Вечно живые

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

РЫЦАРЬ СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА

Началась Первая мировая война.

Гумилёв был освобождён от военной службы из-за астигматизма глаз (разноглазия).

Свидетельство об освобождении от службы

Но с первых же дней начинает хлопотать о разрешении воевать и, хотя это было нелегко,
добивается своего: уже в конце августа 1914 года уходит добровольцем на фронт.
Он попадает во взвод конной разведки, где с постоянным риском для жизни совершались
рейды в тыл врага. Сохранились документальные очерки Гумилева того времени "Записки
кавалериста", которые печатались в 1915-1916 годах в газете "Биржевые ведомости".
Остались и поэтические свидетельства этого периода.

И год второй к концу склоняется,
Но так же реют знамена,
И так же буйно воздевается
Над нашей мудростью война.

Вслед за ее крылатым гением,
Всегда играющим вничью,
С победной музыкой и пением
Войдут войска в столицу. Чью?

И сосчитают ли потопленных
Во время трудных переправ,
Забытых на полях потоптанных
И громких в летописи слав?

Иль зори будущие, ясные
Увидят мир таким, как встарь:
Огромные гвоздики красные
И на гвоздиках спит дикарь;

Чудовищ слышны ревы лирные,
Вдруг хлещут бешено дожди,
И все затягивают жирные
Светло-зеленые хвощи.

Не все ль равно, пусть время катится,
Мы поняли тебя, земля:
Ты только хмурая привратница
У входа в Божии Поля.

В истории русской литературы начала 20 века трудно найти второй такой пример:
Гумилёв ушёл на германский фронт рядовым кавалеристом и дослужился до унтер-
офицера, воевал в Пруссии, Галиции, дважды был награжден Георгиевским крестом
за личную храбрость: один — за опасную разведку в тылу врага, второй —
за выведение из-под огня брошенного пулемета.

Война была его стихия, как полная риска и приключений Африка, где он имел возможность
показать себя, отличиться. Люди, знавшие Гумилёва, говорили, что у него было «полное
отсутствие страха». Рассказывали случай, когда эскадрон обстреляли немецкие пулемётчики.
Все спрыгнули в окоп, а Гумилёв нарочно остался на открытом месте и картинно закурил папиросу,
бравируя своим спокойствием.

Его называли гусаром смерти. Жизнь без подвигов и опасностей представлялась ему пресной.
Война была для него игрой — вроде детской игры в солдатики, игрой, где ставкой была его жизнь.

И залитые кровью недели
Ослепительны и легки,
Надо мною рвутся шрапнели,
Птиц быстрей взлетают клинки.

Я кричу, и мой голос дикий,
Это медь ударяет в медь,
Я, носитель мысли великой,
Не могу, не могу умереть.

Это была страстная вера в своё избранничество, в то, что ему не суждено умереть,
не свершив своего предназначения в жизни. В его отчаянной отваге чудилось что-то
лихорадочное, нарочитое, театральное. Вспомнились строчки Вадима Шефнера:
«Умей, умей себе приказывать, // Муштруй, себя, а не вынянчивай...»
Гумилёв умел это, как никто.

Однажды он провёл ночь в седле на сильном морозе и заболел воспалением лёгких и почек.
С высокой температурой, в бреду был оправлен на лечение в Петроград. Медкомиссия
признала его негодным к службе, но он вновь, несмотря на плохое состояние, вернулся на фронт.
«Гвозди бы делать из этих людей...»
Любопытно, что у Ахматовой отношение к этой войне было иным. Это было ощущение горя.

Было горе, будет горе,горе без конца.
Да хранит Святой Егорий
твоего отца, -

пишет она в колыбельной.

Для Гумилёва же война — праздник. Своеобразная экзотика.

И воистину светло и свято
Дело величавое войны.
Серафимы, ясны и крылаты,
За плечами воинов видны...

Как могли мы прежде жить в покое
И не ждать ни радостей, ни бед,
Не мечтать об огнезарном бое,
О рокочущей трубе побед?

