Лодыгины

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Софья Александровна Крылова, родилась в Алатырском у. Самарской губ. [(1836 - 1.03.1916, 80 лет, похоронена на Ваганьковском кладбище, отпевание в ц. Тихона у Арбатских ворот. (1.03.1916 – умерла вдова отставного ротмистра Софья Александровна Лодыгина, 80 лет.)] в с. Ардатово ( а м.б. в д. Висяга).

Мать - Мария Михайловна Филатова, отец - Александр Алексеевич Крылов. Вышла замуж за Епафродита Петровича Лодыгина (1810 - 1886).

Вот корни этого Эпафродита Петровича я и ищу. . Его отец, Петр Лодыгин, был из Тамбовской губ. Липецкого уезда. В Тверской губ. жили его близкие родственники. В семье сохранилось воспоминание о том, что на день рождения их дочери, Анны Э., в марте, и на другие праздники из имения их очень близкой родственницы присылались цветы, клубника и прочие оранжерейные вкусности. Да и сама Анна Епафродитовна рассказывала своей внучке о садах и оранжерее в имении родственницы (но вот правнучка уже не помнит названия села).

М.Б. это были фрукты и ягоды из оранжерей с. Алексейково?
" ....Яблони, вишни, сливы, а тем более персиковые деревья плохо приживаются в современном Лесном районе. А в начале ХХ века здесь, в поместье Лодыгиных (д. Алексейково), в специальных теплицах и оранжереях плодоносили вишни и круглый год цвели розы. В имении по подземным трубам текла и горячая и холодная вода. Очевидцы сравнивали отапливаемый сад Варвары Лодыгиной в Алексейкове с чудом света: висячими садами Семирамиды.
В Алексейкове - единственная сохранившаяся на территории современного Лесного района дворянская усадьба Лодыгиных. Ее первые хозяева: генерал-майор Николай Иванович Лодыгин и его жена Елизавета Михайловна (ур. N) (они есть в книге Чернявского под № 667) - жили здесь в середине XIX века. Управляющим у них был Теодор Гоппмайер - дед известного писателя и путешественника Владимира Арсеньева. Дом многое может рассказать о хозяевах. ...Стараниями помещиков в 1886 году в Алексейкове была выстроена церковь Александра Невского. Тогда же и возведен кирпичный барский дом с мезонином и зимним садом. Для крестьян в имении была выстроена больница, рядом с ней - дом врача. Помещики позаботились и о том, чтобы свои дома были у управляющего имением, садовника, священника.
В начале ХХ столетия имение унаследовала Варвара Александровна Лодыгина. ....После революции владелицу, к тому времени вдову, выселили из имения, разрешив жить в Москве. Столь гуманное отношение к себе она заслужила своей благотворительной деятельностью: при ее содействии жители окрестных деревень получали образование и врачебную помощь. Скончалась Елизавета (? Варвара -valcha) Лодыгина в 1936 году.
Сейчас в деревне Алексейково стоит заколоченный полуразрушенный барский дом. К озеру по-прежнему спускается кедровая аллея со следами прежней ухоженности. На всем лежит отпечаток гордого умирания. В усадьбе нет больше ни зимнего сада, ни чудо-водопровода....

Ольга ВИШНЯКОВА

Весной 2011 года, после долгих поисков я нашла точный ответ на вопрос чей сын Петр Лодыгин (отец Эпафродита). Это, как я и предполагала ранее, Николай Иванович Лодыгин, помещик Тамбовской и Рязанской губ. (Раненбургского у.).
ГАТО. Ф.161, Оп.1. Д. 22. 1785 г. (Липецкий у.): 1. Ладыгин Иван 2.(1) Ладыгин Николай Иванович (с. Никольское), р. в 1741, прапорщик в отставке, жена - Елена Лукинична Вельяминова, дворянка. Дети: Николай (р. в 1783 г.), Иван (р. 1770 г.). Петр (р. в 1765 г.), Афимья, Аграфена (р. в 1773 г.), Марья (р. в 1772 г.), Александра (р. в 1769 г.).

Я не нашла пока ПС Эпафродита Петровича и не могу определить его службу, знаю только, что во 2-й половине 19 века, он жил и служил в Москве,
Есть фотогр. в мундире какого-то гражд. ведомства...., но, увы, пока этот мундир не определился.......

Известно также, что Аграфена Николаевна Себрякова (см. выше ГАТО) обвенчавшаяся в 1796 г. с Василием Михайловичем Себряковым (Донское казачество) была урожд. Лодыгиной, и московская семья Анны Епафродитовны Лодыгиной хранила некоторые вещи, принадлежавшие ее внучке, Анне Михайловне Себряковой (матушке Арсении), которая умерла в 1905 г.

