"И опять - о войне, о войне — о другом пусть напишут другие"

http://3mksd.ru/ts133.htm#m01

СЕРАЯ ШИНЕЛЬ




СУДЬБА ФРОНТОВОЙ ПЕСНИ

В. Ермаков

В начале 1942 года наша 3 Московская Коммунистическая дивизия вела упорные бои в районе Демянска по окружению 16-й немецкой армии, которой командовал генерал Буш. Стояла холодная и сырая зима.

Как-то утром меня вызвал к себе запиской начальник политотдела дивизии Константин Александрович Бирюков. Я хорошо знал этого комиссара. До Великой отечественной войны он был секретарем одного из райкомов партии Москвы. А ранее он был политработником на Урале. После первого боя за деревню Павлово Молвотицкого района Новгородской области он вручал мне партийный билет.

В записке говорилось: «Явиться срочно!». Что бы это значило ? – думал я. Начподив хорошо знал, что я пишу стихи. Более десятка из них было опубликовано в нашей дивизионке «Вперед, на Запад!». Некоторые мои стихи были опубликованы во фронтовой газете Северо-Западного фронта «За Родину», где в это время работал поэт Михаил Матусовский.

Когда я вошел в блиндаж начподива, он протянул мне свежий номер фронтовой газеты и спросил:
- Читал ?
Я ответил, что еще не видел этой газеты. На второй странице газеты «За Родину» была помещена новая песня Михаила Матусовского «Котелок».
- Ну как, нравится ?
Я утвердительно кивнул головой. Потом полковник сказал:
- Ее будут петь солдаты. В этом я не сомневаюсь …
Подумав, добавил:
- Надо создать свою песню, которую бы исполнял наш ансамбль, которым с октября 1941 года руководил Виктор Николаевич Кнушевицкий, бывший руководитель джаза СССР.
- О чем должна быть эта песня ? – спросил я.
Константин Александрович внимательно осмотрел мою пробитую пулей и прожженную у костра шинель. Потом сказал:
- Напиши о своей шинели! Она такая, как у всех наших добровольцев.
- Ясно, товарищ полковник! – ответил я, и покинул его блиндаж.

По дороге к себе, как-то сами по себе родились первые слова песни: «Ты любовно сшитая, пулями пробитая…». Старался их не забыть.
Всю ночь я писал новую песню. И как только рассвело, снова направился в политотдел. Полковник внимательно вслух прочитал стихи и радостно воскликнул:
- Попал в самое яблочко! Теперь я закажу на стихи музыку и начнем ее петь.

Музыку к стихам о шинели написал старшина Вениамин Ронинсон, бывший скрипач симфонического оркестра Государственного Академического Большого Театра СССР, который играл в ансамбле Кнушевицкого.

Песню «Серая шинель», вернее один ее текст без нот - на фронте у нас не было пиктографиии, - опубликовала дивизионная газета «Вперёд, на Запад!». Потом политотдел дивизии издал ее отдельной листовкой тиражом в пять тысяч. Солист ансамбля старшина Курочкин стал исполнять ее на каждом концерте между боями. Солдаты полюбили «Серую шинель». Курочкину приходилось исполнять ее по 3-4 раза залпом…

Позже, это было уже в августе 1942 года, когда наша дивизия вела наступательные бои за Ловатью, ко мне в роту выздоравливающих приехали корреспонденты газеты «На разгром врага» Первой ударной армии: поэт Михаил Светлов и литературный критик Борис Бялик. Они встретили меня с забинтованной головой: только глаза блестели из-под бинтов. Михаил Аркадьевич с жадностью взял в руки мою небольшую тетрадь в клеточку, пробитую осколком вражеской мины. Это случилось на втором ранении 13 августа, а на другой день я был ранен разрывной пулей в голову.

Гости сидели среди раненых гвардейцев-москвичей и старались не наводить скуку. Михаил Светлов, как всегда, шутил:
- Вот, Боря, мне такую пробитую осколком тетрадь! Ты знаешь, где бы она была после Победы?
- Где ?
- Только в музее, как реликвия нашей фронтовой поэзии, - гордо ответил знаменитый поэт.

Борис Бялик на это ответил шуткой:
- Все это сделать очень просто. Пойди, Миша, на передовую, где был этот гвардии капитан, сядь в траншею, поднимись и стой до тех пор, пока немцы не пробьют ее пулей или осколком мины …

Раненые смеялись, как никогда за всю войну. Михаил Аркадьевич был доволен. Он сказал всем нам:
- Я бы с удовольствием давно отправился к вам на передовую, но командующий Армией заявляет: «Не могу перед всей страной отвечать за тебя, если с тобой что случится. Ты приехал на фронт писать стихи, вот и знай свое дело!»

Борису Бялику и Михаилу Светлову я рассказал, как погибли наши комсомолки-снайперы Наташа Ковшова и Маша Поливанова, окруженные врагом и подорвавшие себя на гранатах. Они погибли на том же «перешейке», через который фашисты снабжали свою окруженную 16-ю армию. Короче, погибли на том участке, где я был ранен вражеским снайпером.

