Велик могучим русский языка!

Виктор Ерофеев. Здравствуй, мой милый шлюх
31 МАЙ 2019 17:19.......

Великая борьба за языковое равноправие, породившее множество феминитивов, одни из которых прекрасны, другие ужасны, а третьи — совсем никакие с точки зрения здравого смысла и законов нашего все еще патриархального языка, породила обратную реакцию. Лингвисты-маскулисты, которые долгое время сидели в окопах, зажмурившись, перешли в контрнаступление

ЗАБРАТЬ СЕБЕ
Представим себе, что они выбросили на языковой рынок некоторое количество женских слов, которые существуют только в отношении женщин, непереводимы на мужской язык, и потребовали лингвистической справедливости.

Все знают, что мужской язык справился со словом доярка и теперь существует полноценный дояр. Несколько менее полноценно существует образованный от балерины балерун — слово, которое все-таки унижает мужчин, хотя далеко не всех.

Если следовать нашей виртуальной логике, от слова сиделка маскулинный язык производит слово сиделец, точнее, возвращается к нему, однако языковое чутье подсказывает, что такое слово находится в конфликте с женским вариантом. Если сиделка заботится о ком-то, то сиделец просто сидит, ни о ком не заботясь, о нем уже позаботился суд. Впрочем, сидельца все-таки в наш век опустили. Когда-то он значился свободным приказчиком, работал, в частности, в винной торговле. Проворовался — сел.

Некоторым писателям, писательницам и писателькам (это еще совсем молодые авторки) не нравится, что феминитивы превращают русский язык в чешский или пародию на него. А мне кажется, что это нормально. Если наш век дрейфует в сторону равенства, давайте мы все станем чешками. Это лучше, чем ничего.

Кто боится феминитивов, тот не знает силы языкового желудка русского языка. Его столько лет кормили советской аббревиатурой, разного рода комбедами и райкомами, но он все переварил, сохранил колхозы в качестве исторического привета от коммунизма, а остальное вышло через языковое анальное отверстие.

Я всегда относился к женщинам лучше, чем к мужчинам. С ними ведь интереснее, они непредсказуемы и поливалентны. Некоторые, правда, утверждают, что им присуща мелочность, и в качестве мелочности указывают на развитие феминитивов. Я не знаю, зачем они хотят быть равными мужчинам. Это так скучно! Это такая отрава! Мужчина — это погоня за карьерой, охота за теми же женщинами — это тупо и однобоко.

Ну, хорошо, есть слово швея — дадим мужчине равноправие: да здравствует швей!

Но давайте не все отдавать маскулинам. В неприятном положении оказалось слово дитя — как же так, оно разлеглось в среднем роде, его бы надо срочно перевести в женский — моя дитя, — тем более, что у него очевидное женское окончание.

Тут же, мне кажется, надо отдать женщинам и слово виски. Да-да, оно уже побывало во множественном числе, затем в среднем, а нынче застряло в мужском. Мой виски! Но зато — будем справедливы — как красиво звучит: моя виски!

И рынок обрадуется, и мужчины ласково пошевелят губами: моя виски!

Ну, усатый нянь — над этим уже давно отсмеялись, а ведь это дискриминация. Почему у няня не должно быть усов? Или теперь щекотать усами — это уже сразу харассмент?

А как будет по-женски труп? Трупка! Круто!

Надо мужчинам смелее идти в сторону равенства. Вот нянь есть, а шлюх отсутствует. А ведь меткое выражение! И мужчина чаще бывает шлюхом во всех отношениях, чем противоположный пол.

До сих пор женщина на корабле по ошибке считалась несчастьем. Надо понять и старых мореходов — столько месяцев в море, и только одна женщина на корабле. Катастрофа. Но теперь женщина на корабле отодвигает капитана в сторону, берет в руки штурвал — и в открытое море.

Это море — русский язык. Море штормит. Языку не спится. Он меняется на глазах. Вот и женщина встала с колен, смотрит, высокая, строгая, вдаль, а мужчина ползает вокруг и растерянно улыбается. Он потерял свою роль. Ну, ищи! А где? У него ее отобрали, да он, что ли, пьян, раз ее упустил? Сам виноват — потерял! Да нет, просто женщина оказалась сильнее. Еще далеко не все мужчины присоединились к маскулинному движению.

Вот почему скоро поэтесса и поэтка (юная сочинительница рифм), независимо от качества стихов, будут сверху вниз смотреть на поэта, а генералиссимуска — на генерала.

Скоро швея вставит иголку под ноготь швею, чтобы не задавался.

И, прогуливаясь с рыжей шпицкой, такой, знаете ли, маленькой собачкой, дама посмотрит на прижатого к стене мужчину за 600 рублей в час и скажет:

— Здравствуй, мой милый шлюх! И че так дорого, нельзя ли подешевле?

В Интернете тебя встречают по аватарке, а провожают по умению обособлять запятыми деепричастные обороты.