ПС. Внучка Анны Епафродитовны в 2002. г. передала сохранившеся в семье вещи Анны Михайловны Себряковой (игуменьи Арсении) в 2003 г. в Волгоградский краеведческий музей.

http://svtnikola.cerkov.ru/201...vedickaya/

Игумения Усть-Медведицкого Преображенского монастыря Русской православной церкви. Причислена к лику местночтимых святых Волгоградской митрополии на заседании Священного Синода Русской православной церкви 21 октября 2016 года.
http://www.youtube.com/watch?t...EjdeQPdnVY
http://www.youtube.com/watch?v=HAgqVdQ1rbw&vl=ru

Садовая-Кудринская ул., д.22с1.Фото 1975 - 1979 гг.

В начале XX века он принадлежит дворянке Ладыгиной Софье Александровне, ур. Крыловой (1836 - 1916 гг.), жене отставного капитана, статского советника Епафродита Петровича Ладыгина (1810 - 1886).
Ю. Федосюк в книге "Москва в конце Садовых" пишет, что дома на этом участке были построены в начале XX века, но ни архитекторов, не точный год постройки не указывает.

Софья Александровна приходилась родной тетей академику Алексею Николаевичу Крылову, известному математику и кораблестроителю. По отцу и матери она была в родстве с Ляпуновыми, Филатовыми, Капицами

Ее муж приходился родственником известной матушке Арсении (А.М. Себряковой), и когда матушка бывала в Москве, она всегда останавливалась у Лодыгиных.
Садовая-Кудринская ул., д. 22с1.

valcha написал:

[q]
Первый брак = Софья Дмитриевна Якушкина (? - после 1827)
[/q]

Дочь Дмитрия Степановича Якушкина, его мать - Марья Антипьевна ( ? - 1797), урожд. Гурьева ( Якушкин, ее третий брак )

Дальний родственник декабриста.

valcha написал:

[q]
Род Буниных
1. Петр Максимович Бунин (1746 – 1801), прапорщик, сын Максима Казмича, капитана. с. Урусово и сц. Ивановское Данковского у.
Жена - Анна Ивановна Лодыгина (ум. в марте 1775).
Их дочь - Анна Петровна (7 янв. 1774 с. Урусово - 4 дек. 1829 с. Денисовка - Дуроломовка), Раненбургский у. Рязанской губ. была поэтессой
[/q]

Русская Сафо на родине.
http://rodnaya-storona.ru/node/1117

первая русская поэтесса Анна Петровна Бунина (1774-1829).
Мало кому известно, что жизнь Северной Коринны окончилась в рязанской усадьбе Денисовка (ныне Липецкая область), где сохранился дом — последнее пристанище поэтессы.

К ИСТОКАМ

В начале 1820-х годов здоровье Анны день ото дня слабело, болезнь (рак груди) прогрессировала, помощи ждать было неоткуда, и в 1823 году неизлечимо больная поэтесса решила навсегда покинуть российскую столицу. Она отправилась на рязанскую родину, о которой постоянно вспоминала в промозглом Петербурге, и поселилась в деревне Денисовка Раненбургского уезда Рязанской губернии, в пяти верстах от родного Урусова, у двоюродного племянника Бунина Дмитрия Максимовича. Первоначально сельцо носило название по фамилии его хозяев Денисовых. А острые на язык местные жители дали ему ещё одно название: Дуроломовка. Это поселение со сменой владельцев обрело и новое имя — Бунине (или деревня Бунина).
Денисовка в списке населённых мест 1859 года значилась как владельческое село, насчитывавшее 7 дворов и 117 жителей. А позже село стало деревней. В 1920 году в ней насчитывалось 200 жителей, в 1932 году — 255. Но затем Денисовку настигла всероссийская беда — вымирание сельского населения. Сейчас здесь осталось лишь несколько домов, да и те позаброшены...

Приютивший поэтессу Дмитрий Бунин был личностью колоритной. Этот человек служил на флоте, принимал участие в морских баталиях, он оставил службу в звании капитан-лейтенанта и занялся хозяйством. В тот период предводителем Раненбургского уездного дворянства был майор Пётр Лодыгин, дядя хозяина Денисовки. (Кстати, из рода Лодыгиных происходила и мать Анны Буниной.)

