Военный госпиталь № 324 1914-1915 гг. - Генеалогический форум

thesolarrain написал:

[q]
от профессора В.А. Глотова, который глубоко и серьёзно занимается творчеством этого уникального человека.
[/q]

ТРИОДИН ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ – ВРАЧ-АНАТОМ, ЭПИДЕМИОЛОГ, КОМПОЗИТОР
(Материалы к биографии в изложении).
2007 г. Глотов В. А.

Пролог
Осень 200… года. Учебный корпус кафедры анатомии человека Смоленской государственной медицинской академии. У входа на стене висит мемориальная доска:

Здесь работал преподавателем анатомии человека с 1920 по 1923 годы

ТРИОДИН Петр Николаевич
(15 марта 1887 г. – 30 октября 1950 г.)

Врач-анатом, эпидемиолог, кандидат медицинских наук, и
выдающийся русский советский композитор,
организатор медицинского факультета и Анатомического института
(ныне кафедры анатомии человека)
Смоленского государственного университета,
им. Октябрьской Революции,
Смоленского оперного театра и Смоленского симфонического оркестра,
автор первой советской оперы «Князь Серебряный» и оперы «Степан Разин»

Биографическая справка [2], фотографии, письма, библиография

Петр Николаевич Триодин родился 15 марта 1887 года в Санкт-Петербурге в семье священника. Его отец, Николай Васильевич Триодин, служил при церкви на Смоленском кладбище и был широко образованным человеком: владел семью иностранными языками, увлекался музыкой и пением (умер в 1938 г. [3]). Мать, Мария Ивановна (девичья фамилия неизвестна) [3], происходила из старинного литовского княжеского рода, была отличной пианисткой. Она передала сыну свою любовь к музыке Баха, Моцарта, Бетховена, Шумана, произведения которых он уже хорошо знал в возрасте 6-7 лет. Мать, видя тягу сына к музыке, научила его игре на рояле, познакомила с основами теории музыки. В девять лет он написал музыку к стихотворению А. С. Пушкина «Эхо», сочинял романсы, песни и пьесы для фортепиано.
После окончания 8-й Петербургской гимназии П. Н. Триодин поступает на биологическое отделение Санкт-Петербургского университета. Одновременно, пользуясь знакомствами матери в музыкантской среде, он берет уроки музыки у преподавателя придворной певческой капеллы И. А. Вишневского, позднее у директора капеллы Н. Ф. Соловьева. С января 1907 года по рекомендации Н. Ф. Соловьева с ним начинает заниматься композицией знаменитый композитор А. К. Глазунов. Занятия композицией продолжаются два года. Глазунов оценил композиторский дар у молодого Триодина, был к нему очень требователен и строг, заставляя его помногу раз переделывать партитуры. Глазунов настойчиво советовал Триодину бросить университет и поступить в консерваторию.
Отец П. Н. Триодина категорически был против этого. Дело в том, что сестра Триодина Александра стала артисткой вопреки воле отца, она была ученицей знаменитого певца И. В. Тартаковского и выступала под псевдонимом Смоленская на оперной сцене. Между отцом и сыном обострились отношения. Триодин уходит с 4-го курса университета, уезжает в Юрьев (Дерпт, ныне Тарту) и поступает на медицинский факультет. Там он вместе с другими студентами организует студенческий хор, симфонический оркестр, кружок любителей русской музыки. Он продолжает заниматься композиторской деятельностью. Пишет романсы, хоровые произведения, оркестровые пьесы. 10 мая 1910 года оркестр эстонского театра «Вайнемуйне» впервые и с большим успехом исполняет его 1-ю симфонию F-dur.
В 1912 году П. Н. Триодин получает диплом врача, но вскоре за участие в политической демонстрации протеста по поводу Ленского расстрела высылается на три года под надзор полиции в Вологодскую губернию в село Бакшеево, расположенное в 120 верстах от железной дороги.
В 1914 году начинается Первая Мировая война. Триодин направляется на Западный фронт в качестве военного врача. В этот период он начинает заниматься научной работой, в «Русском враче» появляется несколько публикаций посвященных изучению особенностей течения тифа у вакцинированных и не вакцинированных больных, картины крови при траншейной лихорадке [4, 5 – Автор выражает искреннюю благодарность А. В. Свешникову за помощь в нахождении этих источников]
На фронте П. Н. Триодин встречает свою будущую жену: Ольгу Александровну Гурко-Ромейку (11.07.1894. – 15.08.1960) – сестру милосердия в период с 1914 по 1918 гг.) [3]. Обстоятельства их знакомства на войне не известны. В 1919 году они, уже будучи мужем и женой, приезжают в Смоленск на родину Ольги Александровны. В Смоленске он работает врачом Санитарного управления Западного фронта.
Очень интересна семья Ольги Александровны. Она происходит из древнего белорусского шляхетского рода Гурко-Ромейки, родоначальник которого Гурко (Гурий) Олехнович Ромейко в 1539 г. был наместником смоленским в Витебском воеводстве Великого княжества Литовского [3]. Отец Ольги Александровны, Александр Александрович (25.08.1859 – 1904) имел имение (около 725 десятин) в селе Рай, расположенном недалеко от Смоленска. Он был юристом. В 1900 году был земским начальником в Смоленском уезде и много сделал для развития просвещения и здравоохранения в Смоленском уезде [3]. Мать Ольги Александровны - Мария Гедда (1(14).12.1870 – 1919), дочь сенатора Михаила Федоровича Гедда и Елизаветы Николаевны Шредер, сестры скульптора И. Н. Шредера, соавтора памятника «Тысячелетию России» в Новгороде, была директором женской гимназии в Смоленске.

