Восточная Сибирь

http://baikal.land/ru/177-gidirk/irkstr/2202-zverev.html
Зверев Даниил Евдокимович
Улица Даниила Зверева (Октябрьский район)
прежде называлась Гаражной.
Улицей Зверева стала в 1967 г.
На ней находятся жилые дома и административные здания.
Старая фотокарточка 1920 года.
На ней запечатлено командование Восточно-Сибирской Советской Армии. В первом ряду сидят молодые люди в военных френ­чах с ремнями крест-накрест. Справа — Василий Люд­вигович Букатый, политический комиссар армии, сле­ва — начальник штаба Бандейкин, рядом с ним началь­ник оперативного отдела Горшков, в центре, обхватив ладонями колено, сидит командующий армией Даниил Евдокимович Зверев. Лицо у него одухотворенное, взгляд спокойный и уверенный. Волосы зачесаны на­бок. На вид он самый молодой. Да так оно и на самом деле — Звереву было в то время всего 26 лет. Но вот уже полтора года он партизанский командир. Его имя приводило в ужас колчаковские гарнизоны, в народе же оно овеяно легендой. Большевик Зверев под руко­водством губернского комитета партии поднял на борь­бу против колчаковцев трудовое крестьянство, рабо­чих и восстановил власть Советов в огромном Ангаро - Ленском крае.
...Темная ноябрьская ночь 19-го года. Трескучий мороз сковал реку, деревья и, казалось, заставил умолк­нуть дворовых собак. Спит приленское село Усть-Кут.
Усть-Кут — важный стратегический пункт на пути в Витимо-Ленский район, большой торговый центр, пе­ревалочная пристань. Усть-Кутский телеграфный узел связывает Илимск, Якутск, Бодайбо, Киренск, Олекминск, Качуг и Жигалово с Иркутском и Охотском. Поэтому колчаковцы держат в Усть-Куте сильный гар­низон из офицеров и юнкеров Иркутского военного училища и частей, прибывших из Бодайбо, Киренска и Витима.
Партизаны Зверева, совершив сорокакилометровый ночной переход, окружили село. В 7 часов утра, лишь забрезжил рассвет, морозный воздух прорезали ружей­ные залпы и пулеметные очереди. Из домов стали вы­скакивать колчаковцы.
Превосходство в силах дало возможность колчаков­цам отразить первые атаки партизан. Вот как описы­вает начало сражения в своем стихотворении «Бой под Усть-Кутом» поэт-партизан, разведчик, бывший путиловский рабочий Н. П. Ребров-Денисов.
Ритмичную дробь выбивал пулемет.
Раскатисто эхо звучало.
Из леса за взводом рассыпался взвод.
Цепь наша Усть-Кут окружала.
Полк ленцев тайгою зашел врагу в тыл,
Ангарцы за островом стали.
Испуганный враг стрельбу быстро открыл,
И в воздухе пули жужжали.
С версты от села на высокой горе
Громила Усть-Кут батарея.
И гром канонады гремел, по тайге.
И бой разгорался сильнее...
Командир первого Ангарского партизанского полка Зверев считал, что Усть-Кут взять нужно во что бы то ни стало. Он собрал командиров, составил новый опе­ративный план, сделал перегруппировку сил. Атаки партизан возобновились.
Весь день 13 ноября продолжались ожесточенные бои. Дважды село переходило из рук в руки. Вечером Зверев лично повел партизан в бой. Колчаковцы, не выдержав штыковой атаки, бежали из села.
За 13 часов боя враг потерял около ста человек уби­тыми, тридцать были ранены, двадцать попали в плен. Партизанам достались богатые военные трофеи. Но и зверевцы понесли немалые потери: были убиты более сорока партизан, их с почестями похоронили. Н. П. Реб­ров-Денисов написал о них песню, которая исполнялась партизанами.
Прощайте, товарищи!
Вечный покой.
Вы навек от нас удалились.
Для вас роковым
Под Усть-Кутом был бой.
Но храбро с врагами вы бились.
Выходом на Лену партизаны Зверева отрезали се­вер от остальной части Сибири,— там еще сохранялась власть колчаковцев. Через Охотскую радиостанцию, где работал большевик Сосунов, партизаны сообщили о близком крахе колчаковщины. Это один из эпизодов из жизни легендарного партизанского командира Да­ниила Евдокимовича Зверева.
Родился Зверев в 1894 году в Бугурусланском уезде Оренбургской губернии, в бедной крестьянской семье. За храбрость и отвагу на фронтах первой мировой войны он был удостоен четырех Георгиевских крестов и произведен в прапорщики. Там под влиянием больше­виков сформировалось его мировоззрение. Теперь уже сам Зверев агитировал за свержение самодержавия. Накануне Октября он вступил в партию большевиков.
После Октябрьской революции вернулся в родной Бугурусланский уезд, где принял участие в установле­нии Советской власти.
Весной 1918 года, когда над Советской республикой нависла опасность, коммунист Зверев вступает в ряды Красной Армии. В июле 1918 года в боях под Самарой он был ранен, взят белогвардейцами в плен и в «эше­лоне смерти» отправлен на Восток. Над узниками из­девались, они страдали от голода и тифа.
В конце декабря 1918 года узников «эшелона смер­ти» этапом доставили в Александровский централ. Ир­кутская парторганизация установила связь с узниками - большевиками. Управляющий Иркутской губернией эсер П. Яковлев, используя бедственное положение за­ключенных, предложил им вступить в отряд особого назначения для борьбы с развертывающимся партизан­ским движением. Иркутская парторганизация санкцио­нировала вступление в отряд большой группы узников во главе с большевиком Зверевым. Цель этой группы: получить свободу, оружие, а потом ударить по колча­ковцам. Эти планы осуществились.
