Черныш Стефан Саввич

История возникновения родовых фамилий.
В процессе поиска генеалогической информации в Государственных архивах Полтавской и Черкасской областей, автору шаг за шагом открывалась и история происхождения родовых фамилий. Оказалось, что нынешнее начертание фамилии «Чернях» впервые появилось чуть более 150 лет тому назад, первое найденное документальное подтверждение относится к 4 июня 1852 года.
До этого в церковных документах встречаются различные интерпретации нашей фамилии (Черняк, Черняченко, Чернях – у мужчин, Чернячка и Чернякова – у женщин). Причем одни и те же лица в разное время записаны по-разному. Наглядным примером является Савва Стефанович. В 1839 году он записан как «Черняченко», в 1842, 1846, 1848 годах – «Черняк», а в 1855 и 1858 годах - «Чернях».
Проведенный анализ изменения фамилии у мужчин позволил выявить определенные закономерности. В первой половине XIX века в документах Троицкой церкви села Бырловка Пирятинского уезда Полтавской губернии, к приходу которой относилась деревня Семеновка, встречаются окончания «-к» и «-енко». В 50-е годы XIX века в основном встречается окончание «-х» и совсем нет «-енко». Начиная с 1860 года и вплоть до конца XIX века наша фамилия пишется только с окончанием «-к».
Чередование схожих по написанию глухих согласных звуков «к» и «х» вполне может быть объяснено человеческим фактором. Что касается значения суффикса «-енко», то ответ дала антропонимика – наука, изучающая происхождение и эволюцию имен людей и их отдельных составляющих (имена, отчества, фамилии, прозвища, псевдонимы и т.п.)
Оказывается, во времена Киевской Руси патронимический суффикс «-енко», ныне ошибочно называемый украинским, у южных славян означал «маленький» или «сын такого-то», то есть Черняченко буквально понимался как «сын Черняка (Черняха)». Сыновья сохраняли суффикс «-енко» вплоть до вступления в брак и рождения первого ребенка.
Подтверждением сказанного является динамика изменения фамилии у того же Саввы Стефановича. В 1839 году он женился, но по прежнему записан под фамилией «Черняченко» и лишь начиная с 1842 года (рождение первого сына Григория) его фамилия изменилась на «Черняк».
Позднее суффикс «-енко» перестал пониматься буквально и в настоящее время сохранился лишь в качестве фамильного. Фамилии, образованные при помощи этого суффикса, и в наши дни широко распространены на Украине, в Белоруссии и России. Вот несколько примеров: Антипенко, Антоненко, Василенко, Геращенко, Голубенко, Даниленко, Даренко, Демченко, Дмитренко, Игнатенко, Карпенко, Кириленко, Кравченко, Колосенко, Коротенко, Кривенко, Мироненко, Пархоменко, Петренко, Петриченко, Пилипенко, Радченко, Семенченко, Степаненко, Терещенко, Трофименко, Фоменко, Шевченко, Яковенко.
О значении корней родовых фамилий удалось узнать следующее.
В основе фамилий Чернев, Черненко, Черненков, Чернин, Черниченко, Чернов, Черный, Чернышев, Чернышов, Черных, Черняев, Черняк, Черняков, Чернятин, Черняченко, Чернях, Черняховский лежит корень «черн», происходящий от отчества нецерковного мужского имени «Черной» (архаичная форма прилагательного, соответствующая современной форме «черный»). Славянское имя «Черняк» известно еще с дохристианских времен. По всей видимости, это имя (прозвище) было связано со смуглым цветом кожи, черными волосами, темной одеждой или означало злой, плохой или платящий подати, выполняющий повинности (в отличие от «<белый – обеленный», т.е. свободный от податей или повинностей).
