О возможном происхождении ветлужского антропологич. типа : ВГД

В Поветлужье, в частности, на территории современного Воскресенского р-на Нижегородской области, граничащего с республикой Марий Эл, известен особый антропологический тип русских.

Цитата из Википедии (статья «Ветлужские марийцы»):
https://ru.wikipedia.org/wiki/...1%86%D1%8B

[q]
В 1955—1959 году проводилась русская антропологическая экспедиция под руководством антрополога Бунака В. В., в ходе которой русские, проживающие в Костромской, Вологодской, Кировской и северной части Нижегородский области были объединены в вологдо-вятский антропологический тип. Бунак предположил, что некоторые особенности этого русского типа связаны с возможным влиянием на русский этнос местного восточнофинского элемента, но при этом он отметил, что русская вологдо-вятская группа ясно отличается от восточнофинских, и в целом имеет сходство с иными антропологическими русскими группами, в частности с ильменской. По результатам русской антропологической экспедиции было выявлено, что русские вологдо-вятской группы имеют серьёзные отличия от ближайших восточнофинских соседей — ветлужских мари, по ряду антропологических параметров. В том числе, по среднему росту. У русских средний рост 166,5 см, а у ветлужских мари — 161,8 см. У местных русских было выявлено 38 % светлых радужин глаз, а у ветлужских мари — 20 %. Русские вологдо-вятской зоны имеют 33 % светлых волос, в то время как ветлужские мари имеют 16 %. Также у местных русских 20 % поднятого основания носа, а у ветужских мари — 11 %. Вологдо-вятские русские имеют 18 % верхнего века без складки, а ветлужские мари — 6,5 %. Кроме того, местные русские имеют серьезное отличие от марийцев по такому параметру как процент вогнутого профиля спинки носа (у вологдо-вятских русских — 4 %, у горных мари — 46,1 %) и имеют гораздо более профилированное лицо по сравнению с марийцами [Бунак В. В. Происхождение и этническая история русского народа по антропологическим данным. — М.: Наука, 1965. — Т. 88. — (АН СССР. Труды института этнографии им. Н. Н. Миклухо-Маклая.)].
[/q]

Этот же тип отмечен даже в художественной литературе. Так, в конце 19 века писатель В.Г.Короленко в рассказе «Река играет»отмечает у своего главного героя Василия Тюлина «выразительные черты, на которых очень ясно выделяется особая ветлужская складка».

Традиционно считается, что до 20 века марийцы с русскими практически не смешивались, проживая компактно в марийских деревнях и сохраняя свою самобытную культуру. Тем не менее, коль скоро изменение в антропологии объективно произошло, то где-то должен был идти процесс ассимиляции русских и марийцев.

Возможно ли найти доказательства этого процесса в крестьянских переписях 17-18 вв.? В этой заметке я хотел бы поделиться своей гипотезой о локализации происхождения данного антропологического типа, основываясь на анализе нескольких архивных документов.

Увы, даже при изучении переписей Поветлужья начала 17 века, периода времени, когда происходила интенсивная колонизация края русскими, процесс формирования нового антропологического типа совершенно не прослеживается, поскольку в подворных переписях 17 в. фиксировались в основном только мужчины-дворовладельцы.

Тем не менее, в самых ранних сохранившихся переписях можно встретить скупые упоминания черемисов (мари) на левом берегу Ветлуги. Цитата:
РГАДА 1209-1-7228 отдельная №282
л.1171-1176об
Лета 7137 [1628/29] году книги писма и розделу Василья В(...)евича Копнина да подъячева Данила Калинина, Галицкова уезду Унежские осады Ветлуские волости боярина князя Федора Ивановича Мстисловского, княгини Ирины Михайловны вотчины по Государеву Цареву и Великого князя Михаила Федоровича всеа Русии наказу …, что велено выделить и ро(зд)ать в роздачю примерную землю…
А по Государеве Цареве и Великого князя Михаила Федоровича Всеа Русии грамоте 137 году за приписью дьяка Венедикта Махова велено розделить тое Ветлускую волость, именьно Лопшпньской стан деветь соть деветь четь велено отделить Василью Коржбака Столпина в поместье…
Сельцо что был починок Перехватов на реке на Ветлуге… Да в том же сельце Перехватове на помещикове земле крестьян: (во дворе) Кирилка Софонов з детьми с Нифоньтком, да с Сидорком, (во дворе) Тараско Кирилов, (во дворе) Левка Афонасьев сын Бобров, (во дворе) Ивашко Лукьянов, (во дворе) Харька Микитин, (во дворе) Екунька Елизаров, (во дворе) Сенка Лукьянов, живет в Олешкине дворе Степанова, а Олешка перешел тех же Арзубовских починков в деревню Карасово. Пашни паханые худые земли две четь с осминою. Да перелогом песьнику шеснатьцеть четь в поле а в дву потому ж. Сена по реке по Ветлуге пятьнатьцеть копен. Лесу непашеного на полторы версты, а поперег тож. Да вниз по Ветлуге рубеж Ветлушке волости с государевою дворцовою с-Ыльинскою волостью. Крутой враг, а от тово крутова врагу сверх дле? в гору до Кержанца (?) сорок верст. А крутова врагу на (?)ри версты, а на другой стороне реки Ветлуги с черемиской стороны межа река Уста [край текста ушел в переплет] по водяную пойму.