19 августа 1919 года в селе Паново Кежемской во­лости солдаты второй роты особого назначения под руководством Зверева перебили офицеров и объявили себя отрядом Красной Армии. Вскоре туда прибыл партизанский отряд Н. А. Бурлова. Силы объедини­лись. Бурлов стал командиром объединенного отряда, Зверев — его заместителем. Партизанский отряд при­ступил к активным боевым действиям против колча­ковцев.
Двигаясь вверх по Илиму, тайгой и глухими тропами, известными только местным охотникам, зверевцы в августе разбили колчаковские отряды в Нижнеилимске, захватили Илимск, Большую Мамырь. Отряд по­полнили крестьяне, рабочие Илимского дорожного отряда, в него также влилась группа политзаключен­ных, бежавших из Александровского централа. В Ниж­не - Илимской и Больше-Мамырской волостях восста­навливается Советская власть. Широко распространя­ется по губернии молва об успехах отряда Зверева. К нему приходят все новые и новые партии добро­вольцев.
Отряд Зверева был реорганизован в Первый совет­ский приангарский добровольческий полк. С частью отряда Зверев пошел на Усть-Кут, своим заместителем по полку оставил Николая Дворянова. После освобож­дения Братска отряд Дворянова стал преследовать ка­рателей офицера Белоголового и занял Балаганск. Вско­ре туда прибыл Зверев с Усть-Кутского фронта.
Еще в начале ноября 1919 года по инициативе Ир­кутского губкома РКП(б) в Нижне-Илимске состоялся I краевой съезд рабочих, крестьянских и партизанских делегатов. На нем был избран краевой совет — совет­ский орган на освобожденной от колчаковщины тер­ритории. Совет принял решение об объединении всех партизанских соединений Ангаро-Ленского края в пар­тизанскую армию. Было создано три дивизии. Дворянов стал командиром 1-й Балаганской советской партизан­ской дивизии. Она действовала в районе Ангары. Бур­лов возглавил 2-ю Братскую дивизию. Район ее дей­ствия — Братский тракт. Командиром 3-й дивизии на­значили Молчанова. Зверев стал главнокомандующим советских войск Северо-Восточного фронта красных партизан. Это была уже армия, в трех дивизиях насчи­тывалось восемь тысяч солдат.
7 ноября, в день второй годовщины Советской влас­ти, Д. Е Зверев обратился к населению Нижне-Илимского партизанского края с воззванием. В нем он пи­сал: «Вот уже второй год, как по Сибири свирепствуют насилие и произвол палачей над рабочими и крестья­нами вот уже второй год, как по Сибири идет война и льется напрасно кровь трудового народа. Вы поняли, что творится в Сибири, и дали мне своих сыновей, от­цов и братьев... Я веду их в бой с насильниками и па­лачами трудового народа... Еще одно усилие, еще один напор, и враг будет уничтожен».
Окрыленные словами главнокомандующего, парти­занские дивизии активизировали боевые действия про­тив колчаковцев. Под Красное знамя Советов перехо­дили новые города, деревни и села. Дивизия Дворянова подошла к Черемхову и помогла шахтерам навести в городе революционный порядок.
Во время восстания против колчаковщины в Иркут­ске в декабре 1919 года все партизанские соединения получили директиву от губернского комитета больше­виков стягиваться к городу. Они окружили город, раз­громили врага, который бежал из Иркутска. 22 января 1920 года все революционные силы были сведены в од­ну Восточно-Сибирскую Советскую Армию, командую­щим назначен Зверев, комиссаром — старый большевик В. Л. Букатый. Эта армия добила остатки колчаковских армий — каппелевцев, приняла участие в разгроме семеновцев и интервентов на Дальнем Востоке.
...После освобождения Восточной Сибири от колча­ковцев и интервентов Д. Е. Зверев был направлен на учебу в Высшую военную школу, в Москву. Окончив ее, командовал воинским соединением на южном фрон­те против Врангеля, затем его назначили помощником комиссара Оренбургской Высшей военной школы. В сентябре 1924 года он стал комиссаром военной шко­лы имени В. И. Ленина в Ташкенте. После демобилиза­ции Д. Е. Зверев находился на хозяйственной работе, участвовал в строительстве Днепрогэса.
Шло время, но о главкоме Д. Е. Звереве помнила его боевые соратники в Восточной Сибири. В марте 1930 года члены сельскохозяйственной артели «Крас­ный партизан» из Усть-Кута, среди которых было не­мало бывших партизан, направили Звереву телеграм­му: «Устъ - Куте организован колхоз. Зная вашу предан­ность рабоче-крестьянскому государству, просим вас занять пост руководителя нашего трудового отряда - коммуны. Надеемся, что не откажитесь повести нас на трудовом фронте так же умело, как вели нас на борьбу за Советскую власть...»
Д. Е. Зверев принял предложение, и в мае с семьей уже был в Иркутске. Но Восточно-Сибирский крайком ВКП(б) назначил его директором краевой конторы «Колхозстрой», а позднее, как кадрового командира Красной Армии,— председателем краевого совета Осоавиахима.
В 1934 году ЦК Осоавиахима направил Зверева на должность председателя Винницкого областного Сове­та Осоавиахима.
Герой гражданской войны Д. Е. Зверев был репрес­сирован в годы культа личности и погиб в ноябре 1941 года. Реабилитирован посмертно.

