан подписал с князем Долгоруковым договор, по которому Крым объявлялся независимым ханством под покровительством России. Оставив гарнизоны в крымских городах, в том числе и в Козлове, и освободив более десяти тысяч русских пленников, армия Долгорукова ушла к Днепру. На военном совете в Кафе с участием вице-адмирала Сенявина, генерал-поручик Щербинин принял решение «Борисоглебского потому ж невозможно отсель выступить, а остаться ему здесь купно с Астраханским полком, как сие два полка в оба случаи могут употреблены быть, то есть пешими и конными».
В конце февраля 1773 года полку Дунина поступил приказ: «в случае волнения татар занять 2-й лагерь при реке Чекраке под командою господина генерал-майора Фризеля», где Прозоровский приказал «Борисоглебскому драгунскому полку предполагаю я приходящее лето служить конницею» и приготовить к выступлению «в принадлежащей к оному убранстве и исправности».
В 1774 году ситуация в Крыму была неопределенна и сложна. Турция, хоть и согласившись на признание независимости Крыма, готовилась к новой войне. Татары в Крыму разделились на две группы – русской и турецкой ориентации, столкновения между которыми, доходили до настоящих сражений.
Борисоглебский полк по-прежнему решал свои разведывательные задачи и осуществлял наблюдение за возможными местами высадки турецкого десанта. 22 июля Дунин получил указание от генерал-майора Фризеля организовать связь и выставить конные разъезды к стороне Ахт-мечети и Чарка.
10 июля в Кючук-Кайнарджи заключен очередной «вечный» мир между Россией и Турцией. Однако известие о мире было получено в Крыму только 27 июля, в самый разгар боев с высадившимися в разных местах турецкими десантами и восставшими татарами. Получив известия о заключении Кучук Кайнарджийского мира от 10 июля, «войска должны были из полуострова выйти и идти в назначенные по мирному положению дивизии». За перекопской линией войска были остановлены. Полк Дунина находился при Шагин-Гирейском ретраншаменте.
13 января 1775 года из Крыма были выведены русские войска. Остались только небольшие гарнизоны в Еникале и Керчи.

Иван Петрович был женат на Марии Дмитриевне Норовой – дочь генерал-поручика Дмитрия Автомоновича; в 1783 году у них рождается первый ребёнок.
В год венчания молодых Потемкин впервые посещает Елизаветград, где Иван Петрович был командиром полка. В архивных документах по крепости имеется запись: «Затем ордером Новороссийского губернатора Языкова от 25-го сентября 1782 г. предписывалось коменданту крепости св. Елисаветы Петерсону встретить с подобающей почестью и пушечный пальбой князя Потёмкина, который имел первый раз прибыть в крепость 27-го того сентября». В 1784 году Потемкин вновь приезжает в Елизаветград; Иван Петрович Дунин назначается бригадным бригадиром. Оставаясь при Елисаветградском легкоконном полку, бригадир Дунин курировал и другие кавалерийские полки согласно расписанию войск.
В 1787 г. императрица Екатерина II совершила путешествие на юг, которое получило название «Путь на пользу», проверяя готовность к новой войне. Императрица 20 марта 1787 г. в Киеве выразила свое благовеление в повышении офицеров в звании и награждении орденами. Ивану Петровичу присвоила звание генерал-майор, дав высокую оценку подготовки его полкам. «Здесь я нашла треть прекрасной легкой конницы, той, про которую некоторые незнающие люди твердили доныне, будто она лишь считается на бумаге, а в самом деле ее нет, – пишет императрица 30 апреля в Москву генералу П. Д. Еропкину, – Однако же она действительно на лицо, а такова, как, может быть, еще никогда подобной не бывало, в чем прошу, рассказав любопытным, слаться на мое письмо, дабы перестали говорить неправду».
