Они моя Родина!

АННА КИРЬЯНОВА: "ПРЕДСКАЗАНИЕ О РОССИИ, КОТОРОЕ МНЕ ДАЛА МОЯ БАБУШКА"

Выписка цитат Виссариона Белинского из газеты 1948 года:

"Необъятно пространство России, велики её юные силы, беспредельна её мощь,- и дух замирает в трепетном восторге
от предощущения её великого назначения, её законной наследницы жизни трёх периодов человечества."

"Россия лучше сумеет, пожалуй, разрешить социальный вопрос и покончить с враждой капитала и собственности с трудом,
чем Европа".

" Я люблю русского человека и верю будущности России"-

"Русский народ, богатый элементами разума и эстетического чувства в то же время отличается и необыкновенностью,
практическою деятельностью, аналитическою силою.."

"Я люблю русский народ.
Я натура русская, я русский и горжусь быть русским".

" Мы будем и юристами и Римлянами в юриспруденции, но мы будем и поэтамии философами, народом ученым, и народом
величественным, народом промышленным, торговым, общественным"

"Любить свою родину, значит, пламенно желать видеть в ней осуществление идеала человечества и по мере сил своих
способствовать этому".

"Храбрость есть неотъемлимое качество русских, они доказывали её всегда и везде, как только был случай".


Анна Кирьянова:

Я сейчас в Петербурге. Здесь у меня дома большая библиотека; бабушка, дедушка и папа много читали и любили книги.
Бабушка преподавала русский язык и литературу.

Перед сном я думала о своей стране, о Родине, о России, о том, что сказали бы мои о нынешней ситуации. О том, что
происходит. О судьбе России. Ведь бабушка и дедушка прошли всю Отечественную… И награды лежат в шкафу, ордена и медали.
А потом бабушка стала преподавать.

Ночью я увидела сон; бабушка подошла к книжному шкафу и с самой верхней полки достала старую книгу. На верхней полке
неинтересные книги, если честно. Научные и учебные. Очень старые; но я сохранила на память.

Бабушка подала мне книгу и сказала: «здесь все написано!». И все.

Утром я взяла стульчик, залезла на него, достала хрестоматию по древней русской литературе… И тут же из книги выпала газетная
вырезка; целая страница за 1948 год. Это был юбилейный год Виссариона Белинского.

А на странице - пометки рукой моей юной бабушки. Ей 26 было в том году.

И все написано. Действительно. Читайте сами. А я ощутила невероятный подъем духа. Это настоящее послание.

Это великий знак. И добавлять ничего не надо. Ушедшие наши русские передали информацию и предсказание; в самом хорошем
смысле слова. Вот кто мы. Вот какие мы. И вот как следует жить россиянам, помня себя, свою душу и своё великое предназначение.

Поднявший меч на наш союз
достоин будет худшей кары,
и я за жизнь его тогда
не дам и ломаной гитары.
Как вожделенно жаждет век
нащупать брешь у нас в цепочке...
Возьмемся за руки, друзья,
чтоб не пропасть поодиночке...

Булат Окуджава

Мне удивительный вчера приснился сон:
Я ехал с девушкой, стихи читавшей Блока.
Лошадка тихо шла. Шуршало колесо.
И слёзы капали. И вился русый локон.

И больше ничего мой сон не содержал.
Но, потрясённый им, взволнованный глубоко,
Весь день я думаю, встревоженно дрожа,
О странной девушке, не позабывшей Блока.

Игорь Северянин

Православный богослов архимандрит Киприан (Керн) так в личной переписке оценивал Ивана Алексеевича Бунина:

«Боже мой, сколько Ты дал этому человеку, Боже мой, как Ты одарил его, как он богат Тобою… Я восхищаюсь замыслом Божиим о Вас и думаю о том величайшем назначении Человека, которое дано всякому и с особенной силой запечатлено на Вас».

Любил я в детстве сумрак в храме,
Любил вечернею порой
Его, сияющим огнями,
Перед молящейся толпой.

Любил я всенощное бденье,
Когда в напевах и словах
Звучит покорное смиренье
И покаяние в грехах.

Безмолвно, где-нибудь в притворе,
Я становился за толпой,
Я приносил туда с собой
В душе и радости, и горе.

И в час, когда хор тихо пел
О «Свете Тихом», – в умиленьи
Я забывал свои волненья
И сердцем радостно светлел…

Прошли года, прошли надежды,
Переменилися мечты.
В душе уж нет теперь, как прежде,
Такой сердечной теплоты.

Но те святые впечатленья
Над сердцем властны и теперь,
И я без слез, без раздраженья
Переживаю дни сомненья,
Дни оскорблений и потерь.

С ДНЕМ ПОБЕДЫ!

Михаил Афанасьевич погиб в 1942 году. Михаилу было 22 года.
Молитва

Ах, мой сынок,
На какой из чужих дорог
Стынет сердце твое на снегу?
Я молитвой тебе помогу.
Ах, неспроста
Так уныло сияет звезда
Над далекой, чужой стороной
Над твоей и моей судьбой.

Мне бы быть звездой,
Той, что над тобой.
Видеть, что ты рядом, и что живой.


Радоваться б вместе рождению дня,
Хрупкую надежду в душе храня.
Если снова бой -
Вся моя любовь
Устремится первой, теряя кровь.
Мы уйдем от нашей с тобой войны
И моей невысказанной вины.

Ах, мой малыш,
Среди улиц, домов и крыш
Неприкаянно, чуть дыша,
Заплутала моя душа.
Ах, неспроста
Так упрямо твердят уста.
Все пройдет, и весенней порой
Ты вернешься, мой сын, мой герой

Мне бы быть звездой,
Той, что над тобой.
Видеть, что ты рядом, и что живой.
Радоваться б вместе рождению дня,
Хрупкую надежду в душе храня.
Если снова бой -
Вся моя любовь
Устремится первой, теряя кровь.
Мы уйдем от нашей с тобой войны
И моей невысказанной вины.

Мне бы быть звездой,
Той, что над тобой.
Видеть, что ты рядом, и что живой.
Радоваться б вместе рождению дня,
Хрупкую надежду в душе храня.
Если снова бой -
Вся моя любовь
Устремится первой, теряя кровь.
Мы уйдем от нашей с тобой войны
И моей невысказанной вины.

Ах, мой сынок,
На какой из чужих дорог
Стынет сердце твое на снегу?
Я молитвой тебе помогу.

мой дядя