Дмитрию Максимовичу болезни и ранения не позволили принять участие в Отечественной войне 1812 года. В Денисовке он вёл жизнь домоседа, сосредоточив всё внимание на обустройстве имения и облегчении участи крестьян и дворовых. Его жена, Елизавета Петровна, слыла женщиной доброй, но, по словам Петра Петровича Семёнова-Тян-Шанского, «с немалой долею психопатии». Морскому офицеру в отставке самому приходилось ухаживать за больной тёткой, заботиться об имении.

НА ЗАКАТЕ

Анна Петровна провела закат своей жизни в сельской глуши, изредка наведываясь к родственникам и знакомым в Скопин, Усмань. В феврале 1826 года она лечилась в Липецке, на минеральных водах, но целебные источники результатов не дали.

Последней работой поэтессы является перевод с английского языка «Нравственных и философических бесед» шотландского писателя и проповедника X. Блэра, который в июне 1829 года вышел из печати с посвящением российскому юношеству. Получив наконец долгожданное издание, переводчица любовно погладила красный сафьяновый переплёт, обмакнула перо в чернильницу, а затем подписала и отправила «со смертного и страдальческого одра» дарственный экземпляр книги в адрес Российской академии. Ещё один памятный экземпляр книги с автографом Анны Петровны долгое время хранился в семье её внучатого племянника Петра Петровича Семёнова-Тян-Шанского.

Судьба так распорядилась, что Анна Бунина ушла из жизни в период расцвета своего таланта. Поэтесса замечала, что счастью она «была всегда отдалённою знакомою».

Российская академия, хорошо осведомлённая о стеснённости поэтессы в средствах, отправила ей 1000 рублей ассигнациями за перевод сочинения Блэра, а также поэтическое творчество, однако никакие деньги уже не могли спасти Анну Петровну.

Мучительные боли не давали покоя, и Анна Бунина находила утешение в заветном талисмане — маленьком мешочке с ладаном, который носила обычно с собой. Помолившись в полупустой церкви перед иконой Пресвятой Богородицы, она с помощью Дмитрия Максимовича с трудом поднималась с колен, раскрывала ладанку и долго вдыхала тягучий аромат. И, казалось, боль отступала, но ненадолго. Племянник на руках выносил Анну Петровну из церкви, усаживал в пролётку и вёз домой. Ночью мучительные боли снова истощали силы поэтессы, и без того угасающие.

Чувствуя свой близкий уход, Анна Петровна составила духовное завещание, представляющее собой исповедь перед Богом и близкими людьми, которых поэтесса любила, по её выражению, «в простоте сердца» и перед которыми у неё не было «ни злоумышления, ни лести, ни коварства».

ПОСЛЕДНИЙ ПРИЮТ

Анна Петровна Бунина скончалась 4 декабря 1829 года в Денисовке. Памятник на могиле русской Сафо сооружён стараниями племянницы поэтессы, Надежды Ивановны Буниной, и внука её сестры, Марии Петровны, прославленного географа, статистика, путешественника Петра Петровича Семёнова-Тян-Шанского.

В 20-х годах XIX века имение Буниных в Урусове обезлюдело. Вихрь революции 1917 года разметал по свету насельников усадьбы. Со временем пришло в запустение и кладбище, на котором нашли упокоение представители славных дворянских родов: Буниных, Семёновых и Кропоткиных. Надгробная плита Анны Буниной сохранилась в краеведческом музее, а место захоронения затерялось.

В 1990-е годы при помощи биолокации на кладбище Урусова, где оставалось несколько полуразрушенных склепов да еле приметные могильные холмики, было приблизительно установлено место захоронения русской Сафо. Тогда же это место привели в порядок, а на условной могиле установили мраморное надгробие с деревянным крестом. Над местом вечного покоя поэтессы шумит кружевной листвой берёзка, и почитатели её таланта по сей день приносят сюда живые цветы.

Имя русской поэтессы с течением лет затерялось в сонме иных литературных имён, хоть и не столь значительных. Даже столетие со дня рождения Анны Буниной, к сожалению, прошло незамеченным. Забыли отметить даже столетие со дня её смерти, по поводу чего сетовал другой представитель рода — Иван Алексеевич Бунин: «Если принять во внимание время, в которое жила Бунина, нельзя не согласиться с теми, которые называли её одной из замечательных русских женщин».

Пришла пора и нам воздать должное подвижнице российской словесности, первой из поэтесс, поднявшейся на российский Парнас.

Александр Потапов

Газета «Панорама города», 2014 г.