..Жители Приангарья свято чтут память народного героя.
В дни 50-летия освобождения г. Усть-Кута от колчаковщины
Д. Е. Звереву на берегу Лены постав­лен памятник.
Другой памятник стоит в с. Хомутове, под Иркутском.

http://pandia.ru/text/78/121/88964.php
Алзамай...
Далекие дни двадцатого года.
По всей Сибири растянулись войска Колчака, чехов, румын и белогвардейцев.
Карательные отряды рыскают в поисках большевиков, партизан.
Отряд партизан, под командой молодого коммуниста Михаила Павловича Казанцева,
в это время был расквартирован в деревне Баер.

Связным этого отряда в Алзамае была Наталья Бушкова. Ее муж, А. И. Бушков,
также находился в отряде партизан. Бесстрашная 20-летняя девушка,
добираясь на коне окольными путями через тайгу до отряда, передавала партизанам важные сведения.

Бои местного значения разворачивались непосредственно вблизи Алзамая.
С наступлением холодов для белочехов отступавшей и развалившейся армии Колчака наступили тяжелые времена.
По воспоминаниям П. В. Виноградова, партизанившего в этих краях, от Тайшета до Нижнеудинска
вдоль дороги повсюду лежали трупы чехов, поляков, подданных Австро-Венгрии, русских.


Среди красных партизан были:

Блинов Архип Михайлович – командир отряда.

Бурмакин Василий Тимофеевич – разведчик, телеграфист.

Балакшин Георгий Иванович – первый председатель Алзамайского волостного Совета депутатов.

Бураков Иван

Бушкова Наталья Павловна

Бушков А. И.

Герасимов Карп Егорович – доставлял продукты и оружие.

Герасимов Павел Михайлович

Гурков Григорий Николаевич

Ельчин Михаил

Кондратьев Яков
Кондратьев Иван

Хлызов Степан

Штанько Н.

Основная задача, которая стояла перед алзамайскими партизанами, это следить за военными поездами и каждые трое суток докладывать в штаб Шиткинского фронта. Партизаны разрушали связь, разрушали железнодорожный путь, взрывали мосты, чем надолго задерживали движение воинских поездов на Восточный фронт. На перегоне Замзор-Алзамай у моста через речку Косой Брод партизаны спустили под откос эшелон с боеприпасами и лошадьми, направленный англичанами Колчаку. Вблизи станции Разгон также слетел под откос воинский состав с боеприпасами.

По улице Мельничной партизаны доходили до реки, переходили через нее, добирались до Мельничной горы, на которой находилась землянка связного и телеграфиста В. Т. Бурмакина.

