Православные церкви Витебской губернии (Белоруссия (Беларусь))

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Geo Z написал:

[q]
В Тверской области 10 деревень Устье. И 6 в Смоленской.
[/q]

Geo Z, спасибо за отклик!
Я знаю, что "Устье" - распространенное название. "Моя" деревня (или село?) входила в Велижский уезд, в настоящее время такого населенного пункта я не нашла. Или его "упразднили", или он сейчас относится к другой области... Единственное, от чего я могу отталкиваться - воспоминания родни, по которым рядом было озеро Щучье...

Наташа СМВы написали о трех деревнях Велижского уезда.

Наташа СМ написал:

[q]
- Устье, деревня (Ильинская волость, Велижский уезд, Витебская губерния) - Устье, деревня (Сертейская волость, Велижский уезд, Витебская губерния)- Устье, деревня (Казаковская волость, Велижский уезд, Витебская губерния)
[/q]

Я написал где сейчас находятся эти три волости того уезда.

Geo Z написал:

[q]
(Ильинская волость - ныне в Тверской области.(Сертейская волость - ныне в Смоленской области.(Казаковская волость - ныне в Витебской области Белоруссии.
[/q]

Здравствуйте ! Хотелось получить информацию о священнике Ляудерской Николаевской церкви Люцинского уезда Витебской губернии - Симеоне Бернадском , который служил в данной церкви в конце 19-го века . Спасибо ! Снигирев из Пермского края .

Geo Z написал:

[q]
Я написал где сейчас находятся эти три волости того уезда.
[/q]

Прошу прощения, я только сейчас заметила это сообщение

Спасибо большое!
В НИАБе и Витебске метрических книг нет ни по одной из этих волостей...В Смоленске тоже. Остается надеятся на Тверской архив.

ИСТОРИЯ ВИТЕБСКОЙ ДУХОВНОЙ СЕМНАРИИ
У истоков создания Витебской Духовной семинарии стоял митрополит Греко-униатских церквей, архиепископ Полоцкий Ираклий Одровонж-Лисовский. Он родился в семье небогатого помещика Лепельского уезда Витебской губернии и был крещен в римско-католическом исповедании. Но с детства он проявил любовь к славянскому богослужению и в воскресные и праздничные дни посещал базилианскую монастырскую церковь. После принятия монашества по чину базилианского ордена Ираклий завершил свое образование в высшем училище этого ордена при Полоцком Софийском кафедральном соборе.

Будучи архимандритом Онуфриевского монастыря Мстиславского уезда Могилевской губернии, а затем и архиепископом Полоцким – Ираклий проявил себя последовательным приверженцем Греко-славянского богослужения и обряда. В 1785 году, в начале своего архипастырского служения, он обратился к Папе Римскому с просьбой восстановить унию в ее первоначальной чистоте и отменить все нововведения, вошедшие в богослужение через базилиан после 1595 года, и по его поручению даже составил славянский Служебник. Не дождавшись в своих начинаниях помощи из Рима, архиепископ Ираклий решил обратиться за поддержкой к русскому правительству, преследуя цель ослабления влияния ордена базилиан в Полоцкой епархии. Орден был весьма влиятельным: его членами были помещики, ему принадлежали громадные имения, из числа его членов назначались высшие духовные лица, а помимо этого орден ведал образованием юношества. Чтобы вывести Греко-униатскую молодежь из-под влияния базилиан, архиепископ Ираклий стал ходатайствовать об учреждении в Полоцке Духовной семинарии.

В базилианском ордене его деятельность, естественно, не приветствовалась и в 1795 году противостояние достигло апогея, когда архиепископ Ираклий, поручив епархию своему единомышленнику — архипресвитеру Полоцкой кафедры Иоанну Красовскому, удалился в Иерусалим искать духовной помощи. Он вернулся через год, имея облик православного священнослужителя: с бородой, длинными волосами, покрытыми белой скуфьей, в одежде, похожей на рясу православного духовенства, только с узкими рукавами. В таком виде он пребывал до своей смерти, последовавшей в 30 августа 1809 года.
Первоначально инициативы Ираклия были безрезультатными, но в 1804 году представители брачного Греко-униатского духовенства, симпатизировавшего его начинаниям, получили равное представительство в римско-католической коллегии с представителями католических епархий, что привело к ослаблению власти базилиан в Греко-униатской церкви. В итоге 16 декабря 1806 года было получено разрешение на открытие Белорусской Греко-униатской духовной семинарии при Полоцкой униатской кафедре, а занятия в ней начались уже в феврале 1807 года.
К началу занятий уездными протопресвитерами было доставлено 15 юношей, в числе которых был и Василий Лужинский – будущий архиепископ Полоцкий и Витебский, впоследствии к ним присоединилось еще 6 юношей из архиерейского хора .
Семинария должна была располагаться при полоцком кафедральном Софийском соборе, но поскольку соборные здания были заняты военным госпиталем, то пришлось разместить ее в архиерейском имении Струнь, в 6 верстах от Полоцка. Впоследствии семинария неоднократно переезжала: в 1808 году — в здания при полоцком Софийском соборе; в 1812 году французами был разорен не только Софийский собор, но и имение Струнь, поэтому архиепископ Иоанн Красовский перенес семинарию в имение Судиловичи Лепельского уезда; в 1820 году семинария была переведена в Полоцк, а в 1856 году – в Витебск. В 1840 году она была переименована в «Полоцкую духовную семинарию», а в 1871 году – в «Витебскую духовную семинарию».