В XVII-XIX веках наши родовые фамилии были широко распространены среди украинских казаков и посполитых (крестьян). Первое документально подтвержденное упоминание фамилии Черняченко автору удалось встретить в реестрах Крапивнянского и Полтавского полков за 1649 год. В этих документах фигурируют Яцъко и Грицко Черняченко соответственно. Черниговское наместничество возглавляли полковники Леонтий Черняк (1689) и его сын Иван Леонтьевич Черняк (1709-1722).
Сайт «Вся Украина – жители» дает следующие количественные показатели: носителей фамилии Черняченко – 89 (в том числе в Харьковской области – 11, в Киевской – 10), Чернях – 62 (в том числе в Киевской области – 25, в Черкасской – 16, в Полтавской – 6, в Крыму - 6).

5. Народження: 1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9626; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9627; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9628; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9629; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9630; 1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9631; 1850: ф. 1462, оп. 1, спр. 9632; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9633; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9634; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9635; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9636; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9637; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9638.
6. Шлюб: 1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9626; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9627; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9628; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9629; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9630; 1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9631; 1850: ф. 1462, оп. 1, спр. 9632; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9633; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9634; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9635; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9636; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9637; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9638.
7. - 8. Смерть: 1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9626; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9627; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9628; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9629; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9630; 1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9631; 1850: ф. 1462, оп. 1, спр. 9632; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9633; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9634; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9635; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9636; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9637; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9638.
9. - 10. Списки парафіян:
1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9641;
1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9642;
1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9643;
1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9644;
1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9645;
1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9646;
1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9646 а;
1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9647;
1853: ф. 1462, оп. 1, спр. 9648;
1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9649;
1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9650;
1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9651;
1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9652;
1858: ф. 1462, оп. 1, спр. 9653;
1859: ф. 1462, оп. 1, спр. 9654.


и еще близлежащая церковь в Калужанцах.

1. Полтавська губернія
2. Полтавська єпархія
3. Церква в ім’я Святителя та Чудотворця Миколая,
с. Кулажинці Пирятинського повіту
4. Хутори: Березанщина, Вікторія, Іванівський, Шесточиний
5. Народження: 1838: ф. 1462, оп. 1, спр. 9925; 1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9926; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9927; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9928; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9929; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9930; 1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9931; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9933; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9934; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9935; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9936; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9937; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9938.
6. Шлюб: 1838: ф. 1462, оп. 1, спр. 9925; 1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9926; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9927; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9928; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9929; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9930; 1039 1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9931; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9933; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9934; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9935; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9936; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9937; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9938.
7. - 8. Смерть: 1838: ф. 1462, оп. 1, спр. 9925; 1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9926; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9927; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9928; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9929; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9930; 1849: ф. 1462, оп. 1, спр. 9931; 1850: ф. 1462, оп. 1, спр. 9932; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9933; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9934; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9935; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9936; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9937; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9938.
9. - 10. Списки парафіян:
1844: ф. 1462, оп. 1, спр. 9940; 1845: ф. 1462, оп. 1, спр. 9941; 1846: ф. 1462, оп. 1, спр. 9942; 1847: ф. 1462, оп. 1, спр. 9943; 1848: ф. 1462, оп. 1, спр. 9944; 1850: ф. 1462, оп. 1, спр. 9945; 1851: ф. 1462, оп. 1, спр. 9946; 1852: ф. 1462, оп. 1, спр. 9947; 1854: ф. 1462, оп. 1, спр. 9948; 1855: ф. 1462, оп. 1, спр. 9949; 1856: ф. 1462, оп. 1, спр. 9950; 1857: ф. 1462, оп. 1, спр. 9951; 1858: ф. 1462, оп. 1, спр. 9952; 1859: ф. 1462, оп. 1, спр. 9953.

1. Лубенський полк
2. Київська єпархія
3. Церква в ім’я Преображення Господнього, м-ко Городище Городиської сотні
4. - 5. - 6. - 7. - 8. - 9. - 10. Списки парафіян: 1763: ф. 1462, оп. 1, спр. 7171.