В апреле 1919 года на станции Алзамай стояло 4 охранных эшелона чехов, они попытались захватить Бурмакина дома, но Василий сбежал от них. Дом Василия подожгли (теперь магазин «Лакомка») родителей арестовали и расстреляли на станции Канск. Штаб партизанского отряда располагался в лесу на правом берегу Топорка в укромном месте за мостом. В настоящее время это место в лесу известно алзамайцам под названием «У фонтана». Через этот мост связные привозили снаряжение, оружие, продовольствие и важные, добытые ими сведения о продвижении белых. Когда взрослым нельзя было перебраться через мост к партизанам, продукты питания, медикаменты через реку поставляли дети.

Одним из таких помощников был Янополец Андрей Прокопьевич, будучи 10-летним мальчиком он передавал партизанам медикаменты, продукты.

Сохранили и оберегают память алзамайцы о двух партизанских разведчиках Балыбердин И. (30 лет) и его племяннике А. Иванцове (18 лет) из Старого Алзамая. В одном из налетов на партизанский отряд, белогвардейцы захватили их в плен. Ведя пленников по дороге на станцию Алзамай, услышали выстрелы со стороны станции Замзор, и, боясь нападения партизан, они расправились с разведчиками, повесив их на березе. Пять суток висели трупы на березе, белогвардейцы тщательно их охраняли, но нашлись смельчаки, которым удалось снять партизан и похоронить их здесь же.

Братская могила парти­зан, казненных в июле 1919 г. находится недалеко от школы №2, является исторической памятью о тех героических событиях.

http://irkipedia.ru/guide/picture.php?/3838/tags/39-1911
Путеводитель по картинкам Иркипедии

Фото : Дом на углу построен в 70-х прошлого века купцом И.П. Катышевцевым,
позднее перешел к Д.В. Плетюхину, а перед первой мировой войной куплен А.А. Второвым.

Много лет его арендовал для своего мануфактурного и галантерейного магазина
крупный иркутский торговец С.С. Кальмеер.
Покупателю, сделавшему значительную, по мнению продавца,
покупку, бесплатно подавали повозку и доставляли до дома.

В годы советской власти здание занимала швейная фабрика № 1.


Иркутск,Большая улица. 1911
Нынешний адрес - К. Маркса, 29/1

http://ilim-lib.narod.ru/craev.../voyna.htm

Вихри гражданской войны в Приилимье


https://forum.vgd.ru/file.php?fid=282703&key=1524606830

Крошечный Киренск по числу исторических объектов находится на втором месте после Иркутска

Давным-давно, в первой половине XVII века, когда об Иркутске еще никто и не думал, первопроходцы поставили крепость на острове — на высоком берегу, куда не поднималась Лена в самые многоводные годы. Сейчас от острога не осталось ничего. На его месте — памятный белый камень с надписью «1630 год» и беседка, куда приходят во время свадеб (это понятно по обилию замков на ее перильцах). Киренск никогда ни от кого не оборонялся. Инородцы шли сюда торговать пушниной, русские путешественники Хабаров, Дежнев, Лаптев, Беринг и другие отсюда шли дальше на север и на восток. Золотоискатели Витима использовали Киренск как опорный пункт. Во все времена город на острове был востребован. Сегодня он, подзаглохший, но все еще живой, представляет собой один большой памятник. Недаром же.

Аэропашни Ерофея Хабарова

Киренский аэропорт, к которому вплотную подходят картофельные посадки местных жителей, раскинулся на землях землепроходца Ерофея Хабарова. Хабаров, уроженец Вологодчины, достиг устья Лены, здесь разбогател на соляных варницах и торговле хлебом. Аэропорт — это бывшие хабаровские пашни, выделенные ему сенатом. А выше аэропорта — деревня Хабарова, в которой он доживал и которая носит его имя и доныне.

История Хабарова в Киренске (тогда он назывался Никольским погостом, по имени здешней церкви) не самая счастливая. Завистливый воевода Петр Головин устроил репрессии, отобрал все имущество, соляные варницы, а самого Хабарова заточил на четыре года в Якутский острог. После выхода из острога Хабаров с помощью нового воеводы организовал поход по Амуру, а позже за жесткое обращение с местным населением и собственными казаками был разжалован и снова лишен имущества. Землепроходец не успокоился, дошел до царя. Царь, учтя заслуги Хабарова в освоении новых земель, дал ему боярское звание и отправил обратно в Сибирь — управлять Усть-Кутской волостью.

— У Хабарова здесь вообще было много заимок, земель, — отмечает киренский энтузиаст Сергей Кожин.