ТРИОДИН Петр Николаевич – врач Санитарного управления Западного фронта (1919 г.)

В это время в Смоленске по указу В. И. Ленина организуется Смоленский государственный университет имени Октябрьской революции. Петр Николаевич Триодин становится одним из организаторов медицинского факультета этого университета, участвует в организации Анатомического института (ныне кафедры анатомии человека Смоленской государственной медицинской академии) где с 1920 по 1923 гг. работает ассистентом [6]. Одновременно он продолжает увлеченно заниматься музыкой, заводит знакомства с местными профессиональными музыкантами (Ю. Н. Бологовской-Сабуровой, пианистом Д. Бер – внучатым племянником Ф. И. Глинки, сестрами Эсфирь и Раисой Гершевич [7]) и любителями музыки. Вместе с ними он организует Смоленский оперный театр и большой симфонический оркестр. Пишет музыку.
8 марта 1922 года в Смоленске впервые исполняется, созданная им, 2-я симфония. Симфоническим оркестром управлял А. И. Юрасовский.
30 марта 1922 года пианистка Е. Н. Авланти в сопровождении оркестра под управлением Г. Г. Шейдлера исполняет фортепианный концерт, праздничную увертюру и ряд других произведений П. Н. Триодина.
С успехом проходят авторские концерты П. Н. Триодина. В программу этих концертов входили фрагменты 1-й симфонии F-dur, Концерт для рояля, симфоническая поэма «Демон», романсы. В этих концертах он выступал как дирижер и аккомпаниатор.
6 марта 1922 года в Оперном театре состоялось первое представление в концертном исполнении первой советской оперы «Князь Серебряный», написанной Триодиным в Смоленске по мотивам одноименной исторической повести А. К. Толстого. Либретто для этой оперы написал смоленский врач-акушер С. П. Чернов. Смоленская публика назвала оперу «медицинской».

Как, скажите мне про это,
К нам «Серебряный» попал?
Акушер – писал либретто,
Доктор – музыку писал.

В. А. Гиляровский (Дядя Гиляй)

В конце 1922 года П. Н. Триодин выехал в Москву для работы над постановкой оперы [6].
7 декабря 1923 года опера «Князь Серебряный» была поставлена на сцене театра С. И. Зимина в Москве и выдержала 63 представления. Это была первая опера, написанная в Советской России.
В конце 1924 года П. Н. Триодин приступил к созданию оперы «Степан Разин». 20 декабря 1925 года состоялось ее первое представление на сцене филиала Большого театра. Опера выдержала 16 представлений.
В 1927 году П. Н. Триодин оставляет службу в Военно-санитарном управлении. Он работает врачом-эпидемиологом на Днепрострое, канале Москва-Волга, выезжает на борьбу с эпидемиями в Белоруссию, на Дальний Восток и в Казахстан. Он продолжает заниматься музыкой, собирает и обрабатывает народные песни, пишет пьесы для фортепиано, руководит художественной самодеятельностью, организует хоры и оркестры.
У П. Н. Триодина обнаруживают туберкулез. Не смотря на болезнь, он продолжает заниматься творческой деятельностью – пишет музыку к веселой пьесе Давыдовского «Кому на Руси жить хорошо» (1938), к кинофильму «Академик Павлов» (1939), делает новую инструментовку оперы «Князь Серебряный», сочиняет четыре вальса.
В 1941 г. в первые дни войны кандидат медицинских наук П. Н. Триодин, используя свои связи, добивается назначения в действующую армию врачом-эпидемиологом и отправки на фронт [7].