1. Лубенський полк
2. Київська єпархія
3. Церква в ім’я Св. Апостолів Петра та Павла с. Короваї 1-ї Пирятинської сотні
5. - 6. - 7. - 8. - 9. - 10. Списки парафіян: 1763г. ф. 1462, оп. 1, спр. 9639
1774г. : ф. 1462, оп. 1, спр. 9640.

1. Лубенський полк 2. Київська єпархія 3. Церква в ім’я Святителя та Чудотворця Миколая, с. Кулажинці 1-ї Пирятинської сотні 4. х. Глибокий Яр 5. - 6. - 7. - 8. - 9. - 10. Списки парафіян: 1774: ф. 1462, оп. 1, спр. 9939.

Каждый человек, если он не ленив, а наоборот, хоть в малой степени любопытен, рано или поздно начинает задумываться над своим происхождением, над своими корнями. Начинается это с расспросов родителей, близких родственников, дедушек и бабушек о старине. Из этих разрозненных сведений складывается мозаика, в которой много белых пятен: очень часто не хватает многих деталей, не говоря уж о сведениях о далёких предках, начиная с прадедов. Если к этому добавить, что на протяжении многих десятилетий вопрос «Что вы делали до 17-го года?» был, мягко говоря, неуместным, то все поиски и расспросы на этом и заканчивались. Очень хорошо помню, как в 60-70-х годах моя тётя, сестра отца, упорно твердила, что их отец, то есть мой дед, происходил из дворян. На это мой отец, коммунист «до мозга костей», только с досадой отмахивался, мол, чушь какая-то. Поэтому все разговоры о деде начинались и кончались тем, что когда-то он был актёром малороссийской труппы.
Перед тем, как у меня возникло совершенно сознательное желание написать историю семьи, проследить родословную, я хорошо знал биографию родителей, но этого было мало. Помог небольшой отцовский архив, который мне довелось разбирать после его смерти. Среди прочих бумаг совершенно неожиданно обнаружилась «Краткая автобиография Н.С.Черныша» , то есть моего деда, написанная им собственноручно карандашом 8 июля 1930 года, и его «Личный листок» . Эта огромная, на 32 пункта анкета, заполненная мелким каллиграфическим почерком 14 июня 1929 года. В этих бесценных для меня документах содержалось много сведений о событиях, которые сами по себе вызывали определённый интерес и новые вопросы, на которые нужно было найти ответы. Между прочим, стало известно, что родился он в 1886 году в украинском городе Николаеве, до 9-ти лет воспитывался в своей семье в селе Недогарки Кременчугского уезда Полтавской губернии, а учился на протяжении восьми лет в Кременчуге. Полной неожиданностью был ответ на вопрос печально известной пятой графы анкеты, — дед чётко написал, что он украинец. Дело в том, что в паспортах моих родителей, равно, как и моём, всегда значилось – русский. Это известие заставило меня по-новому посмотреть на историю семьи. Стало ясно, что свои корни я должен разыскивать здесь, в Украине. Сведения, которыми я обладал весной 2001 года, позволяли сделать, так сказать, обратный отсчёт, который очертился таким образом:
Андрей Черныш (1973, мой сын) – Николай (1941) – Виталий (1915-1993, мой отец) — Николай (1886-1943, дед) – Савва(1855-около 1925, прадед) – Павел (?-?, прапрадед). Всего шесть поколений.
На этом можно было бы остановиться, но я помнил разговоры тёти о дворянстве. Умница и знаток подобных дел подсказал мне обратиться, на всякий случай, к неопубликованным рукописям Вадима Модзалевского, которые хранятся в Институте рукописей НБУ им. В.И.Вернадского. Мол, если там ничего нет, то вряд ли удастся что-то найти в другом месте. Так началось моё погружение в архивы.