Раненые попросили Михаила Светлова прочитать свои стихи. Улыбнувшись, он сказал:
- Я у вас гость, а стихи пусть читает ваш собственный поэт !
Пришлось прочитать стихи, написанные в боевой обстановке. Но мы все же уговорили Михаила Светлова прочитать «Гренаду». Надо было видеть, с каким вниманием прослушали раненые стихи автора «Каховки» и других широко известных в нашей стране и за рубежом стихов !

Пока Михаил Светлов читал свои стихи, я нажимал на переписку своих. Успел переписать около десятка. Гости из армейской газеты забрали мои стихи и на «вилисе» укатили к себе.

На другой день «Серая шинель» и еще три моих стихотворения появились на четвертой странице газеты «На разгром врага», которую редактировал полковник Юрий Корольков, ныне известный писатель. «Серую шинель» перепечатали многие дивизионные газеты. Ее запели на всем фронте!...

Вскоре песня «Серая шинель» была переведена на казахский и латышский языки. Пели ее всюду и везде на свою собственную мелодию.

Шли годы. Как-то, лет восемь назад, Краснодарское краевое радио пригласило меня прочитать у микрофона несколько своих фронтовых стихов. Заведующая музыкально-литературным отделом журналистка Светлана Бойко предупредила меня, чтобы я, после того, как прочту «Серую шинель», обратился к радиослушателям с просьбой: «Кто помнит мелодию этой песни, просьба зайти на радио». Так и было сделано.

На другой день в радиокомитет пришло пятнадцать человек. Среди них были: воспитательница детского сада, казак с баяном, моряк, оборонявший Севастополь, с гитарой и другие. Всех их заставили петь «Серую шинель». И записали на пленку. На другой день вызвали меня и проиграли все варианты песни. Но среди них не было той, которую написал когда-то гвардии старшина Вениамин Ронинсон. Решено было взять за основу мелодию, с которой пришел казак.

«Серая шинель» приобрела новые крылья. Я могу с удовлетворением сказать, что она давно стала народной. Мне рассказывали участники штурма Берлина, что слышали ее там, далеко за пределами нашей Родины. Поют ее и в ряде военных округов ветераны Великой Отечественной войны.

Записанная песня «Серая шинель» была послана на утверждение в Москву. Ее утвердили и она уже много лет находится в фонде нашего краевого радио. Ее часто по заявкам исполняют для ветеранов Великой Отечественной войны. А журналистка Светлана Бойко за большую работу по восстановлению мелодии песни «Серая шинель» награждена Союзом журналистов СССР Дипломом первой степени.

Все эти годы, после нашей Победы, я искал первоначальную мелодию на свои стихи о серой шинели. Композитор В. Н. Кнушевицкий сообщил мне, что ноты надо искать среди партитур Вениамина Ронинсона, который умер в 1957 году. И вот, с помощью ветеранов 3 Московской Коммунистической дивизии, ноты удалось найти. Их разыскала дочь композитора Людмила Вениаминовна Степаницкая, проживающая в Москве.

На днях я выступал с воспоминаниями об обороне Москвы среди комсомольцев и молодежи ткацкого производства ворсовой фабрики Краснодарского хлопчатобумажного комбината. В знак благодарности молодые ткачи спели на этой встрече песню «Серая шинель» на музыку Вениамина Ронинсона.

Я предлагаю песню «Серая шинель» молодым читателям газеты «Комсомолец Кубани» с первоначальной мелодией. На нотах ее видна резолюция начальника политотдела дивизии К. А. Бирюкова: «Разрешаю для исполнения в частях соединения». Надеюсь, что молодежные агитбригады и коллективы художественной самодеятельности Кубани примут песню «Серая шинель» на вооружение и будут исполнять ее для участников Великой Отечественной войны. Пусть ветераны вспомнят свою боевую молодость !

В. Ермаков, гвардии майор в отставке, ветеран 3 Московской Коммунистической дивизии. Комсомолец с 1924 года.

Краснодар. 25 декабря 1973 года.
http://3mksd.ru/ts182.htm#m05

http://3mksd.ru/ts133.htm#m01

О ПЕРВОЙ УДАРНОЙ АРМИИ

Слова: Ермаков В. Музыка: Ронинсон В.



1
Знамена гвардейцев на битву зовут,
В народ они славу о нас принесут,
Расскажут о том, как отцы и сыны
Сражались за счастье любимой страны.
И вспомнят потомки декабрь под Москвой,
Тяжелые битвы с фашистской ордой,
И нас, как мы шли до болотам, снегам,
Как били и гнали на Запад врага.

Припев:
Врагов мы били здорово –
Под Яхромой, в Суворово,
И слава Первой армии
Века переживет.
Бегут враги коварные,
Когда идет Ударная.
Вперед на бой за Родину,
За Сталина, вперед!