Портрет Анны Буниной (художник А. Г. Варнек, Эрмитаж)

valcha написал:

[q]
Коллежский секретарь Петр Сергеевич Лодыгин из тамбовских дворян, троюродный брат изобретателя лампы накаливания Александра Николаевича Лодыгина, более двадцати лет прожил в Аткарском уезде и был причислен к Саратовскому дворянству. Его жена - Виктория Алексеевна Карпова. Их сыном был русский последователь Бердслея художник Сергей Петрович Лодыгин, родившийся в Аткарске.

http://acdoyle.ru/painters/lodygin_sp.html

ЛОДЫГИН, С.П.
(1893-1961?)

Лодыгин Сергей Петрович (Саратов, 1893 - Москва, 1961?) - это классика позднего русского модерна.
[/q]

https://forum.vgd.ru/post/1232/14304/p1827209.htm#pp1827209

..Каталог открыток - Лодыгин Сергей П.

valcha написал:

[q]
В Выписке из Авторов о древних Пруссах, из Прусского гербовника и в справке из Архива Коллегии Иностранных дел показано, что фамилия Лодыгиных начало свое восприяла от Андрея Ивановича, по прозванию Кобыла, происшедшаго от Короля Прусского Вейдевута......,
[/q]

.ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ СВЯЗИ РОМАНОВЫХ ДО НАЧАЛА XVII в. И ИХ ЗНАЧЕНИЕ В ИСТОРИИ РОДА
E-mail Печать PDF
АВТОР: Е.В. ПЧЕЛОВ | 04 ЯНВАРЯ 2014

<....>в конце XVII – первой половине XVIII в. возникла легенда об иноземном происхождении Андрея Кобылы. Причем, легенду эту создали не сами Романовы, а их однородцы, т.е. потомки родов, одного корня с Романовыми – Колычёвы, Шереметевы и Трусовы. Согласно этой версии, Андрей Иванович Кобыла был князем, происходившим из Пруссии , т.е. земли, населенной когда-то прусами – одним из балтских племен. Была даже придумана целая генеалогия Кобылы. Якобы, в 373 (или даже в 305) г. н.э. (т.е. еще во времена Римской империи) прусский король Прутено отдал свое королевство брату Вейдевуту, а сам стал верховным жрецом этого языческого племени в городе Романове. Город этот вроде бы находился на берегах рек Дубиссы и Невяжи, при слиянии которых рос священный, вечнозеленый дуб, необыкновенной высоты и толщины (изображение этого дуба в качестве нашлемника вошло в герб Шереметевых). Перед смертью Вейдевут разделил свое королевство между двенадцатью сыновьями. Четвертым сыном был Недрон, потомки которого владели самогитскими (т.е. жмудскими, одна из частей Литвы) землями. В девятом поколении потомком Недрона был Дивон. Он жил в XIII в. и постоянно оборонял свои земли от вторжения рыцарей-меченосцев. Наконец, в 1280 г. его сыновья Руссинген и Гланда Камбила приняли крещение, а в 1283 г. Гланда (Гландал или Гландус) Камбила приехал на Русь служить московскому князю Даниилу Александровичу. Здесь он принял крещение и стал называться Кобылой. По другим вариантам, Гланда принял крещение с именем Иван в 1287 г., а Андрей Кобыла был его сыном .

Искусственность этого рассказа очевидна, и хотя некоторые историки пытались проверить его подлинность , эти попытки оказались не слишком успешными. Начало легенды аналогично балтийскому преданию, возникшему, по всей видимости, не раньше XV–XVI вв., в котором упомянуты братья Брутень и Вайдевут, по происхождению варяги. Вайдевут стал королем литовцев и разделил свои владения на 12 частей, правителем одной из которых был его сын Литво . В рассказе о предках Романовых бросаются в глаза два характерных мотива. Во-первых, 12 сыновей Вейдевута очень напоминают 12 сыновей князя Владимира, крестителя Руси, а четвертый сын Недрон – четвертого сына Владимира, Ярослава Мудрого. Во-вторых, очевидно желание автора связать начало рода Романовых на Руси с самыми первыми московскими князьями. Ведь Даниил Александрович не только был основателем Московского княжества, но и родоначальником московской династии, преемниками которой являлись Романовы. Вероятно, на фомирование легенды повлияла и существовавшая с рубежа XV–XVI вв. легенда о прусско-римском происхождении Рюриковичей, ставшая официальной идеологемой Московского царства . Так что в действительности Кобыла, по-видимому, происходил из московских или переяславских, а, возможно, тверских землевладельцев.