Перебирая осторожно многочисленные листочки из папки, где хранятся черновики В.Модзалевского, касающиеся родов с фамилиями на букву «Ч», я постепенно терял всякую надежду найти хоть один листочек, в котором бы шла речь о Черныше. Как вдруг…
Раскрываю бумажную обложечку. Передо мной лист формата А4, почти весь заполненный заметками В.Модзалевского. В левом верхнем углу – пометка: Чернышъ. Почерк у автора такой, что можно легко разобрать все слова до последней буквы.
В заметках речь идёт о Дороше Черны(у)шенко, который в 1670 году был полковым есаулом Миргородского полка, о его сыновьях Филиппе и Петре, внуках Степане, Кондратии и Иване, сыновьях Филиппа, а также Екима, сына Петра. Далее перечисляются правнуки. Начиная с Кондратия фамилия сокращается до «Черныш». Чётко записано, что и Филипп, и его сын Кондратий были казаками. Последний также побывал и пикинёром. В конце коротенькое примечание: «Внесенъ в VI ч. родосл. кн. Екатеринослав. нам-ва 29/III 1793». И всё? Нет. Не всё.
В десятой строке сверху читаю, что сын Дороша Филипп женился «в с.Недогарках…». После этого название села упоминается ещё пять раз в связи с тем, что там проживали в 1793 году все живые на тот момент лица, перечисленные в заметках В.Модзалевского. На чём они основаны?
Ответ находим тут же на шести листах плотной, со специфической фактурой, бумаги, размером заметно больше привычного А4. Листы сплошь заполнены с обеих сторон старинной скорописью. Тщательное изучение содержания бумаг показало, что передо мной копия нескольких документов, которые вместе составляют, так сказать, «Дело о дворянстве», которое возбудил осенью 1792 года отставной пикинёр Кондратий Черныш.
Из первого документа становится известно, что Миргородский уездный суд слушал прошение К.Черныша, «который просил выдачи сохранившихся в сем суде местных города Миргорода книг о деду его Дорошу Чернышенко бывшему в давних годах Миргородским полковым асаулом, выписи; а по справки в сем суде обозначенными книгами явилось, что в одной под 1670 роком на листу 118-м написано тако, предомного Дорошем Чернышенком асаулом полковым для этого приказали в засвидетельствование вышеописанного просителю Чернышу выдать выпись и выдана сия в Миргороде 1792 года декабря 16 дня». Далее идут подписи судьи, заседателей, секретаря и канцеляриста.
Второй документ представляет собой «Свидетельство» того, что у полкового есаула Миргородского полка Дороша Чернышенко было два сына Филипп и Пётр. Первый был казаком. Он женился в селе Недогарках на дочери казака Василия Дзюбана Феодосии, прижил сыновей Степана, Кондратия и Ивана. Кондратий сначала был в числе малороссийских казаков, а потом пикинёром. Он женился на дочери казака Романа Тарасенко Евфимии. Живёт в селе Недогарках «на наследственных грунтах своих». Это свидетельство, а, по сути, родословную Кондратия Черныша, подписали 23 января 1793 года 12 местных дворян.
12 февраля 1793 года этот документ заверен Градижским уездным судом, о чём выдано соответствующее свидетельство .
Другое свидетельство выдано Гражижским нижним земским судом 16 января 1793 года. Оно официально и достаточно подробно фиксирует размеры и границы унаследованного Кондратием имения в селе Недогарки. Между прочим, речь идёт : «о трёх избах и трёх коморах огороженный частоколом жилой дом, левада, состоящая не отдаль села Недогарков окопанной рвом имеет в длину и ширину по сто трёхаршинных саженей …». В итоге, если перевести на современные гектары, то таковых набирается около 30.