Как правило, семинария располагалась в неприспособленных для образовательного процесса ветхих старых зданиях, только в 1830-1833 гг. при архиепископе Иакове Мартусевиче было построено новое двухэтажное здание, которое, впрочем, оказалось неподходящим для занятий.

В 1852 году ректор семинарии архимандрит Поликарп (Пясецкий) констатировал аварийное состояние семинарского здания и ходатайствовал перед архиепископом Василием (Лужинским) о перемещении семинарии в Витебск, в здание бывшего базилианского монастыря, которое на тот момент было занято губернскими присутственными местами. Выгода от перемещения в ветхое монастырское здание была незначительной, но в 1876 году помещение семинарии увеличилось за счет присоединения корпуса, в котором раньше была мужская гимназия. С 1867 года начался большой ремонт главного корпуса семинарии, но многие недостатки устранены не были: очень небольшое помещение для семинарской больницы в главном корпусе, отсутствие изолятора для заразных больных, неудобные спальные помещения и учебные комнаты.
С 1806 года семинария финансировалась за счет имений и денежных сумм, изъятых у базилиан государственной казной. В связи с закрытием высшего пиарского училища, указом императора Николая I от 22 апреля 1828 года средства, собираемые с бывших иезуитских имений, были переданы семинарии для учреждения при ней высших классов под названием Духовной Академии.

Имения сначала находились под управлением Полоцкого архиепископа, с 1835 года они перешли в ведение семинарского правления, а в 1842-1843 гг. они были отчуждены в казну и семинария была переведена на полное казенное содержание.
Во главе семинарии стоял ректор, он же был и председателем правления семинарии, в состав которого входили ректор, инспектор и эконом. С 1867 года состав правления по педагогическим делам входили: ректор, инспектор, один профессор и члены из духовенства. С 1870 года все преподаватели семинарии вместе с тремя членами от духовенства составляли педагогическое собрание, а распорядительное собрание состояло из ректора, инспектора, преподавателя и двух членов от духовенства. С 1892 года состав правления опять изменился: в него входили ректор, инспектор, два преподавателя, секретарь и два члена от духовенства. К 1907 году в состав педагогического собрания входили все преподаватели и два члена от духовенства, а распорядительное собрание состояло из ректора, инспектора, преподавателя по назначению местного епископа, секретаря, члена от духовенства и эконома.

Преподавательский штат при открытии семинарии был невелик – всего один преподаватель богословия. Постепенно число преподавателей увеличивалось и в воспоминаниях архиепископа Василия (Лужинского) упоминаются три учителя: Венедикт Родзевич, Иеремия и Кондратий Мальчевские. Более точные сведения о преподавательской корпорации собирались только с 1824 года, известно, что с этого времени число преподавателей было в пределах 8-13 человек. Из их числа только четыре преподавателя с ученой степенью не ниже магистра богословия получали звание профессора. До 1839 года большая часть преподавателей были выходцами из Высшей Виленской Греко-униатской семинарии. С 1829 года на преподавание русской гражданской истории и русской словесности стали назначать выпускников православных Духовных Академий. Как правило, каждый преподаватель преподавал несколько предметов в семинарии и духовном училище при ней, что вызывало перегрузку. В таких случаях в помощь преподавателю назначались лучшие ученики из высшего отделения семинарии со званием лекторов. Они были обязаны точно исполнять свои ученические обязанности, а в свободное время заниматься с учениками низших отделений по назначенным предметам. Из числа преподавателей замещались должности помощника ректора, второго инспектора, вице-инспектора и помощника инспектора. На должности домашних надзирателей и помощника эконома приглашали вольнонаемных лиц. С 1867 преподаватели выбирались правлением семинарии после трех пробных лекций, это требование сохранялось при переходе преподавателя с одного предмета на другой. На время болезни преподавателя его учебная нагрузка распределялась на всех преподавателей и был случай, когда преподавателю физики и математики, кандидату естественных наук, было поручено преподавание Священного Писания.