У Андрея Кобылы было пять сыновей – Семён Жеребец, Александр Ёлка, Василий Ивантей, Гаврила Гавша (Гавша, вероятно, не прозвище Гавриила, а всего лишь форма этого имени) и Фёдор Кошка, четверо из которых оставили большое потомство, положившее начало нескольким известным русским дворянским родам: Шереметевым, Колычёвым, Боборыкиным, Лодыгиным, Коновницыным, Епанчиным, Неплюевым, Яковлевым, Сухово-Кобылиным и др. Романовы происходят от младшего сына Андрея Кобылы – Фёдора Кошки, служившего боярином при Дмитрии Донском <...>

Липецкая обл.
ИВАНОВКА, село в 12 км от ст. Хворостянка. Прежнее название Ладыгино. Название - по ее владельцу Ивану Ладыгину. Ранее входило в Сокольский уезд и в 1742 году упоминается в его документах. Село Ивановка является родиной А. Ладыгина - изобретателя лампочки накаливания.

НИКОЛЬСКОЕ, село в районе Хворостянской сельской администрации. Возникло в середине XVIII века. В архивных документах XVIII века числится как сельцо Никольское, принадлежавшее П (?). М. Вельяминовой, 21 двор. Называлось также Вельяминовкой.

ХВОРОСТЯНКА, село, возникшее в середине XVIII века. В 1782 году значилось как владение помещика П. Л. Вельяминова, 3 двора на речке Лукавке. Селом является с 1820 года и называется по обилию зарослей хвороста в верховье реки Лукавка.

valcha написал:

[q]
Николай Дмитриевич Лодыгин (1842–1885) — историк коннозаводского дела в России. После смерти Н. Д. Лодыгина его книжное собрание было передано в библиотеку Румянцевского музея. О Н. Д. Лодыгине и его пожертвовании библиотеке Н. Ф. Федоров писал в статьях «Долг авторов по отношению к публичным библиотекам» и «Долг авторский и право музея- библиотеки» (Федоров. III, 224, 235–236; см. также IV, 237–240).

[/q]

Московский Некрополь . М. АРТАМОНОВ (указатель)

Донской некрополь.

Ладыгин Николай Дмитриевич (ск. 1885)
Ладыгина Марья Васильевна (ск. 1884)

Уточнения по деду Эпафродита Петровича - Николаю Ивновичу и его тестю Луке Варфоломеевичу Вельяминову

Николай Иванович Лодыгин (1740 - ?), чье детство прошло в имении отца Ивана Андреевича Лодыгина в сельце Покровском Пехлецкого стана и деревне Выселок на речке Берёзовом Ржавце. Он же Ржавец Березовы (Батурка, Ярославка).
В 1782 -1834 годах являлся деревней, в 1850 – 1858 годах уже записан как сельцо (теперь п. Ржавец Новодеревенского района Рязанской области)
Участник трёх военных походов, Николай Иванович Лодыгин вышел в отставку за «слабостью здоровья» с награждением «прапорщичья чина» (ГАТО. Ф. 161. Оп. 1 (ОЦ). Д. 229. Л. 10об).
(Лодыгин. Глава 2. Корни. Жукова Л. Н.)
"... Внешности прапорщик Николай Лодыгин был примечательной: русоголовый, с карими глазами на белокожем лице, нос прямой, росту среднего — 2 аршина 6 вершков, то есть 169 сантиметров, а лет ему от роду 20. Эти приметы указаны в своеобразном паспорте екатерининского времени — подорожной. Выдана она ему 10 августа (по старому стилю) 1767 года, когда он «поездом» отправлялся из Петербурга в Дмитров.
А родовое имение числилось за ним одно — сельцо Ермолино в Дмитровском уезде Московской губернии, — еще из рук, должно быть, Ивана IV (???)полученное его предками.

[поправка1 (- моя) : В первой половине XVII в. «сельцо Ермолинское» принадлежало Гавриле Васильевичу Лодыгину, «купленая вотчина у вдовы Ивана Степановича Боброва, а мужа ее старинная вотчина».- Ермолино Вышегородского стана. Название ведет от фамилии Ермолиных (Василия Дмитриевича Ермолина, знаменитого московского строительного подрядчика и зодчего, его зятем был Дмитрий Васильевич Бобр), которым принадлежало в XV в. соседнее село Спасское. В XV а, «село старое Ермолинскоев принадлежало Дмитрию Васильевичу Бобру, который от князя Юрия Васильевича (между 1462—1472 гг.) получил на эти села льготную грамоту. В 1546 г. сын Дмитрия Васильевича Бобра старец Иосиф подарил Спасское и Ермолино в Троице-Сергиев монастырь.
\\Тихомиров М.Н. "Села и деревни Дмитровского края".
В 1627 г. последний наследник Бобровых Илья Иванович Бобров меняет свою часть земли на другое владение, принадлежавшее ранее Гаврииле Васильевичу Лодыгину. Тому же Г. В.Лодыгину продает остальную часть владения мать Ильи, вдова Ивана Боброва Меланья. Одновременно Г.В.Лодыгин покупает у наследников Бобра и другое село в Вышегородском стане, Дмитровского уезда – Ермолино, принадлежавшее в XV веке тестю Бобра. ]