В журнале, освещавший путешествие Екатерины в 1787 году сказано, что Иван Петрович был достоин чести сопровождать императрицу в почетном эскорте. «По обеим сторонам дороги стояли полки, отдававшие обычную честь и играла музыка. У кареты Всемилостивейшей Государыни ехали верхами: генерал-фельдмаршал князь Григорий Александрович Потемкин, генерал-аншефы: князь Долгорукий и Текелий, генерал-поручики: Гейкин, граф Румянцов и Левашов, генерал-маиоры: Дунин, Кутузов, Аршеневский, барон Ферзен и Волков».
В начале августа 1787 года, через два месяца после отъезда Екатерины из Украины, началась новая война России с Турцией, которая ультимативно потребовала возвращения Крыма. Русское правительство отвергло ультиматум, и Турция 13 августа объявила войну России. Россия сосредоточила на юге две армии: Екатеринославскую генерал-фельдмаршала Г.А. Потемкина (82 тыс. человек) и Украинскую генерал-фельдмаршала П.А. Румянцева (37 тыс. человек).
Началом боевых действий была высадка десанта у Кинбурна, разгромленного 1 октября войсками под командованием Суворова. Генерал Дунин командовал «Вторым участком, который находился в устье Буга, – два пехотных полка, один драгунский. К устью Буга к Дунину прибыла для подкрепления егерская бригада Голенищева-Кутузова. Суворов произвел перераспределение сил – часть полков отдал во флотилию Мордвинова, в Херсон, по кинбурнским редутам. 14 сентября, «передав руководство обороной участка на правом берегу Днепра генералу Дунину, а самого Херсона – Бибикову, Суворов переехал в Кинбурн». 2 октября Суворов отпраздновал победу на глазах очаковских турок парадом на косе, обедней и благодарственным молебном.

Согласно расписанию «Кавалерии и легких войск при кордарме» Дунину под руководством генерал-поручика князя Сергея Галицына назначались в команду Елисаветградский, Переяславский и Харьковский конно-егерские полки 10 эскадронного состава каждый. Кавалерия действовала в составе «Войск от Молдавии» и передавалась для усиления группировки в ходе штурма крепости Измаила. За умелое руководство войсками Екатерина II 25 марта 1791 года Дунину и Кутузову присвоила звание «генерал-поручик».
После смерти светлейшего князя чрез два дня приехал Каховский и отдал приказ, что по ордеру покойного главнокомандующего вступает в командование армией. А уже в мае 1792 года императрица повелела войскам Каховского вступить в Польшу «для содействия в восстановлении старинных польских прав и вольностей».
Украинская армия состояла из четырех корпусов: генерал-поручиков М.И. Голенищева-Кутузова, Дунина, Дерфельдена и Леванидова. По плану Каховского главные силы армии, в составе корпусов Кутузова и Дунина, должны были вторгнуться в Польшу со стороны Днестра и действовать против поляков, стараясь охватить их с правого фланга, тогда как Дерфедьден должен был двинуться через Ольвиополь (Первомайск) в левый фланг противнику, а Леванидов – действовать против его тыла со стороны Киева.
Войска заняли всю Польшу и расположились по квартирам. За эту кампанию 28 июня 1792 Каховский Михаил Васильевич, генерал-аншеф был награжден орденом св. Андрея Первозванного. Дунин был награжден орденом Св. Александра Невского. Кутузов за отличия в Польской кампании получил имения в Волынской губернии (2 тыс. душ).
Генерал-поручик Иван Дунин 16 января 1794 года назначается командовать войсками, предназначенные «для защиты берегов Екатеринославской губернии», а генерал-поручик Андрей Розенберг – «полуострова Таврического».
Согласно «расписанию войск, назначаемых для защиты берегов Екатеринославской губернии и полуострова Таврического», утвержденного Екатериной II, Ивану Дунину были подчинены бригадные командиры генерал-майоры: Георгий Богданов, Георгий Шевич, князь Николай Волконский, Сергей Львов с вверенными им войсками.