2
Нас вспомнят за храбрость в суровых боях,
За то, что мы славой покрыли наш стяг,
За то, что не видели немцы Кремля,
За то, что их кровью полита земля.
Нас вспомнят за нашу священную месть,
Нас вспомнят за нашу солдатскую честь,
За то, что не раз в рукопашном бою
Мы дрались с врагом за Отчизну свою.

Припев:
Врагов мы били здорово –
Под Яхромой, в Суворово,
И слава Первой армии
Века переживет.
Бегут враги коварные,
Когда идет Ударная.
Вперед на бой за Родину,
За Сталина, вперед!

3
Мы бьем по-гвардейски фашистских зверей
За честь и свободу советских людей.
Враги нам заплатят за все головой,-
Мы будем их бить, как в лесах под Москвой.
Нам вождь приказал уничтожить врагов –
И воин Ударной на подвиг готов.
Зарница победы над нами взойдет –
Поздравит нас Сталин, поздравит народ.

Припев:
Врагов мы били здорово –
Под Яхромой, в Суворово,
И слава Первой армии
Века переживет.
Бегут враги коварные,
Когда идет Ударная.
Вперед на бой за Родину,
За Сталина, вперед!

РАМУШЕВСКИЙ КОРИДОР

Михаил Матусовский

Здесь из всех щелей и нор
Автоматы бьют в упор.
Сам не знаю кем он назван:
«Рамушевский коридор».

Ни тропинок, ни дорог.
Мир, взведенный, как курок.
Здесь пристрелян каждый камень,
Каждый куст и бугорок.

Здесь наш быт похож на бред.
Здесь с ума нас сводит свет
От прибитых прямо к небу
Ослепительных ракет.

Смерть в тебя вперяет взор
Сквозь оптический прибор.
Сколько нам он стоил жизней,
«Рамушевский коридор».

То ползи, то сразу в бег,
То спеши зарыться в снег.
Только здесь понять сумеешь
Все, что сможет человек.

Кто покуда не убит,
На снегу вповалку спит.
И земля дрожит от взрывов,
Будто впрямь ее знобит...

Так и помню я с тех пор
Обгорелый черный бор
И четырежды проклятый
«Рамушевский коридор».

http://3mksd.ru/ts116.htm

В нашей части популярно стихотворение народного акына Казахстана Гали Орманова, который однажды посетил нашу часть. В стихотворении «Сосна» народный акын выразил силу национальной дружбы наших бойцов.

Над обрывом висит сосна
К небу вознеслась головой.
Как же может держаться она ?
Вглубь ушел ее корень живой.

И хотя непогода грозна.
Перекатывается гром –
Будто не замечает сосна
Молний, вспыхивающих кругом.

И я знаю – буря пройдет
Возвратится к нам тишина.
Озаряет лучи небосвод -
Вечно будет зеленой сосна.

Из книги: Г. Красавцев Шумят боевые знамена

Пропавшим без вести

Д. Уткин

В новгородских лесах рыщут тени орластых мундиров,
Над болотистым мхом бьют в припадке стволы шмайссеров.
Здесь зачёркнута жизнь рваной трассой шального пунктира,
Здесь разрывы сердец глохнут в рёве свинцовых ветров.
Гимнастёрки не в рост, в бурых пятнах запёкшейся крови,
Сжав разбитый приклад, задыхаясь в горячем бреду,
Молодой паренёк, сдвинув пыльную каску на брови,
Как молитву, шептал: «Пусть умру, но они не пройдут!»
Грязь размытых траншей трамбовали солдаты телами.
На горластую цепь из окопа шагнув в никуда,
Тот вчерашний пацан обнял тёплую землю руками,
Захлебнувшись свинцом, прохрипел: «Не пройдут никогда!»
И они не прошли, и повергли их знамя народы,
И Победа пришла, всю Европу накрыв кумачом,
Только тот паренёк до сих пор у заросшего брода
На разбитый приклад налегает разбитым плечом.
Средь угрюмых осин стонет ветер трофейной гармошкой.
Мир прошёл стороной, мимо взглядов разбитых глазниц.
Здесь лежит батальон, раз в году погребённый порошей,
Смотрят ввысь черепа, на углы чёрных плачущих птиц.
Говорили они, что придут невредимы и целы.
Говорили: «Побьём, победим», но побили, и вот
50 долгих лет смотрят в темень сквозь прорезь прицелов,
Лишь в глазах их детей живы лица ушедших на фронт.
Те глухие места называют Долинами смерти,
Там останки солдат, словно снег, на болота легли.
Если трудно понять, я прошу – хоть на слово поверьте:
Мы живём потому, что враги там пройти не смогли.
Пусть прошло много лет, пусть война эта стала легендой,
В гулкий колокол бьют отошедшие в сумрак сердца.
Как случиться могло, что гордимся мы славной Победой,
Забывая о тех, кто лежит в новгородских лесах?

Из сборника "Долина нашей памяти" http://www.poisk-dolina.ru/knigi/