Материальное содержание преподавателей было достаточно скудным. До 1835 года все преподаватели получали денежного содержания меньше, чем это полагалось по штату. Из государственного казначейства оплачивался труд только преподавателей русской гражданской истории и русской словесности. До 1834 года все преподаватели пользовались готовыми квартирами и столом от архиепископа, дополнительно выдавалось 25 аршин холста на белье. Позже эта льгота была упразднена и стали выплачивать денежную компенсацию на квартирные и столовые расходы. Материальные трудности заставляли преподавателей искать возможность дополнительного заработка, что зачастую мешало исполнению прямых обязанностей. Преподаватели в сане священника становились настоятелями сельских приходов, куда ездили для исправления обязанностей в каникулярное время. Другие преподаватели искали дополнительный приработок на государственной службе в Полоцком дворянском училище (Ильдефонс Говорский), Витебском центральном архиве для древних актовых книг (Ксенофонт Говорский). Даже при наличии дополнительных доходов семьи преподавателей жили бедно, а в случае потери кормильца оказывались за чертой бедности, как это было в 1833 году с семьей профессора Хруцкого, которого по причине отсутствия средств хоронили за казенный счет, а ведь он в дополнение к профессорскому окладу получал дополнительный доход от настоятельства в Спасо-Друйской церкви.

Большинство учащихся было на фундушевом (епископском) содержании. В семинарском здании проживали фундушевые учащиеся, а своекоштные – на квартирах в городе. На казенное содержание учеников принимали при наличии удостоверения о бедности. Положение своекоштных учеников было хуже, помимо учебы зачастую приходилось работать, например, прислугой в Софийском соборе, получая за это казенное жалование.

После открытия семинарии преподавание в ней осуществлялось на польском языке, не изучались ни греческий, ни церковно-славянский языки. Богословским предметам уделялось недостаточное внимание, делался упор на изучение естественных наук, математики и латинского языка. Четкий учебный план отсутствовал: в старшем классе наряду с богословием могли преподавать метафизику, физику, химию, высшую математику. Предметы преподавались по учебникам и конспектам лекций из Высшей Виленской Греко-униатской семинарии. Курс обучения был шестилетний, для окончательного завершения образования выпускники поступали в Полоцкую иезуитскую академию. Образование, получаемое в семинарии, в целом соответствовало уровню подготовки в базилианских и латинских школах Белоруссии.

18 сентября 1828 года указом Греко-униатской коллегии в семинарии был введен устав, положенный для Греко-российских духовных семинарий, что повлекло изменение плана преподавания предметов. В частности, из него были исключены такие предметы, как минералогия, химия, астрономическая география. Особое внимание было уделено изучению русского языка, на котором теперь надо было преподавать всеобщую и русскую историю, при этом по прежнему использовался и польский язык. Этим распоряжением было положено начало подготовке к воссоединению униатов с православными. При изучении канонического права акцент делался на Правилах Греческой Церкви, что, впрочем, не препятствовало изучению Правил Греко-униатской церкви. В учебный план теперь входили следующие предметы: христианская религия, польская религия, пастырское богословие, писание, догматическое богословие, каноническое право, церковная история, математика, всеобщая история, российская история, география, русский язык и его словесность, логика, естественная история, красноречие, немецкий, французский, латинский, еврейский и греческий языки. С 1840 года добавились история русской церкви и литургика .

В 1830 году в семинарии было 5 отделений (курсов), а в духовном училище при ней – 4. По предписанию Святейшего Синода в 1853 году для лучших воспитанников было открыто миссионерское отделение, на котором преподавали ректор архимандрит Фотий, его помощник иеромонах Иоасаф и профессор Ксенофонт Говорский. Здесь не изучались латинский, греческий и еврейский языки, но добавлялись следующие предметы: история и статистика русского раскола, практические наставления миссионерам, обозрение сочинений, написанных как раскольниками, так и против них. Эти предметы преподавались два раза в неделю, одновременно с основным учебным курсом. С 1869 года миссионерские предметы преподавались всем учащимся.

В 1867 году произошло преобразование семинарии, был издан новый устав, преподаватели стали шире использовать учебники, вместо конспектов лекций собственной разработки. В 1872 году устав был вновь изменен. Если раньше экзамены проводились два раза в год – в декабре и июле, то теперь один раз в год – в июле. Новые языки преподавались своими преподавателями. Лучшим воспитанникам после экзаменов выдавались похвальные листы и книги.