Подорожные начинались магическими для станционных смотрителей словами: «…по указу ее величества государыни императрицы Екатерины Алексеевны…»
Цель подорожной в том, чтобы сержанта Наваринского полка, накануне отставки получившего чин прапорщика, надлежащим образом признавали и «почитали по дороге и на дому» да лошадей давали не мешкая.
«Оному прапорщику Лодыгину при следовании в сельцо чинить везде свободный проезд и там, где жить будет, за службу его показывать всякое благодеяние».
Обычны для того времени и заключительные строчки подорожной: «напротив чего ему, Лодыгину, отнюдь по озлоблению шкоду не чинить и содержать себя опрятно».

В патенте на звание прапорщика есть и слова, характеризующие его весьма положительно:

«Должность исправлял добропорядочно, штрафа ни за что никогда не брал» (не имел).
К тому же получение нового чина — прапорщика объяснялось тут же: «За оказанные к службе нашей ревности и прилежности».
Отставку же «свежеиспеченный» офицер испросил, указывая ее причину — «болезни и слабость здоровья».
В этом втором документе — патенте на звание прапорщика, заверенном генералом князем Федором Щербатовым, в адрес прапорщика следуют обычные предостережения: «И мы надеемся, что он в пожалованном нами чине верно и прилежно поступать будет, как то верному и доброму офицеру надлежит».
Всего в 20 лет, когда дворяне только начинали свое восхождение по служебной лестнице, что, кстати, весьма облегчилось именно после вступления на престол Екатерины — с 1762 года, сержанта, участника трех походов, вдруг увольняют со службы, одновременно повышая в чине, и отправляют подальше от двора.
Истинные причины столь ранней отставки вряд ли можно установить — компрометирующие документы «надлежат уничтожению». При дворах государей, и особенно при дворе Екатерины II, взлетевшей на русский престол на руках гвардейцев, нераскрытых тайн предостаточно. Прапорщик Лодыгин, несмотря на «слабость здоровья», прожил долгую жизнь — в 1810–1811 годах увидел своего внука, названного Николаем в его честь (отца изобретателя). Все долгое царствование Екатерины прожил в глуши, из своего тамбовского далека наблюдая за победами Румянцева, Ушакова, Суворова."
По возвращении со службы он решил приобрести у Марфы Саввичны Вельяминовой (будущей тещи) - они были соседями - часть земли при речке Лукавке, где основал сельцо Никольское (Еленино тожъ).

Жена с 1776 г. - Елена Лукинична Вельяминова (1743 г - 1810-е), дочь Луки Варфоломеевича Вельяминова и Марфы Саввичны Бузовлевой.

[Лука Варфоломеев Вельяминов (1710-е - 1767) происходил из старинного рода московского тысяцкого Протасия (Вельямина) Федоровича (? — после 1332 года), боярина, одного из ближайших бояр Ивана I Даниловича Калиты.
Отец его - «комиссар Сибирской губернии Варфоломей Зиновьевич Вельминов, мать - дворянка Ряжского уезда Ирина Григорьевна (ур. Салькова).
Род. Л.В. Вельяминов в д. Серезевской Ряжского уезда Тамбовской провинции (ГАТО. Ф. 161. Оп.1. Д.293. Л. 14).
Служил (вместе с братом Евграфом ) в 81-ом Апшеронском пехотном полку.
В 1735 г. в Крыму, на театре военных действий русско-турецкой войны, произведен в прапорщики и в 1741 г. «от воинской службы отставлен статским делам подпоручиком (РГАДА. Ф. 574. Оп. 1 Д. 213. Л. 12.)].