Его обвинят потом в имперских настроениях, в угаре шовинистических заблуждений...
А он просто был поэт-романтик с ярко выраженным мужественным, рыцарским началом
в поэзии и в жизни.

А. Куприн писал: «Мало того, что он добровольно пошёл на современную войну — он —
один он! — умел ее поэтизировать. Да, надо признать, ему не чужды были старые, смешные
ныне предрассудки: любовь к родине, сознание живого долга перед ней и чувства личной чести.
И еще старомоднее было то, что он по этим трем пунктам всегда готов был заплатить собственной жизнью».

Победа, слава, подвиг — бледные
Слова, затерянные ныне,
Гремят в душе, как громы медные,
Как голос Господа в пустыне.

Эти стихи были так же вдохновенны, как африканские. По глубине они даже глубже, значительней.
Они поднимали на бой, воодушевляли. В. Эйхенбаум отмечал духовную силу стихов Гумилёва о войне,
стремление показать войну как мистерию духа.

Та страна, что могла быть раем,
Стала логовищем огня.
Мы четвертый день наступаем,
Мы не ели четыре дня.

Но не надо яства земного
В этот страшный и светлый час,
Оттого, что Господне слово
Лучше хлеба питает нас.

Словно молоты громовые
Или волны гневных морей,
Золотое сердце России
Мерно бьется в груди моей.

И так сладко рядить Победу,
Словно девушку, в жемчуга,
Проходя по дымному следу
Отступающего врага.

До глубины потрясена,
Земля качается от боли.
Там, где заставила война,
Залёг солдат в открытом поле.

Торчат обмотки, башмаки
Из-под распластанной шинели.
И пушки бьют из-за реки
По серой видимой мишени.

Под ним, от кровушки пьяна,
Земля дрожит, войне внимая,
До самых недр потрясена,
Контуженно-глухонемая.

А солнце в небе голубом
Лучи свои перепрядает.
А он, уткнувшись в пашню лбом,
Недвижно смерть пережидает.

Жестка комкастая кровать.
Рубцы и вмятины на теле.
…Мы не умели воевать.
Мы только победить сумели.

Михаил Тимошечкин.

Кем был русский солдат, участвовавший в десяти войнах и проживший 107 лет

Одним из самых необычных примеров верности Отечеству можно считать жизненный путь
простого русского солдата Василия Николаевича Кочеткова родом из Симбирской губернии.

Василий Николаевич родился в далеком 1785 году в семье простого солдата и, решил пойти
по стопам отца. 7 марта 1811 года он поступил на военную службу. А в 1812 году уже сражался
против французов в рядах лейб-гренадерского полка. Участвовал в Бородинском сражении.
После чего отправился с Русской армией в заграничный поход и брал Париж.

Только вот это не единственная война в которой поучаствовал Кочетков. В 1820 его перевели в
лейб-гвардии Павловский полк. В его составе он прошел Русско-турецкую войну 1828-1829 годов.
Затем полк выступил против польских мятежников в 1831 году и даже брал Варшаву.

Казалось бы у Кочеткова уже внушительный боевой-послужной список. Но на этом его военная
биография не обрывается. В 1843 году его отправляют на Кавказ. Здесь он в составе Нижегородского
драгунского полка должен был находится не долго и обучаться "на быстрых реках правильному спуска,
наводке, укреплению и разборке понтонных мостов".

Кочетков решил остаться, на что получил разрешение князя Михаила Павловича. Сражения с горцами
отличались от войны с регулярной армией. За год Василий Николаевич получил два ранения. В 1845 году
при третьем ранении он был захвачен горцами. Почти год он пробыл у них в руках. Затем, усыпив
бдительность врага смог обхитрить часовых и сбежал. За это получил Георгиевский крест 4-ой степени.

В 1849 году Василий Николаевич побывал в Венгрии, где опять же участвовал в подавлении восстания
венгров против австрийцев. После похода он сдал экзамен по выслуге лет и имел право на получение
офицерского звания, но заявил, что предпочитает быть солдатом.