Сергей показывает коллекцию железа: похожую на великанскую вилку острогу, копье на медведя, ядро, кузнечные и сельскохозяйственные инструменты. Часть из них, вероятно, относится и ко времени Хабарова. Сергей, мастер народных ремесел, организовал музей, для размещения которого выделен ему был двухэтажный старинный дом. Сергей бывает в экспедициях, ищет по деревням и заимкам старинные вещи. Он показывает жемчужины своей коллекции. Одна из них — оригинальная тканевая зыбка для младенца.

Последние годы жизни Хабарова прошли в Усть-Киренге — так поначалу называлось поселение, пока не город. Могила Хабарова находится здесь же. Он проживал в одноименной деревне, где и умер в возрасте семидесяти лет. А захоронен на монастырском кладбище в Усть-Киренге среди прочих именитых людей. Теперь на этом месте жилые дома и школьный стадион. Говорят, местные жители, копая огород, своими глазами видели могильную плиту с указанием имени Ерофея Хабарова. Перед смертью Хабаров отписал мельницу и земли киренскому монастырю с наказом: «А меня, Ярофея, поминать вечным поминаньем, смерть мою записать в литию, в синодик». В память о Хабарове у Спасской церкви — древнейшей из сохранившихся в Сибири — установлен черный каменный крест.

Гермогену приписывали чудеса

Жизнь Усть-Киренги со времен Ерофея Хабарова развивалась вокруг Свято-Троицкого монастыря. Он был заложен иеромонахом Гермогеном в 1633 году. Кто таков Гермоген, история не говорит. Точно известно лишь, что он пришел из Центральной России, уже будучи иеромонахом. То есть монахом, имеющим сан священника.

Гермогену не удалось освятить даже первую церковь заложенного им монастыря. Он ушел (по другой версии, его взяли как заложника) на Амур со взбунтовавшимися против воеводы казаками. Воевода, за которым числились разные беззакония, в том числе и насилие над женой сельского священника, был убит.

Только через двадцать три года Гермоген вернулся в Усть-Киренскую пустынь — после того, как основанный им на Амуре монастырь был сожжен китайцами. В Киренске он умер и был похоронен на территории монастыря. Ему приписывали разные чудеса и почитали на Лене и Киренге наравне со Святителем Иннокентием Иркутским.

— Территория монастыря была огромной, это видно на старых фотографиях. У нас в музее имеются надгробные плиты с территории школы, которая оборудована на месте монастыря. От него не осталось ничего, кроме одного обломка. Три церкви было в монастыре, а остался только фрагмент первого этажа храмовой части главной — Троицкой — церкви. В ней был устроен телевизионный ретранслятор, — рассказывает Елена Еохина, директор Киренского краеведческого музея.

Вокруг монастыря вырастало поселение, которое в 1775 году указом Екатерины II стало именоваться уездным городом: 87 частных домов, 485 взрослых жителей, три церкви. Монастырь поддерживался местными купцами.
Советская власть, поначалу отдавшая его на растерзание,
в 1944 году опомнилась и постановлением Совета народных комиссаров взяла памятник под охрану.
Но было поздно — инерция разрушения свела все усилия на нет.
По воде и по воздуху

К летчикам и самолетам в Киренске традиционно особое отношение. Добраться без особых сложностей от Киренска напрямую до областного центра и отсюда дальше можно только по воздуху. Дорога плохая. Зимой еще туда-сюда, но летом 15 часов на маленькой маршрутке — это не для слабонервных. Можно добраться и по воде, но это лишь в навигацию, к тому же плыть долго. Хотя в XIX веке это никого не смущало — иного пути отсюда и сюда не было. Киренск развивался как город речников. Недаром он стоит на острове.

Здешние купцы много денег вкладывали в речной бизнес, особенно когда нашли на Витиме золото. В Киренске появилась перевалочная база для золотодобытчиков. С этим быстрым бизнесом рос и весь город. Киренские купцы покупали суда. Купец Глотов построил в городе огромную ремонтную базу для пароходов. В 1920 году советская власть национализировала у купца 12 пароходов. От Глотова в Киренске осталась одна бытовая реликвия — стол с зеленым сукном и резными львами.

— Он стоял в конторе Глотова, потом кочевал по разным государственным учреждениям. Наконец, попал к военным — рядом стояла часть. За этим столом сидел военком. После того как военкома перевели в Читу, стол поменял «место жительства». Однако военком о нем не забыл. Настолько он прикипел к мебели, что отправил вертолет и солдат забрать реликвию. Но местные жители стол спрятали и отдали. Теперь он в музее, — представляет резного красавца
илась и постановлением Совета народных комиссаров взяла памятник под охрану. Но было поздно — инерция разрушения свела все усилия на нет.

http://baikal-info.ru/gorod-na...?_utl_t=ok