В 1742 г. Лука Вельяминов женился на дворянке Марфе Саввичне Бузовлевой (?-1769), чей отец Савва Афанасьевич упомянут в Отказных книгах Поместного приказа за 1678 г. как владелец деревни Острая Лука Старорязанского стана (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 13343). Дворянство Бузовлевых тульской и рязанской ветвей Герольдмейстерской конторой было поставлено под сомнение.
В 1744 г. Лука Варфоломеевич по Указу Правительствующего сената был определен в г. Данков воеводой, где служил в течение шести лет (РГАДА. Ф. 574. Оп.1. Д. 2123. Л. 12)
Во время воеводства в Данкове Вельяминовы приобрели многочисленные угодья в Сокольском уезде Воронежской провинции Воронежской губернии по берегам р. Матыры.
Провинциальным чиновникам и воеводам запрещалось приобретать собственность на свое имя, поэтому Лука Варфоломеевич оформлял купчие на жену.
В 1747-1949 гг. Марфа Саввична «приобрела» недвижимое имение бывшего подъячего г. Сокольска С.С. Ретюнского в с. Песковатка Сокольского уезда на р. Лукавке с усадьбою «и усадебной рощею, с лесами и сенными покосами, с рыбными ловлями и со всеми угодьями» (РГАДА. Ф. 574. Оп.1. Д.213. Л. 12).
Недвижимое имение в 20 четвертей (около 30 га.) в с. Тынково Сокольского уезда отставного драгуна А.И. Шуваева из с. Шовское Лебедянского уезда (РГАДА. Ф. 574. Оп. 1. Д. 59. Л. 1-2), вдовы подъячего г. Сокольска М.Ф. Ретюнской в Изидоровой луке у с. Песковатка, на р. Лукавке и в д. Стеньшино Сокольского уезда, в с. Хомутец Добринского уезда (РГАДА. Ф. 574. Оп. 1. Д. 48. Л. 1-2), недвижимое имение сокольского служилого человека С.Н. Лучникова в с. Песковатка и на р. Лукавке Сокольского уезда в 20 четвертей (РГАДА. Ф. 574. Оп.1. Д. 48. Л. 1-2), землю дворянина М.А. Антонова 20 четвертей в с. Тынково Сокольского уезда (РГАДА. Ф. 574. Оп.1. Д. 59. Л. 2), земли с усадьбами, лесами и сенными покосами дворян с. Грязновка Лебедянского уезда А.С. Иншакова, А.Д. Сизова, Н.Н. Малышова и Е.Ф. Лазарева, И.В. Ширяева, И.Ф. Макина, И.Н. Полукарова и Т.Т. Макина в с. Грязи и Тынково Сокольского уезда (РГАДА. Ф. 574. Оп. 1. Д. 60. Л. 1-2).
Таким образом Вельяминовы завладели в Сокольском уезде Воронежской провинции обширными угодьями площадью в 190 четвертей (около 300 га.), а их усадьба «со всякими дворовыми и хоромными строениями» находилась в с. Песковатка.
В 1750-х годах отец Елены служил вальдмейстером (смотрителем казённых лесов) Сокольского и Усманского уездов Воронежской губернии.
Летом 1763 года Лука Варфоломеевич попадает под следствие за многочисленные преступления по должности.
Спустя четыре года, в течение которых длился процесс, он скончался в воронежской тюрьме от чахотки. Марфа Саввична скончалась вслед за ним в 1769 году.
[Источник: статьи Е.А. Глазатовой]

Уточнения по отцу Эпафродита - Петру Николаевичу - сыну Николая Ивановича.

(1). Петр Николаевич Ладыгин., род. 1766. Начал службу в 1774 г. в гвардии.
В 1.01.1775 - сержант, 1.01.1788 переведен в Рязанский пехотный полк капитаном.
Участник Русско-шведской войны 1788 – 1790, взятия Дербента и Шемахинской Кубы (1796).
С 1796 служил в Каргопольском, затем – в Астраханском Драгунских полках.
Уволен 19.08.1803 в чине премьер-майора и по выходе в отставку поселился в отцовском имении Покровском Раненбургской округи.
Избирался рязанским дворянством командиром батальона Рязанского земского войска 1806 –1808.
В 1809 по 1816 гг. рязанский уездный предводитель дворянства.
Затем избирался рязанским губернским предводителем дворянства (1816 – 1818, 1821 – 1827).
Рязанская губерния в 1812 году. Глава "О сборе чиновников Рязанского ополчения".
Имел орден Св. Анны 2-й ст. 17.02.1824.
За ним в 1809 г. состояли 76 душ в с. Покровское (Ладыгино) и 26 душ в сц. Петровское Раненбургского у.
За женой – 92 души в с. Покровское и 19 душ в с. Ново-Тишевское того же уезда.
21.04.1785 внесен в VI ч. ДРК Тамбовской губ. 18.01.1809 внесен в ту же ч. ДРК Рязанской губ.
Жена - Софья Дмитриевна Якушкина (?-?), её сестра, Анна, была замужем за Никифором Михайловичем Мариным (его второй брак).