При семинарии были физический и минералогический кабинеты, библиотеки, читальный зал, с 1861 года — воскресная школа, впоследствии преобразованная в образцовую. Фундаментальная библиотека формировалась постепенно, в ее состав вошли книги следующих библиотек: Жидичинской, Радомышльской, Полоцкого Софийского собора, архиепископа Иоанна Красовского, иезуитской Ужвалдской, Лядунского духовного училища, Поддубийского базилианского монастыря, Мархировской Покровской церкви. Много книг было приобретено из суммы, ежегодно выделяемой на содержание семинарии. Большинство книг было богословского содержания и на латинском языке, было очень мало книг на русском языке и почти не было книг на греческом. Представляют интерес статистические сведения о количестве книг в библиотеке в отдельно взятые годы: в 1829 году – 1803 экз., в 1869 году – 6000 экз., в 1870 году – 5000 экз., в 1888 году – 7000 экз. Большая часть книг бывшей иезуитской библиотеки была передана Киевской Духовной Академии.

С 1862 года действовала и ученическая библиотека, достаточно бедная по количеству книг. Первоначально она размещалась в спальне учащихся, затем был открыт ученический читальный зал. Книги для нее приобретались на пожертвования духовенства – по 50 копеек с прихода, а с 1904 года – по 100 рублей ежегодно.

Воспитание нравственного поведения учащихся возлагалось на инспектора. Он следил за поведением учеников через своего помощника, назначаемого в полоцкий период существования семинарии из числа преподавателей, классных надзирателей и старших учеников. После перевода в Витебск должности помощника инспектора и надзирателя не совмещались с другими занятиями. Основными методами воздействия были увещание, убеждение и возбуждение стыда. Случаи исключения учащихся почти не встречались. Из наказаний практиковались следующие: внушение, предупреждение, внесение в книгу поведения, порицание в присутствии всей семинарии, а в начале полоцкого периода – лишение отпуска, карцер, ограничение питания до хлеба и воды, понижение в разрядном списке. В семинарии сложилась традиция безукоризненного поведения учащихся, иногда в течение целого года не было нарушений дисциплины .

После окончания семинарии большая часть выпускников поступала на епархиальную службу, а лучшие выпускники продолжали учебу в высших учебных заведениях .

После принятия Декрета об отделении Церкви от государства 20 января 1918 года, духовное образование в Полоцко-Витебской епархии было поставлено в тяжелейшие условия.

25 января 1918 года в Витебске, в архиерейском доме состоялось собрание родителей воспитанников Витебской Духовной семинарии под председательством ректора семинарии протоиерея Сергия Артоболевского (впоследствии скончался в 1920 году). На повестке дня стоял вопрос о невозможности проведения занятий после Рождественских каникул 1918 года по причине недополучения средств из государственной казны на содержание семинарии с ноября 1917 года.
Было принято решение приступить к занятиям с 15 февраля 1918 года, но ввести взнос за обучение для всех учащихся, кроме сирот .

2 мая 1918 года в Витебской Духовной семинарии состоялся последний выпуск. Вечером этого дня все выпускники собрались в Витебском кафедральном Николаевском соборе на благодарственный молебен, который отслужил ректор протоиерей Сергий Артоболевский.

11 мая 1918 года, в день памяти святых равноапостольных Мефодия и Кирилла, на который приходился храмовый праздник Витебской Духовной семинарии – торжественное богослужение состоялось в Успенском соборе Витебска, поскольку здание Духовной семинарии было занято польскими легионерами, которые впоследствии разграбили не только семинарию, но даже и домовой храм свв. Кирилла и Мефодия при ней. С 1918 года Витебская Духовная семинария прекратила свое существование, в здании семинарии размещался Витебский краеведческий музей, а с 1920-х годов и по настоящее время – станкоинструментальный техникум.

Из числа выпускников семинарии четверо получили епископский сан – Василий Лужинский, Антоний Зубко, Филарет Малишевский, Павел Гальковский. Ректор семинарии профессор Ксенофонт Говорский был в числе основоположников исследования истории Полоцкого края.

Трое воспитанников Витебской Духовной семинарии были прославлены в лике святых Белорусской Православной Церкви. В чине священномучеников: протоиерей Николай (Околович) – выпускник 1883 и протоиерей Михаил (Околович) – выпускник 1910 года; в чине исповедника веры Владимир (Еленевский) – выпускник 1896 года.