Последний документ датирован 29 марта 1793 года. Это подробное определение дворянского депутатского собрания Екатеринославского наместничества о внесении рода отставного пикинёра Кондратия сына Филиппова Черныша в шестую часть родословной книги наместничества и выдачу ему соответствующей грамоты. Из констатирующей части определения, между прочим, узнаём, что пара Кондратия и Евфимии имела 4-х сыновей: Захария 1779-80г.р., Семёна 1782-3г.р., Андрея 1794-5г.р. и Кирилла 1786г.р. Самому Кондратию тогда было 48 лет. Кроме того, тут же записано, что в тех же Недогарках проживает двоюродный брат Кондратия Еким Петров сын Черныш 35 лет. Он и его жена Пелагея имеют двух сыновей Фому 1781г.р. и Федора 1788г.р., а также дочерей Матрёну 1779г.р., Акулину 1783г.р., Агафью 1786г.р. и Прасковью 1791г.р. Семья Екима в соответствии с ревизией записана казёнными крестьянами, «чинов не имеют в службе не состоят».
Определение подписано дворянскими депутатами от Новомосковского, Бахмутского, Градижского, Херсонского, Елисаветградского и Александрийского уездов.
В конце шестого листа и на обороте есть примечание о том, что эти копии списаны с подлинников и верны.
Очевидно, что такое стало возможным после подписания 21 апреля 1785 года Екатериной II известной Жалованной грамоты, которая фактически вынудила многочисленных потомков казацкой старшины добиваться дворянского звания.
Теперь понятно, что заметки В.Модзалевского, о которых шла речь выше, не что иное, как сжатый конспект содержания этих копий. Откуда они у него? Как бы отвечая на этот вопрос, В.Модзалевский делает в начале своих заметок коротенькое примечание: «Изъ дела Козловыхъ в Арх. д-та Герольдій».
Ясное дело, грамоту на дворянство, полученную Кондратием искать напрасно. Из Днепропетровского исторического музея мне по телефону сообщили, что в фондах музея хранятся лишь отдельные фрагменты родословной книги Екатеринославского наместничества, а от шестой части вообще остался один лист, на котором фамилия Черныш отсутствует.
Встал вопрос – что делать дальше? Отыскать прямые доказательства того, что Кондратий сын Филиппов Черныш стал потомственным дворянином? Было бы неплохо, но это ли главное? Может быть попытаться доказать наличие прямой связи между мной и Кондратием, или детьми его двоюродного брата Екима? Ведь нас объединяет не только одинаковая фамилия, но и география, т.е. село Недогарки, в котором жили они и в котором спустя сто лет жил в своей семье мой дед. Трудно себе представить, чтобы в селе были ещё какие-то Черныши кроме потомков Дороша и Филиппа. Дело в том, что впервые Недогарки упоминаются в ревизии 1729 года как хутор Власовской сотни Миргородского полка. Тогда там насчитывалось 65 дворов . Даже если предположить, что их численность на протяжении XVIII века существенно выросла за счёт механического прироста, на что, между прочим, не было объективных причин, то и тогда маловероятно, чтобы тут появились семьи с достаточно редкой фамилией, кроме тех, что уже там жили. Ведь Филипп, который тут женился и осел, был сыном человека, которая входила в круг старшины именно Миргородского полка. Мне было ясно, что речь идёт не о совпадении, а об определённой закономерности. Но собственные размышления «к делу не пришьёшь»! Было бы также неплохо найти дополнительные доказательства того, что Дорош Чернышенко не миф, рождённый взяткой, а реальная личность. Но где искать? С таким вопросом я обратился к уважаемому Валерию Томазову. Он не только вдохновил меня на дальнейшие поиски, но и очертил возможные их пути: РГИА в Санкт-Петербурге, Госархив Полтавской области, а потом, мол, посмотрим…
Сотрудник госархива Полтавской обасти В.В.Коротенко, человек, как потом выяснилось, известный в генеалогических кругах, ошеломил меня известием о том, что ничего не сохранилось. О церковных метрических книгах можно только мечтать. Но… можно поискать.