В 1851 году он ушел в отставку и... через два года вновь вернулся на службу, когда началась Крымская
война. В составе Казанского егерского полка он защищал Севастополь, совершал дерзкие вылазки и
доставил немало хлопот неприятелю.

Когда Кочеткову было за уже за 70 лет, то он по личному указу Александра II был переведен в лейб-гвардии
Драгунский полк. Затем в 1862 году в почетную роту дворцовых гренадеров. Но почетная служба при дворце
была русскому солдату не по нраву.

Мундир его представлял редкое явление, будучи украшен на погонах соединенными вензелями трех императоров:
Александра I, Николая I и Александра II, а на левом рукаве восемью рядами нашивок из золотого и серебряного
галуна и тесьмы; на шее же и на груди Кочеткова висело 23 креста и медали («Замечательный солдат»,
опубликованную в газете «Правительственный вестник» 2 сентября 1892 года)

В 1869 он подал прошение о переводе его на азиатский театр военных действий, где Русская армия выступила
против Кокандского ханства, подчинила Бухарский эмират, покорила Хивинское ханство. Кочетков в 1873 году под
командованием генерал-адъютанта Кауфмана брал Хиву.

В 1874 году его вновь попытались определить для "придворной службы". Он был назначен в конвой императорского
поезда. Однако, когда началась война на Балканах, Кочетков в составе пятитысячного отряда русских добровольцев
поехал воевать против Османской империи на помощь братьям славянам. Ему было уже 92 года.

Последняя война в которой он поучаствовал была Русско-турецкая, 1877 года. На Шипкинском перевале он потерял
ногу, что слегка затрудняло ему дальнейшее участие в военных сражениях.

Тем не менее Кочетков в 1878 году был переведен в конно-артиллерийскую бригаду, где прослужил еще 13 лет. После
чего ушел в отставку и прожил до 1892 года (до 107 лет). Причем смерть настигла его в тот момент, когда он возвращался
в поезде из Петербурга на малую родину.

В конечном итоге получается, что Кочетков Василий Николаевич прослужил в двенадцати войсковых частях у трех родов
войск - пехоты, кавалерии и артиллерии. Участвовал в десяти войнах и за все время получил двадцать три боевых креста,
не считая других знаков отличия.

В Российском Военно-историческом архиве хранятся документы посвященные Кочеткову. В одной из телеграмм врач
Белозерской больницы Строганов просит устроить прощание с Кочетковым со всеми военными почестями и так описывает
его:

кавалер Георгия 2-й степени, бывший во всех сражениях, начиная Бородиным, кончая Шипкой, сопровождавший Государя
во время крушения поезда 17 октября [1888 г.] (Телеграмма В. Е. Строганова. Российский Военно-исторический архив)

Настоящий русский солдат, который не рвался "покрасоваться". Как бы он смотрелся сегодня с двадцатью тремя боевыми
наградами на фоне многих "ряженых казаков", "депутатов" и других, кто надел множество "юбилейных наград", завесив ими
весь свой мундир или пиджак?

Солдат Василий Кочетков. Рисунок Петра Бореля. «Всемирная иллюстрация» № 1249 от 1 января 1893 года

26 ноября 1812 года
В этот день в 1812 году в ходе Отечественной войны 1812 года на реке Березине
(ныне Белоруссия) началось сражение между отступавшей из России французской
армией и русскими войсками.
⠀
В этом сражение войска под руководством Кутузова нанесли окончательное поражение
отступающей «Великой армии» Наполеона. В результате противостояния, которое
окончилось 29 ноября, 80‑тысячное французское войско потеряло убитыми и пленными
около 50 тысяч человек. Но, не смотря на серьёзные потери, Наполеону удалось избежать
полного разгрома и отступить к Вильно (ныне Вильнюс).

26 ноября День Георгиевского креста.

Вечно живые

Картины из жизни