Петр Николаевич закончил свою жизнь в бедности и, практически, в чужом доме. Будучи Рязанским Губернским предводителем дворянства, "жил открыто и роскошнее всех дворян Рязанской губернии, [имея собственный оркестр и певчих из крестьян, устраивая пышные праздники], вследствие чего прожил все свое богатое имение" и последние годы жил в станице Скуришенской у своих родственников Себряковых.
В ст. Скуришенской жила семья его племянника Михаила Васильевича Себрякова, по сестре Аграфене Николаевне.
[Источник: Марин, Сергей Никифорович (1775\1776 - 1813). Полное собрание сочинений/критико-биографический очерк, ред. и коммент. Н. Арнольд; Гослитмузей. - Москва, 1948.]

Дети: Николай, Дмитрий, Александр, Надежда, Епафродит, Анна, Сергей.

Из разных источников.

1. Мариных и Лодыгиных связывала не только женитьба на родных сестрах - Якушкиных (дальних родственницах декабриста), но и двоюродное родство Николая Ивановича Лодыгина, отца Петра, и Никифора Михайловича Марина.
2. а также и то, что восприемником Александра Аполлоновича Марина (сына Аполлона Никифоровича Марина), род.в 1824, был pязанский губеpнский пpедводитель двоpянства, генерал - майор Петр Николаевич Ладыгин.
Аполлон Никифорович Марин (17.01.1790, Воронеж – 9.08.1873, Воронеж) был генерал-лейтенантом и литератором.
С 1844 - член Комитета Государственного Коннозаводства. Участник войны 1812-1814 гг. Во время лечения на Кавказе после ранений в 1820 несколько раз встречался с А.С. Пушкиным, с которым был знаком с 1816. Публиковался.

Две Вельяминовых, венчанных с Лодыгиными

1. Первая - Елена Лукинична Вельяминова, жена Николая Ивановича

2. Вторая - Варвара Александровна Вельяминова, жена Николая Ивановича, внука предыдущего.

Исторической родиной изобретателя Александра Николаевича Лодыгина не Стеньшино, а соседнее село Алексеевка, где он был крещён 11 октября 1847 года спустя 5 дней после рождения.
В МК алексеевской Знаменской церкви за 11 октября записано следующее: «Родители: того ж уезда села Стеньшина отставной поручик Николай Иванов Лодыгин и законная жена его Варвара Александрова (ур.Вельяминова), оба православного вероисповедания.
Восприемники: того ж уезда села Коренёвщины отставной поручик и кавалер Александр Павлович Вельяминов и жена того ж села отставного штабс-капитана Александра Николаева Чернова Серафима Лукина (Вельяминова)
Поручик Николай Иванович Лодыгин (сын Ивана Николаевича, внук Николая Ивановича!!!) с выходом в отставку в 1835 году поселился в родном Стеньшине. Здесь же он бракосочетался с соседкой по имению и дальней родственницей Варварой Александровной Вельяминовой.
В метрической книге местной Константиновской церкви сохранилась запись об их венчании 11 ноября 1845 года.
Село Алексеевка (Малый Самовец тож) располагалось в 10 верстах от Стеньшина.
В приход Знаменской церкви входили родовые имения отца Варвары Александровны - Александра Павловича Вельяминова,.
Среди крёстных Александра Николаевича был отец Варвары - Александр Павлович Вельяминов (1797 - 1859)
Его отцом был Павел Евграфович Вельяминов (1752 - 1817), сын Евграфа Варфоломеевича - брата Луки Варфоломеевича (отца Елены Лукиничны).
По возвращении со службы Павел Евграфович жил в сельце Светлое Озеро (ныне село Покровское Петровского района).
Это его имя носит и деревня Павловка на речке Б. Самовец, входившая в число вельяминовских владений.
Среди сослуживцев по полку Александра Вельяминова был будущий писатель и дипломат, корнет А.С. Грибоедов.

Кроме Варвары у Александра Павловича было ещё четыре дочери и сын Сергей. Должно быть, семья Вельяминовых гордилась своим героическим отцом. Не случайно Варвара Александровна вопреки устоявшейся лодыгинской традиции нарекать первенцев Николаями да Иванами, назвала сына в честь отца - Александром.

Источник: Статья Глазатовой Е.

Тамбовской, Рязанской, Тверской и Московской губ.