В 2011 г. решением Священного Синода от 30 мая Работа Витебской духовной семинарии была возобновлена. Богословско-пастырское отделение Витебского духовного училища было преобразовано в духовную семинарию. Устав семинарии зарегистрирован уполномоченным по делам религий и национальностей Республики Беларусь №185 от 15.07.2011 г.

священик Владимир Горидовец

кандидат богословия

Репрессии в церквях Витебской области.
http://www.witebsk.orthodoxy.ru/martirolog_1.html

По главной магистрали Марковщины

Современная улица имени Максима Горького ранее называлась Старо-Монастырской и вела в один из старейших пригородов Витебска. Эта местность получила название Марковщины от названия расположенного здесь Свято-Маркова монастыря. Остановимся вкратце на истории этого монастыря.

Витебский Свято-Троицкий Марков (или Марковский) первоклассный мужской монастырь находился на правом берегу реки Двина. Напротив монастыря располагались усадьба помещика Гернгросса с великолепной рощей и имение помещицы Карташовой. Возле монастыря находилось несколько возвышенностей. Одна из них называлась Троицкой. Вторая — Ивановой или Немцовой. На этой горе находился небольшой склеп, в котором была похоронена немка по фамилии Петерсон, бывшая в замужестве за Тепловым, адъютантом при герцоге Вюртембергском. Эта же гора называлась Ивановой от названия церкви Святого Иоанна, когда-то расположенной здесь. О времени основания монастыря нет точных сведений. В "Жалобе рижского магистрата витебскому князю Михаилу Константиновичу", относящейся к XIII веку, упоминается о монастыре, расположенном вблизи Витебска. Можно предположить, что это и был Марков монастырь. Возникнув в сложное для православия время на Витебщине, Марков монастырь отстоял православную веру в жестоком противостоянии с униатами. 22 декабря 1751 года униаты предприняли нападение на монастырь. Они увезли игумена, имущество и документы монастыря в Витебск. Но монахи остались верны православию и с честью выдержали нападки униатов, сохранив главные монастырские святыни.

В 1812 году монастырь претерпел новое разорение. Французы вместе со своими союзниками разорили монастырь, монастырское хозяйство. Но монастырь возродился вновь, продолжая оставаться одним из почитаемых святынь Витебского края.

После Октября 1917 года начался период полнейшего разорения древней православной обители Витебска. Постройки бывшего Маркова монастыря в 1919 году были переданы Витебскому ЧК для организации концентрационного лагеря. В 1922 году из разоренного голодом Поволжья в Витебск стали прибывать дети. Для их размещения было решено использовать бывший монастырь. 1 августа здесь организовали детский дом для 250 человек. В 1923 году после закрытия детского дома помещения занял Марковщинский союз молодежи, затем — 4-е отделение милиции г.Витебска. В 1945 году в Витебске началось строительство резино-тесемочной фабрики. Решением Витебского горисполкома №208 от 7 июля 1945 года для нее был отведен земельный участок бывшего монастыря. В 1951 году на базе резино-тесемочной фабрики началось строительство шелкоткацкой фабрики, что окончательно уничтожило монастырские постройки. Из зданий сохранилась только Покровская церковь, затем освященная в память иконы Казанской Божьей Матери, да колокольня, которая была снесена в конце 1970-х годов. Решением Святейшего Синода Белорусской Православной церкви от 23 ноября 2000 года был восстановлен Свято-Троицкий Марков монастырь в Витебске.

В XIX веке на Марковщине находилось 29 дворов и проживали 222 жителя. В конце XIX века акционерным обществом совместно с бельгийским капиталом здесь была построена льнопрядильная фабрика "Двина".
Активная застройка нынешней улицы М.Горького началась в 1930-х годах. Здесь были построены лесопильный завод, фанерный завод, утилькомбинат, фабрика имени КИМ, а в 1930 году проложена трамвайная линия. Старо-Монастырская улица была переименована в улицу Буденного, затем в Ленинский проспект, а с 1950 года получила название в честь пролетарского писателя Максима Горького.
Особый интерес представляет архитектурный памятник — 5-й коммунальный дом, он является своеобразным напоминанием о годах первых пятилеток, В период с 1928 по 1930 годы в Витебске было построено четыре дома-коммуны, которые располагались в центральной части города (улица Суворова, Советская, Воропаевская). Авторами проектов этих домов были витебские архитекторы В.Вуколов и А.Вышелесский. Пятый дом-коммуну было решено построить для рабочих новой фабрики имени КИМ (проект архитектора А.Вышелесского). К 1933 году этот дом-коммуна сдан в эксплуатацию. В годы Великой Отечественной войны в здании располагались военные госпитали. После освобождения города в 1944 году здание было передано фабрике имени КИМ для устройства общежития рабочих. В1952 году при благоустройстве земельного участка были установлены скульптурная композиция, посвященная героям-комсомольцам, и памятник пролетарскому писателю Максиму Горькому.