«… Война сейчас поглощает и заслоняет все. Но для нас война имеет смысл постольку, поскольку победа обеспечивает наше счастливое будущее, громадные перспективы созидания, творчества, расцвета сил и способности людей. Сейчас самое главное – выдержать во что бы то ни стало» [7].

Из письма к жене (Смоленская область, из района между Велижем и Демидовом, 1942 г.):

«В три часа ночи на 14.II я вдвоем с бойцом-проводником пробирался в одну деревню. Было темно, холодно, вьюга и снег по шею. Напоролись на 10-12 немецких разведчиков, залегли в сугроб и больше часа отбивались, пока подошли на выстрелы наши лыжники и выручили нас. Лично я выпустил больше 40 патронов. Убили мы 3 фрицев, сами же целы и невредимы… Лично мне в этом деле достались трофеи: немецкий штык (удобно сахар колоть и вскрывать консервы). Потери: легко ранен вещевой мешок Сквозное ранение с раздроблением мыльницы и бритвы…
Ты спрашиваешь, как я вытягиваю свою работу? Вытягиваю помаленьку, пыжусь, сколько могу. Временами, как, например, в эту поездку, работаю на пределе сил. Иной раз сам думаю: ну, пропал, сдохну, не могу больше! А смотришь – и не пропал, и не сдох, и могу дальше действовать. Ведь я же, дорогая Оля, не на бал ехал, а на войну, и знал, что война – не игрушка, и готов был к тяжелой работе. Выручает нервный подъем и замечательное настроение, созданное наступлением наших армий. Заставь меня в мирное время по пузо в снегу ходить, я бы, конечно, сдох. А тут ничего: куда люди, туда и я. А кроме того, когда после войны пойдет проверка, кто что сделал для Родины, для своего народа, я смогу с чистой совестью сказать: сделал все, что только было в моих силах и возможностях. Вот это сознание меня и поддерживает, и я порой сам удивляюсь своей юной прыти. Ну а возраст остается возрастом. На шестом десятке козлом не запрыгаешь! Вот так-то, старушуля моя».

В этой схватке с немецкими разведчиками П. Н. Триодин получил четыре легких пулевых ранения, но остался в строю.

«Действующая армия, 26 февраля 1942 г. Только что вернулся из трехнедельной поездки по полкам и дивизиям с целым рядом приключений и казусов. Наша армия в наступлении.Фрицы на 100% вшивые, у них сотни больных – экзантерматиков. Они их расстреливают, а кого не успевают – бросают по деревням. Мы идем по пятам за ними. Наша задача не допускать заболевания в наши войска. Поэтому большую часть дней своих провожу в разведке на передовой полосе. Условия здесь довольно своеобразные. Сплошь фронта нет. Идет маневр за маневром, охваты с флангов, окружения всякие, парашютные десанты в тылах, набеги лыжников и т.п. Поэтому вовсе не редкость где-нибудь в тылу напороться на группу немцев» [7].