Итак, в 1629 г. среди Арзубовских починков описан починок Перехватов (его название с середины 17 в. сменилось на современное – село Благовещенское), расположенный на правом берегу Ветлуги, он заселен крестьянами с русскими именами, до недавнего времени крепостными князя Мстиславского. А на левом берегу, в районе впадения р.Усты – «черемисская сторона».

Тут необходимо небольшое пояснение. Строго говоря, всё междуречье Унжи и Ветлуги, то есть включая правый берег Ветлуги – это до прихода русских был изначальный марийский край. После взятия Казани в 1552 г. и последовавшей серии черемисских войн 1552-1585 гг. марийцы были вытеснены за Ветлугу, а на их прежние земли стали расселяться русские переселенцы. Соответственно в документе 1628/29 г. левый берег Ветлуги назван «черемисской стороной».

Процитированный выше документ фиксирует, как после смерти бездетного князя Федора Ивановича Мстиславского его огромная ветлужская вотчина была раздроблена на множество более мелких поместий и вотчин с новыми владельцами. Процесс дробления прослеживается по целому ряду отказных книг (РГАДА 1209-1-7228 №№203,204,213,214,289,290, РГАДА 1209-2-7343 №105, РГАДА 1209-2-7345 №44, РГАДА 1209-2-7353 №14, РГАДА 1209-1-7254 №205), а также отражен в переписях 1648 г. (РГАДА 1209-1-7222) и 1678 г. (РГАДА 1209-1-7254). В итоге правый берег Ветлуги (Лапшангский стан Унженской осады Галичского уезда) в 17 веке превратился в область сплошного крепостного права, каковым и оставался вплоть до реформы 1861 г.

Стоит дать короткое пояснение к словам «вниз по Ветлуге… государева дворцовая Ильинская волость». Южнее Лапшангского стана Унженской осады, то есть ниже по течению Ветлуги, во время 2-й и 3-й ревизий (1744 и 1762 гг. соответственно) была расположена Ветлужская волость Козмодемьянского уезда (позднее, с 1779 г. эта же территория стала частью новообразованного Макарьевского уезда Нижегородской губернии). Здесь жили в основном владельческие крестьяне Собакиных и других помещиков, а также архиерейские крестьяне (РГАДА 350-2-1421,1436,1438). Село Воскресенское, принадлежавшее Сабуровым, ныне это райцентр Воскресенского р-на, в той же 3-й ревизии указано как «Ильинское тож» (л.193). Очевидно, это старое название села отлично коррелирует с «Ильинской волостью». Итак, как мы видим, прежняя Ильинская дворцовая волость к 18 веку также стала областью сплошного крепостного права.

Что касается остальной части Козмодемьянского уезда, то она была заселена в значительной мере марийцами и чувашами, которые, как правило, числились ясашными крестьянами.

Теперь вернемся к «черемисской стороне». Левый берег Ветлуги в месте слияния с р.Уста (с.Троицкое, с.Воздвиженское, д.Безводное, д.Отары и др.) во 2-ю и 3-ю ревизии относился к Ветлужской волости Галицкой дороги Казанского уезда (РГАДА 350-2-1137, РГАДА 350-2-1196). Эти ревизии фиксируют здесь большое количество дворцовых, монастырских и архиерейских крестьян. Материалы 2-й ревизии дают отсылку к 1-й ревизии (которая сама, видимо, не сохранилась), косвенно указывая, что и в 1719 г. эта территория тоже была частью отдалённого анклава Галицкой дороги Казанского уезда.