6 апреля 1794 г. восстала Варшава. Командование в Польше было застигнуто врасплох. Разобщенные русские подразделения гибли в узких улицах города. Румянцев поручил Суворову и его соседу по району генерал-аншефу Салтыкову закрыть наглухо и распустить бывшие польские войска.
Согласно «расписанию войск по высочайшему ЕЯ Императорского Величества… Войска генерала-поручиков Ивана Дунина, Павла Потемкина, князя Бориса Шаховского в мае месяце выделялись в распоряжение Суворова. 26 мая Суворов выступил в поход, а 12 июня в Белой Церкви были без боя обезоружены последние из восьми тысяч поляков».

Всего у Ивана Петровича и Марии Дмитриевне было семь детей: Софья, Евдокия, Елена, Василий, Екатерина, Мария и Варвара.
Софья Ивановна Дунина (1783- ?) – первый ребенок. Муж Софьи – полковник жандармерии Николай Дмитриевич Бахметьев.
Вторая дочь Евдокия Ивановна Дунина (1785? -?) – вдова действительного тайного советника Черепанова Петра Семеновича, из потомственных дворян Московской губернии, сенатор
Елена Ивановна Дунина (4.I.1789 - 3.4.1866) – жена графа Карла Карловича Сиверса, сенатора действительного тайного советника (1772 -1856).
Единственный сын Василий Иванович Дунин (1793-26.8.1812) «в 1812 году исполнял должность адъютанта Шефа полка Генерал-Майора графа Сиверса 1-го. 26 августа (по другим источникам 24 августа) 1812 года в чине поручика убит в сражении с французами при Бородине. Похоронин в никрополе Донского монастыря. На могильном памятнике в виде скорбящей плакальщицы надпись: «Васiлiй Ивановичь Дунинъ убитый на поле сражения при Бородине 1812 года 24 августа». Поручик Дунин» занесен в список героев на 12 стене храма Христа Спасителя и на памятнике 4-му кавалерийскому корпусу генерала К.К. Сиверса. Захоронение Дунина Василия Ивановича в некрополе Донского монастыря постановлением Правительства Москвы 16.08. 2012 № 407 включено в единый государственный реестр объектов культурного наследия. Планируется проведение работ по его сохранению.
Дочь Екатерина Ивановна Дунина (1795? -1862) – вторая жена Ивана Онуфриевича Курас (1760-1836), действительного тайного советника, служившего при Суворове.
Мария Ивановна Дунина (1797? -?) вдова генерал-лейтенанта Гревса.
Младшая дочь Варвара Ивановна Дунина (17.3.1799-12.4.1890), – жена генерал-лейтенанта барона Пиллар фон Пильхау Густав Федоровича.

Ландмилицкий полк «Полковника Дунина»

Для охраны южных рубежей, особенно от татарских набегов, Петр I по образцу Рославльского шквадрона в 1713 году пытался сформировать первые 14 ландмилицких полков. Реальные полки были сформированы в 1725 году и назывались по имени командиров: «Подполковника Геникa (А.), Майора Карамзина (Е.), Полковника Кичича (Апостолa Кигича), Полковника Дунина (Андрея, А. Дунаи), Подполковника Аксакова (П.)». Полки были сформированы из однодворцев Воронежской и Белгородской губерний. Президент Военной коллегии Меньшиков А. Д. «разобрал севских, орловских, брянских, трубчевских и прочих городов однодворцев, подьячих старой службы, пушкарей, казаков, копейщиков, воротников, затинщиков и ими укомплектовал корпус…».

Согласно ревизской сказка Верхнего Бишкина за 1748 год (2-я ревизия, только выбывшие) из Обоянского уезда в 1736 году было переселено 8 семей, в том числе: «мая 11 дня обоянского уеsду деревни камѣнца Федоръ Дунинъ, поселенъ по желанию, умре въ 745м году». Что касается остальных семей, то также показано: «Имена и прозвания которіхъ городовъ селъ и деревень; Леты; Откуда присланно іли сами пожеланию поселены; Кто каким случаемъ убылъ і понынешней ревизіи вподушно окладъ неположенъ».