В настоящее время протяженность улицы М.Горького составляет 5500 метров и является главной магистралью промышленно-жилого района Марковщины.

Инна АБРАМОВА, историк.

Благовещенская церковь

Благовещенская церковь — православный храм, архитектурный памятник второй четверти XII века. В 1961 году была взорвана, однако фундамент и часть кладки уцелели. В 1990-х реконструирована Г. А. Лаврецким. Благовещенская церковь сегодня по праву считается самым «намоленным» из действующих православных храмов Витебска. Расположена на площади Тысячелетия Витебска.

История
В письменных источниках время возведения первого витебского каменного храма дано неоднозначно. Согласно поздней «Летописи Витебска», Благовещенская церковь построена в X в. по приказу княгини Ольги. Однако первые документальные («Хроника...» М. Стрыйковского, «Хроника Быховца») исторические упоминания церкви относят постройку храма к XIV веку и связывают её с именем князя Ольгерда. Большая часть исследователей XIX - первой половины XX в. (А. Павлинов, А. Сапунов, М. Щекотихин и др.) считала, что в XIV в. проводилась лишь перестройка храма: были сделаны новые пристройки.
Исследования археологов (И. Хозеров, П. Барановский, Г. Штыхов, П. Раппопорт, А. Трусов) по ряду особенностей строительной техники и на основе анализа архитектурных форм определили приблизительное время возведения Благовещенской церкви — вторая четверть XII века, 1120 - 30 гг.
Существует мнение[1], что церковь построена балканским зодчими, которых в 1140-х гг. привезли ранее сосланные в Византию полоцкие князья.

Витебская Благовещенская церковь неоднократно перестраивалась и меняла облик. В 1619 г. по приказу короля Сигизмунда III Вазы этот православный храм был передан униатам. В XVII в. аутентичные покрытия закомар сменились двускатными крышами, однако купол сохранился, что отражено на известном чертеже Витебска 1644 г.

Благовещенская церковь с пристроенными башнями (справа) на акварели Ю. Пешки кон. XVIII — нач. XIX вв.
Сооружению был нанесен серьезный урон во время Северной войны. В полуразрушенном виде Благовещенская церковь простояла вплоть до ремонта в 1714 г., а в 1759 г. была перестроена в стиле позднего барокко. Купол на перекрестье был снят, а над алтарной частью возведена башенка со шпилем. На всю ширину древнего фасада пристроили новый входной объем с двумя многоярусными башнями по бокам и высоким фигурным фронтоном между ними. В интерьере появилась каменная алтарная перегородка, характерная для униатской обрядности. К северному фасаду присоединили ризницу, а к южному — двухэтажную пристройку. Обновление 1759 г. принципиально изменило характер архитектуры древней святыни, ее композицию, силуэт и декор.

В 1832 г. Благовещенскую церковь вернули православным, а через 10 лет снова капитально перестроили. При этом ей не вернули первоначальный архитектурный вид, лишь придали черты псевдорусского стиля. С главного фасада сняли башни и фронтон, выполненные в барокко, установили колоколенку и луковицеобразный купол на глухом барабане.

Во время Великой Отечественной войны церкви был нанесён урон на 13 млн. рублей по курсу 1913 года (эта сумма входила в иск, предъявленный на Нюрнбергском процессе)[2].
В декабре 1961 г. по инициативе исполнительных властей города Благовещенская церковь была взорвана. От памятника архитектуры сохранились остатки кладки, местами достигающие 5 м в высоту. В 1968 г. на руинах церкви проводились раскопки под началом М. Каргера, а в 1977 г. остатки храма были законсервированы. В 1990-х началась разработка проекта реставрации. Было решено возродить Благовещенскую церковь в ее первоначальном, древнейшем виде. Оригинальная каменная кладка, в отличие от надстройки, осталась неоштукатуренной, чтобы жители и гости Витебска могли ознакомиться с ней и воочию убедиться в древности сооружения.
Архитектурные особенности
Историки относят Благовещенскую церковь к полоцкой школе зодчества, однако отмечают ряд особенностей, не характерных для других сооружений этой школы. Как и большинство каменных храмов древнерусского периода, Благовещенская церковь в своей основе изначально имела крестово-купольную композицию, но вытянутую по продольной оси, что придавало ей черты базилики, особенно в интерьере. Шесть опорных столбов, поставленных в два ряда, делили внутреннее пространство на 3 нефа. При этом шаг столбов приближался к длине пролета между ними, поэтому ячейки центрального нефа в плане приобрели форму квадрата, как в романских базиликах, где каждая из ячеек перекрывалась одинаковым крестообразным сводом. В то же время, в витебской церкви квадратные ячейки сохранили цилиндрические своды, характерные для древнерусского зодчества.