27 февраля 1942 года он был контужен и ранен осколками немецкой авиабомбы.
Из писем С. П. Чернову (Письма П. Н. Триодина – С. П. Чернову были переданы в Смоленский государственный музей-заповедник писателем краеведом С. М. Яковлевым в мае 1967 года [8, 9, 10, 11, 12]):

«…Я тебе рассказывал, что в ночь на 14/II нарвался на немцев и провел веселые часы в перестрелке при вьюге и 25° мороза, лежа по горло в снегу. А 28/II, когда фриц разбомбил хату, где мы спали, меня слегка стукнуло упавшей балкой, и прямо из постели я оказался на морозе. Теперь каждый вечер температура 38-39°, но как-то еще не приходило в голову, что я серьезно болен и надо лечиться. Работал еще до 22/III. Мне еще раз не повезло, попал под 14-часовую бомбежку и опять лежал на снегу и в дополнении к прочим прелестям схватил ишиас, который в нашей обстановке довольно мучителен. Мало того, 18/III попал под обстрел, получил пулю в то же правое бедро, одним словом, 44 несчастья. Эта-то пуля и заставила меня лечь в госпиталь. А сейчас начальство отправляет меня в туберкулезный институт, так, что, по-видимому, после лечения на фронт уже не вернусь».

Майора П. Н. Триодина переводят на тыловую работу в Москву.

«За эти семь месяцев, что я в Москве, совершенно забыл о музыке, не только не написал ни строчки, но даже к роялю не подходил. Не в оправдание, а в некоторое объяснение пишу, почему так. Сына моего Левку убили около г. Ровно в первые дни войны, брат, две сестры и два племянника погибли в Ленинграде.
Вся семья растерялась. Сам же я полуинвалид, если с туберкулезом лучше, то плохо с последствиями контузии. Нога работает не совсем складно, а к этому еще и левая рука прибавилась. Без посторонней помощи не могу шинель надеть. А приходится непрерывно ездить – такая уже специальность у меня бродячая. А территория моя 12 областей и республик, в которые надо ехать 4-5 суток. Поэтому я строен, как Апполон, и сварлив, как теща Зощенко.
Помирать, однако, не хочу, пока Гитлера не повесят, но у меня нет уверенности, что дотяну до этого времени».

«… Теперь, как будто, начал поправляться. Из армии прислали мне медаль «За боевые заслуги». Ездила за мной 2 года и 5 месяцев и все-таки нашла меня. По этому поводу мы со старухой вечером тайно усидели поллитра. По музыкальной части уже действую, и довольно активно. Иногда даже думаю, что я всамделешный композитор, а не дилетант, «губитель музыки». Сейчас по заказу радиокомитета работаю над кантатой «Слава героям» с прицелом на конец войны и взятия Берлина. Текст пишет А. Сурков, кстати, милейший парень.
Оперу «Иван Грозный» писать не буду, хотя очень о ней мечтаю. Пока дописываю отдельные сцены, эскизы, а всерьез возьмусь не раньше, чем война кончится. Радио меня во всех отношениях удовлетворяет. Слушают радио миллионы людей. Где я еще найду такую аудиторию?»

1 января 1944 года:

«Уважаемый Сергей Павлович!
Поздравляю Вас и Наталью Владимировну с Новым годом от себя, жены, Татьянки с Никиткой, а также от Татьяниной дочки Наташки, которой 19 декабря исполнится год. На войне мы были всем семейством, квартира моя была на замке. Кроме сына, все остались живы, но не все здоровы: я инвалид III группы, имею 7 легких ранений, тяжелую контузию. Пролежав долго на снегу (в 1942 г. у Велижа), получил tbc [8]. Старушка моя демобилизовалась месяц назад, в ноябре. Татьянка с мужем несколько раньше. Сейчас все мы уже штацкие, но живем паршиво. Я собираю материалы для оперы «Иван Грозный». Дело находится в самой начальной стадии: дни просиживаю в Центральной Исторической библиотеке и Историческом музее, делаю выписки из книг и документов. Интересная эпоха! Не хотите ли по старой памяти, заняться либретто? Привет Вам и Наталье Владимировне. Ваш Триодин» [7].

В 1945 году П. Н. Триодин вступил в Коммунистическую партию.
В послевоенные годы П. Н. Триодин полностью отдается музыкальному творчеству. Он работает над новой оперой «Иван Грозный». Эта работа осталась незавершенной. Пишет для оркестра русских народных инструментов сюиту «Картинки из русских сказок» (1946), фантазию «Партизаны» (1947), работает над обработкой своих записей народных песен. Последним сочинением П. Н. Триодина стал сборник «Детские музыкальные закадки» на слова поэта Д. И. Седых (1949).
30 октября 1950 года в результате обострения туберкулеза Петр Николаевич Триодин умер…
http://www.smolensk.ru/user/sg...glotov.htm