Во время отсутствия походов и боевых действий, определенное количество ландмилиционеров отправлялось навестить свои семьи. «Если это происходило в отсутствие трав, то на каждые сто верст на прокорм лошади ландмилиционеру давали по 10 копеек. Отсутствие семей ландмилиционеров на линии, запрещало им использовать право на питейный откуп и свободное винокурение».
В 1745 году после продвижения границ южные районы Слобожанщины начали активно заселяться однодворцами. Об этом говорят «Послужные и смотровые списки русской армии 1730–1796 гг. в собрании РГВИА», в которых Дунины отмечены в Брянском, Орловском, Белгородском, Путиловском, Рыльском и др. ландмилицких полках.
Так, некоторые редкие фамилии жителей Крупецкой волости имеют сходство с фамилиями служилого населения Путивльского полка (Анохины, Прудниковы, Выходцовы и др), а также Орловского полка (Дунины, Плаксины, Бондаревы, Понамаревы и др). В сказках крестьян Крупецкой волости Севского уезда за 1745 год говорится: «У него Юрья внук Тимофей Семенов 3-х лет. Он, Тимофей, по заменной ведомости из села Крупца выключен, а числитца при отце своем в стрелецком чину в Путивле Семеном». В метрических книгах Бологченской церкви Рославльского уезда показаны государственные крестьяне Дунины, Бондаревы, Понамаревы, состоящие в родстве и некоторые из них числились отставными солдатами, Плаксины – учителями церковно-приходских школ Пацыни и Бологчи.
Отставные ландмилиционеры начали также селиться на землях у крепостной линии, с возвращением в однодворческое сословие. Сюда же переселялись семьи тех ландмилиционеров, которые продолжали нести службу в крепостях. «Переселенцам была наделена полоса земли шириной 20 верст вдоль линии, 15 верст с севера и 5 верст с юга».
Среди архивных документов таких как «челобитные однодворцев об освобождении их от службы», «доношения однодворцев о определении их на прежнее жилище» и др., наибольший интерес представляет списки офицеров достойных повышению в плане прохождения службы, в который включены и Дунины Орловского и Брянского полков. В представлении к повышению в звании от 13 апреля 1754 года офицеров и сержантов Орловского полка среди достойных отмечен «Подпоручик Иван Дунин, из дворян, грамотен. В службе неизвестно с какого времени. В этом звании с 15 октября 1752 г. К повышению достоин».
Известны случаи, когда брянские и рославльские однодворцы уклонялись от рекрутского набора и записывались в полк Смоленской шляхты, пользуясь услугами однофамильцев или покровителей. Так, племянник жены шляхтича Алексея Дунина, инженер-прапорщик Яков Николаевич, был землемером. На него жаловался Илья Михайлович Радванский (заполочный офицер по списку 1755 года показан подполковником сверх комплекта, владел деревней Озаренки в Рославльском уезде), за неправильно установленную межу с селами «Покров, Печатники и Холм, принадлежащие князю Григорию Орлову (будущему фавориту Екатерины Великой) и его братьям, графьям Ивану, Алексею, Фёдору Орловым и Ивану Сергеевичу Головину». Илья Михайлович был знаком с московскими Дуниными и мог быть таким покровителем. Хоненко пишет, что будучи в Москве «обедали с Ильей Михайловичем Радванским, шляхтичем смоленским и его женою» в доме покойного бригадира Дунина. Как было сказано ранее «некий, видимо, никогда не существовавший хорунжий сверх комплекта Иван Дунин, показанный по списку 1754 года с пометкой «безызвестен» мог быть внук бригадира Андрея Николаевича.