Доминирующий в интерьере центральный неф с восточной стороны завершался большой полукруглой алтарной апсидой. Боковые нефы, почти в 3 раза более узкие, замыкались небольшими полукруглыми нишами, спрятанными в толще восточной стены, и снаружи были прямоугольными, что является отличительной чертой полоцкой школы зодчества. Западное членение храма (притвор, нартекс) занимали хоры, боковые части которых служили каплицами, такжес небольшими нишами в толще их восточных стенок (по измерениям Барановского 1944 г.). На сегодняшний день сохранились только опоры сводов, на которые опирались хоры.

Первоначальная объемно-пространственная композиция основанана соотношениях «золотого сечения». Размещенные по осям подкупольного квадрата, более высокие закомары образовывали в плане равносторонний греческий крест.

Сооружение имело высокий цоколь — пол Благовещенской церкви изначально находился почти на 1 метр выше уровня земли. Фундамент сложен из бутового камня насухо и частично на известковом растворе. Выше стены сложены из отесанных блоков местного желтоватого известняка, которые перемежались с 2-3 рядами плинфы, на которой сохранились знаки и клейма. Применялась «техника утопленного ряда». В кладке заметны следы двух ярусов дубовых связных конструкций. В мире две церкви имели такую кладку стен[2] — в Витебске и Константинополе. Стены были оштукатурены (только со внутренней стороны) и украшены фресками. Оформление входного портала было выполнено в технике граффити. Часть портала хранится в Витебском областном краеведческом музее.
Длина храма с апсидой 21 м (без — 18,2), ширина 11,1 метра, толщина стен 1,1 м (западной -1,5м)
Для справки: фресковые росписи Благовещенской церкви, которыми были покрыты все ее стены (не сохранились!), представляли большую художественную ценность. Полагают, что в первый раз росписи уничтожили еще в начале 20-х гг. XVII в., когда главный храм Витебска по приказу архиепископа Иосафата Кунцевича был передан от православных униатам, а уникальные древние фрески были закрашены известью. Архивные и литературные источники, свидетельства отдельных исследователей (например, И.М. Хозерова, П.А. Раппопорта и др.) подтверждают, что до Великой Отечественной войны фрески были спрятаны под наслоениями штукатурки и росписями разных времен. В некоторых местах штукатурка осыпалась и проявлялись отдельные фрагменты, сочетавшие евангельские сюжеты и орнаментальный декор с растительными и геометрическими мотивами. К примеру, на левом, центральном слое подкупольного пространства был виден фрагмент фрески с поясным изображением свт. Николая, на южной стене открылись части фигур, лиц, одежды, даже княжеский головной убор (вероятно, это было изображение одного из витебских князей, ктиторов церкви), на других столпах и на стенах были еще три росписи, свидетельствующие о высоком мастерстве древнерусских художников. Цветовая гамма росписей состояла из коричнево-красных (о коричневом фоне говорят, как о следах одного из пожаров), желтых и зеленых тонов бледной цветовой гаммы с мягкими переходами от одного цвета к другому.

Особый интерес у специалистов вызвал ряд граффити Благовещенской церкви, в частности, с изображением двух поясных фигур, которые имели близкие аналогии с гравированными рисунками на медных пластинах в Гродненской нижней церкви начала XII в. Особенно следует отметить рисунок воина, выполненный в технике граффити. Хотя его одежда (плащ) дана обобщенно, даже условно, все же в ней присутствует четкость и выразительность: военные доспехи состоят из панциря и двух рядов вертикально расположенных лат; с левого плеча по диагонали свешивается копье с треугольным наконечником.
Сегодня можно говорить еще об одной находке археолога Т.С. Бубенько - куске штукатурной обшивки со множеством изображений, знаков, символов (см. илл.). Выделяется исполненный в сложном тератологическом орнаменте крест, по разным сторонам которого процарапаны буквы «IС», «HI», «КА». Просматриваются около десятка разных форм крестов, в левом верхнем углу видно изображение (или икона) святого, несколько геометрических фигур.