В октябре 2001 года я получил от него письмо, которое содержало много сведений о лицах, которые не только носили фамилию Черныш, но проживали (и действовали!) в Недогарках, близлежащих сёлах и в Кременчуге в конце XIX и в начале XX века. Среди них был и прадед Савва Павлович, и его брат. Подробнее об этом ниже, а сейчас отмечу, что оба значились дворянами. Владимир Коротенко посоветовал мне обратиться также и в Российский государственный архив древних актов, что в Москве.
В ноябре 2001 года Госархив Николаевской области прислал фотокопию записи в метрической книге Касперовской церкви Г.Николаева от 27 августа 1886 года о рождении 27 июля моего деда Николая. О родителях чётко написано: «Дворянинъ Савва Павловъ Чернышъ и законная жена его Екатерина Михайловна; оба православные» .
Январь 2002 года принёс долгожданное письмо из Санкт-Петербурга. Там таки нашли «Дело о дворянстве Козловых за 1810, 1812, 1814гг.» . Изучение документов дела принесло две главные новости: одну плохую, а другую – хорошую. Начну с хорошей.
Стало известно, что в 1810 году сын Кондратия Кирилл служил фейерверкером в 15-й артиллерийской бригаде , а призван был из Кременчугского депо (сборного пункта).
Плохая весть была такой. Герольдия, согласно представлению Военной коллегии , озаботилась вопросом, действительно ли 19 новоприбывших из Кременчуга в 15-ю артбригаду, являются дворянами, как об этом говорят их свидетельства? Эти сомнения зародились потому, что Герольдия не имела у себя соответствующих документов. Такое в те времена случалось часто. Относительно Кирилла Черныша, который имел при себе свидетельство о дворянстве , выданное 10 июля 1809 года уездным маршалом Л.Руденко, был отправлен запрос в Полтавское дворянское депутатское собрание. Из Полтавы пришёл ответ, в основе которого лежали документы, о которых шла речь выше. Изучив их, Герольдия пришла к такому выводу (цитирую отрывок из письма РГИА от 25.01.02г за №122 ):
«Так как отставной пикинёр Кондратий Черныш (отец фейерверкера Кирилла Черныша и внук полкового есаула Дороша Чернышенко) не представил доказательств о дворянском происхождении и о владении имением (был ли жалован за службу поместьями или владеет по наследству имением), то «в дворянстве признать его Герольдия не может» .
Я бы не сказал, что это известие меня очень огорчило. Во-первых, неизвестно, какие последствия имело это «не может». Во всяком случае, в архиве отсутствуют другие документы, в которых бы упоминалась фамилия Черныш. Во-вторых, уважаемая Герольдия не подвергла сомнению остальные доказательства. Таким образом, стало окончательно ясно, что Кондратий был первым, кто восстановил свою родословную.
Вскоре, 5 марта 2002 года, по приезде в Москву я получил в РГАДА письмо за №148 , содержание которого, наконец-то, расставило все точки над i.
Меня известили о том, что в материалах специального межевания села Недогарки Кременчугского уезда, которое проводилось в 1880 годах , есть, составленная 27 июня 1884 года, полюбовная сказка «на развод земель» между дворянами братьями Саввой Павловичем и Георгием Павловичем Чернышами и женой прапорщика Евдокией Павловной Кравченковой . Далее цитирую письмо: «Среди землевладельцев с. Недогарки Павел Черныш не упоминается, но в одной из повесток, среди лиц, подлежащих оповещению, указаны «Черныша Павла Семёнова дворянина наследники»(Д.10220. Л.31об.). Так как других землевладельцев Чернышей с отчеством Павлович, кроме упомянутых выше, в материалах межевания не встречается, то можно предположить, что речь здесь идёт о Савве и Георгии, а «Павел Семёнов сын Черныш» — это имя их отца».