Интересно отметить, что в тот период времени Поветлужье отделяли от основной части Казанского уезда сразу два других уезда – Царевококшайский и Царевосанчурский. Но столь странное административно-территориальное деление наверняка должно иметь какое-то рациональное объяснение.

Помимо того, довольно нелогично выглядит «остров» компактно проживающих дворцовых крестьян на левом берегу Ветлуги в 1-ю ревизию, и это спустя 100 лет после того, как на правом берегу установилось крепостное право. Помещичьих и дворцовых крестьян разделяет только несколько километров и переправа через реку в селе Благовещенском. За что же жителям прежней «черемисской стороны» выпало счастье оставаться государственными крестьянами?

И ещё: в материалах той же 2-й ревизии видно, что крепостное право проникает на левый берег, хотя и очень и очень постепенно. Многие деревни или села (Подманастырская слободка, с.Троицкое, д.Городище, д.Раскаты, д.Безводное, д.Краснояр и т.д.) состоят порой из трех частей: 1/3 дворцовая, 1/3 за одним из монастырей (Пасеев, Костромской Ипацкий, Великопустынский, Троице-Сергиев) или за казанским архиереем, 1/3 за помещиком (Дибрянский, Сабуров, Готовцев, Козаринов, Головкин – причём каждое такое частное владение довольно мелкое).

Итак, моё предположение такое: на левом берегу Ветлуги живут сильно обрусевшие марийцы. Вероятно, их крестили рано, ещё в 17 веке, поэтому они в ревизиях 18 века фигурируют уже только под христианскими именами, и вообще практически ничем неотличимы от великороссов. Кроме того, что они в основном оставались "островком" дворцовых крестьян среди крепостных вотчин, и продолжали числиться в довольно странном анклаве Галицкой дороги Казанского уезда, которая сама была заселена преимущественно марийцами и татарами. Но тихой сапою, по мере ассимиляции с русскими, и постепенной сменой культуры и менталитета, их переводили в крепостные.

По контрасту, в 3-й ревизии Козмодемьянского уезда (РГАДА 350-2-1436,1438) хорошо отражен процесс перехода ясачных марийцев в православие. Они в большинстве своих сотен именуются "новокрещенными черемисами", у каждого указано сразу два имени – прежнее марийское и новое христианское – очевидно, чтобы легче сопоставлять с ревизскими душами во 2-й ревизии. Но там же есть и старокрещенные, в таких деревнях они показаны уже без прежних марийских имен.

Я предполагаю, что на левом берегу Ветлуги аналогичный процесс произошел примерно на 100 лет раньше, чем в черемисских сотнях Козмодемьянского уезда. Однако государственный учет смены личных имен в переписях 17 в. не был поставлен так, как в ревизиях 18 в. В результате, в сохранившихся документах 18 века на Галицкую дорогу остались видны лишь отдаленные последствия этого процесса.

Итак, я предполагаю, что «черемисская сторона», то есть левый берег Ветлуги в 17 веке – это и есть вероятный очаг ассимиляции, либо один из нескольких таких очагов. После предполагаемого крещения марийцев стали возможными смешанные браки. И там же, на левом берегу, легче было скрываться от властей беглым русским старообрядцам, что в совокупности и создало почву для смешения двух народов. А в 18 веке, когда жители левого берега стали "вполне русскими", пошел более интенсивный обмен невестами между правым и левым берегами, в результате чего новый антропологический тип постепенно распространился на весь Воскресенский район.

И ещё один аргумент в пользу моей гипотезы. Моя прапрабабушка Анисья Ларионовна ~1827 г.р. родом из села Троицкого (левый берег). Её фотографии по понятным причинам нет, но у как минимум у одного из её детей и особенно у внуков были сильные марийские черты лица, в последующих поколениях практически исчезнувшие; поэтому я первоначально и заподозрил, что она могла быть этнической марийкой. С другой стороны, современные жители Троицкого марийцами себя не считают (это информация с чужих слов – я сам в Троицком ещё не бывал).

Выражаю надежду, что дальнейшие исследования помогут проверить или опровергнуть мою гипотезу.

Выражаю благодарность С.В. Сироткину, Т.Л. Грачевой, А. Градусову за неоценимую помощь в данном направлении моих поисков.

К.В.Галичский

О возможном происхождении ветлужского антропологич. типа

гипотеза