Как взрывали храмы Витебска-2: Благовещенская церковь
Благовещенская церковь в Витебске, памятник архитектуры XII столетия, была взорвана в декабре 1961 года по указанию председателя Витебского горисполкома Николая Ильича Сабельникова.
Храм уцелел после боев и бомбежек 1941—1944 года. После пожара под слоем штукатурки открылась первоначальная фресковая роспись. В 1944 году в Витебск приехал и произвел обмеры, исследование, а также подготовил проект консервации и реставрации известный архитектор и реставратор Петр Дмитриевич Барановский. Ущерб, нанесенный войной памятнику архитектуры, был оценен в три миллиона рублей по курсу 1913 года. Эта сумма была включена в счет иска, который СССР предъявил Германии на Нюрнбергском процессе.

Постановлением Совета министров БССР от 13 сентября 1953 го храм Благовещения в Витебске был принят под охрану государства. Но в 1958 году напротив церкви построили здание нового городского театра. С этого момента начинаются злоключения Благовещенки. В 1961 году городские власти во главе с Николаем Сабельниковым добиваются снятия памятника с охраны и готовятся к сносу.
Об этих планах узнаёт Петр Дмитриевич Барановский. 15 декабря 1961 года он направляет первому секретарю ЦК КПБ Кириллу Мазурову телеграмму: «В Витебске местные власти собираются уничтожать Благовещенскую церковь – памятник мирового значения. Вы, как первое лицо республики, должны этому помешать!» Сам Барановский с комиссией по охране памятников спешит в Витебск.
Вот как происходящее описывает историк искусств, профессор А. С. Трофимов в книге «Петр Дмитриевич Барановский: Труды, воспоминания современников»: «В Витебске, в центре города, в пределах древней цитадели был взорван древнейший памятник русской архитектуры — Благовещенская церковь, современница похода Новгород-Северского князя Игоря Святославича на землю Половецкую в 1188 г.
Нашей комиссии по охране памятников стало известно о подготовке церкви Благовещения к взрыву. Мы не поверили. Ведь казалось, что время преднамеренного уничтожения исторических памятников прошло. Какие веские доводы могло выдвинуть правительство Белоруссии в защиту своих позиций? В сущности, никаких. Церковь стояла в городском саду и не мешала ни людям, ни транспорту. А причины сноса в обоих случаях — как с подворьем опричников в Москве, так и с церковью в Витебске, с нашей точки зрения, были попросту смехотворны.

В первом случае якобы понадобилась площадка в центре города для постройки средней школы, в которой должны были учиться дети лиц, проживавших на улице Грановского (в это же самое время по Москве закрывались школы из-за отсутствия необходимого количества учеников). Во втором — понадобилась танцевальная площадка для молодежи города Витебска!
Мы сделали запрос в Управление изобразительных искусств и охраны памятников Министерства культуры СССР и получили ответ, что нам не следует вмешиваться в культурную политику Белорусской ССР. Тогда мы предприняли последнюю отчаянную попытку предотвратить катастрофу и вылетели в Витебск. Петр Дмитриевич не предполагал, что мы встретим не только равнодушное, но и враждебное отношение руководителей горисполкома к нам и нашим просьбам, хотя эти просьбы были отнюдь не личного, а общественного характера. Никакие доводы не помогли, и нам посоветовали покинуть город. Вдогонку было сказано: «Не мешайте строить новую жизнь!»
Телеграмма, посланная нами на имя первого секретаря ЦК КП Белоруссии К. Т. Мазурова, возможно, только ускорила разрушение храма. Он был взорван через три дня после нашего отъезда из Витебска».

По воспоминаниям некоторых очевидцев сначала был взрыв, а потом за работу взялись танки. Поутру на декабрьском снегу на месте храма XII столетия кроваво краснело пятно раздавленной танками плинфы…
Все же, шумиха, поднятая вокруг варварского уничтожения памятника домонгольской архитектуры, оказалась не напрасной. В 1962 году сатирический тележурнал «Фитиль» делает выпуск о Витебске «Недолго думая». Руины церкви вновь берутся под охрану государством, в 1964 и 1968 годах здесь проводят раскопки, а в 1977 году их консервируют.
В 1992 году по остаткам стен Г. А. Лаврецким был разработан проект восстановления церкви в первоначальном виде. Работы по реставрации начались в 1993 году, а 1998 году храм Благовещения Пресвятой Богородицы была восстановлен в облике XII века. Первая служба в нем прошла 8 января 1999 года

Православная архитектура Беларуси.
http://hram.by/areas/view/201

Православные церкви Витебской губернии

Список по состоянию на 1914 год