Подытожим изложенное выше. Во-первых, мой прадед Савва имел брата Георгия. Во-вторых, Евдокия Кравченкова имела отчество Павловна. Этот факт, а также полюбовный «развод земель» дают основания предполагать, что она была сестрой Саввы и Георгия. В-третьих, становится известным, каково было отчество прапрадеда Павла. Он был Семёнович! То есть сыном Кондратьева сына Семёна, который родился, напоминаю, в 1782 году. Как говорится, другого не дано!
Оставалось окончательно прояснить личность Дороша Чернышенко. Дополнительные сведения о нём лежали, как говорят, на поверхности. В.В. Кривошея сообщает, что Дорош Чернышенко в 1683 и 1688гг. был атаманом городовым Миргородским , а в 1687 году – товарищем на Миргородском уряде (правительстве) . Не думаю, что можно спорить по поводу того, что этот Дорош и полковой есаул Дорош Чернышенко в 1670 году – одно и тоже лицо.
После всех поисков и исследований, можно, наконец, составить такую родословную таблицу по мужской линии:
I
1.Дорош Чернышенко (?-1670, 1683, 1687, 1688-?)
II
2.1.Филипп (?-после 1745)
3.1.Пётр (?-после 1758)
III
4.2.Степан (?-?)
5.2.Кондратий Черныш (1745-после 1793)
6.2Иван (?-?)
7.3.Еким (1758-после 1793)
IV
8.5. Захарий (1780-?)
9.5.Семён (1782-?)
10.5.Андрей (1784-?)
11.5. Кирилл (1786-после 1810)
12.7.Фома (1781-?)
13.7.Фёдор (1788-?)
V
14.9.Павел (?-после 1863)
VI
15.14.Савва (1855-около 1925)
16.14.Георгий (?-1884-?)
17.14. Григорий (1863-после 1925)
VII
18.15.Николай (1886-1943)
19.15.Евгений (?-около 1920)
VIII
20.18.Виталий (1915-1993)
IX
21.20.Николай (1941)
22.20.Василий (1947)
X
23.21Андрей (1973)
24.22.Дмитрий (1979)
25.22. Сергей (1984)
XI
26.23.Михаил (2002)
Что касается прадеда Саввы Павловича, то кроме участия в вышеупомянутом разделе земель, о нём известно следующее: в 1890 году он упоминается среди землевладельцев с.Недогарки, а 7 мая 1892 года его назначают попечителем Недогарковской женской церковно-приходской школы . Последний раз Савва Павлович «отметился» в истории таким, весьма, неожиданным образом, цитирую документ: «По заявлению прихожанина Троицкой церкви с. Недогарок Кременчугского уезда, дворянина Саввы Черныша, о том, что священник помянутой церкви Иоанн Козминский, явившись в нетрезвом виде на угол дома его, Черныша, вызывал его, говоря «выходи аблокат», с целью, как предполагает Черныш, избить его (18 мая 1892г) ».
Несколько слов о селе Недогарки. Оно, а также соседнее (2-3км) село Ракитно-Доновка, которое подчинено Недогарковскому сельсовету, стали местом, где Черныши пустили очень мощные и разветвлённые корни. В период последней войны в боях погибли 5 носителей фамилии Черныш, жителей Недогарок, о чём свидетельствует «Книга памяти Украины (Полтавская область)» и стела в центре села. В Ракитно-Доневке погибло 10 Чернышей. У меня нет сомнений, что и они, и ныне живущие пошли от своего прапращура Дороша Чернышенко, полкового есаула Миргородского полка. Ведь только у его внуков Кондратия и Екима было шестеро сыновей. Мы теперь точно знаем, что один из них имел сына Павла. А остальные? Сколько их было? Об этом можно только гадать.
И последнее. Один из самых старых жителей Недогарок Евгений Иванович Черныш во время нашей встречи летом 2001 года рассказал, между прочим, что часть села с давних времён так и называется — Чернышёвка. Комментарии, как говорят, излишни.